Он сидел, слегка откинувшись назад, локоть упирался в колено, а пальцы неторопливо покачивали бокал. На губах играла едва заметная усмешка — будто он внимательно слушал собеседников, а может, был полностью погружён в собственные мысли, отрешённый от всего вокруг.
Неизвестно, что сказал высокий парень рядом, но он лишь рассеянно приподнял веки, и взгляд его упал на уголок напротив танцпола.
Там сидел мужчина в заурядном костюме, с ничем не примечательным лицом, который сейчас раздражённо хмурился, глядя на пустое место напротив себя.
— Мы уже целую вечность на него глазеем. Да он вообще не пара! Такой тип — и вдруг нашёл себе фею?
— Ага, только фея-то, похоже, не горит желанием. Стена эта, думаю, вполне поддаётся штурму. Как вернётся — сразу номер попрошу!
— Номер просить — это дело для Синь-гэ! Если бы я выглядел как Синь-гэ, даже в мешке осмелился бы спросить её вичат!
Холодный, пронизывающий взгляд скользнул по нему, и парень, сказавший про мешок, тут же зажал рот:
— Прости, я облажался! Синь-гэ не нуждается в феях и точно не стал бы совать никого в мешок. Никогда.
Компания болтунов усердно перевела разговор на другую тему, но внезапный возглас вновь вернул всех к исходной точке:
— Смотрите! Фея там!
У входа в туалет женщина прислонилась к стене и разговаривала по телефону. Лицо её было бесстрастным, она лишь изредка отвечала односложными «ага». Видимо, ей стало жарко от длинных волос на шее, и она откинула их назад — обнажив белоснежную кожу затылка, чья изящная линия словно источала надменность.
Густые ресницы полуприкрыты, и каждый их лёгкий взмах будто царапал сердце, вызывая жажду и трепет.
Се Син поднял взгляд, всё ещё с насмешкой на губах, но в тот миг, когда его глаза последовали за восклицаниями окружающих, всё внутри него будто пронзила острая сталь. Кровь хлынула, брызги застилали зрение, и даже радужка окрасилась в багрянец.
Насмешка застыла на губах.
Дыхание сбилось.
Все звуки вокруг мгновенно стихли, будто мир обнулился.
Се Син судорожно сжимал бокал, пальцы побелели от напряжения, но даже это не могло унять дрожь в сердце.
Как одиночный волк перед прыжком на добычу — возбуждение и жестокое предвкушение бурлили в нём, вырываясь наружу.
— …Вернулась, — прошептал он дрожащим голосом, сам себе.
***
Только что закончив разговор с женихом на свидании вслепую, Пэй Чжи получила ожидаемый звонок от Чэнь Яньжу.
Она некоторое время прислушивалась к тону собеседницы и не уловила ничего подозрительного. Значит, этот человек действительно слишком горд, чтобы жаловаться — скорее всего, просто сказал, что «Пэй-сяоцзе ему не подходит».
Как может подходить друг другу современный мужчина с университетским дипломом, который всерьёз утверждает, что женщине место дома, за хозяйством и детьми, и дикая лошадь, чьё сердце принадлежит степи?
После разговора Пэй Чжи немного постояла у стены, наблюдая, как в клубе нарастает вечерняя атмосфера, и лишь теперь почувствовала: да, она действительно вернулась домой.
Перед тем как экран погас, она мельком взглянула в групповой чат.
Подруги пересылали друг другу геолокации и клялись, что если не доберутся меньше чем за десять минут, то отдадут головы ей на мяч.
Пэй Чжи убрала телефон и направилась в туалет.
В коридоре пока было не слишком людно, но освещение в этом заведении под названием «Night» было соответствующим — лишь тусклые светодиодные полосы вдоль пола. Когда навстречу ей выступили две тени, Пэй Чжи инстинктивно прижалась к стене.
И в тот самый момент, когда они поравнялись, до неё отчётливо долетел обрывок разговора:
— Правда, Синь-шао? Сегодня ты реально рискнула?
— Что значит «реально рискнула»? — засмеялась девушка в ответ.
— Ну а кто ещё? Разве Синь-гэ хоть раз обращал внимание на кого-то, кроме тебя?
Пэй Чжи не замедлила шаг, но чем дальше она шла, тем тише становились голоса за спиной, пока наконец не растворились в музыкальном ритме.
Но этих трёх бессмысленных фраз хватило, чтобы она обернулась.
— Синь-гэ…
Это слово превратилось в крючковатый нож, вонзившийся прямо в сердце. Не успела она опомниться, как лезвие вырвалось обратно, оставив после себя кровавую рану, которую все уже считали безнадёжной.
В конце коридора свет с танцпола прорезал тьму под углом, освещая лицо девушки — молодое, дерзкое, полное безрассудной уверенности.
Она была похожа на ту, кем когда-то была сама Пэй Чжи.
Автор говорит: Пришла! Лёгкая форма навязчивости, сосредоточена на завершении начатого. Подпишитесь на автора! (Вы получите меня — и мою глупую собаку.) Ежедневные обновления. Любительница сладких историй первой категории. Не верите? Посмотрите мой каталог.
Следующая книга — «Задержка сердцебиения». Анонс ниже:
На последнем повороте по пути в управление по делам семьи,
Лян Яньчэн вдруг произнёс: «Сначала вернёмся в офис».
Цы Янь, уже готовая вырваться на свободу, конечно, запротестовала.
Мужчина снял очки с золотой оправой, устало провёл рукой по бровям: «В компании кризис. Нужно срочно решать».
Через несколько часов
Цы Янь увидела заголовок в финансовом выпуске:
«Корпорация Лян — новый лидер отрасли».
«…»
Скажи, пожалуйста, какой именно кризис?
#Извините, но развод всё ещё в силе#
#Кстати, какой был крупнейший кризис в истории вашей компании#
#А, чуть не осталось без хозяйки#
Обрывки воспоминаний пронеслись перед глазами — время и пространство смешались, но единственное лицо, заполнявшее каждую клетку памяти, оставалось неизменным, таким же юным и беззаботным, как в кошмарах Пэй Чжи.
Линчэн такой огромный город. При населении в миллионы случайная встреча невозможна, если только кто-то не ищет её специально.
Она глубоко выдохнула и вошла в туалет.
Когда она вышла, Цы Янь уже прибыла и звонила, спрашивая, за каким столиком сидеть.
Жених на свидании вслепую уже ушёл, но Пэй Чжи всё равно захотела сменить место. У барной стойки как раз оказался свободный столик — видимо, потому что он открыт со стороны прохода и не обеспечивает приватности.
Она взглянула на номер и продиктовала подруге:
— Шестьдесят девять, у самой стойки.
Едва она положила трубку, как в нос ударил аромат духов, а на стол с грохотом приземлился огромный шоппинг-пакет. Пэй Чжи, словно ожидая этого, заранее отодвинулась вглубь дивана и с лёгкой усмешкой подняла глаза:
— Крошка, хочешь меня содержать?
— Почему ты сразу забираешь мою реплику? — Цы Янь, как всегда, сияла, будто маленький павлин. Она надула губы: — Ты ведь мне столько подарков присылала — вот и содержи! Это тебе.
Во время пребывания в Южной Африке Пэй Чжи отправляла подругам всё, что казалось интересным, и со временем в гардеробной Цы Янь скопился целый уголок таких безделушек.
Правда, ничего особо ценного.
Пэй Чжи заглянула в пакет и улыбнулась:
— Выгодно вышло.
Видя, что улыбка подруги не исчезает, Цы Янь осторожно завела:
— Расскажу одну мерзость. На днях сопровождала этого Лян на фуршет, и представляешь, прямо навстречу вышла его белая луна, поздравила нас с новобрачной жизнью. Неужели не чувствуется подкол? Линчэн такой огромный, а в тот день я точно должна была свериться с календарём — «все дела запрещены, выходить из дома не рекомендуется».
Неизвестно, есть ли у господина Ляна белая луна или нет, но подруга знала Цы Янь достаточно давно, чтобы уловить скрытый смысл.
Линчэн такой огромный, но тех, кого должно встретить, всё равно не избежать.
Честно говоря, Пэй Чжи так и не решила, какое выражение лица и тон выбрать, если вдруг снова увидит Се Сина. Возможно, всё, над чем она так долго ломала голову в одиночестве, уже давно размылось временем.
Мысли путались, и слова вырвались сами собой:
— А сегодня? Ты смотрела календарь?
Цы Янь на секунду замерла, не ожидая такого ответа, и с подозрением убрала взгляд:
— Ладно, сейчас погадаю тебе.
Пэй Чжи уже собиралась возразить:
— Я не это имела в виду…
Но её перебила появившаяся в этот момент Цзян Жуйчжи:
— Девочки, я здесь! Скучали?
Пэй Чжи обернулась — и её взгляд приковал знакомый силуэт за спиной подруги.
Мужчина в строгом костюме, с прямой осанкой и тёплой улыбкой в глазах.
— Как вам? Я специально сделала крюк, чтобы привезти Сюй Бэя. Достаточно ли я хорошая подруга?
Все знали, что Сюй Бэй неравнодушен к Пэй Чжи, и все знали, что Пэй Чжунань очень высоко его ценит. Просто раньше Пэй Чжи всячески избегала этой темы, поэтому ничего не сложилось.
Едва она вернулась, как Цзян Жуйчжи уже притащила Сюй Бэя — цель была очевидна, и намёки Цы Янь были того же толка.
Подруги действовали из лучших побуждений, но Пэй Чжи чувствовала себя так, будто ей нечего оправдываться.
Она хотела ещё раз повторить: правда, её решение уехать в Замбию было не только из-за поражения в той битве с Се Сином. Возможно, она причинила ему даже больше боли, чем он ей.
И до сих пор чувство вины периодически давало о себе знать.
Она не могла помириться с собой и не умела лгать самой себе.
Пока Пэй Чжи погружалась в размышления, Цзян Жуйчжи уже распорядилась местами, разумеется, посадив Сюй Бэя рядом с ней.
Сюй Бэй работал журналистом, хотя получил образование ведущего, и Пэй Чжунань часто хвалил его при каждом удобном случае, явно питая к нему особую симпатию.
Разумеется, в этой профессии внешность тоже имела значение.
Почувствовав, как прогнулся диван рядом, Пэй Чжи вернулась из своих мыслей и кивком поприветствовала его.
— Когда вернулась? — спросил Сюй Бэй, поворачиваясь к ней. Его голос был мягок и тёпл, взгляд — таким же, как прежде.
— Самолёт прилетел днём, буквально только что приехала.
— Недавно разговаривал с учителем Пэй, он ничего не упомянул. Иначе бы забрал тебя из аэропорта. У меня сегодня как раз интервью было неподалёку, а дождь такой сильный…
Пэй Чжи кивнула, машинально глядя на бокал, и непроизвольно соврала:
— Когда я вышла, дождь ещё не начался.
Её взгляд опустился ниже, пальцы начали теребить край одежды.
Подруги, знавшие все её привычки, обменялись многозначительными взглядами.
Цзян Жуйчжи, понизив голос, прошептала Цы Янь:
— О чём они там?
— Не расслышала, — покачала та головой.
— У А Чжи до сих пор не прошла привычка — стоит занервничать, как начинает мучить край одежды.
— А ты перестала скрипеть зубами во сне?
Цзян Жуйчжи возмутилась:
— Это совсем другое!
За их столиком настроение поднималось, но за соседним, у барной стойки, царила напряжённость.
Высокий парень не сводил глаз с Пэй Чжи, наблюдал, как она села, а потом — как к ней присоединился ещё один молодой человек.
— Неужели это и есть настоящий парень? Тогда шансы почти нулевые.
— Чего бояться? Красивая девушка — достойна ухаживания. Просто спросить номер — не преступление.
Кто-то из компании, не прочь подогреть ситуацию, продолжал подначивать.
Все повернулись к Се Сину — и вдруг поняли, что, видимо, сказали что-то не то. Обычно рассеянное выражение лица сменилось ледяной злобой, взгляд стал насмешливым и ядовитым.
В этот момент поворотный прожектор на мгновение осветил его лицо, и все отчётливо увидели, как напряглась челюсть под кожей.
Один из парней, ещё не в курсе происходящего, обернулся:
— Мне кажется, я где-то его видел…
Но, уловив настроение за столом, он тут же проглотил остаток фразы.
Тем не менее, его слова подсказали остальным.
— И правда, знакомое лицо… Где-то точно встречались.
— Не связан ли он как-то с Се Сином?
— Вспомнил! Однажды случайно видел обои на экране блокировки Се Синя…
Тот, кто тогда увидел, побледнел. Он заметил лишь мельком, но запомнил.
На фото, исполненном художественной эстетики, на смятых белоснежных простынях лежала женщина в шёлковой пижаме. Глаза её были закрыты, черты лица ещё хранили следы усталости. Длинные волосы рассыпались по подушке, контрастируя с чистотой постели.
В ней чувствовалась и чистота, и соблазн.
Он лишь мельком взглянул — и тут же попал под ледяной, убийственный взгляд Се Синя.
Теперь он понял: это не картинка из интернета и не фотосессия звезды.
Девушка?
Нет. Скорее всего, бывшая девушка.
Парень схватился за голову и начал искать глазами ту самую девушку, которая ещё недавно с таким задором заявляла, что сегодня станет женой Се Синя. Их семьи были старыми друзьями, и все уже шутили, называя её «Синь-шао».
А та, что сейчас сидела за столиком… наверное, просто бывшая.
http://bllate.org/book/8656/792919
Готово:
