Она решила не объяснять, зачем пришла к Бай Жаню. По его лицу было ясно: он и не собирался расспрашивать — а значит, лишних хлопот можно избежать. Наверное, подумал, что какая-нибудь влюблённая девчонка просто хочет повидаться.
Тем не менее Цяо Наньцзя всё ещё не могла поверить, что её так легко пустили внутрь.
Она вошла одна в огромный спортивный зал — пустой, без единой души. Команда ещё не собралась на тренировку.
Через месяц начинался межшкольный баскетбольный турнир шестнадцати школ, а значит, по традиции предстояли недели интенсивных сборов.
Цяо Наньцзя оглядывалась по сторонам и наконец нашла раздевалку.
Медленно, с явным промедлением, она добрела до двери, решив отдать форму и немедленно исчезнуть.
Именно в этот момент кто-то вышел наружу.
Это был Бай Жань.
Автор примечает: Цяо Наньцзя: «Ну вот, теперь всё забыто?»
Бай Жань: «? Мечтаешь… :)»
Цяо Наньцзя, не раздумывая, шагнула вперёд и загородила ему путь.
Бай Жань только что переоделся и держал в руках баскетбольный мяч. Он остановился и слегка склонил голову, ожидая, когда она заговорит.
Цяо Наньцзя прочистила горло.
— Вчера… спасибо тебе.
Бай Жань коротко кивнул:
— Ага.
Их голоса разнеслись по раздевалке, где несколько игроков как раз переодевались. Те замерли; один даже попытался выглянуть, но его тут же втянули обратно.
После вчерашнего урока, который Юй Лань получил от Бай Жаня, сегодня в раздевалке царила полная тишина — никто не осмеливался даже шептать о девушках.
Все услышали, как Бай Жань первым вышел из раздевалки, и сразу же за дверью послышался женский голос.
Это потрясло их до глубины души.
Бай Жань разговаривает с девушкой! Да он вообще с девушками не общается!
Один из игроков, приглушённо шепча, сказал:
— Это Цяо Наньцзя. Я сам её впустил.
— Чёрт, это она?! — воскликнул Юй Лань, вспомнив вчерашнее унижение. — Зачем она сюда пришла? Неужели между ними что-то есть?
— Может, они пара?
Юй Лань решительно возразил:
— Если они пара, я проглочу эту скамейку целиком!
За дверью раздался мягкий, немного смущённый голос Цяо Наньцзя:
— Твои брюки уже выстираны. Очень чисто, можешь не переживать.
Все в раздевалке замолкли. Такой поворот событий ошеломил их настолько, что на мгновение все остолбенели, а потом перевели взгляды на Юй Ланя с лукавым блеском в глазах.
Юй Ланю внутри бушевала целая стая диких коней.
Его лицо то краснело, то бледнело. Под гнетущим вниманием товарищей он медленно обернулся к скамейке под собой — будто получил десяток пощёчин подряд.
— …………
— Оставьте мне хоть каплю достоинства, братцы, прошу вас, — простонал он.
Тем временем за дверью:
Цяо Наньцзя сунула Бай Жаню пакет с формой. Он взял его за ручку — благородные черты лица, длинные изящные пальцы и дешёвый полиэтиленовый пакет смотрелись крайне неуместно вместе.
Цяо Наньцзя смутилась:
— Прости, вчера было так спешно, что не нашлось подходящего пакета…
Бай Жань спокойно ответил:
— Это всё?
— Что… «это всё»? — Она подумала, что он недоволен упаковкой, и торопливо извинилась: — Сейчас сбегаю и куплю получше!
К счастью, в кармане ещё были мелочи. Цяо Наньцзя нащупала их и облегчённо выдохнула.
— Не надо, — сказал Бай Жань.
— А?
Он покачивал пакет на пальце и произнёс:
— В ближайшие сборы — понедельник, среда, пятница после уроков. Будешь помогать в клубе.
Цяо Наньцзя застыла на месте. Работа в баскетбольном клубе — мечта почти каждой девушки в школе, да ещё и возможность получить стипендию за подработку. Проводить всего пару часов в неделю и получать деньги — идеальный вариант.
Бай Жань поручил ей это не как наказание и не ради компенсации — скорее, чтобы помочь.
В голове Цяо Наньцзя засияли золотые монетки.
Она осторожно спросила:
— Надолго?
— Две с половиной недели.
На самом деле Бай Жань просто хотел держать её поближе — чтобы она не устроилась на какую-нибудь опасную подработку.
Цяо Наньцзя и не подозревала об этом. Она лишь подумала, что, в отличие от других девчонок, которые при виде Бай Жаня теряют голову и начинают визжать, она умеет молчать и хранить секреты. А он, судя по всему, терпеть не мог шумных и назойливых людей.
Она энергично кивнула, и на лице расцвела сладкая улыбка.
— Значит, послезавтра я официально приступаю!
Подработка ей была знакома до боли.
Глаза её сияли, уголки губ изогнулись в чрезмерно милой улыбке, обнажив белоснежные зубы. Когда она с таким выражением смотрела на него, Бай Жаню стало неловко. Он моргнул и отвёл взгляд.
— Хорошо.
По дороге домой Цяо Наньцзя чувствовала себя так, будто парит над землёй.
Случайно заполучить такую выгодную работу — да ещё и всего за один урок самостоятельных занятий! Для неё это было невероятно выгодно.
Ей было совершенно всё равно, что подумают другие девушки. Большинство считало её просто «серой мышкой» — тихой отличницей, которая никогда не высовывается и служит фоном для чужой школьной жизни. Угрозы от неё не было никакой.
К тому же работа в баскетбольном клубе — это именно работа. Во время тренировок там царит железная дисциплина, и ей точно не придётся болтать.
Вероятно, Бай Жань заметил, как усердно она трудится на подработках, и решил доверить ей это задание.
Цяо Наньцзя уже достала телефон, чтобы написать Шу Юй, как вдруг её окликнул мальчик:
— Цяо Наньцзя?
Голос был мягкий и приятный.
— А, Бай Янь?
Она машинально спрятала телефон в карман.
— Ты идёшь оттуда? — Бай Янь улыбнулся и кивнул в сторону баскетбольного зала. — Из клуба?
В прошлый раз он уже подумал, что между ней и Бай Жанем что-то есть. Если сейчас снова ошибётся — объяснения станут ещё сложнее.
Цяо Наньцзя поспешно замахала руками:
— Нет-нет! Просто устроилась на подработку в баскетбольный клуб — платят стипендию.
— А, понятно, — Бай Янь снова улыбнулся. — Жаль, что я не знал раньше. В студенческом совете тоже есть несколько мест — помощь отделу обеспечения. Там тоже дают стипендию.
— Но я же не состою в студсовете…
— После того как закончишь в баскетбольном клубе, если захочешь развиваться дальше — приходи к нам.
— Но я не в студсовете…
Бай Янь улыбался так обаятельно, что у Цяо Наньцзя заалели уши. Каждое его слово сопровождалось улыбкой, и чем дольше он говорил, тем тише становился её голос.
— Тогда пойдём через мои связи? — спросил он с лёгкой усмешкой.
— …
«Через его связи?» — растерялась она. Что имел в виду её кумир?
Цяо Наньцзя замерла, и в голове начали метаться самые разные мысли. Бай Янь продолжил мягко:
— Как будущая одноклассница, надеюсь, у нас будет больше возможностей общаться — и в учёбе, и в жизни.
Три удара подряд от кумира.
Цяо Наньцзя была полностью повержена.
Получить одобрение кумира — величайшая удача в жизни! Она так разволновалась, что щёки покраснели.
Бай Янь спросил:
— Ты идёшь в большую аудиторию для самостоятельных занятий?
— Да…
— Пойдём вместе?
Цяо Наньцзя часто видела Бай Яня там, но никогда не осмеливалась сесть рядом — его аура отличника внушала благоговейный страх. Она боялась, что её «обычность» станет слишком очевидной.
— Это… уместно? — осторожно спросила она.
Бай Янь рассмеялся:
— Я не чудовище и не популярный красавчик. Не переживай.
Его лёгкая ирония разрядила обстановку, и Цяо Наньцзя тоже улыбнулась.
Она решила пойти с ним.
Первый раз в жизни — на занятия с кумиром! Сердце колотилось от волнения. Когда они вошли в аудиторию, никто особо не обратил внимания — все были заняты своими делами.
Лишь заведующий, сидевший на кафедре, с теплотой посмотрел на двух своих лучших учеников, сидящих рядом.
«Вот они, настоящие таланты!» — подумал он с гордостью.
Цяо Наньцзя осторожно раскрыла тетрадь и начала решать задачи без остановки — боялась, что Бай Янь подумает, будто она чего-то не знает. А вдруг задача окажется простой? Как же тогда стыдно будет!
Она не хотела опозориться — особенно перед кумиром.
Цяо Наньцзя яростно выводила решения, не давая себе ни секунды передышки.
Бай Янь с изумлением наблюдал за этим.
Он несколько раз пытался заговорить, но Цяо Наньцзя каждый раз перебивала:
— Со мной всё в порядке, не волнуйся, я справлюсь!
Он смотрел на её сосредоточенное лицо и невольно улыбался.
Так они просидели до конца занятий. Цяо Наньцзя не только сделала всё домашнее, но и решила ещё пять дополнительных листов. Закрыв тетрадь, она обернулась — и увидела, что Бай Янь смотрит на неё с улыбкой.
— Ты очень усердная.
— Спасибо за комплимент!
...
— И это причина, по которой ты всё занятие молчала?! — чуть не упала в обморок Шу Юй, когда Цяо Наньцзя рассказала ей вечером. — Ты просто стальной зануда!
Цяо Наньцзя удивилась:
— Разве я плохо себя вела? Я решила пять контрольных!
Шу Юй безнадёжно махнула рукой:
— …Ты меня добьёшь.
Цяо Наньцзя расстроилась.
Перед сном она написала Му Байфаню, добавив в конце:
[Нань Юй Юй Юй]: Сегодня прошёл отлично.
Бай Жань, лёжа на кровати с телефоном в руке, прочитал это сообщение и едва заметно улыбнулся.
Он и знал.
Автор примечает: Цяо Наньцзя: «Знал что?!»
Шу Юй всю ночь напропалую читала Цяо Наньцзя мораль.
То называла её «стальным занудой», то жаловалась, что та упустила шанс попасть в баскетбольный клуб. Цяо Наньцзя засыпала прямо под этот поток, и даже во сне ей мерещился голос подруги.
Утром, в тусклом свете рассвета, Цяо Наньцзя редко позволила себе зевнуть и потереть глаза.
Голова была ещё в тумане, когда она медленно направлялась к своему месту. Внезапно кто-то загородил ей путь.
Это был Юй Лань, физрук класса.
Он был высокий, стоял спиной к свету, и его взгляд казался угрожающим. В классе уже заметили эту сцену и напряглись.
«Юй Лань явно пришёл с плохими намерениями», — подумали все.
Цяо Наньцзя решила, что он снова хочет её унизить или посмеяться над историей с брюками. Она молча сжала губы и посмотрела на него без эмоций.
Их взгляды встретились, и время словно замерло.
Юй Лань громко и резко произнёс:
— Завтрак уже куплен. Прошу принять!
Цяо Наньцзя: «???»
Весь класс остолбенел.
На лице Цяо Наньцзя читались шок и недоумение, но Юй Лань становился всё почтительнее. Он поставил на её парту булочки с паром и соевое молоко и добавил:
— Если кому-то понадобится помощь или кто-то обидит тебя — обращайся ко мне. Я за тебя вступлюсь.
Цяо Наньцзя: «…» Неужели Юй Лань сошёл с ума?
— Я не ем завтрак. Забирай обратно.
— Нет! Пожалуйста, прими! Я искренне раскаиваюсь в своей грубости и прежнем поведении. Если ты откажешься — мне будет очень больно!
Цяо Наньцзя была поражена.
Юй Лань в классе всегда славился резкостью: с теми, кого не любил, он говорил жестоко и без малейшего такта. Такое извинение казалось невозможным.
И не только ей — все в классе знали, какой он человек.
Никто не верил своим глазам.
В наступившей тишине Юй Лань вернулся на своё место и громко стукнул по столу:
— Все сдали домашку? Самостоятельные работы? Почему все сидят, как статуи?!
От такого окрика класс мгновенно пришёл в движение.
http://bllate.org/book/11092/992071
Готово:
