Линь У и две её соседки по комнате сидели в самом конце аудитории. Цяо Лоюй, едва переступив порог, сразу их заметила, подхватила сумку и уселась рядом.
— Почему так далеко?
— Мы опоздали, — уныло ответила Линь У.
Первое занятие после начала семестра редко кто пропускал, да и преподавателем был сам Линь Цзяньюй — свободных мест в аудитории не осталось.
Вскоре Цяо Лоюй увидела, как вошёл тот самый человек, с которым она только что рассталась. Девушки в классе одновременно загорелись глазами, кто-то тихонько воскликнул «вау», и все зашептались между собой.
Цяо Лоюй услышала, как одна из соседок Линь У резко втянула воздух:
— Боже, он реально такой красавчик!
— Я готова! Готова ходить на каждую пару!
— Няньня точно пожалеет, что не пришла сегодня.
— Да уж, — подхватила Линь У, присоединяясь к ним с явно натянутой улыбкой.
Прозвенел звонок.
— Всем добрый день, я ваш преподаватель по этому курсу — Линь Цзяньюй, — произнёс он с лёгкой усмешкой, взял мел и вывел на доске своё имя и номер QQ. — По любым вопросам можете писать мне в QQ.
Девушки внизу, услышав его голос, моментально приняли вид влюблённых дурочек и начали тыкать друг друга локтями в восторге.
Линь У покачала головой и передразнила их с северо-восточным акцентом:
— Ой-ой, стыдно смотреть, правда стыдно!
— Лучше всё же посмотри, — поддразнила её Цяо Лоюй. — Разве ты не переживаешь за судьбу своего брата? Среди ваших девушек из факультета связи полно красивых — может, приглядишь ему невесту?
— Красивые, конечно, есть, но мало кто достоин моего брата, — Линь У оперлась подбородком на ладонь и, шутливо прищурившись, добавила: — Вот если бы такая, как ты, стала моей невесткой — тогда да.
Цяо Лоюй тоже подперла щёку рукой и, глядя на неё, подмигнула:
— Тогда, боюсь, ему будет очень трудно найти такую.
— Отвали! — фыркнула Линь У.
На кафедре Линь Цзяньюй попросил старосту принести список для переклички и начал называть студентов.
Преподаватели факультета радиовещания никогда не пользуются микрофонами — это мешает демонстрировать примеры дикции. Линь Цзяньюй спустился в центр аудитории и чётко, громко произнёс каждое имя.
— А вдруг твой брат нас подставит? — с тревогой спросила Цяо Лоюй.
— Мой брат… — начала Линь У таким тоном, будто собиралась сказать «конечно нет», но после трёхсекундной паузы тихо добавила: — Конечно, подставит!
— …
Каждый раз, когда Линь Цзяньюй называл имя, он поднимал глаза и смотрел туда, откуда раздавался ответ. Его слух был настолько острым, что он безошибочно определял, из какого именно угла прозвучало «есть».
Вскоре очередь дошла до студентов режиссёрского отделения.
— Линь У.
— Есть.
Линь Цзяньюй взглянул на неё и улыбнулся, затем назвал следующее имя:
— Ся Няньнянь.
Ся Няньнянь была той самой соседкой Линь У, которая не пришла на занятие. Цяо Лоюй тут же откликнулась:
— Есть!
— Есть!
В аудитории наступила внезапная тишина. Цяо Лоюй и Линь У в одинаковом изумлении повернулись к студенткам факультета радиовещания справа.
Как так получилось, что ещё кто-то отозвался за Ся Няньнянь?
— Чёрт, что за дела?! — возмутилась одна из соседок Линь У. — Няньня вообще с ума сошла! Зачем ей понадобилось просить кого-то с другого факультета отвечать за неё?
— Да уж, сама напросилась на неприятности, — проворчала другая.
Линь Цзяньюй с интересом наблюдал за ними, постукивая кончиком ручки по списку. Он явно был в прекрасном настроении — даже в голосе звучала лёгкая насмешливая интонация:
— Так кто же из вас настоящая Ся Няньнянь?
Цяо Лоюй посмотрела на Линь У, та едва заметно кивнула — и она тут же опустила голову, не издав ни звука. Но и девушка с факультета радиовещания тоже замолчала. В аудитории снова повисла тишина на несколько секунд.
— Боже, почему у неё с нами вообще нет никакого взаимопонимания! — Линь У упала лицом на парту и раздражённо прикусила губу.
— Что теперь делать? — тихо спросила Цяо Лоюй.
— Ладно, пусть сама разбирается со своими проблемами. Нам не до этого.
— Ладно.
Все четверо в их ряду одновременно опустили головы, делая вид, что ничего не произошло и они обо всём этом ничего не знают.
Линь Цзяньюй лишь покачал головой с улыбкой и, не желая их смущать, перешёл к следующему имени.
Когда он закончил перекличку более чем тридцати студентов, вернул список старосте, вернулся к кафедре и, глядя на аудиторию, мягко произнёс:
— У меня на занятиях почти нет правил. Я провожу перекличку только на первой и последней паре семестра. Остальные занятия вы можете пропускать.
— Вы уже взрослые люди и должны уметь нести ответственность за себя. Я не буду заставлять вас приходить, но надеюсь, что время, которое вы не тратите на мои лекции, вы посвящаете тому, что вам действительно нравится или чему-то полезному для будущего, а не просто играете в игры или спите в общежитии.
— Если у вас возникнут какие-либо трудности в университете — всегда можете ко мне обратиться. Хотя, конечно, лучше, чтобы трудностей не возникало вовсе.
Он тихо рассмеялся, раскрыл книгу перед собой и сказал:
— Ну что ж, начнём занятие.
— Боже, какой же он добрый и идеальный! — соседка Линь У была совершенно покорена и принялась трясти её за руку.
— Да-да, круто, круто, бог, бог… — Линь У отвечала с явным безразличием.
Цяо Лоюй улыбнулась и достала из сумки альбом с карандашами, чтобы рисовать. Когда она рисовала, ничто не могло отвлечь её внимания — она не услышала ни слова из лекции.
Когда прозвенел звонок на перемену, многие студенты выбежали покурить или в туалет, и аудитория заметно опустела.
Всё это время Линь Цзяньюй следил за последним рядом. Даже Линь У, еле сдерживая сонливость, старалась слушать, но Цяо Лоюй ни разу за сорок минут не подняла головы.
Он положил книгу, неспешно спустился вниз, оперся на край их парты — но, увидев, что Цяо Лоюй по-прежнему погружена в рисунок, просто сел на соседнее место.
Линь У, заметив брата, потянула Цяо Лоюй за рукав. Та нахмурилась — она как раз заканчивала деталь.
— Не мешай, сейчас дорисую.
— Так вот как ты ходишь на чужие пары?
Узнав знакомый голос, Цяо Лоюй тут же замерла, повернула голову и встретилась взглядом с чистыми, ясными глазами. Он спокойно сидел в кресле, глядя на неё так, будто поверхность воды колыхалась от нежных рябей.
— Преподаватель Линь…
Его взгляд скользнул к её рисунку, и он тихо спросил:
— Дипломную работу ещё не закончила?
— Да, преподаватель говорит, что она недостаточно привлекательна.
Он немного помолчал, глядя на эскиз, а потом предложил:
— А ты не пробовала совместить ханьфу с современной модой?
Цяо Лоюй удивилась, но тут же перевела взгляд на свой рисунок.
Недостаток ярких цветов и слабая привлекательность — обе эти проблемы легко решались через микс стилей.
Её глаза загорелись, в голове вспыхнули новые идеи. Она взяла чистый лист и снова схватила карандаш.
— Не надо торопиться прямо сейчас, — Линь Цзяньюй постучал по парте. — Раз уж пришла на чужую пару, может, послушаешь лекцию?
С этими словами он тихо усмехнулся и вернулся к кафедре.
На вторую пару Цяо Лоюй принесла совсем немного цветных карандашей — сейчас она точно не успеет закончить. Поэтому она просто убрала альбом и решила послушать Линь Цзяньюя.
Его голос был таким же, как всегда: мягкий, размеренный, без спешки — каждое слово, будто сказка, постепенно сглаживало все острые углы в душе.
Неудивительно, что все слушали, заворожённые.
Будь у её профильного преподавателя такой же тембр, она тоже смогла бы не отвлекаться ни на секунду.
Перед самым концом пары, пока ещё не прозвенел звонок, Линь Цзяньюй неожиданно завёл разговор:
— Кто-нибудь из вас участвует в «Кубке Муцина»?
— Есть! — с передней парты тут же указали на одну из девушек в очках. — Преподаватель Линь, это наш факультетский гений!
— Гений?
Девушка в очках ответила с гордостью:
— Преподаватель Линь, я в дебатной команде университета.
— «Гений» — это очень высокий титул, — Линь Цзяньюй немного задержал на ней взгляд и кивнул с улыбкой. — Хорошо выступайте.
— Да… — её голос сразу стал тише. — Я постараюсь.
— Удачи, — Линь Цзяньюй легко подбодрил её, а затем бросил последний взгляд на Цяо Лоюй, которая в это время что-то обсуждала с Линь У, закрыл книгу и вышел из аудитории сразу после звонка.
Вернувшись в общежитие, Цяо Лоюй взяла бумагу и карандаши и направилась прямиком в библиотеку. Она проработала там до самого закрытия, потом пошла принимать душ, включила режим «не беспокоить» на телефоне и продолжила рисовать до глубокой ночи.
Две соседки уже спали. Цяо Лоюй тихонько поставила стул под стол, выключила настольную лампу и осторожно забралась на кровать.
Она посмотрела на время — уже два часа ночи. Собираясь лечь спать, она заметила красную цифру «1» в углу значка WeChat.
У Цяо Лоюй была лёгкая форма ОКР, поэтому она тут же открыла приложение. Линь Цзяньюй прислал сообщение — он отредактировал её курсовую работу.
Цяо Лоюй быстро просмотрела текст: содержание осталось прежним, но он перестроил предложения и порядок изложения — теперь работа выглядела гораздо плавнее, логичнее и выразительнее.
В литературном мастерстве Линь Цзяньюя невозможно было сомневаться.
Цяо Лоюй: Спасибо! Гораздо лучше моего варианта, теперь точно всё в порядке.
Линь Цзяньюй: Рад, что смог помочь.
Линь Цзяньюй: Почему ещё не спишь?
Цяо Лоюй: Думаю над тем миксом, который ты сегодня предложил.
Линь Цзяньюй: Подумай завтра. Ложись спать пораньше.
Цяо Лоюй: А ты сам? Почему не спишь?
Линь Цзяньюй: Редактирую дебатный текст.
Цяо Лоюй: И ты тоже отложи на завтра. Ложись спать.
Цяо Лоюй вернула ему его же слова. Линь Цзяньюй, сидевший за компьютером, невольно улыбнулся.
Линь Цзяньюй: Хорошо.
Линь Цзяньюй: Спи спокойно. Спокойной ночи.
Цяо Лоюй: Спокойной ночи.
Цяо Лоюй потратила несколько дней, чтобы доработать курсовую, и снова отнесла её научному руководителю. На этот раз преподаватель не скупился на похвалу и сказал, что работу можно считать готовой к защите.
Выйдя из кабинета, она почувствовала огромное облегчение и решила, что прямо сейчас соберёт вещи и переедет обратно в свою маленькую комнату, чтобы полностью сосредоточиться на дизайне для показа мод.
Всё это удалось благодаря Линь Цзяньюю.
Цяо Лоюй взглянула на часы — только час дня. Наверное, сейчас в дебатной команде кто-то тренируется?
Она достала телефон и написала Линь Цзяньюю. Едва выйдя из административного корпуса, её телефон зазвонил.
— Алло, здравствуйте.
— Это Линь Цзяньюй.
Цяо Лоюй узнала голос сразу и повторила то, что только что написала в сообщении:
— Ты в тренировочном зале? У меня как раз есть время — хочу заглянуть.
— Где ты сейчас?
— Перед административным корпусом, у футбольного поля.
— Понял. Оставайся на месте, я сейчас подойду.
Цяо Лоюй хорошо запомнила расположение тренировочного зала в прошлый раз — она вполне могла найти его сама.
— Я помню дорогу, могу дойти сама.
— Ничего страшного, не беспокойся. — Его мягкий, чуть хрипловатый голос доносился сквозь трубку. — Подожди меня на месте.
На этот раз Цяо Лоюй действительно не нашлось, что ответить. Она осталась у футбольного поля и стала ждать.
Через несколько минут в поле зрения появилась фигура Линь Цзяньюя. На нём была белая повседневная куртка и чёрные брюки — выглядел он невероятно чисто и уютно.
Подойдя к ней, он первым делом спросил:
— Пойдём выпьем молочного чая?
Цяо Лоюй немного опешила от такого поворота.
Линь Цзяньюй многозначительно добавил:
— Давно не был в университете — совсем не знаю, в какой из чайных здесь вкуснее всего.
Смысл был настолько прозрачен, что Цяо Лоюй была бы дурой, если бы не поняла. Она легко подхватила:
— Тогда я тебя провожу. Но не гарантирую, что тебе понравится.
— Обязательно понравится, — он улыбнулся.
Цяо Лоюй привела его в чайную неподалёку от тренировочного зала. Все столики внутри были заняты — везде сидели по четверо, оживлённо обсуждая что-то с бумагами и ручками.
Она на мгновение замерла, почти подумав, что ошиблась дверью.
Как только Линь Цзяньюй вошёл, его сразу узнали. Многие студенты повернулись и кивком поздоровались с ним.
Он мягко улыбался, медленно переводя взгляд слева направо, отвечая каждому на приветствие, и лишь потом обратил внимание на меню.
— Что здесь вкусного?
— Думаю, «какао с пудингом» неплохо.
http://bllate.org/book/11087/991746
Готово:
