Готовый перевод Just Like This, I’m in Love with You / Вот так я влюблена в тебя: Глава 20

В тот день после подработки в торговом центре она случайно встретила Цзи Сяньбэя и Тан Вэньси. Они зашли в ближайшее кафе — для неё это был первый раз в кофейне.

До старших классов школы она вообще не видела кофеен: начальную училась в деревне, среднюю — в посёлке. Там даже нормального крупного супермаркета не было, не говоря уже о таких уютных заведениях для отдыха.

Лишь поступив в старшую школу в уездном городе, она получила возможность немного погулять по городу.

Тогда она лишь взглянула на вывеску кофейни, но внутрь так и не заглянула — не знала, какая там обстановка, да и не особенно интересовалась.

Позже, поступив в университет в Пекине, однажды услышала в общежитии, как Чжу Чжу и Сыту Тунтун обсуждают, в какой кофейне рядом с кампусом самый настоящий кофе, и упомянули Starbucks — в их маленьком городке «Старбакса» не было.

Она ничего не понимала в кофе, но очень захотела попробовать. Не решаясь зайти в кофейню из-за цены, купила в супермаркете растворимый кофе и заварила его дома.

Купила две пачки — до сих пор помнит цену: полтора юаня за штуку.

Залила кипятком в свой пластиковый стаканчик, аромат был восхитительный, но на вкус — горький, невыносимо горький.

Не смогла допить и вылила остаток.

В тот раз с Цзи Сяньбеем и Тан Вэньси в кофейне она не знала, как делать заказ.

Когда Цзи Сяньбэй и Тан Вэньси уже выбрали напитки, она просто сказала официанту:

— Как у него.

Подбородком указала в сторону Тан Вэньси.

Тот тут же бросил на неё презрительный взгляд. Она ответила ему таким же взглядом и больше не смотрела в его сторону.

С Цзи Сяньбеем она болтала ни о чём — только о преподавателе Оуяне. Это была единственная общая тема между ними тогда.

Когда принесли кофе, она последовала примеру Цзи Сяньбэя и начала аккуратно помешивать напиток ложечкой. Она знала: у богатых людей всё — от еды до питья — принято употреблять маленькими глотками.

Поэтому она зачерпнула ложечкой кофе и медленно отправила в рот. Ещё не успела проглотить, как услышала тихое хмыканье Тан Вэньси.

Проглотив глоток, она посмотрела на него, но тот делал вид, что ничего не произошло, продолжая безмятежно помешивать кофе и даже не глядя в её сторону.

Цзи Сяньбэй в это время тихо разговаривал по телефону на английском. Их взгляды встретились — в его глазах было что-то глубокое, непостижимое.

Она не выдержала и опустила голову, продолжая пить кофе.

Даже тогда она не понимала, что пить кофе ложечкой — дурной тон. Поднесла ко рту вторую ложку.

Именно в этот момент Цзи Сяньбэй закончил разговор.

Тан Вэньси произнёс:

— Ложечкой кофе не пьют.

С этими словами он аккуратно положил свою ложку на блюдце и неторопливо отпил из чашки, явно издеваясь над ней.

У неё не было зеркала, но она чувствовала: щёки и уши пылали от стыда, будто их жгло огнём.

Позже она узнала: пить кофе ложкой — грубейшее нарушение этикета.

Но откуда ей, девушке из бедной глухой деревни, знать такие тонкости? Ведь даже метро и скоростные поезда она увидела впервые, только приехав в Пекин.

В девятнадцать лет, в этой элегантной кофейне, она впервые по-настоящему почувствовала, что такое унижение.

Её и без того хрупкое самолюбие, холодная гордость и капля тщеславия в тот миг были беспощадно растоптаны суровой реальностью.

Цзи Сяньбэй бросил на Тан Вэньси строгий взгляд, давая понять замолчать, и спросил её:

— Зато теперь не обожжёшься, если пить ложкой?

Она опустила глаза на чашку и промолчала.

На такой вопрос не стоило отвечать — она не понимала, чего он добивается.

Но тут же он добавил:

— Дай мне глоток, мой кофе слишком горячий.

Она ещё не успела опомниться, как Цзи Сяньбэй наклонился вперёд, крепко сжал её руку и зачерпнул ложкой из её чашки, отправив кофе себе в рот.

Впервые чужая мужская ладонь сжала её руку. Она испугалась и попыталась вырваться, но он не отпускал.

В замешательстве их взгляды встретились — в его глазах читалась сосредоточенность и глубина. Его голос прозвучал мягко и обволакивающе:

— Теперь буду учиться у тебя. Отличный способ избежать ожога.

В тот самый миг, когда её униженное тщеславие и растоптанная гордость казались потерянными навсегда, Цзи Сяньбэй собрал их по крупицам и вернул ей.

— Ся Му! — Цзи Сяньбэй уже закончил звонок и ждал её у дороги.

Ся Му подошла, держа в руке кофе.

— Ты и правда собираешься пить? — недовольно нахмурился он.

— Раз уж купила, так выбрасывать? — Ся Му протянула ему мёдовый чай. — Вот, от похмелья лучше.

Цзи Сяньбэй не взял чай, а вырвал у неё из рук кофе:

— Полночь на дворе, меньше пей.

— Ты чего! — Ся Му, воспользовавшись его невниманием, снова вырвала чашку.

Цзи Сяньбэю ничего не оставалось, кроме как смириться. Он взял её за руку и прошёл несколько шагов, затем остановился.

— Что-то случилось? — спросила Ся Му.

— Да, — кивнул он.

— Говори.

Он посмотрел на неё с искренним сожалением:

— В Бонн не получится поехать. В выходные мне вместе с Жэнем Яньдуном нужно срочно лететь в Великобританию — встречаться с местными властями по проекту поставок природного газа.

Извещение пришло внезапно, и даже поездка Жэня Яньдуна в Нью-Йорк сорвалась.

Но ничего не поделаешь — такие возможности не ждут.

Разочарование мелькнуло в глазах Ся Му, но тут же исчезло. Она обвила его талию:

— Ничего страшного. К весне я накоплю достаточно денег и приглашу тебя в Бонн.

Цзи Сяньбэй, не обращая внимания на прохожих, наклонился и поцеловал её в губы.

Внезапно в голову пришла мысль:

— Давай прогуляемся по Вайтаню.

Самому ему показалось это желание детским и глупым.

Ся Му покачала головой:

— Не пойду. В три часа ночи? Зачем там торчать?

Весь вечер она провела на каблуках, ноги болели, и сейчас ей хотелось только одного — вернуться в отель и сбросить эту обувь.

— Сейчас там мало людей, — сказал Цзи Сяньбэй.

— Именно поэтому и не пойду. Я надела красивое платье — чтобы идти туда, где много народу, и собирать восхищённые взгляды.

— …

Сама рассмеялась над своими словами.

Цзи Сяньбэй уточнил:

— Точно не хочешь?

— Нет, — покачала головой Ся Му. — Раз уже побывала там, новизны не будет. Когда-нибудь, когда у меня будут деньги, обязательно схожу снова.

Цзи Сяньбэй не понял:

— На Вайтань может сходить кто угодно. При чём тут деньги?

— При том, что когда у меня будут деньги, я куплю рекламное место напротив реки и на пару минут заменю надпись «I LOVE YOU» на свою.

Цзи Сяньбэй замер:

— А что ты хочешь написать?

— Секрет, — уклонилась Ся Му.

Он больше не стал настаивать.

Вернувшись в номер отеля, Ся Му наклонилась, чтобы снять туфли, но Цзи Сяньбэй обхватил её сзади:

— Пока не снимай.

Ся Му похлопала его по руке:

— Тогда включи свет. Вставь карточку.

В комнате было темно, и, находясь не дома, она чувствовала себя небезопасно.

Цзи Сяньбэй целовал её шею:

— Хочешь при свете?

Ся Му:

— … Сначала прими душ. От тебя пахнет красным вином.

— После займёмся этим, — дыша всё тяжелее, он отстранил её волосы, которые мешали ему. — Собери волосы.

На запястье у неё был хрустальный резиновый браслет. Она быстро собрала длинные волосы в небрежный пучок.

Не успела закончить, как горячие поцелуи Цзи Сяньбэя посыпались на её шею. От неожиданности она вздрогнула. Он поднял подол её платья.

— Подожди! Дай снять платье, а то порвёшь — оно дорогое.

Цзи Сяньбэй сжал её руки, не давая двигаться, и прошептал ей в ухо хриплым, соблазнительным голосом:

— Я хочу именно так.

Он целовал мочку уха, его движения то замедлялись, то ускорялись.

Ся Му не было на что опереться, ощущения переполняли её. Прижавшись ладонями к стене, она прикусила губу — тело наполнилось чем-то невыразимым.

Следующие полтора часа Цзи Сяньбэй «учил» её, как избавиться от дурного характера…

На следующий день во второй половине дня Ся Му вернулась в Пекин.

Дома она сразу погрузилась в работу: изучила все материалы, которые дал ей главный редактор по группам «Сяо Хуа» и «Юаньдун».

Затем она просмотрела все финансовые новости на сайтах, связанные с группой «Сяо Хуа», интервью руководителей и динамику акций.

За девять дней она досконально изучила всю доступную информацию о группе «Сяо Хуа» с момента её основания.

Сложив материалы, Ся Му взглянула на часы — скоро двенадцать. Она проголодалась. Последние дни Цзи Сяньбэя не было дома, поэтому горничная не приходила. Иногда она готовила сама, чаще ела вне дома.

Уже больше двух недель не была в любимой сычуаньской забегаловке у ворот университета — вдруг захотелось отчаянно.

Оделась и отправилась туда.

Как назло, в ресторане она столкнулась с Юань Илинь. Та с начала месяца работала на телевидении, но, видимо, сегодня у неё был перерыв на обед.

С Юань Илинь были Сюй Мань и… Жэнь Чу — человек, которого Ся Му видеть не очень хотелось.

Интересно, что они втроём делают вместе?

Сюй Мань и Жэнь Чу поздоровались и пригласили её присоединиться.

Ся Му вежливо отказалась:

— Спасибо, не буду мешать вашим деловым разговорам. Просто перекушу и вернусь к работе.

Жэнь Чу возразил:

— Мы просто болтаем, ничего такого, что тебе нельзя слышать.

Сюй Мань краем глаза взглянула на Жэнь Чу — в его взгляде читалась надежда, что Ся Му согласится.

Она тоже поддержала:

— Да ладно тебе! Такая случайность — ещё повезёт встретиться. В будущем все разъедутся по делам, и через три-пять лет, глядишь, и не увидитесь.

Потянув стул рядом с собой, она добавила:

— Садись ко мне. Я сейчас на диете, говорят, от красоты сыт не будешь, но зато можно есть меньше.

Жэнь Чу тут же позвал официанта и заказал ещё несколько блюд. Он и Ся Му раньше часто ходили на олимпиады вместе и знал, что она любит, поэтому сам выбрал два её любимых.

Перед таким напором дружелюбия Ся Му не могла отказаться и села рядом со Сюй Мань.

Юань Илинь всё это время молча крутила в руках стакан с соком, не обращая внимания на Ся Му.

Их вражда из-за Цзи Сяньбэя только углублялась и не имела шансов на примирение.

В будущем им предстояло конкурировать и на работе — не было смысла притворяться.

— Тоже соскучилась по еде здесь? — Сюй Мань раскрыла для Ся Му одноразовые палочки и чашку, обдав их кипятком.

— Я сама, — Ся Му потянулась за палочками.

Сюй Мань не отдала:

— Не церемонься. Я всем уже помыла.

Между Ся Му и Сюй Мань не было общих тем — за четыре года учёбы они почти не разговаривали. Единственный, с кем у неё были тёплые отношения, — Жэнь Чу, но после его признания они стали почти чужими.

Любые слова теперь были излишни.

За столом повисла неловкая пауза. Ся Му первой нарушила молчание:

— Где ты работаешь? Раньше не слышала.

Сюй Мань кивнула в сторону Жэнь Чу:

— Пристроилась к нему. Работаю в компании его дяди.

Ся Му кивнула — теперь понятно, почему они вместе.

— У Жэнь Чу в семье тоже бизнес? — спросила она, глядя на Жэнь Чу. — Раньше слышала от однокурсников, что все в его семье на госслужбе.

Сюй Мань удивилась:

— Ты не знаешь подробностей про его дядю?

Ся Му покачала головой.

Поскольку Юань Илинь тоже знала семейную историю Жэнь Чу, Сюй Мань не стала скрывать:

— Его дядя — Жэнь Яньдун.

Ся Му:

— …

Она подняла глаза на Жэнь Чу. По фамилии похожи, но внешне — совсем не похожи.

— Получается, в интернете правда пишут, что Жэнь Яньдун — третий сын семьи Жэнь? — осторожно спросила она. — Ваша семья и есть та самая… — хотела сказать «влиятельная и богатая», но передумала и сменила формулировку: — та, о которой все мечтают?

Сюй Мань изумилась:

— Ся Му, ты правда ничего не знала о семье Жэнь Чу? Вы же чаще всех общались в классе — думали, у вас особые отношения.

Ся Му улыбнулась:

— Мы говорили только о конкурсных заданиях. Остальное меня не интересовало и некогда было обсуждать.

Жэнь Чу не хотел продолжать эту тему и перевёл разговор:

— Попробуйте это блюдо — недавно добавили в меню, фирменное.

Тема была исчерпана.

За обедом в основном болтали Ся Му и Сюй Мань — то одно, то другое, но стол не молчал.

Юань Илинь пришла сюда, чтобы попросить Жэнь Чу о помощи, но до прихода Ся Му он уже вежливо отказал: дядя точно не разрешит делать репортаж о группе «Юаньдун» — зря тратить время.

Видимо, ей придётся просить дядю.

http://bllate.org/book/7019/663182