На первую, капризную часть фразы этого молодого господина Сюй Синь решительно проигнорировала — в конце концов, она никогда и не рассчитывала, что он станет заботиться о здоровье её ног. Раз уж он такой, ей точно не стоило из-за этого переживать.
А вот на второй вопрос она ответила:
— Утром того дня, вернувшись в номер, почувствовала лёгкое недомогание и, чтобы не запустить простуду, съездила в больницу. Там случайно заметила отделение иглоукалывания и физиотерапии и решила заглянуть — спросить совета у врача.
— «Лёгкое недомогание»? — Хань Шо слегка приподнял уголок губ и произнёс с лёгкой иронией: — Видимо, это моя вина. Мы тогда слишком близко друг к другу прилегли.
От этих слов Чжан Мэн, шедший впереди, резко обернулся с совершенно ошарашенным лицом:
— Ладно, насчёт компрессов на ноги я ещё понимаю, но как это — «слишком близко прилегли»?!
Двое причастных лишь подняли брови и промолчали, не торопясь отвечать. Тогда Чжан Мэн скривился так, будто проглотил лимон целиком:
— Неужели за одну командировку вы успели завести неразборчивые отношения?! Честно говоря, сразу после вашего возвращения я почувствовал, что между вами что-то не так!
Его громкий возглас заставил всех идущих впереди обернуться с испуганными глазами. Первым нарушил молчание Чжао Гэн:
— Босс, думаю, тебе стоит направить свои развратные лапы куда-нибудь в другое место. А то вдруг вы поссоритесь, и Сюй Синь уволится. Серьёзно, она намного лучше твоей прошлой помощницы. Если она уйдёт, первыми тебя придушат Чжан Мэн и Чэнь Хуа.
Хань Шо хмыкнул, но ничего не сказал. Он просто обошёл всех и подошёл к менеджеру ресторана, велев открыть большой частный зал. Сюй Синь осталась одна перед семью парами допрашивающих глаз.
Это, конечно же, была мелочная месть со стороны мужчины, только что получившего целую гору «оскорблений».
Сюй Синь: «…»
В тот вечер, когда они уже наполовину поужинали, в зал внезапно вошли две девушки. Покраснев и робко глядя на Хань Шо, они спросили, нельзя ли получить автограф.
Атмосфера в кабинете мгновенно стала неловкой. Все сотрудники студии одновременно перевели взгляд на Хань Шо, опасаясь, что он сейчас скажет что-нибудь такое, что доведёт девушек до слёз.
Сюй Синь тоже взглянула на него.
Но Хань Шо лишь на миг замер, а затем, совершенно бесстрастный, продолжил есть, даже не сделав попытки подписать автограф.
Девушки у двери побледнели от смущения ещё больше, чем сами сотрудники студии.
Тогда Чжан Мэн, внимательно следя за выражением лица босса, встал и мягко, но твёрдо сказал девушкам:
— Простите, девушки, но наш босс сегодня неважно себя чувствует. С автографами, пожалуйста, обратитесь в другой раз. К тому же это частный зал, и ваше вторжение ставит нас в очень неудобное положение. Боюсь, после такого мы вообще перестанем выходить в рестораны.
Чжан Мэн умел говорить так, чтобы одновременно и отказать, и дать понять, что их поведение было неуместным. Девушки тут же опустили головы, извинились и быстро убежали.
Через некоторое время появился менеджер, который принялся извиняться без умолку. Оказалось, что девушки заметили их у входа и специально дождались момента, когда рядом не будет официантов, чтобы постучаться в дверь. Это, по его словам, была недоработка ресторана.
Хань Шо лишь махнул рукой и сказал менеджеру за дверью: «Ничего страшного». Они ещё минут пять поговорили, после чего менеджер ушёл, а Хань Шо пригласил всех продолжать ужин.
Однако этой ночью история уже разлетелась по интернету.
Неизвестно, кто именно — одна из тех девушек или их подруга — опубликовала в соцсетях пост:
«Какой же этот супермодель высокомерный придурок! Всего восемь миллионов подписчиков, а уже воображает себя первой звездой. Всё равно что интернет-знаменитость! Встретив фаната, даже руку пожать не может? Это ведь займёт всего пару секунд! Не буду называть имён, но вы все знаете того, кто постоянно мелькает в трендах благодаря TE.»
Этот пост той же ночью купили в тренды, и в хештегах появились такие формулировки, как «Хань Шо грубо обращается с фанатами» и «Имидж представителя TE рушится».
Чжан Мэн и остальные сразу поняли: кто-то нанял ботов. Информация распространялась стремительно.
А комментарии пользователей становились всё грубее:
【vens любит: Давно известно, что у таких моделей с этикой полный провал [улыбка]. Хуже третьесортных идолов.】
【Поддержка и подбадривание: Признаю, он красив и харизматичен, но талант не гарантирует хороших манер [doge]. Говорят, его личная жизнь — сплошной хаос. Раньше же ходили слухи о связи с актрисой первого эшелона? Обычный выскочка на чужих плечах.】
【Чжоу Хун — белая луна в моём сердце: Вышеупомянутые, не тащите мою Хун в это! Иначе я вас забаню и поставлю три лайка подряд! В юности все путают людей и собак, это просто игра.】
【Ты, наверное, совсем с ума сошёл: Честно, даже если бы такой красавец играл со мной в любовные игры, я бы согласилась! И вообще, он же не знаменитость! Лучше смотреть на экран, чем лезть в его личную жизнь.】
…
Хотя находились и те, кто выступал против вторжения в личное пространство, их голоса быстро тонули в потоке насмешек и обвинений. В итоге Хань Шо вновь оказался в трендах — на тринадцатом месте, став одним из самых «долгоживущих» участников списка популярных тем.
Из-за этого инцидента PR-отдел TE даже связался с Хань Шо. После долгого телефонного разговора они начали решительно подавлять негатив, и жара постепенно пошла на спад.
Однако на форуме уже выросла огромная тема про Хань Шо. Некий однокурсник, используя анонимный аккаунт, выложил фото и «доказательства», якобы свидетельствующие о том, что в университете Хань Шо был задирой и распутником, которого учителя считали проблемным студентом.
Конечно, фанаты Хань Шо тоже не сидели сложа руки. Многие известные авторы из мира моды и иллюстраторы из художественных кругов встали на защиту своего кумира. Одни рисовали сатирические картинки, другие выкладывали в сеть достижения студии Wind с момента её основания, чтобы опровергнуть обвинения в «красоте без мозгов». Большинство же кричало: «Мой Итан — не идол, не актёр и не певец! У него нет обязанности обслуживать вас, фанатов-незнакомцев! Кто осмелится нарушить его покой — получит по заслугам!»
А некий выпускник группы по живописи с натуры из университета А прикрепил интервью, где преподаватель Чжэн Дункуй отзывался о Хань Шо исключительно в восторженных тонах. Под этим постом красовался скриншот того самого пользователя, утверждавшего, что Хань Шо — «проблемный студент», и рядом стоял огромный знак вопроса.
И пока обе стороны яростно сражались, а сторонние наблюдатели собирались вокруг, студия Wind опубликовала официальный ответ:
[В связи с клеветническими и очерняющими заявлениями пользователя @Чжоу Жэнь1225 в адрес нашей модели @ИтанХань, студия Wind намерена предпринять соответствующие юридические меры. У нашей юридической команды имеются видеозаписи с камер наблюдения от 3 ноября, подтверждающие, что во время частного ужина сотрудников студии две фанатки самовольно вошли в закрытый зал, несмотря на правила ресторана, и потребовали автограф. Поскольку данное действие нарушило личное время сотрудников и Хань Шо в тот момент плохо себя чувствовал, просьба была вежливо отклонена.
Хотя мы понимаем порыв фанатов, мы не можем его оправдать. Просим всех поклонников студии Wind относиться к любимым моделям разумно: приближайтесь к их работам, но держитесь подальше от их личной жизни.
Студия оставляет за собой право преследовать в судебном порядке всех, кто наносит вред нашим сотрудникам.
[Видео]]
После публикации этого поста Чжан Мэн выключил телефон и швырнул его на диван с выражением лица «это приказ босса, так что последствия меня не касаются».
Сюй Синь посмотрела на Хань Шо. Тот курил, уже полностью расслабившись перед телевизором после того, как отдал приказ Чжан Мэну.
— Ты слишком рискуешь, — наконец тихо вздохнула она.
Ведь у студии Wind и вовсе нет юридического отдела, а публикация видео — не самый безопасный шаг. В лучшем случае это прояснит позицию студии и поможет избежать подобных ситуаций в будущем. В худшем — вызовет обратную реакцию и раздует скандал ещё сильнее.
Но Хань Шо лишь прищурился на неё сквозь дым и сказал:
— Поверь мне, официальное заявление студии звучит куда дипломатичнее, чем мой личный твит. Да и вообще, с каких пор правила шоу-бизнеса стали применяться к нашей сфере? — Он фыркнул, закинул ногу на ногу и принялся тыкать пальцем в воздух с презрительным видом: — Я прекрасно знаю, какова моя личная жизнь. Даже если бы я был первым идолом страны, за кадром мог бы делать всё, что угодно. Посмотри сама: через пару дней эти тролли поймут, насколько они глупы. Пускай себе пишут гадости в интернете — я спокойно ем, пью и зарабатываю деньги. Почему бы им не заняться настоящими проблемами вроде наркотиков среди артистов, вместо того чтобы лезть в жизнь человека, который даже не из их мира?
К тому же этот момент рано или поздно настал бы. Даже если бы я не поступил так тогда, всё равно сделал бы это сейчас. Потому что я чётко понимаю нашу позицию. Если начать угождать каждому встречному, где этому конец? Что делать при съёмках на улице? А если студия запустит серию уличных фотосессий? Лучше заранее дать всем понять наши правила — так мы избежим множества проблем в будущем. Хотят называть нас бессердечными или надменными — пусть называют. Наша задача — служить моде, а не толпе. Кто этого не понимает, пусть уходит из профессии.
Чжан Мэн первым захлопал в ладоши.
— Вот за это я и люблю босса — он готов спорить со всем миром! Кажется, дай ему сейчас «ракету-прыгуна», и он взлетит прямо в небо! — хихикнул он. — И, кстати, фраза «служить моде» — просто гениальна!
Сюй Синь промолчала.
Она смотрела на того, кто, закончив свою речь, снова взялся за пульт и начал переключать каналы. Спустя некоторое время она опустила глаза и тихо улыбнулась.
Ладно.
Раз он не боится — чего ей бояться?
Ведь они все теперь в одной лодке. Она не верила, что он потянет их всех на дно.
Потому что всегда верила: он тот, кто приведёт их к берегу.
Из-за этого инцидента в студии на несколько дней стало даже спокойнее, чем раньше. Во-первых, большинство проектов завершилось, и Чжао Гэн с командой уже спешили обратно в университет готовиться к промежуточным экзаменам. Те, кто остался в студии, почти все отключили интернет и телефоны, чтобы не травмировать психику отвратительными комментариями.
Сюй Синь на следующий день после возвращения тоже съездила в университет, забрала несколько комплектов одежды и вернулась на виллу. Чтобы успеть закончить коллекцию, она теперь жила прямо в студии, полностью отрезав себя от внешнего мира и сосредоточившись на работе.
Однако никто не ожидал, что первым, кто пришёл навестить студию в разгар скандала вокруг Хань Шо, окажется Ли Лу.
Когда Сюй Синь открыла дверь, она на мгновение опешила: Ли Лу пришла не с пустыми руками. Сюй Синь сразу заметила в её правой руке нечто вроде собачьей переноски.
Хань Шо спустился вниз небритый, в одном цвете майки и шортов, совершенно без намёка на образ. Увидев Ли Лу, он спокойно кивнул, и та ответила так же — между ними не было и тени неловкости, несмотря на прошлое.
Хань Шо уселся на одиночный диван и тут же уставился на пушистое создание, уютно устроившееся на коленях Сюй Синь.
— Это ещё что за зверь? — вырвалось у него.
Сюй Синь была полностью поглощена щенком и не ответила. Ли Лу рассмеялась:
— Это один из щенков нашей Нюньнюнь. Ещё не назвали. Хотите — придумайте имя сами.
Хань Шо приподнял бровь:
— Как, ты специально пришла продавать собаку?
Ли Лу закатила глаза:
— Да иди ты! Разве не слышал: «нет покупки — нет страданий»? Наша Нюньнюнь — чистокровная желто-белая корги, и щенки у неё прекрасные. Остальных я уже раздала, но этот родился с недостатком кальция в задних лапках и немного хромает. Мои друзья отказались его брать. У меня в студии места хватает только для самой Нюньнюнь, поэтому я подумала — может, вы захотите его взять?
— Значит, навестить нас — это у тебя «между делом»?
http://bllate.org/book/11050/988857
Готово:
