Если эта передача действительно накроется, это будет равносильно тому, что у целой кучи людей отнимут хлеб насущный.
Ян Ваньли прекрасно понимал: судя по выражению лица Вэнь Шуана, тот и в голову не брал подобные последствия.
На лице Вэнь Шуана по-прежнему играла улыбка:
— Ничего страшного не случится. Разве я плохо выбрал место?
Говоря это, он обернулся к Ма Юйцзе, стоявшей за его спиной, будто ища её одобрения.
Ма Юйцзе молчала.
Когда они были наедине, она позволяла себе раскованность, но это вовсе не означало, что ей хочется, чтобы сейчас её так видел посторонний мужчина.
К тому же в глазах Ху Вэня отчётливо читалось презрение.
Ху Вэнь всё это время молчал. Он искренне считал происходящее полнейшей нелепицей — настолько абсурдной, что она выходила за пределы его обычного понимания жизни и отношений между мужчиной и женщиной.
Да и вообще, разве не опасно находиться ночью у моря? Вдруг в самый неподходящий момент их унесёт волной? Получится настоящая сенсация! И какая позорная сенсация!
Но эти двое, похоже, совершенно не осознавали, что их поведение чем-то неправильно.
Ян Ваньли слыл в профессиональной среде невозмутимым ведущим. Он всегда добросовестно относился к работе, не вступал в споры и часто сам решал множество вопросов, буквально «выращивая» гостей своей программы. Однако сейчас его терпение подходило к концу.
Из слов Вэнь Шуана ясно проскальзывало, что тот просто пользуется тем, что Ян Ваньли не станет его одёргивать, и потому ведёт себя совершенно безнаказанно.
— И это всё, что ты можешь сказать? Не собираешься давать какие-то пояснения? — разозлился Ян Ваньли. Совершать ошибки не страшно — люди растут именно через ошибки. Но Вэнь Шуан знал, что поступает неправильно, всё равно пошёл на это, а когда его поймали, ещё и вёл себя так самоуверенно! Это было невыносимо.
Почему их съёмочная группа должна расплачиваться за человека, который не может совладать с собой и при этом не испытывает ни капли раскаяния?
Вэнь Шуан пожал плечами:
— А зачем мне вам что-то объяснять? Это же моё личное дело. Если уж давать объяснения, то разве что Юйцзе.
Ян Ваньли:
— …
Он был настолько разъярён, что не мог подобрать слов!
Ху Вэнь нахмурился:
— Ты ведь прекрасно понимаешь, что твоё поведение навредит программе брата Ваньли? Или тебе в голову это не приходит? Даже мне, дубине, это ясно! Ты вообще головой думаешь?
Вэнь Шуан опешил. В его глазах Ху Вэнь был просто здоровенным простаком — крепким, как медведь, но с пустой головой, не из мира шоу-бизнеса и с крошечной аудиторией. Поэтому он никогда его всерьёз не воспринимал.
Но сейчас этот «простак», по его мнению, открыто выразил ему презрение. И что обиднее всего — Ху Вэнь искренне сомневался в его умственных способностях, а не издевался.
Вэнь Шуан процедил сквозь зубы:
— А тебе-то какое дело? Ты кто такой, чтобы меня судить?
Ху Вэнь раскрыл рот, но слова не находилось. Он никогда не умел спорить. Получив такой ответ, он совсем растерялся.
Что делать?
В отчаянии Ху Вэнь резко стянул с себя футболку, обнажив мощные мышцы. Выглядел он теперь как настоящий Трансформер.
— Попробуй ещё раз гавкнуть на меня!
Ладно, в спорах он проиграл. Зачем болтать? Настоящие мужчины решают всё не словами, а делом!
Вэнь Шуан:
— …
Что за чёрт?
С чего это вдруг всё должно решаться кулаками?
Это уже выходило за рамки его компетенции. Да и кто угодно, столкнувшись с таким, как Ху Вэнь, вряд ли выйдет победителем.
Лицо Вэнь Шуана стало ещё мрачнее.
— Ху Вэнь, ты вообще о чём?
— О том, что хочу тебя прибить! — грубо бросил Ху Вэнь. Ему не нужно было изображать из себя интеллигента — по внешности и так было ясно, что он не из таких. Просто руки зачесались! Но всё же он повернулся к Ян Ваньли и осторожно уточнил: — Брат Ваньли, можно я его ударю?
Ян Ваньли:
— …
Да что же за неприятности с этими участниками!
А вдруг он его покалечит? Вэнь Шуан выглядел таким хрупким, будто и одного удара не выдержит!
— Все успокойтесь! Вэнь Шуан, зачем ты так язвительно отвечаешь? Мы пришли, чтобы решить проблему, а не разжигать конфликт. С таким отношением тебя и вправду заслуженно побьют!
Ян Ваньли старался сохранять спокойствие, но в конце не сдержался и выпалил то, что думал на самом деле…
Вэнь Шуан:
— …Чего вы так переживаете? Ведь никто же не знает!
Он считал, что все вокруг чересчур нервничают. Сам он не спешил волноваться, так чего это они так заводятся? Если бы Ян Ваньли сегодня ночью не застал их, ничего бы и не случилось.
— Но если это всплывёт, для программы брата Ваньли это будет катастрофа! Он ничего не сделал, а должен расплачиваться за твои глупости. Он тебе отец родной, что ли, чтобы за тебя отдуваться?
В этот момент раздался голос Чэн Шаня, который только что вернулся после того, как отвёз Линь Сиюань.
Он подошёл как раз вовремя, чтобы услышать эту поразительную, наглую и циничную реплику Вэнь Шуана, которая окончательно разрушила последние иллюзии Чэн Шаня о его совести.
Но вскоре он смирился: ведь Вэнь Шуан в его глазах всегда был типичным безнравственным проходимцем.
Разве можно ожидать совести и здравого смысла от такого отъявленного негодяя? Это всё равно что ждать чуда!
С такими, как он, уговоры бесполезны. Либо поступать, как Ху Вэнь — сразу в лоб, либо переигрывать их в словесной перепалке раз в сто.
Увидев Чэн Шаня, Вэнь Шуан изменился в лице.
Он мог запросто поставить в тупик Ян Ваньли и не воспринимал Ху Вэня всерьёз — оба были в шоу-бизнесе не слишком влиятельны. Но Чэн Шань был другим: за ним стоял капитал. А если капитал решит уничтожить Вэнь Шуана, тот и вовсе не сможет дальше работать в индустрии.
Вэнь Шуан умел быстро менять маски…
Как только он увидел Чэн Шаня, тут же сменил выражение лица, подошёл ближе и приторно улыбнулся:
— Да что ты такое говоришь! Брат Ваньли такой молодой, разве может быть моим отцом? Обещаю, моя история никому не станет известна, ладно?
Увидев, что Чэн Шань не реагирует, Вэнь Шуан снова приблизился и, понизив голос так, чтобы слышал только он, прошептал:
— Дружище, сделай одолжение. Девчонку можешь забрать себе на ночь. Эта… хе-хе…
Он самодовольно ухмыльнулся, полагая, что прекрасно понимает мужчин и особенно Чэн Шаня, и добавил с пошлой интонацией, будто вспоминая приятное:
— Отличный выбор, скажу я тебе!
Чэн Шань:
— …
Он недооценил глубину человеческой подлости.
— Не нужно, — холодно ответил он.
Вэнь Шуан неловко почесал нос. Сейчас их было трое против двоих, а Ма Юйцзе вообще молчала, так что он остался один на один со всеми. Его начало раздражать.
— Ладно, чего вы хотите?
Чэн Шань посмотрел на Ян Ваньли — это ведь его шоу, и именно он должен принимать решение.
Голова Ян Ваньли была совершенно пуста. Такой непредвиденный инцидент вызывал у него одновременно и раздражение, и чувство абсурда.
— Пойдёмте обратно. Что вы делаете в свободное время — ваше дело. Но пока вы участвуете в программе, советую вам вести себя прилично. У кого есть семья — подумайте о своей второй половинке. У кого нет — подумайте о чужой.
Ян Ваньли выразился максимально деликатно, но смысл был ясен.
Измена, разрушение чужой семьи, отсутствие малейшего раскаяния… Настоящие мерзавцы.
Ян Ваньли покачал головой и пошёл прочь, даже не глядя на лица Вэнь Шуана и Ма Юйцзе. В такой темноте и не разглядишь толком!
Лицо Ма Юйцзе потемнело. Она прекрасно понимала, что делает, вступая в связь с Вэнь Шуаном. Но одно дело — осознавать это самой, и совсем другое — когда тебе это прямо и без обиняков говорят другие.
Первое позволяло обманывать себя, второе лишало этой возможности.
— Больше такого не будет, брат Ваньли, обещаю, — сказала она.
Ян Ваньли пристально посмотрел на неё, а затем перевёл взгляд на Вэнь Шуана, ожидая подтверждения от второго участника.
Вэнь Шуан раздражённо кивнул и закурил.
Ян Ваньли больше не задерживался. Ему было важно лишь одно — чтобы съёмочная группа осталась в безопасности. Что до личной жизни этих людей, его это совершенно не касалось.
Когда Ма Юйцзе вернулась в палатку, Линь Сиюань уже не было. Она хотела что-то спросить, но в этот момент подошёл Чэн Шань и сказал:
— Она плохо спит по ночам, поэтому я отправил её в другое место.
Лицо Ма Юйцзе то краснело, то бледнело. Она прекрасно понимала, что имел в виду Чэн Шань.
Но Чэн Шаню было неинтересно наблюдать за её реакцией. Объяснив всё, что нужно, он направился к своему жилью.
Эта ночь обещала быть бессонной для многих, но на следующий день солнце взошло, как обычно.
После вчерашнего «разоблачения» настроение в группе явно изменилось. Хотя внешне все вели себя спокойно и, казалось, могли ладить, атмосфера стала ледяной.
В первый день неловкость была вызвана незнакомством, но актёры быстро находили общий язык. Однако такого, чтобы после сближения общение становилось ещё более холодным, в съёмочной группе ещё не случалось. Такая обстановка делала процесс записи невыносимым.
Оператор, который постоянно снимал Линь Сиюань, давно с ней подружился. Ради своей девушки он даже просил у Линь Сиюань товары со скидкой из её шопинг-трансляций — они уже давно считались «своими».
Когда вокруг никого не было, оператор выключил камеру и тихо заговорил с Линь Сиюань:
— Сиюань, ты заметила? У брата Ваньли сегодня ужасное настроение! Когда он отворачивается от камеры, даже фальшивую улыбку поддерживать не хочет… Наверное, что-то случилось! Ты в курсе?
Линь Сиюань:
— …
Оператор даже не дал ей ответить и принялся делиться сплетнями:
— Я знаю! Говорят, вчера ночью Вэнь Шуан пытался что-то сделать с учителем Ху в палатке, но учитель Ху такой сильный, что не дал ему ничего сделать! А брат Ваньли спал рядом и всё услышал! Представляешь, как неловко было! Поэтому сегодня между ними такая напряжённая атмосфера! Чёрт, никогда бы не подумал, что Вэнь Шуану нравятся такие, как учитель Ху!
Линь Сиюань была в шоке! Что за чушь? Откуда такие слухи? Знает ли об этом сам Вэнь Шуан?
Она почувствовала, что её лицо больше не подчиняется.
Оператор был доволен, будто сообщил ей важнейшую тайну, и тихо спросил:
— Правда, поражает? Неудивительно, что учитель Чэн сегодня вообще не хочет разговаривать с Вэнь Шуаном! Наверное, давно знал, что тот странный. Хорошо ещё, что Вэнь Шуан не положил глаз на учителя Чэна — иначе бы тот точно с ним не стал общаться! Хотя… на мой взгляд, учитель Чэн гораздо красивее учителя Ху!
Линь Сиюань:
— …
Через некоторое время она наконец смогла выдавить:
— И это правда то, что сейчас ходит по программе?
— Конечно! — таинственно прошептал оператор. — Но это строго между нами. Вэнь Шуан, говорят, очень мстительный. Если узнает, что кто-то распространяет такие слухи, будет неприятно…
Линь Сиюань подумала, не поблагодарить ли ей оператора за «доброту», но после услышанного чувствовала лишь глубокое замешательство.
Какой бы ни была версия, распространявшаяся в группе, последний день съёмок всё равно настал.
Для всех участников эта неделя, вероятно, стала настоящим испытанием.
Жить бок о бок с человеком, которого ты не просто не любишь, а откровенно презираешь, — разве это не мучение?
Тем не менее, пришлось обмениваться вежливыми фразами вроде: «Обязательно встретимся снова!» Линь Сиюань закатывала глаза от такой фальши — ей было так неловко, что пальцы ног врастали в землю, будто могли построить целый дом!
В день отъезда все разъехались в разные стороны.
http://bllate.org/book/8689/795321
Готово:
