Готовый перевод At the Start, I Show Qin Shi Huang the Four Great Inventions / С начала я показал Цинь Ши Хуанди четыре великих изобретения: Глава 13

Даже впоследствии, когда император Ян из династии Суй окончательно опустил руки и продолжал предаваться наслаждениям, его жизнь стала ещё более распутной. Однажды он взял зеркало и сказал императрице Сяо: «Какая прекрасная шея! Кто же её отсечёт?»

Очевидно, крестьянские восстания в империи Суй достигли такого накала, что их уже невозможно было ни сдержать, ни подавить.

«Какая прекрасная шея… Кто же её отсечёт…»

Цзян Цзяньдэ снова прошептал эти слова, затем внезапно рассмеялся — сначала хрипло, а потом уже громко и надрывно:

— Прекрасно! Да, вот это голова!

— Кто же её отсечёт?!

— Это сделаю я!!!

— Сын клянётся, что никогда больше не станет творить подобного! Никогда не посмеет!

Цзян Цзяньдэ безучастно посмотрел на него, прикрыл глаза:

— Заткни рот.

— Отец! Ммм—

— Уведите.

После приступа смеха голос Цзян Цзяньдэ дрожал, но был подавлен и спокоен, ещё более властный и тяжкий, слово за словом:

— Немедленно казнить! Без промедления!

— Ваше величество—

Глаза Ду Гу Цяло, и без того покрасневшие, тут же наполнились слезами.

— Передайте мой указ: преступник подлежит казни, после смерти лишается имени и титулов. Объявить об этом… по всей Поднебесной, дабы успокоить народ!

Цзян Цзяньдэ не ответил Ду Гу Цяло и даже не взглянул на неё, а продолжил отдавать приказы чётко и размеренно.

Услышав последние четыре слова, Ду Гу Цяло вздрогнула, но в итоге ничего не сказала.

Ян Юн всё это время не сводил глаз с Ян Гуана, которого уводили. В его взгляде мелькали сложные чувства, но больше всего — облегчение от устранения давнего врага. Стоило лишь вспомнить, как Ян Гуан должен был занять его место наследника, а потом, став императором, уничтожить всех его сыновей до единого, — и Ян Юн готов был разорвать его на части, растоптать в прах!

Иначе он не знал бы покоя!

К счастью, отец мудр и теперь избавился от Ян Гуана. В будущем он…

— …Ян Юн, лишишься титула наследника…

— Что?!

Ян Юн резко обернулся, лицо его исказилось от шока и ужаса. Он хотел что-то сказать, но увидел, что сидящий на троне император смотрит на него без тени эмоций.

И… оценивает его…

— Отец… отец…

Тело Ян Юна задрожало.

Почему… почему?

Разве он не знал, что тот «второй император Суй» — не он? Почему всё ещё лишает его титула…

Ян Юн хотел возразить, но слова застряли в горле.

— Недостоин своего положения… это грозит ущербом для государства…

Цзян Цзяньдэ сидел на высоком троне и окидывал взглядом зал: чиновники стояли на коленях, склонив головы так низко, будто испугались до смерти. А перед ним Ян Юн дрожал от страха, с мольбой глядя на отца.

Кто же достоин стать наследником?

На мгновение Цзян Цзяньдэ почувствовал растерянность и тоску.

В этот момент чья-то рука легла на его. Цзян Цзяньдэ повернул голову и увидел Ду Гу Цяло: её глаза были красны, но взгляд — твёрд и решителен. Она тихо прошептала:

— Ваше величество, ещё не поздно.

Да, ещё не поздно… ещё не поздно!!

— Вопрос о наследнике будет решён позже, но пусть все вы возьмёте за урок то, что показал Небесный Экран! Осознайте свои ошибки!

Цзян Цзяньдэ в последний раз посмотрел на Ян Юна, и его голос стал ещё глубже и властнее:

— Слова Небесного Экрана — как предостережение перед глазами. Если впредь вы не возьмёте их за урок и не будете трезво обдумывать свои поступки, то нынешняя участь принца Цзинь… станет вашей судьбой завтра!

— Да, Ваше величество!

Все чиновники ответили хором. Ян Юн тоже в ужасе опустил голову:

— Да… Ваше величество.

Многие говорят, что сохранить завоёванное труднее, чем завоевать. Возможно, кто-то захочет возразить, что император Ян из династии Суй не был совершенно лишён заслуг и добродетелей, и даже попытается защищать его.

Но разве не из-за него простой народ Суй страдал от голода до такой степени, что доходило до людоедства?

По сравнению с династией Цинь, Суй унаследовала страну, уже успокоенную и укреплённую при императоре Вэнь. Посмотрите, что он натворил: он не просто не сохранил народную поддержку — он даже не пытался её сохранить! Более того, он без малейшего угрызения совести постепенно, шаг за шагом растерял всю ту народную любовь, которую собрал император Вэнь!

Суй могла бы продолжать процветать.

Но в руках Ян Гуана она превратилась в ад: он пренебрёг народом, не испугался его гнева и довёл страну до всеобщего страдания и нищеты. Какие уж тут «культурные заслуги» и «военные подвиги», какой «успех в управлении»!

Так кому же тут сочувствовать? Он заслужил свою участь!

Поэтому звание «безумного тирана» и «жестокого правителя» ему вовсе не напрасно — он вполне достоин этого позора!

Царский дворец Цинь.

Ин Чжэн, размышляя о судьбе своей империи, тихо вздохнул про себя:

— Как же удержать народную поддержку и волю народа?

Действительно, сохранить завоёванное труднее, чем завоевать. И снова — гибель во втором поколении… Неужели все великие объединённые империи обречены на такой конец?

Но Ин Чжэн тут же отверг эту мысль.

Нет, это невозможно.

Но тогда… каким должен быть истинный правитель, способный сохранить государство?

Дворец Вэйян, династия Хань.

Лю Чэ также размышлял над тем же вопросом.

Со времён основания империи Хань Высоким предком она пережила немало потрясений, да и угроза со стороны хунну до сих пор не устранена… Как же сохранить государство?

И какими качествами должен обладать правитель, способный это сделать?

Высокий предок основал империю… Но кто после него достоин звания настоящего хранителя государства?

Если взглянуть на всю историю Поднебесной, безумных и жестоких правителей действительно немало. Но не меньше и тех, кто после Первого императора заслужил титул «Императора десяти тысяч поколений» — как основатель, так и хранитель государства.

Например, Первый император Цинь и Воинственный император Хань — Лю Чэ.

Первый император Цинь… Воинственный император Хань…

Лю Чэ!!

Это он!!!

Лю Чэ вскочил на ноги, сердце его билось от восторга.

— Ваше величество—

Вэй Цин и другие чиновники тоже с радостью смотрели на него.

— Это вы, Ваше величество!

«Первый император Цинь и Воинственный император Хань»! Эти четыре слова сами по себе говорили обо всём!

Их государь в глазах потомков — Император десяти тысяч поколений! Такая честь принадлежала не только ему, но и всем, кто служил при нём!

Лю Чэ не мог скрыть гордости и волнения — на лице его расцвела улыбка самодовольства.

Он знал!

Его доводы были абсолютно верны!

Значит, Небесный Экран сейчас расскажет о нём?

Лю Чэ даже поправил одежду — ведь теперь вся Поднебесная услышит о его деяниях!

Однако следующим мы не будем подробно рассказывать именно о Воинственном императоре Хань — Лю Чэ.

Это пока отложим в сторону.

Подождите… подождите!

Что значит «отложим в сторону»?!

Почему не о нём?!

Лю Чэ чуть не задохнулся от возмущения. Небесный Экран… Ты что, действительно враждуешь со мной?!

Царский дворец Цинь.

Ин Чжэн тихо фыркнул про себя. Он не ожидал, что этого ханьского императора действительно поставят рядом с ним.

Но… раз речь не о нём, то о ком же?

Цинь пала во втором поколении. Суй пала во втором поколении. Но были и династии, которые, начиная со второго правителя, вступили на путь величия и процветания!

Это была династия Тан, последовавшая за Суй.

После основателя Тан — Ли Юаня…

Эпоха Ли Юаня, династия Тан.

Чиновники стояли по обе стороны зала. Наследный принц Ли Цзяньчэн, князь Цинь Ли Шиминь и князь Ци Ли Юаньцзи — все присутствовали.

Слушая, как Небесный Экран продолжал повествование, Ли Цзяньчэн не мог скрыть радости и волнения: ведь именно он, наследник, должен стать тем самым Императором десяти тысяч поколений, который откроет золотой век Тан после отца…

Император Тайцзун из династии Тан — Ли Шиминь.

Бум-бум!!

Сердца всех присутствующих забились так громко, будто их удары раздавались в ушах.

Император Тайцзун… Ли Шиминь!

Князь Цинь Ли Шиминь!

Все взгляды мгновенно переместились с Ли Цзяньчэна на Ли Шиминя.

Наследный принц был здоров и не страдал от болезней… Как же так? Почему после императора именно князь Цинь взойдёт на престол…

В зале воцарилась гробовая тишина, будто воздух застыл.

Эпоха Ли Шиминя, династия Тан.

Услышав: «После династии Суй пришла Тан. После основателя Тан — Ли Юаня…»

Ли Шиминь замедлил дыхание.

Император десяти тысяч поколений после Первого императора, открывший золотой век Тан…

Это…

Император Тайцзун из династии Тан — Ли Шиминь.

Это он!

Ли Шиминь закрыл глаза.

Это он!

В глазах потомков он — Император десяти тысяч поколений!

Служанка, стоявшая рядом с императрицей Чанъсунь, не сдержала волнения:

— Госпожа, вы слышали?!

Императрица Чанъсунь уже улыбалась сквозь слёзы:

— Слышала.

Про себя она добавила: «Ваше величество, вы тоже слышали, не так ли?»

Ваше имя останется в истории, ваша слава — вечна.

Теперь вы сможете преодолеть ту боль в сердце.

В зале же…

Когда Небесный Экран произнёс имя «Ли Шиминь», лица чиновников озарились радостью и восторгом.

Особенно те, кто участвовал в перевороте у Ворот Сюаньу — Фан Сюаньлин, Чанъсунь Уцзи, Вэй Чигун и другие — смотрели на своего государя. Это был тот самый мудрый правитель, за которым они шли без колебаний. Взглянув назад, они не жалели ни о чём!

— Ваше величество—

Фан Сюаньлин склонился в поклоне:

— Ваши слуги навеки последуют за вами и создадут этот мир процветания!

Все чиновники хором:

— Ваши слуги навеки последуют за вами—

— — и создадут этот мир процветания!!

— Прекрасно! Прекрасно! — воскликнул Ли Шиминь, сердце его тоже билось от волнения. — С вами рядом какое же процветание может не сбыться!

Он никогда не боялся, как историки запишут, как он взошёл на престол. Но как же оценит это Небесный Экран?

Ли Шиминь поднял глаза к Небесному Экрану.

Наверняка он упомянет тот переворот…

Говоря об императоре Тайцзуне Ли Шимине, нельзя не упомянуть, как он взошёл на престол. Это был переворот у Ворот Сюаньу.

Эпоха Ли Юаня, династия Тан.

— Переворот у Ворот Сюаньу? — Ли Юань побледнел, как и все чиновники.

Переворот у Ворот Сюаньу произошёл в шестом месяце девятого года эры Удэ.

Тогда Ли Шиминь убил своего старшего брата и младшего брата у Ворот Сюаньу — застрелил наследного принца Ли Цзяньчэна и князя Ци Ли Юаньцзи.

Сейчас как раз шестой месяц девятого года эры Удэ…

— Князь Цинь!! — Ли Юаньцзи в ужасе закричал, указывая на Ли Шиминя. — Ты посмел—

Ли Цзяньчэн и Ли Юаньцзи мгновенно отпрянули от Ли Шиминя и попытались призвать стражу, чтобы схватить его.

В тот же миг Фан Сюаньлин, Ду Жухуэй, Вэй Чигун и Чанъсунь Уцзи встали за спиной Ли Шиминя.

Князь Цинь остался неподвижен, но его взгляд стал ледяным и решительным.

В зале повисла напряжённая тишина, будто перед бурей.

Ли Шиминь окинул взглядом Ли Цзяньчэна и Ли Юаньцзи, затем посмотрел на Небесный Экран и, наконец, перевёл взгляд на Ли Юаня, сидящего на троне.

Император десяти тысяч поколений после Первого императора, открывший золотой век Тан… Какая честь! Даже он сначала не поверил, что речь идёт о нём.

Оставить имя в истории, быть запомненным потомками… Даже в такой ситуации сердце Ли Шиминя не могло устоять перед волнением.

Но сейчас…

Ли Юань мрачнел всё больше. Он смотрел на перестроившихся чиновников и чувствовал, как страх сжимает его грудь.

Его взгляд встретился со взглядом второго сына. Он всё ещё не мог осознать услышанное от Небесного Экрана.

Четвёртого дня шестого месяца девятого года эры Удэ произошёл переворот у Ворот Сюаньу: наследный принц Ли Цзяньчэн и князь Ци Ли Юаньцзи были застрелены Ли Шиминем и Вэй Чигуном соответственно.

В тот самый момент император Ли Юань гулял на лодке по озеру Хайчи во дворце. Ли Шиминь отправил Вэй Чигуна к императору под предлогом охраны.

Вэй Чигун подошёл прямо к лодке Ли Юаня и заявил, что наследный принц и князь Ци подняли мятеж, а князь Цинь подавил его. Он потребовал, чтобы Ли Юань издал личный указ, приказав всем оставшимся в живых приверженцам Восточного дворца и резиденции князя Ци подчиниться князю Цинь.

— Князь Цинь — изменник! И Вэй—

Ли Юаньцзи указал на Вэй Чигуна, но, встретив его гневный взгляд, осёкся и повернулся к Ли Юаню:

— Отец! Эти предатели хотят обмануть вас!

Ли Цзяньчэн тоже посмотрел на отца:

— Отец…

Гнев Ли Юаня вспыхнул:

— Князь Цинь! Ты действительно посмел—

А что же ответил тогда Ли Юань?

http://bllate.org/book/7111/671885