Сун Сяосяо и не подозревала, что совершенно без её ведома вновь получила чёрную метку вместо прежней хозяйки этого тела.
Днём техник, помогавший господину Цзиню устанавливать новый компьютер, не выдержал любопытства и тайком сбегал в отдел рекламы. Он никак не мог понять: почему господин Цзинь так озабочен пустым рабочим местом?
Когда он добрался до отдела, то обнаружил на том самом месте очень красивую девушку. Он часто наведывался сюда чинить компьютеры и со временем подружился со всеми сотрудниками. Лица Сун Сяосяо он раньше не видел и сразу понял: это новенькая — причём именно та, о чьём приходе знал господин Цзинь.
Технику вдруг показалось, будто он раскрыл какую-то грандиозную тайну. Раньше все говорили, что господин Цзинь равнодушен к женщинам и ни одна красавица не может привлечь его внимания. Он лишь мельком взглянул на Сун Сяосяо издалека и поспешно ретировался.
Он узнал тип женщин, которые нравятся господину Цзиню, и даже заподозрил, что у того есть склонность к тайным наблюдениям. Но радость быстро сменилась страхом — он не осмеливался рассказывать об этом кому-либо. Ведь таких посвящённых, вероятно, немного, а вдруг он случайно проболтается, и слух дойдёт до самого господина Цзиня? Техник вспомнил ледяное лицо босса и непроизвольно вздрогнул.
Уже на следующий день Сун Сяосяо приступила к работе. Хотя большинство поручений были мелкими и рутинными, она быстро схватывала суть задач и работала очень старательно, поэтому вскоре расположила к себе менеджера отдела рекламы.
Чтобы скорее сблизиться с коллегами, Сун Сяосяо принесла из дома домашнее печенье и булочки, приготовленные тётей-горничной. Девушки легко поддаются соблазну вкусняшек, и всего за несколько дней несколько человек уже стали с ней близко общаться.
Раньше Сун Сяосяо ходила в столовую одна, но постепенно её компания стала расти — сначала двое, потом трое… А к четвёртому дню работы за обеденным столом их собралось уже четверо. Говорят, трёх женщин хватает на целое представление, а уж четыре — так можно и в мацзян играть.
Вечером того дня отдел рекламы решил устроить совместный ужин в ближайшей шашлычной, чтобы поприветствовать новенькую.
Цзинь Шуоянь, получив сообщение о том, что Сун Сяосяо сегодня идёт на вечеринку, недовольно постучал пальцем по экрану телефона. В тот же момент на дисплее вспыхнуло фото Сун Сяосяо.
Он установил новую систему видеонаблюдения, опасаясь, что коллеги будут её обижать. А вместо этого каждый день видел, как она легко общается с сослуживцами, а некоторые молодые сотрудники даже приносят ей йогурт и наливают воду.
Настроение Цзинь Шуояня было отвратительным, но он не мог прямо сказать об этом Сун Сяосяо. Раздражённо он спросил у секретаря:
— Куда именно отправился отдел рекламы на ужин?
Секретарь была совершенно ошеломлена таким вопросом. Она торопливо извинилась и выбежала из кабинета, сжимая в руке телефон. Обычно ей достаточно было заботиться лишь о делах господина Цзиня, а сегодня вдруг интересуется отделом рекламы?
Секретарь позвонила в отдел, узнала адрес и поспешила обратно доложить Цзинь Шуояню.
Между тем настроение Сун Сяосяо было прямо противоположным — она чувствовала себя прекрасно. С тех пор как она попала в этот мир, у неё не было близких подруг. Теперь же благодаря работе она вдруг обрела сразу нескольких приятельниц, и это наконец дало ей ощущение принадлежности этому миру.
Раньше она не могла обсуждать с Цзинь Шуоянем, Аньанем или Лю Юйшань корейских актёров, дорамы, косметику или всякую вредную еду. А теперь, имея подруг, в свободное время она наконец могла, как обычная девушка, сидеть в компании и болтать обо всём на свете.
Сотрудники отдела рекламы в основном были доброжелательными и легко находили общий язык. Конечно, встречались и отдельные «перлы», но Сун Сяосяо обычно просто игнорировала их.
Сегодня они заказали шашлык. Сун Сяосяо переживала, что может перебрать с алкоголем, поэтому почти ничего не пила.
Когда ужин уже подходил к концу, одна из девушек, с которой у неё сложились тёплые отношения, вдруг обняла Сун Сяосяо за шею и спросила:
— Сяосяо, у тебя есть парень?
— Если нет, давай станешь моей невесткой? У меня есть младший брат, только что окончил университет. Очень высокий и симпатичный. Но у него завышенные требования — никого не замечает. Зато ты ему точно понравишься!
Все рассмеялись. Кто-то подшутил, что она прям как сваха. Большинство же уставились на Сун Сяосяо, ожидая ответа.
Она была красива и общительна. За эти дни немало холостяков уже приглядывались к ней.
Сун Сяосяо мягко улыбнулась, и её глаза изогнулись в очаровательные полумесяцы.
— Как жаль, — сказала она подруге, — я уже замужем.
Как только прозвучали эти слова, весь шум вокруг мгновенно стих. Ей даже показалось, будто где-то раздался хруст разбитого сердца.
Один из парней театрально схватился за грудь и изобразил глубокое отчаяние:
— Моей любви даже не успели дать прорасти, как реальность одним ударом кирпича разнесла её в щепки!
Все рассмеялись над его выходкой, и Сун Сяосяо тоже не смогла сдержать улыбки.
Когда вечеринка закончилась и все вышли на улицу, оказалось, что незаметно начался дождь. Хотя он был несильным, ночная осенняя сырость всё равно пробирала до костей.
Сотрудники отдела рекламы собрались под навесом, глядя на поток машин и толпы людей, и начали грустить. Большинство не имели личного транспорта, а те немногие, у кого были машины, могли увезти лишь пару человек.
Менеджер предложил всем, кто живёт по пути, вместе вызывать такси, чтобы быть в безопасности. Особенно подчеркнул он, что девушки должны возвращаться домой только в сопровождении мужчин.
С Сун Сяосяо по дороге жили двое коллег — оба мужчины. Девушка, которая хотела сватать ей брата, ткнула пальцем в одного из них:
— Вы обязательно доставьте Сяосяо домой целой и невредимой! Не смейте забывать о рыцарских обязанностях только потому, что она замужем!
Парня, на которого она указала, звали Лю Янфэй — это был тот самый, что изображал разбитое сердце. А второй коллега — тот самый, кто заговаривал с ней в столовой. Правда, Сун Сяосяо тогда не разглядела его лица и не знала, кто он такой. Звали его Фэн Чэнсяо. Невысокий, довольно заурядной внешности.
Оба молодых человека торжественно пообещали, и только после этого девушка ушла вместе с остальными.
Поскольку Сун Сяосяо была единственной женщиной в их троице, парни отправились под дождём ловить такси. Но сегодня было суббота, народу полно — машины ловились с трудом.
Сун Сяосяо уже задумалась, не позвонить ли дяде Вану, чтобы тот за ней подъехал, как вдруг вдалеке остановилась знакомая машина, и оттуда выскочил человек с зонтом.
Увидев автомобиль, Сун Сяосяо на миг замирала — неужели приехал Цзинь Шуоянь? Сердце её тревожно ёкнуло, но когда она разглядела фигуру приближающегося человека, слегка перевела дух. Это был не Цзинь Шуоянь, а его помощник из резиденции Юньшань Цзинду.
Помощник подбежал к Сун Сяосяо, держа зонт над её головой, и почтительно произнёс:
— Извините за задержку. Сейчас отвезу вас домой.
Голос его был тихим, да и вокруг шумели машины и дождь, поэтому никто из коллег не расслышал его слов. Все решили, что это и есть её муж. Они тайком разглядывали помощника.
Тот был типичным солнечным парнем, а большие выразительные глаза придавали ему особую привлекательность. Несколько девушек завистливо взглянули на Сун Сяосяо: неудивительно, что она вышла замуж так рано — с таким красавцем-мужем каждая бы поторопилась связать себя узами брака!
Сун Сяосяо и не подозревала, что из-за появления помощника коллеги приняли его за её супруга. Даже если бы она знала, всё равно не осмелилась бы сказать им, что её настоящий муж — президент корпорации «Цзиньши», их главный босс.
В итоге оба её коллеги по пути воспользовались случаем и доехали домой за счёт Сун Сяосяо. Выйдя из машины, они очень серьёзно поблагодарили помощника.
Лю Янфэй многозначительно посмотрел на него и с пафосом произнёс:
— Брат, тебе крупно повезло.
Помощник сначала не понял, что он имеет в виду. Лишь когда Лю Янфэй скрылся в подъезде, он наконец осознал и широко распахнул глаза.
Боясь расстроить Сун Сяосяо, он нервно заторопился:
— Я... я и не думал, что они так поймут! В следующий раз обязательно объясню!
Сун Сяосяо лишь махнула рукой:
— Да ладно, ничего страшного.
Когда она вернулась в свой район, у входа во двор стояла высокая фигура. Тёплый свет уличного фонаря окутывал этого обычно холодного мужчину мягким сиянием.
Сун Сяосяо слегка вздрогнула от прохлады, выходя из машины, и Цзинь Шуоянь тут же шагнул вперёд, загораживая её от ночного ветра.
— Сегодня ты сильно нам помог, — сказала она помощнику. — Можешь ехать домой.
Помощник ответил, что это пустяки, и тут же заметил, как его босс нетерпеливо махнул рукой, приказывая убираться. Он поспешно сел в машину и уехал, мысленно стеная: «Господин Цзинь и правда безжалостен! Даже если у меня нет заслуг, хоть бы учёл мои труды под дождём и ветром!»
Цзинь Шуоянь держал зонт так, чтобы ни капли не попало на Сун Сяосяо. Сам же его плечо уже промокло. Сун Сяосяо заметила это и, к своему удивлению, сама прижалась ближе к нему. Поскольку Цзинь Шуоянь был гораздо выше, она оказалась прямо у него в объятиях.
В ту же секунду он обхватил её за талию. Щёки Сун Сяосяо залились румянцем. Она огляделась — из-за дождя в районе царила тишина, на улице не было ни души. Убедившись, что за ними никто не наблюдает, и почувствовав тепло его тела, она не стала вырываться.
Цзинь Шуоянь крепко обнимал её всю дорогу до дома. Едва они вошли во двор виллы, он не удержался и поцеловал её в лоб.
Глядя на эту послушную и милую девушку с румяными щеками и опущенными ресницами, он уже собирался спросить, можно ли поцеловать её в губы, как вдруг из дома донёсся детский плач.
Оба вздрогнули. Вся романтическая атмосфера мгновенно испарилась. Переглянувшись, они обеспокоенно бросились внутрь.
Поскольку Сун Сяосяо теперь работала, забирать Аньаня из детского сада стало обязанностью Лю Юйшань и дяди Ваня. Чтобы не мешать Сун Сяосяо отдыхать, Аньань в последнее время спал то с Цзинь Шуоянем, то с бабушкой Лю Юйшань. Сун Сяосяо могла провести с сыном лишь немного времени после работы.
У неё была одна особенность: к посторонним она относилась холодно, но к тем, кого принимала близко к сердцу, становилась очень мягкой. Аньань был для неё самой сильной привязанностью в этом мире, и, услышав его плач, она почувствовала, будто сердце её пронзили ножом.
Она слишком хорошо знала этого ребёнка: он никогда не плакал без причины. Даже когда прежняя хозяйка тела избивала и ругала его, он не рыдал так отчаянно.
Сун Сяосяо ворвалась в дом, даже не сняв обувь, и бросилась внутрь. Лю Юйшань как раз утешала Аньаня, держа его на руках. Увидев Сун Сяосяо, мальчик вырвался из объятий бабушки и побежал к ней.
Сун Сяосяо с болью в сердце бросилась на колени и крепко обняла своего малыша, покрасневшего от слёз. Она покрывала его поцелуями и тихо спросила:
— Что случилось с моим малышом? Тебя обидели в садике?
Аньань молча прижался лицом к её шее, и длинные густые ресницы его были мокры от слёз.
Сун Сяосяо усадила его к себе на колени и беззвучно вопросительно посмотрела на Цзинь Шуояня. Тот тоже не знал, в чём дело — когда он уходил за Сун Сяосяо, Аньань спокойно спал в его комнате.
http://bllate.org/book/10325/928476
Готово:
