Цяо Лэ развалилась на стуле, слушая их болтовню, как вдруг что-то вспомнила и резко выпрямилась. Обернувшись к Чжао Саньцзы, она ослепительно улыбнулась — в глазах на миг вспыхнул хитрый огонёк.
— А с чего это ты вдруг о нём вспомнила?
— Ну так ведь речь зашла про «холодного», вот я и вспомнила.
— Кто у нас тут «холодный»? О ком именно ты говоришь?
В голосе Цяо Лэ прозвучала лёгкая придирка, и Чжао Саньцзы тут же разволновалась:
— Да ведь только что ты с Фэйэр говорила про того…
От волнения она даже забыла, как его зовут.
Цяо Лэ приняла невинный вид — до невозможности театральный.
— Про кого?
Яо Фэйэр не выдержала и закатила глаза:
— Она имеет в виду Юй Муяна!
— А, — протянула Цяо Лэ безразлично, а потом снова ослепительно улыбнулась и будто бы ничего не понимая, спросила:
— Кто?
— Юй Муян! Ты что, нарочно прикидываешься?! — повысила голос Яо Фэйэр, уже начиная сердиться.
Цяо Лэ неторопливо подвинула ей тарелку с белыми жирными кусками мяса:
— Сестра Фэйэр, пожалуйста, угощайся.
Компания на секунду замерла, вспомнив правило, которое только что установила Чжао Саньцзы, а затем все разом расхохотались.
— Фэйэр, держись! Мы в тебя верим!
— Цяо Лэ, ты просто бесстыжая!
— После этого обеда, Фэйэр, ты месяц мяса в рот не возьмёшь.
Смех стал ещё громче. Цяо Лэ с искренним видом произнесла:
— Игра — она для того и затевается, чтобы играть!
Яо Фэйэр скрежетнула зубами и бросила на неё злобный взгляд, но возразить было нечего.
Цяо Лэ снова улыбнулась, на этот раз сладко:
— Сестра Фэйэр, неужели ты обидишься из-за простой игры? Давай так: я съем один кусочек вместе с тобой?
— Не надо, сама справлюсь.
Яо Фэйэр кипела от злости, но сделать ничего не могла.
— Тогда прошу, — Цяо Лэ опёрлась подбородком на ладонь, лениво склонив голову набок и с интересом наблюдала за ней. Её ямочки на щеках торжествующе сверкали.
Чжао Саньцзы почувствовала, что вина за то, что Яо Фэйэр наказана есть эту тарелку жира, лежит и на ней, поэтому добровольно присоединилась к ней.
Она то смеялась, то ругалась, но всё равно продолжала запихивать в рот прожаренные куски сала, и атмосфера снова стала весёлой.
— Саньцзы, тот кусок уже готов, ешь скорее!
— Блин, да он же жирный до тошноты! Я даже смотреть не могу.
— После этого обеда Саньцзы три месяца мяса не захочет.
…
Хотя Яо Фэйэр сидела за одним столом, ела и веселилась вместе со всеми, Цяо Лэ интуитивно почувствовала: остальные почти не позволяют себе шутить над ней. А ведь настоящие друзья — те, с кем можно и посмеяться, и подколоть. Значит, отношения у Яо Фэйэр с этой компанией не так уж и близкие?
Пока Цяо Лэ размышляла об этом, к её носу хлынул насыщенный аромат жареного мяса, и перед её губами появился кусок сала на палочках.
Цяо Лэ не колеблясь, взяла кусок прямо с палочек, прожевала и проглотила, после чего театрально воскликнула:
— Жареное подгоревшее сало — вкуснятина!
Чжао Саньцзы рассмеялась и дала ей лёгкий шлепок по плечу:
— Вкуснятина тебе в зад! Хитрюга! После этого я никому в жизни не посмею перечить!
Цяо Лэ весело обняла её за руку:
— Не говори так! Я помогу тебе доедать.
— Отвали! — засмеялась Чжао Саньцзы, но тут же добавила: — Как только я доем это блюдо, через три минуты хочу знать ВСЁ про того дядюшку! Иначе сегодня ваша Саньцзы-сестра лично разнесёт каждого из вас!
Остальные в один голос:
— А нам-то что за дело?!
Но, опасаясь быть «разнесёнными», пока Чжао Саньцзы ещё не доела своё блюдо, Сюй Жоу и Коко уже начали активно собирать информацию о том самом «дядюшке».
Цяо Лэ мысленно вытерла пот со лба: вот она, тактика — использовать чужую беду, чтобы мобилизовать всех на помощь.
— Да что там интересного? Обычный человек: два глаза, один нос.
Цяо Лэ хотела отделаться общими фразами, но народ явно не собирался её отпускать.
— Он богатый?
Цяо Лэ задумалась на мгновение:
— Да, очень богатый.
— Ого, хочу познакомиться!
— Коко, ты слишком поверхностна, — Чжао Саньцзы, набив рот салом, так что губы блестели от жира, добавила: — Спроси что-нибудь поглубже. Например, насколько он богат?
— Вот это уже вопрос! — не выдержала Сюй Жоу и снова швырнула в неё кусок огурца.
Огурец пролетел мимо цели и полетел прямо к Цяо Лэ. Та ловко поймала его и тут же поднесла к губам Чжао Саньцзы:
— Держи, откуси — снимет жирность!
Чжао Саньцзы не удержалась от смеха:
— Я тебя сейчас точно ударю.
Говоря это, она всё же откусила кусок огурца прямо из рук Цяо Лэ и подгоняла:
— Ну рассказывай уже!
Цяо Лэ тут же засунула ей в рот остаток огурца и, склонив голову набок, улыбнулась:
— Я же тебе уже говорила: этот дядюшка ужасный тип. Подойдёшь к нему ближе чем на три чи — сразу замёрзнешь насмерть. Лицо у него постоянно такое, будто он всех презирает. Посмотришь на него — и день жизни теряешь. Не понимаю, почему такой высокомерный ледышка тебя так заинтересовал.
— Вот в чём-то ты не разбираешься, — Чжао Саньцзы проглотила кусок мяса и облизнула губы с таким выражением, будто соблазняла кого-то. — Это как в игре: побеждать мелких мобов — скучно. А вот одолеть босса сложности SSS — вот это удовольствие! Представь: такой холодный, надменный, ни на кого не обращающий внимания босс в конце концов падает к твоим ногам… Разве не кайф?
Цяо Лэ мысленно закатила глаза и тоже взяла огурец:
— По-моему, в отношениях главное — радость. Ничто не важнее моего собственного счастья. Как можно быть счастливой рядом с таким ледяным комом?
— Да брось! Гарантирую: девяносто процентов таких «холодных» — на самом деле скрытые эротоманы.
В голове Цяо Лэ невольно возник образ Тан Мо, весь в своей вызывающей манере, и она невольно вздрогнула.
— Эй, а какой у твоего дядюшки знак зодиака? — вмешалась Коко.
Цяо Лэ подумала: в книге упоминалось, как героиня поздравляла его с днём рождения.
— Не помню знак, но день рождения, кажется, десятого января.
Коко театрально вскрикнула:
— Ого, Козерог! У Козерогов ключевые черты: холодность, скрытность, коварство. Очень рациональны и спокойны, с сильным чувством контроля, но эмоциональный интеллект практически отсутствует. Зато надёжны, практичны, зрелы и уравновешены.
— Такой сложный? — пробормотала Чжао Саньцзы.
Цяо Лэ сделала глоток апельсинового сока и с наслаждением посмотрела на неё: конечно, победить босса — это круто, но сколько людей погибло на пути к этой победе!
Цяо Лэ не успела насладиться своим триумфом, как Коко добавила с загадочным видом:
— Говорят, у Козерогов очень сильное сексуальное влечение.
Цяо Лэ чуть не поперхнулась соком.
Но Чжао Саньцзы, похоже, весьма заинтересовалась этой темой и собиралась углубиться в обсуждение.
Цяо Лэ пришлось остановить её, нахмурившись и глядя с искренним выражением лица:
— Саньцзы, я тут кое-что вспомнила.
— Что?
Цяо Лэ смотрела ещё искреннее, так что Чжао Саньцзы даже мурашки по коже пошли.
— Я тебе жаловалась только на его странный характер, но, кажется, так и не рассказывала, как он выглядит. Ну… ростом он примерно метр шестьдесят пять, почти как я, но из-за полноты и пропорций «пять на пять» кажется ниже меня. Вообще, он весит меньше двухсот цзиней, а на днях даже начал худеть — сбросил несколько цзиней. Ты же знаешь, он архитектор, постоянно в разъездах, поэтому немного неряшлив, но, честно говоря, в пределах допустимого…
— Стоп! — перебила её Чжао Саньцзы. — Ты меня разыгрываешь?
Цяо Лэ кивнула с полной серьёзностью:
— Честно-честно. В реальной жизни разве так много красивых и богатых «владельцев корпораций»?
— Чёрт… — Чжао Саньцзы безнадёжно потерла лоб, а потом подняла голову и решительно посмотрела на всех: — Ещё одну тарелку сала! Кто в следующий раз упомянет дядюшку Цяо Лэ — пусть съест целую тарелку!
Сюй Жоу и Коко уже покатывались со смеху. Сюй Жоу, смеясь, сказала:
— Саньцзы, ты такая поверхностная! А где же твой дух борьбы с боссом?
Цяо Лэ продолжала смотреть на неё с полной серьёзностью:
— Красивая внешность — вещь обыденная, но характер «холодного» — редкость. Попробуй!
— Замолчи! Без красоты вся эта «холодность» просто раздражает! — крикнула Чжао Саньцзы, а потом вдруг переменила выражение лица и с глубоким сочувствием посмотрела на Цяо Лэ: — Жить вместе с таким противным типом… Сестрёнка Цяо, тебе, наверное, очень тяжело.
Все тут же бросили на Цяо Лэ сочувственные взгляды.
У Цяо Лэ на виске заходила жилка. Как бы ни выглядел Тан Мо, жить с ним действительно было нелегко.
Цяо Лэ с компанией ела шашлык и веселилась до десяти вечера, и лишь тогда все разъехались по домам на такси.
После всего этого веселья, вернувшись домой, она была выжата как лимон. Цяо Лэ рухнула на диван, полностью расслабившись. Она положила голову на подлокотник, уставившись в потолок, и машинально схватила с журнального столика пачку чипсов, открыла и начала автоматически совать их в рот.
Посидев немного в полной пустоте, она немного пришла в себя, вытянулась на диване, закинула ноги и начала беззаботно их покачивать. В одной руке у неё были чипсы, а другой она вытащила из кармана телефон. Во время ужина он несколько раз вибрировал — наверняка Фан Бо, но ей не хотелось отвечать.
Теперь, когда появилось немного свободного времени, она решила ответить ему парой слов.
Она не ошиблась: кроме сообщений Фан Бо, пришли ещё и от Мэн Цзыаня, и от Се Жаня.
Цяо Лэ сначала открыла переписку с Мэн Цзыанем.
Мэн Цзыань: [Почему последние дни не берёшь мои завтраки?]
Цяо Лэ положила наполовину съеденные чипсы на пол рядом с диваном и с досадой почесала затылок, её красивые брови сошлись на переносице.
Цяо Лэ: [Я же сказала, не нужно больше приносить завтрак.]
Хотя предыдущее сообщение было отправлено два часа назад, Мэн Цзыань, очевидно, всё это время держал телефон наготове, потому что ответ пришёл почти мгновенно.
Мэн Цзыань: [Мне хочется тебе принести.]
Цяо Лэ: …$@#×*
Рано или поздно признание состоится, и отказать тоже придётся рано или поздно.
Цяо Лэ с болью в сердце подумала: грехи прежней хозяйки тела — мне расплачиваться. Такому чистому и искреннему парню причинять боль… Совесть у неё заныла.
Цяо Лэ: [А почему тебе хочется мне приносить?]
Она отправила сообщение, но ответа долго не было, поэтому она вышла из чата и открыла переписку со Се Жанем.
Се Жань: [Цяо Лэ, ты крыльями машешь? Даже не отвечаешь на мои сообщения?]
Цяо Лэ мысленно закатила глаза. Этот парень, наверное, с детства привык, что все вокруг кружатся вокруг него, как планеты вокруг солнца. Он совсем не такой, как Мэн Цзыань. Для Мэн Цзыаня прежняя Цяо Лэ была единственной луной на небе, а для Се Жаня — лишь одна из множества звёзд.
Цяо Лэ совершенно не хотелось с ним разговаривать и она уже собиралась выйти из чата, как вдруг пришло новое сообщение.
Цяо Лэ вздрогнула — показалось, будто Се Жань умеет читать мысли.
Се Жань: [Если сейчас же не ответишь, завтра приду к тебе в класс и поцелую при всех.]
Какой мерзавец! Повсюду встречаются странные типы, но у Цяо Лэ их особенно много.
Цяо Лэ: [(улыбка) Попробуй только. (Предупреждение: получишь пощёчину)]
Менее чем через две секунды пришло новое сообщение, но на этот раз Се Жань прислал голосовое.
Цяо Лэ нажала на него, и по комнате разнёсся низкий, хрипловатый голос юноши.
Сначала он тихо хмыкнул, и в его смехе чувствовалась дерзость.
Потом сказал:
— Наконец-то ты мне ответила.
Цяо Лэ ещё не успела придумать, что ответить, как на экране всплыл запрос на видеозвонок.
От Мэн Цзыаня.
Цяо Лэ на секунду замерла, а потом приняла вызов.
На экране появилось лицо Мэн Цзыаня. Казалось, он только что закончил тренировку: кончики волос были мокрыми, с них капал пот, на лице и шее тоже блестели капли, он тяжело дышал, с открытым ртом, и щёки горели от физической нагрузки.
Цяо Лэ не ожидала такого поворота. Перед ней внезапно оказался живой, дышащий, источающий тестостерон юноша. В голове у неё словно взорвалась целая фейерверк-машина, и она наконец поняла, почему прежняя Цяо Лэ собирала вокруг себя столько «резервных вариантов». Если бы не моральные принципы, она бы с радостью собрала их всех в свой гарем.
Но два реальных фактора не давали ей этого сделать: во-первых, она внутренне придерживалась принципа моногамии и её совесть позволяла выбрать только одного; во-вторых, у неё не было «алмазного сверла» прежней Цяо Лэ, чтобы управлять таким «фарфоровым делом» — гарем рано или поздно вспыхнет пожаром.
Мэн Цзыань, видя, что Цяо Лэ молчит и выглядит ошарашенной, мягко окликнул её:
— Цяо Лэ?
— А? А-а? — Цяо Лэ очнулась и подняла глаза, встретившись взглядом с тёмными глазами юноши на экране.
http://bllate.org/book/10300/926553
Готово:
