Глаза Юй Ань вдруг покраснели. Что кто-то помнит о её дне рождения — ещё можно понять, но для Си Цзя это было чересчур трудно: ей приходилось каждый день заносить эту дату в блокнот.
— Нельзя плакать, нельзя! Новый год на дворе — слёз быть не должно!
Юй Ань с трудом сдержала слёзы.
— Положи подарок прямо посередине, чтобы я сразу его увидела. Ладно, я пойду жарить овощи.
Повернувшись, она всё же не удержалась — слеза скатилась по щеке.
С тех пор как она себя помнила, она никогда не плакала. Плакать было бесполезно: никто не жалел, никто не утешал.
С тех пор, как бы ни было трудно, она не позволяла себе слёз. Даже когда рассталась с У Яном — хоть и было невыносимо больно — она не проронила ни капли.
А сегодня — не сдержалась.
Только теперь съёмочная группа узнала, что у Юй Ань день рождения.
Кто-то предложил отправить ей красный конверт с деньгами.
Они создали чат и, не особо разоряясь, каждый скинул по несколько юаней — собрали ровно 999.
Как только перевод для Юй Ань прошёл, в чате началась весёлая игра: все стали разбирать обратно собранные конверты.
Только Чжоу Минцянь молчал, с силой массируя виски. Мать Си Цзя — госпожа Цзи. Значит, Си Цзя — третья принцесса рода Цзи, то есть жена Мо Юйшэня.
Чжоу Минцянь встал и пошёл искать бокалы. Не найдя, взял два бумажных стаканчика, налил в них водку, поднял оба и чокнулся сам с собой.
Один — за себя, второй — за дурака.
Затем перелил оба стаканчика в один и, запрокинув голову, выпил залпом.
Первое число первого лунного месяца.
Чжоу Минцянь объявил новогодний бонус: съёмки начнутся в одиннадцать утра — можно выспаться.
Наступил ещё один год.
Сегодня утром снег прекратился, небо прояснилось.
Чжоу Минцянь не мог уснуть и не дал спокойно поспать другим — начал раздавать красные конверты в чате, один за другим.
Юй Ань не выдержала и написала ему в личку:
[Чжоу-дао, у вас что-то хорошее случилось?]
Хорошего?! Да пошёл он!
Его дурацкое сердце перешагнуло через Новый год и до сих пор трусит. Он всегда считал себя человеком с высоким эмоциональным интеллектом, но в канун Нового года угодил в ловушку Си Цзя.
Юй Ань, испугавшись, что его телефон заражён вирусом, написала:
[Чжоу-дао, вы уже раздали больше десяти тысяч!]
Чжоу Минцянь ответил:
[У меня много денег.]
Юй Ань: «…»
Она читала в интернете немало сплетен о Чжоу Минцяне. Некоторые пользователи даже раскопали, что он единственный сын владельца крупной ювелирной империи.
Однако это никогда не подтверждалось.
Юй Ань никогда не лезла в личные дела босса и отправила ему анимированную гифку с благодарностью. Только что она выиграла несколько сотен юаней.
Теперь сна как не бывало. Юй Ань встала и пошла смотреть свои подарки на день рождения. Си Цзя и тётя Си купили ей множество вещей — одежда, косметика, всё необходимое.
Прошлой ночью она получила поздравление с неизвестного номера и не ответила. Наверняка это У Ян — кроме него, никто не знал, что её день рождения именно в этот день.
Время идёт, всё меняется.
Задувая свечи, она загадала желание: пусть Си Цзя скорее выздоровеет.
Чжоу Минцянь хотел ещё немного поболтать со своей «неблагодарной» помощницей, но вдруг зазвонил телефон — звонила мать. Та же самая привычная тирада, что и в прошлом году.
— Чжоу-дао, вы и в этом году собираетесь оставаться холостяком?
— …
— Вам уже за тридцать! Неужели собираетесь прожить жизнь с монитором?
— В вашей съёмочной группе нет красивых девушек?
Чжоу Минцянь молча слушал, пока мать не проговорила несколько минут подряд.
После этого нудного наставления он повесил трубку и продолжил раздавать красные конверты.
Цзян Цинь проснулась от шума в чате, но не стала брать деньги. Вместо этого она отправила Чэн Вэймо новогоднее поздравление.
Чэн Вэймо тут же позвонил:
— Не снимаешься?
— Съёмки только в обед.
Цзян Цинь встала, раздвинула шторы. Солнечный свет отразился от снега, режа глаза. Она повернулась спиной к окну и стала греться.
— Чем занят? — спросила она у Чэн Вэймо.
— Сейчас пойду поздравлять с Новым годом, — уклончиво ответил он. В это время он смотрел на фотографию в кошельке — только что достал, снова убрал и застегнул кошелёк.
Цзян Цинь скрестила руки на груди и помолчала.
— Я уже так долго на съёмках, а ты ни разу не приехал.
Чэн Вэймо:
— Конец года, очень занят.
Этот предлог был скучен. Раньше, как бы ни был занят, он всегда навещал её. Цзян Цинь добавила:
— Не хочу, чтобы мы втроём так отдалялись друг от друга, становились чужими.
Чэн Вэймо рассмеялся:
— Ты, наверное, слишком глубоко вошла в роль? С каких пор стала такой сентиментальной? В конце года сразу несколько дел одновременно пошли в суд, даже домой не успеваю сходить — откуда время на визиты? Через несколько дней навещу.
Цзян Цинь пока поверила ему.
В последнее время Чэн Вэймо и Мо Юйшэнь даже не ужинали вместе, и в праздники не собирались. Она не понимала, в чём дело. Спрашивать Мо Юйшэня боялась — вдруг он заподозрит неладное.
Проблема, скорее всего, в Чэн Вэймо — он сам не хочет встречаться.
— Мо Юйшэнь уже приехал на съёмочную площадку. Ты что-нибудь знаешь о делах в компании Мо?
Чэн Вэймо:
— Не переживай, я с секретарём Дином всё контролируем.
Цзян Цинь успокоилась. В делах бизнеса она ничего не понимала, поэтому не стала расспрашивать. Вместо этого рассказала Чэн Вэймо о сцене, снятой вчера утром.
Её героиня и персонаж Сян Ло были подругами с детства — двадцать лет дружбы, но из-за одного мужчины всё разрушилось. Остаток жизни они прожили в ненависти и обиде.
Только что Чэн Вэймо сказал, что она слишком глубоко вошла в роль. Да нет же.
Лёжа в снегу, она испытывала такую боль, которую не хотела бы видеть ни у Чэн Вэймо, ни у Мо Юйшэня.
— Болезнь Си Цзя усугубляется. Надеюсь, ты и Мо Юйшэнь останетесь такими же, как раньше, без всяких недоразумений. Мы втроём скоро отметим тридцатилетие нашей дружбы.
Чэн Вэймо спросил:
— Цзян Цинь, когда ты закончишь съёмки?
— В конце марта. Почему?
Чэн Вэймо:
— Тогда увезу тебя куда-нибудь отдохнуть. Ты слишком глубоко вошла в роль.
Цзян Цинь не согласилась:
— Ерунда! — и повесила трубку.
Она повернулась к окну.
Новый год, а всё как в прошлом.
Было девять часов.
Внизу дети лепили снеговика и играли в снежки.
Си Цзя ещё не проснулась. Она поставила будильник на восемь, но прошлой ночью Мо Юйшэнь его выключил.
Мо Юйшэнь давно проснулся и всё это время смотрел на Си Цзя.
Прошлой ночью он съел пельмени, которые она приготовила. В полночь она поцеловала его.
Зазвонил телефон. Мо Юйшэнь машинально потянулся, чтобы отключить, но палец замер — на экране высветился номер отца.
Этот номер не появлялся на экране уже несколько лет.
Последний раз они разговаривали тоже несколько лет назад.
С тех пор, как он вернулся в компанию Мо, они общались только на совещаниях, и то — лишь по делу.
В первый день Нового года он не знал, с какой целью отец звонит. Уж точно не поздравить.
Через две секунды он отключил звонок.
Си Цзя была лёгкой на сон — даже лёгкое движение Мо Юйшэня с телефоном разбудило её.
— Муж, с Новым годом!
— Поспи ещё.
Си Цзя спросила, который час.
— Почти девять тридцать.
Си Цзя резко села — в одиннадцать начинаются съёмки, а времени на чтение записей в блокноте оставалось мало.
— Муж, спи, мне некогда! — и побежала в ванную.
Мо Юйшэнь тоже встал и пошёл в гардеробную за одеждой на сегодня. Его пуховик был чёрный, у Си Цзя — белый.
Одинакового кроя. Парные.
После начала работы зимой он никогда не носил пуховики — только пальто.
Но на съёмочной площадке холодно.
Когда они приехали в курортный посёлок, он зашёл в магазин, чтобы купить Си Цзя новую одежду к празднику, и заодно взял себе такой же фасон.
Продавец сказала, что это классическая модель этого года, с максимальным объёмом наполнителя — отлично греет.
Он также купил Си Цзя платье-свитер тёмно-зелёного цвета.
Си Цзя быстро умылась и вышла из ванной. Увидев одежду на диване, она посмотрела на Мо Юйшэня:
— Это я тебе купила?
— Не приписывай себе чужие заслуги, — ответил он, подавая ей платье-свитер.
Си Цзя не поверила:
— Ты умеешь ходить по магазинам?
Мо Юйшэнь:
— Нет. Но умею тратить деньги.
Си Цзя засмеялась и с обеих сторон ущипнула ему щёки. Но времени на шалости не было — она быстро надела платье. Фасон, конечно, устаревший, но зато тёплый.
Мо Юйшэнь подал ей пуховик. Си Цзя отказалась — в комнате жарко, не нужно.
— Примерь, — настаивал он. Хотел посмотреть, как будет сидеть.
Когда покупал, мысленно представлял, как она в нём выглядит.
Си Цзя подошла к окну и приоткрыла его, чтобы проветрить.
Внизу люди лепили снеговика, несколько девушек играли в снежки.
Сквозь щель в окне доносился весёлый смех.
Для Мо Юйшэня этот звук был чётким и звонким. Для Си Цзя — приглушённым, далёким.
Мо Юйшэнь отдал ей пуховик и прикрыл щель в окне.
Си Цзя любила играть в снегу и кататься на лыжах. Вдруг она обернулась к Мо Юйшэню:
— Мы с тобой когда-нибудь катались на лыжах?
Мо Юйшэнь покачал головой. Они никогда не выезжали вместе.
Значит, не с ним. С кем же она каталась? Остался лишь смутный образ. Возможно, с Цзи Цинши.
Си Цзя надела пуховик — самый длинный, до середины икры. Сразу стало тепло, а с учётом домашнего отопления — даже жарко.
Мо Юйшэнь сказал:
— Посмотри в карманы.
Си Цзя засунула руки в карманы и нащупала что-то похожее на конверт. Достала — два красных конверта.
Мо Юйшэнь:
— Новогодние деньги. Один — от дедушки с бабушкой, второй — от меня. Тот, что дедушка дал мне, я тоже передал тебе.
Си Цзя раскрыла конверты — внутри были чеки. Сумма ей очень понравилась. Уголки губ приподнялись на сорок пять градусов, и она быстро подошла к дивану, чтобы спрятать чеки в кошелёк.
Мо Юйшэнь: «…»
Он с досадой посмотрел на неё.
Думал, она обрадуется и обнимет его.
Память её, хоть и ухудшалась с каждым днём, но две вещи она никогда не забывала:
любовь к деньгам
и размер его… предмета.
Си Цзя убрала кошелёк, достала блокнот и перевернула на последнюю страницу — там она вела учёт своего имущества: сколько карт, сколько счетов — всё чётко и ясно.
Сегодня добавятся ещё две суммы с чеков.
С вчерашнего дня она уже получила несколько новогодних подарков — от родителей, старшего и среднего братьев.
Записав всё, Си Цзя перевернула на предыдущую страницу и перечитала вчерашние записи. Это заняло всего несколько минут.
Мо Юйшэнь подошёл и оперся о край стола, небрежно бросив:
— Вчера было так холодно, а почерк у тебя неплохой.
Си Цзя взглянула на записи и согласилась — действительно неплохо. Правда, пунктуация не совсем её стиль, наверное, руки замёрзли, и она писала короче, пропуская детали.
Мо Юйшэнь, видя, что она ничего не заподозрила, успокоился.
Эти записи он сделал прошлой ночью, пока она спала.
Много времени потратил, чтобы подстроить почерк под её — теперь почти не отличить. Но одну фразу он каждый день упорно тренировал, а потом рвал листок.
Си Цзя пришла на площадку за десять минут до начала. Все уже собрались.
В первый день Нового года актёры были в костюмах, остальные надели новую одежду — для настроения.
Учитель Шан рассказывала, как в её детстве Новый год был самым долгожданным праздником для детей: можно было получить новое хлопковое пальто, в отличие от нынешних времён, когда одежды так много, что не успеваешь носить.
— Си Цзя-цзе, с Новым годом!
Юй Ань надела ярко-красный пуховик — праздничный и нарядный. Её белая кожа так и сияла: то ли одежда делала её красивее, то ли она украшала одежду.
Очень эффектно.
Этот пуховик был одним из подарков Си Елань для Юй Ань.
Кто-то вдруг заметил:
— Красавица-редактор, да вы с нашим Чжоу-дао в парных нарядах!
Все посмотрели на Чжоу Минцяня, потом на Си Цзя.
И правда — кроме цвета, это была одна и та же модель от одного бренда.
Это была флагманская классическая модель этого года от известного люксового бренда.
Обычно классические модели становятся таковыми именно потому, что выделяются — их сразу узнают. Но иногда «классика» выглядит... странно. Иначе говоря — уродливо.
Си Цзя своей неземной красотой спасла этот наряд.
Чжоу Минцянь отвёл взгляд и начал вертеть в руках зажигалку. Очень хотелось снять эту проклятую куртку. Кто вообще захотел носить пару с ней?
Си Цзя тоже холодно посмотрела на Чжоу Минцяня — этот человек ей очень не нравился.
Ситуация была немного неловкой.
Юй Ань поспешила разрядить обстановку:
— Такую одежду могут носить только богатые и красивые люди.
В этот момент вошёл Мо Юйшэнь.
Все ещё больше повеселились, кто-то не удержался и засмеялся.
Видимо, эта куртка действительно стала хитом этого года.
http://bllate.org/book/7565/709336
Готово:
