Сун Юй игриво подмигнула Цзян Цяоцяо:
— Надеюсь, на съёмках нам будет приятно работать вместе.
Цзян Цяоцяо тоже улыбнулась — глаза её изогнулись лукавыми месяцами — и кивнула.
Она подошла к свободному стулу и села. Визажистка тут же приступила к работе.
Поскольку обеим предстояло играть студенток, макияж был предельно лёгким: никаких ярких теней или контурной подводки — только свежесть и естественность юности. Всё заняло не больше получаса. После этого Цзян Цяоцяо направилась в примерочную надеть платье на бретельках.
Едва она вышла, как Сяо Ю, уже дожидавшаяся за дверью, восхищённо ахнула:
— Сестра Цяо, да ты сейчас просто восемнадцатилетняя девчонка!
Цзян Цяоцяо рассмеялась:
— Как «просто»? Да я и есть восемнадцати!
Сяо Ю поспешила поправиться:
— Конечно, конечно! Сестра Цяо — настоящая восемнадцатилетняя девушка.
В ответ в воздухе раздалось презрительное «фырканье».
Цзян Цяоцяо обернулась и увидела Фан Цзялинь, только что закатившую глаза.
— Тётка в годах ещё пытается прикидываться восемнадцатилетней и играть такую роль, — съязвила та.
На самом деле Цзян Цяоцяо было всего двадцать четыре. Благодаря безупречному уходу её лицо выглядело настолько нежным, будто из него можно было выжать росу, и никто бы не усомнился, услышав, что ей восемнадцать.
Но Фан Цзялинь говорила это назло. Она сама метила на роль третьей героини, но режиссёр сообщил, что роль уже отдана другой актрисе — той самой, которой, как ни странно, уже двадцать четыре года, хотя персонажу в сценарии не больше восемнадцати.
Хотя Фан Цзялинь пробыла в шоу-бизнесе чуть больше года, она уже хорошо понимала, как здесь всё устроено. Очевидно, Цзян Цяоцяо стала любовницей какого-то богатого спонсора и получила роль, продав своё тело.
При этой мысли взгляд Фан Цзялинь стал ещё более презрительным. Такая женщина, добившаяся всего лишь через постель, вызывала у неё отвращение. Одна мысль о том, что придётся работать в одном проекте с подобной особой, вызывала тошноту.
Цзян Цяоцяо полностью проигнорировала насмешки. Пусть говорит, что хочет — чужой рот не заткнёшь, да и настроение ей это ничуть не портило.
Сун Юй поспешила вмешаться:
— Раз мы теперь в одном проекте, давайте ладить и не ссориться.
Фан Цзялинь фыркнула и быстро вышла из гримёрной. Ей было противно даже находиться в одном помещении с Цзян Цяоцяо.
Ведь та получила роль только благодаря своей внешности и шёпоту на ухо богатому покровителю, легко забрав то, за что другим приходится упорно бороться. Это казалось ей вопиющей несправедливостью. Но она ждала того дня, когда Цзян Цяоцяо сама пожнёт плоды своего выбора. У таких спонсоров почти всегда есть жёны, и Цзян Цяоцяо, без сомнения, стала любовницей замужнего мужчины. Фан Цзялинь с нетерпением ждала момента, когда законная супруга устроит скандал и Цзян Цяоцяо окажется опозоренной перед всем светом.
Эта мысль мгновенно развеяла её досаду из-за упущенной роли Ли Няньнянь. Теперь она с радостью ждала дня, когда Цзян Цяоцяо станут все гнобить за её «лёгкий путь».
Когда фигура Фан Цзялинь окончательно исчезла из виду, Сун Юй обернулась к Цзян Цяоцяо:
— Наверное, у Цзялинь сегодня плохое настроение. Не принимай её слова близко к сердцу.
Цзян Цяоцяо мягко улыбнулась:
— Ничего страшного.
Для неё Фан Цзялинь была никем, так зачем вообще обращать внимание?
Убедившись, что Цзян Цяоцяо действительно не расстроена, Сун Юй перестала её утешать и перевела разговор на другую тему.
Когда пришло время, они вместе вышли из гримёрной и направились на площадку.
Первая сцена: Ли Няньнянь (в исполнении Цзян Цяоцяо) упрашивает главную героиню Хао Цзинь пойти с ней на мероприятие «Пара на неделю». Съёмки проходили в комнате, оформленной под студенческое общежитие.
Помещение уже подготовили: внутри стояли четыре двухъярусные кровати, на которых лежали одеяла разных цветов с мультяшными принтами. Стены были оклеены розовыми обоями. Вся комната выглядела уютно, мило и изящно — настоящая девичья спальня.
Когда Цзян Цяоцяо вошла, она огляделась: режиссёр, реквизиторы и прочий персонал уже собрались. Кто-то настраивал камеру, готовясь к началу съёмок. Оставалось только начинать.
Цзян Цяоцяо встала в стороне и спокойно ждала начала.
Однако запланированное время прошло, а съёмки так и не начались. Проблема была не в площадке, а в том, что исполнительница главной роли до сих пор не появилась.
Прошло ещё около получаса, и режиссёр не выдержал:
— Сюй Минъи всё ещё не пришла?
Реквизитор ответил с тревогой:
— Я уже позвонил больше двадцати раз, но она не берёт.
Лицо режиссёра исказилось от злости:
— Продолжай звонить!
— Понял.
Реквизитор лихорадочно набирал номер снова и снова. На тридцатом звонке трубку наконец сняли. Он обрадовался до слёз, но тут же его лицо вытянулось, услышав ответ.
Как только он положил трубку, режиссёр нетерпеливо спросил:
— Что сказала Сюй Минъи?
— Её агент сказала, что у них возникли непредвиденные обстоятельства и она сможет приехать только через два часа.
При этих словах лицо режиссёра мгновенно потемнело. Он давно слышал о репутации Сюй Минъи: та частенько позволяла себе опаздывать, играя роль звезды. Если бы не то, что основной инвестор фильма — компания «Синяо», он бы никогда не согласился на её кандидатуру.
И вот — первый день съёмок, а она уже задерживает весь процесс на полчаса, да ещё требует ждать два часа!
Грудь режиссёра вздымалась от ярости, но он ничего не мог поделать и лишь с трудом сдерживался:
— Ну что ж, будем ждать.
С этими словами он рухнул в шезлонг и закрыл глаза.
Увидев это, Фан Цзялинь с раздражением топнула ногой:
— И что, раз она главная героиня, так может позволить себе всё? Почему весь проект должен ждать её столько времени? Это несправедливо по отношению к нам, кто пришёл вовремя и работает честно!
Она фыркнула:
— Хотя… я и забыла, что за ней стоит богатый покровитель, который её раскручивает. Вот она и позволяет себе такое поведение.
Затем Фан Цзялинь многозначительно посмотрела на Цзян Цяоцяо:
— Но хочу напомнить некоторым, кто думает, что с покровителем можно делать всё, что угодно: терпение богачей не бесконечно. Как только интерес пройдёт, они упадут с небес прямо в грязь. Люди должны идти своим путём, шаг за шагом, а не искать лёгких дорог. Иначе потом придётся горько расплачиваться.
Цзян Цяоцяо закатила глаза и полностью проигнорировала её слова.
Такие люди, чем больше с ними церемонишься, тем больше дерзят. Лучше просто не замечать.
Увидев, что Цзян Цяоцяо не реагирует, Фан Цзялинь злобно стиснула зубы. Она подумала: «Подожди, скоро твой покровитель тебя бросит, и тогда посмотрим, как ты будешь задирать нос!»
Бросив на Цзян Цяоцяо последний злобный взгляд, Фан Цзялинь отошла в сторону. Ей хотелось держаться подальше от такой женщины.
Весь проект ждал больше двух часов, и когда терпение уже было на исходе, наконец появились Сюй Минъи и её агент.
Сюй Минъи надела чёрные солнцезащитные очки и выглядела крайне высокомерно, не проявляя ни капли раскаяния за опоздание.
Её агент вела себя вежливее и сразу же извинилась перед режиссёром:
— Простите, пожалуйста! У Минъи возникли срочные дела, поэтому она задержалась. Мы очень сожалеем за доставленные неудобства.
Режиссёр, опытный ветеран индустрии, хоть и злился, не стал показывать этого открыто:
— У каждого бывают непредвиденные обстоятельства. В следующий раз постарайтесь быть вовремя.
Агент поспешно закивала:
— Обязательно, обязательно!
Наконец-то появилась главная героиня, и съёмки можно было начинать.
Первая сцена: Ли Няньнянь уговаривает главную героиню пойти с ней на мероприятие «Пара на неделю».
Сюй Минъи отправилась в отдельную примерочную переодеваться, а операторы настраивали оборудование.
Вдруг Цзян Цяоцяо заметила краем глаза, как агент Сюй Минъи подошла к режиссёру и что-то ему прошептала на ухо. Выражение лица режиссёра резко изменилось — он явно сопротивлялся её просьбе.
Агент, судя по всему, просила о чём-то очень важном. Она выглядела встревоженной и продолжала умолять. Режиссёр упрямо качал головой, отказываясь.
Похоже, её просьба ставила его в трудное положение.
Но агент не сдавалась. Она говорила ещё минут десять, пока режиссёр, видимо, не сдался от усталости и не согласился.
Агент тут же засияла и благодарно закивала.
Сюй Минъи вышла из примерочной в костюме для сцены. Её ассистентка тут же подбежала с зонтом, чтобы та не загорела, и принялась обмахивать её веером.
Режиссёр взял мегафон:
— Внимание всем! Готовимся к первой сцене!
Действие происходило в студенческом общежитии вечером, около восьми часов. Все четыре девушки были в комнате: Сун Юй смотрела дораму, Фан Цзялинь, играющая отличницу, читала книгу.
Как только режиссёр закончил объявление, все заняли свои места.
Цзян Цяоцяо села на стул, предназначенный её персонажу. Сюй Минъи села рядом — их места находились бок о бок.
В сценарии героини Цзян Цяоцяо и Сюй Минъи с первого взгляда становятся лучшими подругами, будто родные сёстры.
Реквизитор хлопнул хлопушкой:
— Первая сцена, дубль один!
Сразу после этого все актёры и персонал сосредоточились на работе.
Камера сначала сняла Сюй Минъи, затем переместилась к Цзян Цяоцяо, Сун Юй и Фан Цзялинь. В начале эпизода предполагалось кратко представить всех четырёх девушек, чтобы зрители сразу получили представление о персонажах.
После этого камера снова сфокусировалась на Сюй Минъи.
Та отложила ручку и потянулась, зевнув:
— Математический анализ — это просто кошмар.
Едва она произнесла эти слова, сидевшая рядом Цзян Цяоцяо вдруг вскрикнула:
— А-а-а!
Сюй Минъи повернулась к ней:
— Няньнянь, чего ты кричишь?
http://bllate.org/book/10056/907676
Готово:
