Мужчина, заметив, что Линь Жань больше не собирается боксировать, с облегчением выдохнул. Ему нельзя было задерживаться здесь ни секунды дольше — он развернулся и исчез.
В частной зоне первого номера на третьем этаже находились два ринга. На соседнем с Линь Жанем сегодня никого не было, так что после ухода мужчины в зале остались только Линь Жань и Тан Кэтянь.
Тан Кэтянь давно не видела Линь Жаня. Всё это время мать держала её дома, заставляя учиться, и лишь сегодня, пока та ушла на светское мероприятие, девушка сумела тайком выбраться наружу. Хотя ей и не хватало времени навестить Линь Жаня, это не помешало ей услышать кое-какие слухи.
Она подошла ближе и недовольно потянула его за перчатку:
— Линь Жань, я уже целый вечер здесь, а ты так и не сказал мне ни слова! И вообще, что с тобой в последнее время?
Старший брат Тан Кэтянь когда-то помог Линь Жаню, и тот из уважения к нему раньше хоть немного считался с чувствами девушки.
Но сегодня настроение у него было паршивое, а Тан Кэтянь сама полезла под горячую руку.
Однако она совершенно не замечала раздражения Линь Жаня. Надув губы, она обиженно спросила:
— Линь Жань, я слышала, будто ты в последнее время очень близок с одной девочкой из вашей школы. Какие у вас отношения?
Линь Жань остановился. Наконец он удостоил её взглядом.
Сердце Тан Кэтянь радостно забилось — она уже хотела что-то сказать, но тут же услышала ледяной голос:
— Не важно, с кем я общаюсь, это тебя не касается. И не смей появляться рядом с ней.
Тан Кэтянь не могла поверить своим ушам. Раньше Линь Жань, хоть и был холоден с ней, никогда не говорил таких жёстких слов.
Что он этим хотел сказать? Будто она способна причинить кому-то вред… Как он мог так о ней думать?
Тан Кэтянь с детства была окружена любовью родителей и старших братьев. Линь Жань стал единственным камнем преткновения на её гладком жизненном пути.
Впервые она увидела его на ринге: юношеская красота лица и резкий, точный стиль бокса мгновенно покорили её сердце. А уж когда он сел на мотоцикл — вся её решимость растаяла окончательно.
Конечно, она встречала и других парней, умеющих драться и водить мотоциклы, но таких красавцев, как Линь Жань, ей ещё не попадалось.
С тех пор она постоянно крутилась рядом с ним.
Сейчас же, услышав такие слова, Тан Кэтянь готова была взорваться от злости. Она крепко обхватила его руку, не давая уйти, и закричала:
— Стоять! Объясни всё как следует!
Линь Жань был силён. Если бы он просто оттолкнул её, девушка наверняка упала бы на пол.
Нахмурившись, он начал:
— Отпусти, ты...
Но вторая половина фразы застряла у него в горле. Через стеклянную дверь он увидел Шэн Цинси.
Она стояла там, спокойно наблюдая за ними. Её глаза, как всегда, были чистыми и прозрачными.
Линь Жань несколько раз перепроверил — в её взгляде не было ни грусти, ни ревности. Она смотрела на эту сцену так, будто перед ней обычное, ничем не примечательное зрелище.
И неважно — Сун Шимань или Тан Кэтянь — Шэн Цинси никогда не ревновала.
Линь Жаню вспомнилось, как на горах Сыши он увидел, как Гу Минцзи коснулся Шэн Цинси. Тогда ему хотелось связать её и держать рядом, чтобы Гу Минцзи больше никогда до неё не дотронулся.
Но почему у неё нет таких же чувств?
Линь Жань не понимал. Любовь должна быть владением.
Как у него к Шэн Цинси.
Тан Кэтянь заметила, что Линь Жань застыл, глядя на дверь, и тоже повернулась в ту сторону.
Увидев Шэн Цинси, она на миг опешила, машинально отпустив руку Линь Жаня:
— Шэн Цинси? Ты как здесь оказалась?
Брови Линь Жаня слегка сошлись. Тан Кэтянь знает Шэн Цинси?
Шэн Цинси явно тоже узнала Тан Кэтянь. В начале года, оформляя документы в школе «Эрчжун», она случайно встретила её на улице.
Раньше они учились в одном классе, но их знакомство ограничивалось лишь поверхностным «знаю в лицо». По мнению Тан Кэтянь, Шэн Цинси была скучной и занудной — целыми днями только и делала, что зубрила учебники.
И всё равно вокруг неё постоянно крутилось множество поклонников.
Тан Кэтянь тогда решила, что все мужчины — поверхностные создания, легко очаровывающиеся внешностью.
Она была уверена: Линь Жань точно не такой.
Но в следующую секунду её идеал «неповерхностного» Линь Жаня направился прямо к Шэн Цинси — и даже шаги его были торопливыми?
Тан Кэтянь: «......»
Шэн Цинси лишь слегка улыбнулась Тан Кэтянь, не ответив на её вопрос.
Она стояла и смотрела, как Линь Жань быстро идёт к ней.
Он только что сошёл с ринга и ещё не переоделся. Его торс был обнажён.
С точки зрения Шэн Цинси, поза Тан Кэтянь и Линь Жаня выглядела довольно интимной: высокий, красивый юноша и милая девушка прижались друг к другу. Правда, выражение лица Линь Жаня было ледяным.
Пот, стекающий по шее, мускулистая грудь и чёткие линии пресса ясно свидетельствовали: тело Линь Жаня почти достигло зрелости.
Учитывая профессию Шэн Цинси в прошлой жизни, подобное зрелище не вызывало у неё особого волнения.
Но сейчас, когда перед ней стоял именно Линь Жань, она почувствовала лёгкое смущение.
Она перевела взгляд на его лицо. Он смотрел на неё, тяжело дыша, а на подбородке виднелся небольшой синяк.
В его тёмных глазах читалось что-то, чего она не могла понять.
Шэн Цинси осторожно коснулась его подбородка и тихо спросила:
— Больно?
Линь Жань резко сжал её руку в своей горячей ладони. Он опустил глаза и хриплым голосом произнёс:
— Не больно. Ты… рассердилась?
Шэн Цинси покачала головой.
Тан Кэтянь в отдалении была поражена до глубины души.
Каким образом эти двое, между которыми, казалось, нет ничего общего, оказались вместе?
Она лишь на миг замешкалась, но тут же всё поняла. Несколько шагов — и она уже стояла перед ними, требовательно спрашивая:
— Вы когда успели познакомиться? Шэн Цинси, ты перевелась в школу «Ичжун»?
Не дожидаясь ответа, она сама себе пробормотала:
— Значит, та самая девочка, с которой Линь Жань часто видится… это ты.
Линь Жань проигнорировал Тан Кэтянь и, взяв Шэн Цинси за руку, повёл к раздевалке.
Он наклонился и тихо спросил:
— Ты одна приехала?
Шэн Цинси слегка прикусила губу и спросила в ответ:
— Линь Жань, ты ведь не ужинал?
Он провёл её в общую зону отдыха раздевалки и, растрёпав ей волосы, предупредил:
— Не бегай без меня. Посиди здесь и подожди. После душа пойдём поедим?
Шэн Цинси кивнула.
Линь Жань подошёл к шкафчику, достал телефон и бросил ей:
— Пароль 0601. Пока поиграй. Я выйду через десять минут. Если что — громко зови.
С этими словами он скрылся в мужской душевой.
Шэн Цинси, однако, застыла на месте.
Она смотрела на телефон Линь Жаня и не могла прийти в себя.
Он только что сказал, что пароль — 0601.
Для большинства людей первый июня — просто День защиты детей или обычный день в календаре.
Но для Шэн Цинси это дата смерти Линь Жаня.
День, когда он умер.
Почему Линь Жань выбрал именно эти цифры в качестве пароля?
Шэн Цинси смутно чувствовала: в этой жизни что-то пошло не так, как она ожидала.
Линь Жань он…
Пока она погружалась в тревожные мысли, дверь в зону отдыха открылась.
Шэн Цинси обернулась.
Это была Тан Кэтянь.
Прежде чем войти, та осмотрела помещение и, убедившись, что Линь Жаня нет, вошла с высоко поднятой головой.
Она окинула Шэн Цинси оценивающим взглядом — за последние четыре месяца та почти не изменилась.
Подняв подбородок, Тан Кэтянь прямо спросила:
— Шэн Цинси, какие у вас с Линь Жанем отношения? Я люблю его, и рано или поздно он станет моим. Советую тебе держаться от него подальше.
Голова Шэн Цинси была заполнена хаосом. Она слишком мало знала о прошлом Линь Жаня. Из обрывков воспоминаний Янььянь невозможно было собрать цельную картину.
Услышав слова Тан Кэтянь, она подняла на неё глаза:
— Я не могу этого сделать.
Тан Кэтянь: «.......»
Так прямо?
Как теперь продолжать разговор?
Шэн Цинси заметила замешательство девушки и спросила:
— Тан Кэтянь, как давно ты знаешь Линь Жаня?
Услышав, что Шэн Цинси интересуется её отношениями с Линь Жанем, Тан Кэтянь почувствовала лёгкое превосходство. Она скрестила руки на груди и уселась в кресло:
— Мы знакомы два года. Ещё в средней школе он начал заниматься боксом у моего брата.
Шэн Цинси слегка сжала пальцы и сделала вид, что удивлена:
— Вы знакомы так давно? А я — меньше полугода. Линь Жань… он раньше какой был?
Она понизила голос, будто размышляя вслух, но так, чтобы Тан Кэтянь обязательно услышала:
— Мне кажется, в последнее время он изменился. Но не могу понять, как именно.
Тан Кэтянь не особенно хотела делиться с Шэн Цинси воспоминаниями о Линь Жане. Да и в чём, собственно, перемены? Он по-прежнему холодный и вспыльчивый.
Но слова Шэн Цинси напомнили ей о том, что она слышала в боксёрском зале.
Говорили, будто стиль бокса Линь Жаня резко изменился. Раньше он использовал классический европейский стиль — строгий, размеренный.
А теперь перешёл на американский стиль: его мощная взрывная сила и исключительная гибкость позволяли мгновенно адаптироваться к такой динамичной технике.
Даже не разбираясь в боксе, Тан Кэтянь чувствовала: с Линь Жанем что-то не так.
Она почесала затылок и пробормотала:
— Возможно, он и правда немного изменился… Но мне кажется, он остался прежним.
Ранее Шэн Цинси слышала подобные замечания от Хэ Мо и Се Чжэня. Сначала она думала, что Линь Жань расстроен из-за Янььянь. Но теперь это объяснение казалось ей недостаточным.
Она боялась думать дальше.
Тан Кэтянь вдруг осознала, что разговор ушёл не туда. Ведь она пришла выяснить, какие отношения между Шэн Цинси и Линь Жанем! Раскрыв глаза, она уже собиралась задать новый вопрос, но в этот момент из душевой донёсся шум.
Тан Кэтянь растерянно огляделась — прятаться было негде.
Если Линь Жань увидит её здесь, снова начнёт ругаться.
Она мгновенно рванула к выходу.
...
Линь Жань одной рукой небрежно вытирал мокрые чёрные волосы полотенцем, другой — толкнул дверь.
Влажный пар просочился сквозь щель и тут же растворился в воздухе.
Когда Линь Жань вошёл в зону отдыха, Шэн Цинси сидела, опустив голову, и, судя по всему, глубоко задумалась.
Его телефон так и лежал там, куда он его бросил — очевидно, она даже не притронулась к нему. Она не заметила, что он вышел, и продолжала сидеть в задумчивости.
Линь Жань швырнул полотенце в корзину для грязного белья и подошёл к дивану, чтобы поднять её.
— О чём так серьёзно задумалась? — спросил он.
Шэн Цинси позволила ему вывести себя наружу и честно ответила:
— О тебе.
Линь Жань невольно усмехнулся. Она всегда была такой прямой и искренней.
Но тут же в его голове возник вопрос: значит, её взгляд тогда был искренним. Она действительно совершенно спокойно отнеслась к тому, как он и Тан Кэтянь стояли вместе.
Линь Жань никогда не был в отношениях, но знал: если человеку небезразличен другой, так не бывает.
Он понимал её… и в то же время не понимал.
Линь Жань повёл Шэн Цинси вниз и зашёл в ближайшую японскую закусочную. Не спрашивая, ужинала ли она, он заказал ужин на двоих.
В зале царил приглушённый свет, изредка слышались тихие голоса посетителей.
За окном мелькали неоновые огни, по улице сновали люди.
Шэн Цинси была погружена в свои мысли. Она оперлась подбородком на ладонь и задумчиво смотрела на Линь Жаня.
Закончив заказывать, Линь Жань заметил, что весь вечер она словно в тумане. Он протянул руку и лёгким движением, будто стучал в дверь, постучал ей по лбу.
Когда её взгляд наконец сфокусировался, он приподнял бровь:
— Ты пришла ко мне только для того, чтобы сидеть и мечтать?
Шэн Цинси опустила глаза. Пока она не хотела, чтобы Линь Жань догадался о её подозрениях.
Если это правда…
Она пока не готова принять это.
Это было бы слишком жестоко — как для неё, так и для него.
Она перевела разговор на другую тему:
— Линь Жань, в следующем месяце я, возможно, неделю не буду в школе.
http://bllate.org/book/9177/835303
Готово:
