Иначе эти люди вполне могут довести её до самоубийства.
— Это ты осмелился так обращаться с моей сестрой?
— Ты позволил ей так издеваться над ней?
— Чжоу Дун, тебе, видно, жить надоело?
— Если хочешь умереть — так и скажи прямо, чёрт побери!
Каждое слово сопровождалось ударом. Зубы Чжоу Дуна шатались, лицо и рот были залиты кровью.
Перед глазами потемнело. Тело, отброшенное силой удара Линь Фэнъюя, падало назад, но тут же его возвращало в исходное положение следующий кулак.
Удары сыпались один за другим, без промаха. На руках у Линь Фэнъюя были боксёрские перчатки.
Если бы не приказ оставить Чжоу Дуна в живых, на его пальцах сегодня, скорее всего, оказались бы не перчатки, а острые металлические напальчники.
В конце концов, остановил его Линь Сянчэнь.
— Не убивай его. Он нам ещё пригодится, — сказал он.
Только тогда Линь Фэнъюй отпустил Чжоу Дуна.
Линь Сюэньин полулежала в больничной койке, безучастно глядя в потолок, будто ничего не слыша и не видя происходящего вокруг.
Она провела всю ночь в кошмарах: призраки, зомби, смерть, ад…
Страшные видения, все с ужасающими последствиями.
Проснувшись, она лишилась всякой жизненной силы.
Линь Сянчэнь собирался покормить её, но Сюэньин даже не отреагировала.
Тогда Линь Фэнъюй приказал привести Чжоу Дуна — чтобы хорошенько выяснить, что же на самом деле произошло.
·
Линь Фэнъюй избил его досыта, избавившись, по крайней мере, от десятой части злости.
Раз уж они находились в больнице, вскоре появился врач.
Врач: «…»
Линь Фэнъюй, впрочем, знал меру: хоть лицо Чжоу Дуна и было в крови, на деле даже лёгкого вреда здоровью не нанесено.
Чжоу Дуна быстро перевели в другую палату, где его уже ждали Линь Сянчэнь и Линь Фэнъюй.
Линь Сюэньин осталась в своей палате — неподвижная, безмолвная.
Линь Сянчэнь спросил:
— Что именно произошло? Расскажи всё до мельчайших подробностей.
На лице Чжоу Дуна уже были наложены повязки и мази. Каждое слово вызывало боль в уголках рта и лицевых мышцах — мука несусветная.
Но перед лицом представителей семьи Линь он, конечно же, не осмелился скрывать правду и изложил всё по порядку.
Правда, кое-что он подал в выгодном для Линь Сюэньин свете.
С его точки зрения, события развивались так:
— Госпожа Линь захотела песню, и я заплатил высокую цену, чтобы купить у Бянь Янь права на авторство. Но оказалось, что та песня на самом деле была украдена у Фу Мэн. Когда несколько дней назад песня вышла, Фу Мэн всё поняла.
— Хотя вина не была нашей, мы всё равно предложили очень выгодные условия, чтобы выкупить эту песню, но она отказалась. Более того, потребовала, чтобы госпожа Линь поклонилась ей в пояс и заплатила за рекламу по всему городу.
— Я отправил людей на переговоры, и она сначала согласилась. Но на следующий день всё выложила в сеть и изобразила из себя жертву. Теперь все на её стороне.
Между делом он упомянул и о своих усилиях по защите интересов Линь Сюэньин, дав понять, что совсем бездействовать не стал.
Закончив рассказ, Чжоу Дун замолчал, опасаясь, что какая-нибудь деталь разозлит этих двух молодых господ.
Впрочем, как бы ни обстояли дела на самом деле, братья всё равно встанут на сторону Линь Сюэньин.
Даже если она и ошиблась — никто извне не имеет права её унижать.
Линь Сянчэнь окончательно подвёл черту:
— Раз ей не нужны деньги, пусть не получит ничего.
Старший брат семьи Линь произнёс это спокойно, но Чжоу Дун от страха перестал дышать.
Он не осмелился спросить, что именно входит в это «ничего».
·
В интернете всегда найдутся талантливые люди, способные раскопать любую тайну.
Чжоу Дун сегодня планировал принести Бянь Янь в жертву — у него даже план был готов.
Раз Бянь Янь — подруга Фу Мэн, можно использовать её против последней.
Бянь Янь несколько лет проработала в Цунь И Энтертейнмент и имела доступ к музыкальной базе компании. Потом она украла песню и передала Фу Мэн, чтобы та дебютировала.
Причина проста: качество песни было очевидно высоким, а Фу Мэн могла выдать её за своё творчество и заявить о «смелом стилевом повороте Фу Гуан».
Но тут неожиданно появилась Линь Сюэньин.
Фу Мэн и Чжайсин решили пойти на хитрость и подстроили ловушку для Линь Сюэньин.
А его встреча с Цзянь Юэ несколько дней назад? Это вовсе не была попытка купить молчание, а скорее упрёк тому человеку.
Однако Цзянь Юэ воспользовался ситуацией, чтобы шантажировать его. Пришлось уступить ради карьеры Линь Сюэньин.
Что до тех «чрезмерных требований» — всё это выдумка Цзянь Юэ и Фу Мэн, чтобы ввести всех в заблуждение.
Подумайте сами: может ли песня стоить столько? Чтобы за неё платили миллионы? Двадцать миллионов юаней!
Это же совершенно нереалистично!
К сожалению, он уступил, а они уже подготовили следующий ход — жестокий и коварный.
— Звучит неправдоподобно?
— Неважно.
Главное — чтобы поверили фанаты. А остальные всё забудут, как только скандал утихнет.
Такова правда шоу-бизнеса: правда и ложь переплетены.
Но не успел он реализовать свой план, как люди Линь Сянчэня уже схватили его и приволокли в больницу на избиение.
А за эту ночь и утро находчивые пользователи сети, копая всё глубже, вытащили на свет Бянь Янь.
Связи Фу Гуан были слишком скудны. Фань Цзя точно не стал бы так поступать, а остальные либо не общались с ней последние годы, либо просто писали песни по заказу и больше не поддерживали связь.
Недавние поздравления от новых «друзей» — просто попытка прилипнуть к популярности, без реальной ценности.
В конце концов, один из выпускников музыкальной академии, учившийся в одно время с Фу Мэн, упомянул Бянь Янь:
— В академии ближе всех с Фу Мэн была её соседка по комнате. Все её любили — не только потому, что она была Фу Гуан, но и потому, что она действительно замечательный человек.
Общество состоит из сетей. По принципу шести рукопожатий можно связать любого человека на планете.
Поэтому рано или поздно Бянь Янь должна была всплыть.
И для этого даже не понадобилось докапываться до личных данных.
Выпускники музыкальной академии либо стали звёздами, либо не нашли применения своему таланту, либо устроились в профильные организации.
А Фу Мэн была настолько известна, что найти её однокурсников оказалось просто.
В студенческие годы почти все были в хороших отношениях, дружили, добавляли друг друга в соцсети.
Скоро нашли аккаунт Бянь Янь.
А затем — и её второй, скрытый аккаунт.
Если основной профиль был наполнен картинками спокойной жизни и трудолюбия, то в скрытом аккаунте творилось нечто гораздо более интересное.
Сначала — записи многолетней давности:
【Почему одни получают успех так легко, а я изо всех сил стараюсь — и всё без толку?】
Потом — фрагменты трёхлетней давности:
【У неё случилось несчастье — родители погибли. Она плакала навзрыд. Когда я её утешала, во мне вдруг мелькнуло чувство превосходства. Смотри-ка, у тебя было всё — а теперь ты осталась без семьи.】
【У неё депрессия. Я видела, как она сходит с ума и крушит всё в доме. Шестидесятитысячный юаней инструмент… Я за всю жизнь, наверное, не смогу себе такого позволить.】
【Она не может писать песни. Она плачет. Я смотрю издалека. Мне должно быть жаль, но я радуюсь. Видишь? У тебя было всё — а теперь у тебя ничего нет.】
【Мне не хочется за ней ухаживать. Не хочу её больше видеть. Но не могу отказаться. Все говорят: «Ты её лучшая подруга, мы на тебя рассчитываем». Почему именно я?】
【Он дал мне деньги — сказал, чтобы я купила себе что-нибудь вкусненькое, мол, я заслужила. Оказывается, в этом мире есть люди, которые понимают: я не обязана за ней ухаживать.】
【Получила ещё один перевод. Он обещал ежемесячно перечислять мне деньги, чтобы я могла навещать её после работы. Больше, чем моя месячная зарплата. Артисты и правда хорошо зарабатывают. Жаль, что я не такая красивая.】
А потом — записи последних дней:
【У меня теперь много денег. Купила себе инструмент за шестьдесят тысяч. Я снова могу писать песни.】
【Сегодня поела в ресторане за 1 999 юаней. Очень дорого, но атмосфера прекрасная. Мне очень нравится.】
Последние посты — сплошной показ роскоши: еда, одежда, жильё, аксессуары — всё явно не по карману тому, кто ещё пару месяцев назад жаловался на бедность.
Совпадение с основным аккаунтом подтвердилось: некоторые фотографии были идентичны.
Особенно чётко — снимок с бокалом, в отражении которого отчётливо видно лицо Бянь Янь.
·
Тут же объявилась официантка из кофейни.
В тот день, когда Фу Мэн и Бянь Янь устроили разборки в заведении, она была на смене. Вместе с двумя коллегами она стала свидетельницей сцены и даже транслировала всё в прямом эфире.
Правда, стояла далеко и не слышала деталей — не хотела нарушать приватность клиентов. Поэтому её трансляция была обрывочной и выглядела странно.
Но теперь, в свете разгоревшегося скандала о плагиате, девушка всё поняла.
[Я очень не хочу рисовать латте-арт: #ЛиньСюэньинПлагиат# Боже мой, я, кажется, знаю, зачем Фу Гуан неделю назад приходила в кофейню, где я подрабатываю! Это была именно та женщина! Та самая Бянь Янь! Они тогда поссорились! (ссылки на старые посты 123)]
Она добавила хештег, и многие это увидели.
Помимо риска оказаться в поле зрения «Сюэтуаня», пост привлёк внимание обычных пользователей и «Люэйин».
Вскоре все трое прибыли.
«Сюэтуань» начал насмехаться, но остальные двое уже вступили в бой.
Те, кто видел прямой эфир, теперь сочли объяснение весьма правдоподобным.
А те, кто не видел, перешли по ссылке и вернулись с выводом: «Да, блогерша права».
[Я очень не хочу рисовать латте-арт: Верно? Тогда фразы Фу Гуан «Я — настоящая жертва» и той женщины «Просто отпусти меня» наконец обретают смысл.]
Во время прямого эфира Фу Мэн упомянула, что песню украла «подруга».
Она не назвала имени, сказав лишь, что это обычный человек, и раскрывать личность неэтично.
А когда пользователи сети обнаружили, что Бянь Янь работает в Цунь И Энтертейнмент, всё встало на свои места.
Бянь Янь — и есть та самая «подруга», укравшая песню.
Фу Мэн не записывала разговор и не снимала видео — ей это было не нужно.
Цзянь Юэ тоже.
В обществе, где камеры повсюду, доказательства найти легко.
И особенно убедительно, когда они поступают от третьего лица — гораздо весомее, чем записи, сделанные самими участниками конфликта.
К тому же, если бы Фу Мэн начала запись с самого начала разговора, это вызвало бы вопросы: хвалить ли её за предусмотрительность или обвинить в том, что она заранее всё спланировала?
Фу Мэн не совершила ошибки — она осталась чистой.
И должна была оставаться чистой до конца.
Она просто не могла иначе — это было в её характере.
Новая волна общественного мнения набирала силу. Хештег #БяньЯнь# взлетел в топ.
Когда отдельное имя человека появляется в трендах — это либо блогер, либо скандал.
Любители сплетен мгновенно подключились.
Теперь об этом знали все.
Люди из Цунь И Энтертейнмент следили за трендами и пытались убрать хештег, но Чжайсин тоже не дремал — всё, что шло на пользу Фу Мэн, они старались удержать.
Началась настоящая борьба за рейтинг.
【…Белая змея, предательница!】
【Она завидовала с самого начала… Просто раньше это не было так очевидно.】
【Два аккаунта — два разных человека. Прямо жутко.】
【Оказывается, у Фу Мэн была депрессия… По описанию — ей тогда было так тяжело. Мне её так жаль.】
【Боже, неудивительно, что её песни такие глубокие — ведь она писала их, исходя из личного опыта.】
Групповой чат выпускников музыкальной академии закипел, как и весь интернет.
Все обсуждали Фу Мэн и Бянь Янь.
【Хуа Эр: …Чёрт, нечего сказать.】
【Циньшэн: Чёрт возьми, я угадал!】
【Сяо Сяо: Когда у Фу Мэн случилось несчастье и она осталась одна, та ещё и деньги получала, а потом так с ней обращалась! Да как она смела?!】
Поступок Бянь Янь был настолько подл, а Фу Мэн — такой любимой однокурсницей, что реакция оказалась особенно бурной.
Сама Бянь Янь пока не знала, что её уже раскрыли — она ещё не успела выйти в сеть.
Впрочем, в сети она уже не появится.
Линь Сянчэнь приказал увести её.
Раз она виновата в том, что Линь Сюэньин оказалась в таком состоянии, как можно её пощадить?
http://bllate.org/book/7521/705935
Готово:
