— Это...
Она смутно припоминала: падая в Чёрную бездну, будто потянула за собой кого-то ещё?
Се Ванцина?
— Се!
Воспоминания Су Няньчжи постепенно обрели ясность, но руки, лежавшие на тёплой мягкой поверхности, больше не слушались.
Она застыла, пытаясь поднять глаза, как вдруг сзади раздался низкий, почти шёпотом голос юноши:
— Насиделась?
?
Почему ты, злодей, постоянно произносишь такие опасные слова?
Понимая, что Се Ванцин, вероятно, сильно на неё сердится, Су Няньчжи не стала медлить и поспешно уперлась руками, чтобы подняться.
— Хватит, хватит! Сейчас же встану!
Се Ванцин смотрел на её суетливые движения и чувствовал странность. Он лишь заметил, что Су Няньчжи долго сидит неподвижно, давя его лисий хвост, отчего тот начал слегка ныть. Откуда такой переполох?
Она боится его?
Ресницы Се Ванцина дрогнули, а в карих глазах мелькнул живой свет.
Если боится — зачем тогда утянула его вместе с собой в эту Чёрную бездну?
Су Няньчжи, конечно, не заметила его пристального взгляда. Она только и думала о том, как бы встать, но вокруг, кроме его чистого лисьего хвоста, повсюду лежали обломки костей и останки. Куда опереться?
— Ах...
Су Няньчжи обречённо вздохнула, закрыла глаза и положила ладони по обе стороны от его хвоста. Как только коснулась земли, сразу почувствовала под пальцами липкие ошмётки крови и плоти.
Сдерживая отвращение, она медленно поднялась. В тот же миг придавленный ею хвост резко вывернулся и хлёстко ударил прямо по запястьям Су Няньчжи. Та, приняв это за восставший труп, в ужасе подскочила.
В момент, когда она рванулась вверх, раздался хруст — под ногами хрустнули высохшие кости.
Некуда было ступить. Оступившись о костяшки, Су Няньчжи потеряла равновесие и бросилась вперёд — прямо на поднимавшегося Се Ванцина.
Если я виновата — судите меня по закону, но не заставляйте повторять этот позор во второй раз.
И уж точно не таким примитивным способом — просто споткнуться и упасть.
Су Няньчжи уже приготовилась к болезненному приземлению, ведь Се Ванцин, несомненно, увернётся... Но вместо этого она врезалась в объятия, окутанные свежим ароматом сосны.
Её руки обхватили его крепкую талию, пальцы впились в белый пояс, и сквозь ткань она ощутила жар его тела.
Су Няньчжи попыталась отстраниться, но сил не было совсем.
Се Ванцин не ушёл в сторону. Он позволил ей упасть себе в грудь — боялся, что она снова рухнет на землю и испачкает его чистый хвост ещё сильнее.
Для него самого этот жест не имел особого смысла.
Зато выражение лица Су Няньчжи показалось ему забавным.
К тому же место, куда она только что врезалась, — как раз над раной на его груди. От внезапного удара по телу разлилась приятная дрожь.
Хм... Хотелось бы повторить.
Странно другое: он будто слышал, как у неё внутри что-то стучит. Звук становился всё чётче.
— Ты там барабан играешь?
Вокруг воцарилась тишина. Лишь когда Су Няньчжи немного успокоилась, сверху донёсся этот вопрос.
— А?
Она растерянно подняла глаза и увидела, как Се Ванцин лениво поднял палец и направил его к её левой груди.
— Что ты делаешь?
Су Няньчжи обхватила себя руками и отпрыгнула назад, не обращая внимания на останки под ногами.
— Там всё громче и громче стучит. Ты там барабан колотишь?
Се Ванцин с недоумением смотрел на её грудь, которую она теперь прикрывала обеими ладонями.
— Это... это от страха!
Су Няньчжи запнулась, сама не понимая, почему её сердце так бешено колотится. А Се Ванцин, полу-демон, выросший в горах и лесах и почти не общавшийся с людьми, действительно не знал, что означает учащённое сердцебиение. Просто был очень чувствителен к звукам.
— А, вот оно что...
Се Ванцин, будто всё поняв, улыбнулся. Увидев, что он не стал допрашивать её о том, зачем она утащила его в бездну, Су Няньчжи на цыпочках обошла его сзади.
— Эта демоница отобрала твой белый платок. Раз уж мы здесь, не хочешь ли вернуть его?
Су Няньчжи прекрасно понимала: если они будут просто торчать здесь, выбраться не получится. Она — простая смертная, долго не протянет. А вот Се Ванцин может обходиться без еды и воды, дожидаясь прибытия главных героев.
Значит, только победив Инъэ, он даст ей шанс на спасение.
— Вернуть?
Се Ванцин нахмурился, задумался, потом холодно усмехнулся:
— Госпожа Су, зачем использовать меня как предлог? Твои расчёты мне не чужды.
Су Няньчжи: ?
Ты даже не знаешь, что такое сердцебиение, а уже умеешь читать чужие замыслы?
Но, поразмыслив, она поняла: раз Се Ванцин догадался, что она из другого мира, значит, он вовсе не настолько наивен. Просто никто никогда не объяснял ему, что значит учащённый пульс.
— Белый платок сам вернётся, как только Инъэ умрёт.
— Однако...
— Раз уж пришли, давай хорошенько повеселимся.
— Повеселимся?
Мысли Су Няньчжи прервал его голос. Внезапно вокруг них сгустились тени — зловещие призраки, словно вороны, окружили их со всех сторон.
Су Няньчжи невольно сильнее сжала его одежду. Единственный, кто мог сражаться, — это Се Ванцин. Если эти призраки разлучат их, ей останется только ждать смерти.
Решившись, она прижалась к нему ещё ближе и обвила руками его талию.
Ведь он же любит резню. Наслаждается, когда этих призраков режут в клочья.
Су Няньчжи вся сжалась за спиной Се Ванцина и наблюдала, как тот, рассекая демонов мечом, постепенно распускает губы в улыбке. Значит, она угадала.
Когда Се Ванцин погружается в бойню, ему плевать на всё остальное.
Но, погружённая в размышления, она не заметила призрака, летящего к ней сзади. Только очнувшись, увидела, как его клыки уже почти коснулись её щеки.
Су Няньчжи резко развернулась, встав спиной к Се Ванцину лицом к призраку. В тот момент, когда он наклонился, она откинулась назад — и все нападавшие призраки были разрублены его мечом.
Когда Се Ванцин убил последнего демона, его белые одежды уже пропитались грязной кровью.
Он неторопливо вложил меч в ножны и выпрямился, почувствовав тяжесть за спиной.
— Ты чего так прилипла?
Конечно, потому что боюсь умереть...
Су Няньчжи не осмелилась сказать это вслух. Но, вспомнив его странный склад ума, ответила с сомнением в голосе:
— Так... интереснее?
Се Ванцин вновь заговорил, и его голос звучал мягко, как лунный свет:
— Правда?
— Мне кажется, резня с призраками куда занимательнее. Хочешь попробовать?
— Не...
Слово «надо» она не успела договорить — перед глазами вдруг вспыхнули лозы и зелёные листья, полностью закрыв обзор.
Из-за них донёсся насмешливый женский смех.
— Ну что, пришли убить меня?
Это была Инъэ.
Су Няньчжи попыталась отодвинуть листву, но листья плотно прилипли к её лицу.
В панике она случайно провела правой рукой по шипам на лозе — капля крови упала на лист... и тот мгновенно рассыпался в прах.
— Как так?
Инъэ, услышав возглас Су Няньчжи, на миг замерла, но тут же перевела взгляд на Се Ванцина.
— Се Ванцин, думаешь, я не знаю, о чём ты задумался?
— Ждёшь, пока печать на белом платке истощит мою демоническую силу, и тогда сможешь вернуть его, да?
Тело Инъэ, прежде изящное и грациозное, теперь превратилось в дряблую оболочку, натянутую на переплетение лоз.
Су Няньчжи вспомнила человеческие кожи на стенах и догадалась: Инъэ использует чужие оболочки, чтобы ходить среди людей.
Губы Инъэ растянулись в улыбке до самых ушей, изо рта выползла чёрная змея.
— Я тысячу лет живу в Городе Фуянь. Думаешь, не пойму твоих замыслов?
— Но ты подумал ли, что могу контролировать тебя через белый платок?
Глаза Инъэ, сделанные из листьев, вдруг изогнулись, источая тусклый изумрудный свет.
Её муж погиб, разыскивая для неё красивую кожу, — убит именно этим Се Ванцином. Как можно не отомстить?
Инъэ громко рассмеялась, и по бесконечным лозам пополз белый платок, мерцающий бледным светом.
Чёрная змея поползла по платку. В тот миг, когда она коснулась ткани...
Звон меча, падающего на землю, разнёсся эхом. Брызги крови и осколков разлетелись во все стороны.
Юноша в белом безвольно опустился на колени. На его прекрасном лице застыло страдание.
В глазах, обычно мягких, вспыхнул багровый огонь.
— Се Ванцин!
Су Няньчжи, увидев, как он схватился за грудь и рухнул, поняла: Инъэ нашла его слабое место.
Она бросилась к нему, но демонические призраки преградили путь.
— Что?
— Ты так за него переживаешь?
В голосе Инъэ звенел лёд.
Су Няньчжи на миг опешила.
— А? Нет, я не переживаю за него! Я боюсь, что если он упадёт, то я...
— Ха! Вы двое так влюблённы, а между тем разрушили мою семью!
— Се Ванцин! Я не дам вам быть счастливыми!
Рука Су Няньчжи, протянутая, чтобы поддержать его, застыла в воздухе.
— Можно убрать слово «вам»?
Про себя она так и подумала. Но, подняв глаза и увидев мучения Се Ванцина, почувствовала лёгкий укол в сердце.
Левое колено Се Ванцина упёрлось в череп, кости впивались в кожу. Его держали длинные лозы, из которых выползали чёрные черви, ползущие под его одежду.
Капли пота, смешанные с кровью, стекали по лбу. Кровь на губах уже засохла, превратившись в алую родинку.
Ему...
Действительно очень плохо.
Взгляд Су Няньчжи дрогнул.
— Раз ты убил моего мужа, я заставлю тебя убить самого дорогого тебе человека!
Инъэ, управляя лозами, заставила белый платок сжаться. Се Ванцин начал терять рассудок.
— Убей эту женщину!
— А?
— Между нами вообще ничего нет!
— Я точно не та, кого он любит...
Су Няньчжи махала руками, но для Инъэ это выглядело как беспомощная попытка спастись.
К счастью, даже в таком состоянии Се Ванцин не поднял меч против неё.
Главный злодей всё-таки не совсем плох.
Так думала Су Няньчжи.
— Убей её!
Инъэ продолжала орать.
Су Няньчжи гордо вскинула голову:
— Он меня не убьёт! Инъэ, лучше придумай что-нибудь другое.
Пока она говорила, Се Ванцин наконец поднялся, опершись на меч.
Он медленно подошёл к ней и тихо ответил:
— Хорошо...
— Я убью её.
— Вот именно! Ведь я же даже мазь ему мазала.
— Такая связь... как можно просто...
Слово «порвать» она не договорила — вдруг пришла в себя.
Глаза Су Няньчжи распахнулись от ужаса. Она смотрела на Се Ванцина, который шёл к ней с мечом.
Подожди... он сказал «хорошо»?
— Ты хочешь... убить меня?
— Я убью её.
Глаза Се Ванцина из чёрных превратились в багровые из-за демонической трансформации. Родинка у правого глаза тоже вспыхнула алым.
Его губы тронула улыбка. Рассыпавшиеся пряди развевались на ветру, а белые одежды делали его похожим на небесного бессмертного.
— Ты, ты, ты! Успокойся!
Су Няньчжи подняла руки, защищаясь, и попыталась убежать.
Но Се Ванцин шаг за шагом шёл прямо на неё.
— Се Ванцин, у нас нет с тобой никакой вражды! Зачем так?
— Госпожа Инъэ, между нами и правда ничего нет! Отпусти меня, пожалуйста!
Су Няньчжи всю жизнь боялась боли. Если его меч войдёт в её тело...
Даже думать страшно.
Она сирота. Выросла, стала офисным планктоном, умерла от переутомления, переродилась в книге — и снова попала в ситуацию, где её хотят зарезать?
Неужели небеса так несправедливы?
Аромат сосны, смешанный с кровью, становился всё сильнее, пока полностью не окутал её. По щекам вдруг покатились тёплые слёзы.
Она плакала. И очень стыдилась этого.
http://bllate.org/book/11128/995323
Готово:
