Госпожа Ло была поражена ещё сильнее:
— Отправить? Куда?
Ло Нинхань крепко сжала мать за руку, на лице у неё застыло напряжение.
Ло Мо улыбнулась:
— У неё же свой дом есть. Я вернулась — значит, и ей пора возвращаться. Каждый к своей матери, в свой дом. Всё по справедливости.
Госпожа Ло с изумлением посмотрела на Ло Мо и почувствовала, как внутри всё обледенело: «Какая же эта девочка бесчувственная!»
Её голос стал ледяным:
— Это… вообще человеческие слова?
Ло Мо тоже «изумилась»:
— Но ведь именно так вы сами и поступили!
Госпожа Ло: «……» Чёрт побери!
Если они сами прекрасно понимали, как мучительно больно отдавать воспитанную двадцать лет дочь — будто сердце вырывают из груди, — разве не так же страдали родные Ло Сяомэй, когда ту забрали обратно? Кто в этом богатом доме Ло хоть раз подумал о том, что сейчас переживают её настоящие отец и мать? Видимо, все полагали, что в той деревенской глуши люди радуются и празднуют!
Ло Нинхань нахмурилась, в миндалевидных глазах вспыхнуло недовольство:
— Если ты такая благочестивая, зачем вообще вернулась?
Даже если бы эти слова произнёс Ло Мохань, в них звучало бы хоть немного основания. Но из уст Ло Нинхань они прозвучали просто смешно.
— Зачем я вернулась? — переспросила Ло Мо, прищурившись. В её взгляде мелькнул неописуемый холод.
Даже госпожа Ло, прошедшая через множество бурь, почувствовала, как по спине побежали капли холодного пота.
Наконец женщина напротив заговорила ледяным, но твёрдым голосом:
— Я вернулась… чтобы добиться справедливости.
Госпожа Ло опешила. Какой справедливости? Разве она сама хотела, чтобы детей перепутали? Ло Нинхань тогда была всего лишь младенцем — разве могла она что-то решать?
Когда госпожа Ло была беременна Ло Мо, у неё развилась депрессия, которая с каждым днём становилась всё тяжелее. Поэтому господин Ло, когда до родов оставалось совсем немного, повёз её в путешествие, чтобы она любовалась пейзажами и отдохнула.
Её настроение постепенно улучшилось, и господин Ло, увидев, что метод работает, решил отправиться ещё дальше.
Место, где Ло Мо прожила двадцать лет, было глухой, бедной деревней.
Однако именно в тот период из деревни в ближайший городок началось активное развитие одного из самых известных в стране туристических направлений. Особенно вечерние прибрежные пейзажи стали любимым местом художников и фотографов со всей страны.
Каждый вечер, когда солнце клонилось к закату, облака затмевали его свет, а небо озарялось тысячами лучей…
Та красота даже на фотографиях вызывала трепет в душе. Господин Ло без колебаний повёз жену туда. Кто мог подумать, что роды начнутся на две недели раньше срока?
А ещё никто не ожидал, что в той больнице окажется другая семья с фамилией Ло.
В те времена больницы были не такими, как сейчас: новорождённых помещали в специальный детский блок, и хотя при поступлении их метили правильно, при выписке путаница случалась сплошь и рядом.
Тем более что обе семьи носили одну фамилию, а бирки с рук малышей снимали даже во время купания. Так и произошла ошибка.
Но вина в этом случае лежала не на семьях и тем более не на детях. Слова Ло Мо казались бессмысленными и капризными.
Увидев, насколько неблагодарной и своенравной стала Ло Мо, госпожа Ло возненавидела её ещё сильнее. Она подумала: «Эту девочку, выросшую в деревне, явно воспитали неправильно. Конечно, у неё не может быть чувств к нашей семье».
Хотя разговор завершился крайне неприятно, вечерний банкет устраивал лично старый господин Ло, и пропустить его было невозможно.
Поэтому, сдерживая желание выплюнуть кровь, госпожа Ло всё же повела Ло Мо на мероприятие.
***
Госпожа Ло много лет жила в Яочэне и, конечно, имела свои любимые магазины.
На втором этаже торгового центра «Цяньмин» находился огромный бутик одежды.
Хотя площадь магазина была внушительной, он ориентировался исключительно на высокий ценовой сегмент. Здесь даже обычные хлопковые носки стоили тысячу юаней, а шуба за сто тысяч — это ещё считалось обычной ценой.
Приводя Ло Мо сюда, госпожа Ло хотела наглядно продемонстрировать ей разницу между жизнью в деревне и состоянием семьи Ло.
«Пусть даже язык у неё острый, — думала госпожа Ло, — но кругозор-то всё равно узок!»
Опершись на Ло Нинхань, госпожа Ло гордо и уверенно вошла в магазин. Владелица бутика тут же подбежала к ним:
— Ах, госпожа Ло и мисс Ло! Что сегодня желаете приобрести?
Ло Нинхань незаметно взглянула на Ло Мо. В этот момент она снова почувствовала себя настоящей мисс Ло — избалованной и важной двадцать лет.
Она слегка приподняла подбородок и указала на Ло Мо:
— Я хочу купить платье для сестры.
Госпожа Ло тоже посмотрела на Ло Мо, ожидая, что та сейчас растеряется от обилия роскоши.
Но вместо этого Ло Мо лишь холодно окинула взглядом весь магазин и тут же отвела глаза.
Госпожа Ло: «……» Подожди, я ещё покажу тебе! Не верю, что ты внутри не в шоке!
Владелица бутика, услышав слова Ло Нинхань, немедленно повернулась к Ло Мо и восхищённо воскликнула:
— Ой, да это же младшая мисс Ло?
Ло Нинхань не сдержалась и чуть не фыркнула от смеха.
Ло Мо косо взглянула на продавщицу и холодно бросила:
— Если не умеешь говорить — лучше молчи.
Та поперхнулась, сразу поняв, что обидела клиентку своим обращением, но в её профессии подобные унижения — мелочь. Она смиренно спросила:
— …Простите, как мне вас называть?
Ло Мо направилась внутрь магазина и небрежно ответила:
— Просто «сестра Ло».
Владелица, видя, что перед ней юная девушка с таким внушительным авторитетом, еле сдержала улыбку:
— …Тогда, сестра Ло, что бы вы хотели посмотреть?
Ло Мо шла впереди, а госпожа Ло с Ло Нинхань — следом. Они решили не мешать ей и позволить самой столкнуться с реальностью: «Деревенская девчонка, сейчас увидит ценники и точно онемеет от страха. Поймёт тогда, насколько велика пропасть между ней и семьёй Ло».
Ло Мо вдруг остановилась и резко обернулась к госпоже Ло:
— Мадам, вы угощаете?
Госпожа Ло: «……Конечно». Хоть и сообразила спросить заранее — не совсем глупая.
Ло Мо одарила её доброжелательной улыбкой, от которой госпожа Ло даже голова закружилась от удовольствия. Но в следующий миг Ло Мо произнесла фразу, способную свалить с ног:
— Принесите мне самое дорогое платье в вашем магазине!
Владелица мгновенно отреагировала:
— Сию минуту! Сестра Ло, присаживайтесь, сейчас всё принесу!
Рука госпожи Ло, протянутая, чтобы остановить эту безумную затею, замерла в воздухе. Она медленно повернула голову к Ло Мо, словно перед ней стоял настоящий демон.
Госпожа Ло: «……» Чёрт тебя дери!
Ло Мо продолжала смотреть на неё с милой и очаровательной улыбкой…
***
Теперь уже не только госпожа Ло, но и Ло Нинхань готова была расплакаться от злости на эту сумасшедшую.
Самое дорогое платье в её жизни — то, что она надела на совершеннолетие, — стоило 1 350 000 юаней.
Однако в этом магазине 1 350 000 — далеко не предел. Даже не близко к нему. Она знала, что недавно сюда поступило эксклюзивное платье-ципао почти за десять миллионов, украшенное жемчугом и бриллиантами.
Роскошь и величие, не имеющие себе равных…
Но цена была не по карману даже очень состоятельным людям. Говорили, что оно стоит ровно 10 000 000.
Ло Нинхань с недоверием посмотрела на Ло Мо:
— Ты… ты вообще знаешь, сколько стоит самое дорогое платье здесь?
Ло Мо, опершись подбородком на ладонь, отвела взгляд в сторону и пробормотала достаточно чётко:
— Откуда мне знать? Я же из деревни.
Госпожа Ло: «……» Едва не вырвалась струйка крови из груди. В этот момент фраза «из деревни» словно превратилась в непробиваемый щит для Ло Мо.
Те же самые слова, которые они использовали, чтобы насмехаться над ней, теперь из её уст звучали как насмешка над ними самими.
Госпожа Ло дрожащей рукой хотела было сделать выговор, но заметила, что все вокруг наблюдают за ней.
Семья Ло не могла позволить себе потерять лицо. Она приблизилась к Ло Мо и тихо прошипела:
— Самое дорогое платье здесь стоит десять миллионов.
Она произнесла это с трепетом в голосе. Хотя, будучи женой главы семьи Ло, она вполне могла позволить себе такую сумму — на её банковской карте было намного больше десяти миллионов.
Но потратить такую кучу денег всего на одно платье? Даже для такой расточительной госпожи Ло это казалось делом лишь самых богатых людей на свете.
А семья Ло, пусть и владеющая миллиардами, никогда не тратила деньги так безрассудно!
Ло Мо осталась совершенно спокойной, не проявив ни малейшего удивления при упоминании десяти миллионов. Ведь будучи духом, она не имела чёткого представления о человеческих деньгах.
Она серьёзно и холодно ответила:
— А.
Госпожа Ло: «……???» А? И всё? Ничего больше?! Беги скорее отменять заказ!!!
Но прежде чем она успела что-то сказать, владелица уже подкатила передвижную тележку. На ней стоял белый манекен в жёлтом ципао. Вышивка начиналась от груди и плавно переходила к разрезу на бедре.
Концы цветочных ветвей были инкрустированы гладким жемчугом, а вкрапления бриллиантов придавали всему наряду лёгкое мерцание.
Владелица с улыбкой пояснила:
— Это платье мы приобрели месяц назад в Ока. Оно постоянно экспонировалось в витрине. Как вы, наверное, уже заметили, это современная интерпретация ципао, выполненное в жёлто-зелёной гамме с невероятно сложной вышивкой. В сочетании с дорогим жемчугом и бриллиантами получился поистине ошеломляющий наряд.
Ло Мо улыбнулась. Она подошла ближе и внимательно осмотрела платье. Даже госпожа Ло с Ло Нинхань невольно залюбовались этой красотой, не говоря уже об остальных клиентах, которые то и дело косились на него.
Легко представить, как наряд подчеркнёт изящные изгибы фигуры и белоснежную кожу. Многие невольно загорелись желанием примерить его, но цифра в десять миллионов быстро возвращала их к реальности.
Очевидно, цена была вполне оправдана.
Ло Мо одобрительно кивнула:
— Платье неплохое.
Владелица: «……» Только «неплохое»? Это же наша гордость и сокровище магазина!
Ло Мо обернулась к госпоже Ло, и в её голосе зазвучала радость:
— Мадам, возьмём это!
Возьмём это!
Это!
То!
О!
???
Госпожа Ло оцепенело уставилась на Ло Мо. Ты что сейчас сказала? «Возьмём это»? Разве всё должно закончиться такой простой фразой?
«Я привела тебя, деревенщину, чтобы показать тебе мир, а ты заставила меня увидеть нечто большее!»
Госпожа Ло похлопала себя по груди, чтобы не вырвалась кровь, и с трудом выдавила улыбку:
— Это платье… тебе, пожалуй, не совсем подходит.
Ло Мо взмахнула длинными волосами и томно посмотрела на неё:
— Я недостойна?
Черты лица Ло Мо, хоть и мягкие, несли в себе нотку решимости. Её взгляд был соблазнителен, но при этом ясен. Фигура и вовсе не нуждалась в комментариях: вчера в рабочем комбинезоне это было не так заметно, но сегодня в обтягивающих джинсах её стройные длинные ноги и тонкая талия, которую, казалось, можно было обхватить одной рукой, сияли во всей красе.
Было совершенно очевидно, что в этом ципао Ло Мо станет настоящей красавицей, способной свести с ума целые страны!
Госпожа Ло улыбнулась ещё натянутее:
— Конечно, ты очень красива.
Ло Нинхань тут же поддержала:
— Но сегодня мы идём на банкет к дедушке. Такой наряд будет слишком броским.
Ло Мо провела рукой по ткани платья и даже не взглянула на Ло Нинхань:
— Сегодня я — главная героиня вечера. Взгляды на мне — это естественно.
Ло Нинхань: «……» С таким наглым лицом я сдаюсь.
Посетители начали перешёптываться. Госпожа Ло, никогда не терпевшая такого, сдерживала бушующую в груди ярость, но всё же сохранила остатки рассудка и тихо сказала Ло Мо:
— Ты только вернулась. Такие траты не понравятся дедушке.
Ло Мо парировала без тени сомнения:
— Сегодня праздник в честь моего возвращения. Уверена, старый господин хочет, чтобы я была счастлива.
Она повернулась к госпоже Ло и тихо спросила:
— А что ты подарила ей на восемнадцатилетие?
http://bllate.org/book/10875/975230
Готово:
