Е Йончи чувствовал, будто тычет пальцем в чужую рану, но он был не из тех, кто кланяется — ни на небесах, ни на земле. Извиниться он не умел, поэтому лишь резко перенаправил злость:
— Это недоработка Секты Фэйюйцзун. Не пойму, чем вообще занимаются нынешние старейшины.
Он умело свалил вину на других, и Бай Цэнь послушно кивнула, демонстрируя полное согласие.
Убедившись, что она не обижена и не расстроена, Е Йончи наконец перевёл дух и терпеливо пояснил:
— Пик Линхуай формально принадлежит Секте Фэйюйцзун, но при этом остаётся независимым — на деле это партнёрские отношения. Там живут потомки старинной Секты Дань, уцелевшие после её гибели. Секта Фэйюйцзун предоставляет им убежище, а они, в свою очередь, оказывают помощь, когда это необходимо. Тот сигнал бедствия — обязательное заклинание, которое каждый ученик должен освоить сразу после посвящения. Как только его начертят, с пика Линхуай немедленно пришлют подкрепление.
Дойдя до этого места, он уже говорил с лёгкой усмешкой:
— Конечно, если окажется, что кто-то просто развлекался, вызывая помощь без причины, ему крупно не повезёт.
Он не стал уточнять, в чём именно будет заключаться это «невезение», но Бай Цэнь, смакуя привкус, всё ещё не выветрившийся во рту, уже примерно поняла, чего стоит ожидать.
Е Йончи задумался на миг и добавил:
— В Секте Фэйюйцзун есть культиваторы тела, мечники, мастера талисманов и оружейники, но нет ни одного алхимика — и причина именно в этом. Пик Линхуай сам выбирает себе учеников, и Секта Фэйюйцзун не имеет права вмешиваться.
Услышав такую историю, Бай Цэнь слегка удивилась.
Она переварила услышанное, после чего нахмурилась, колеблясь, задавать ли вопрос.
Вообще-то у каждого есть свои тайны, и Бай Цэнь не была из тех, кто роется в чужом прошлом, но теперь они заключили договор — и ради собственного спокойствия ей следовало знать, с кем она связалась.
Пальцы Бай Цэнь нервно теребили край одежды, брови опустились низко:
— …Почему ты всё это знаешь?
Е Йончи замолчал.
Бай Цэнь молча ждала.
Когда она уже решила, что ответа не последует, юношеский голос прозвучал тихо, без прежней дерзости, необычайно глухо:
— Расскажу как-нибудь позже. Всё равно воспоминания не из приятных. Но раз мы теперь связаны договором, знай — я тебе не враг.
Это породило у Бай Цэнь новый вопрос.
— А что это за договор такой?
Тогда, в спешке, она не задумывалась, но теперь, когда всё уже свершилось, наконец дошло спросить.
Она думала, что это простой вопрос, но к её удивлению, Е Йончи запнулся.
— Ну как «что такое»? Договор и есть договор! Откуда ты этого не знаешь? В общем, теперь наши уровни культивации связаны — если одному хорошо, то и другому, а если одному плохо — то и второму несдобровать.
Бай Цэнь с подозрением посмотрела на него, чувствуя явную несостыковку, но чёрный ухват молчал, не выдавая никаких признаков обмана. Вздохнув, она махнула рукой — ладно, пусть будет так.
Вот ведь — всё знает про Секту Фэйюйцзун, а стоит спросить — и ни слова не вытянешь.
Этот будущий партнёр — не поймёшь, надёжный он или нет.
Но раз они теперь связаны, придётся верить, что он не причинит вреда.
Пользуясь тем, что он не видит её системную панель, Бай Цэнь совершенно открыто прямо перед ним открыла интерфейс «Сруби за друга».
Верхняя полоса прогресса ярко светилась: «Основа, 2-й уровень». Уголки губ Бай Цэнь сами собой поползли вверх.
Хоть и не получилось одним ударом достичь Золотого Ядра, но подняться на целый уровень — тоже неплохо.
Не то чтобы ей показалось, но, возможно, лекарство с пика Линхуай действительно подействовало: за это короткое время боль в плече почти прошла, и уж точно не колола так, как при пробуждении.
Бай Цэнь взглянула на затемнённые ежедневные задания внизу панели и решила, что пора заниматься делом. Глубоко вдохнув, она с трудом, но всё же поднялась.
Е Йончи растерялся:
— Ты куда собралась?
Бай Цэнь не ответила — всё равно он не поймёт.
Она доковыляла до стола, набрала воды и аккуратно полила духовное растение.
Е Йончи был поражён.
В такое время она всё ещё помнит о поливе!
[Динь!]
Прекрасный звук вновь прозвучал в ушах. Задание «Ежедневный полив» на панели посерело.
Бай Цэнь слегка улыбнулась — она на шаг ближе к главному призу.
Но следующее задание… Бай Цэнь почесала подбородок — тут возникла загвоздка.
Е Йончи был в шоке:
— Так ты настолько заботишься о духовных растениях? Хочешь, я устрою тебе доступ на пик Линхуай? Там вся гора усеяна ими — поливай сколько душе угодно!
— Ага, точно, — рассеянно пробормотала Бай Цэнь, всё ещё размышляя над вторым заданием.
Внезапно её осенило. Глаза засветились.
Под изумлённым взглядом Е Йончи она натянула верхнюю одежду и, несмотря на тяжёлые раны, направилась к выходу.
Уже у двери она вспомнила: теперь она не одна.
Развернувшись, она с трудом подняла чёрный ухват и, тяжело дыша от усилия, добралась до порога.
Но даже это не остановило её.
Е Йончи начал сомневаться: не спал ли он слишком долго и не изменился ли весь мир культиваторов?
Бай Цэнь делала три шага и отдыхала два. Пройдя таким образом почти полчаса, Е Йончи наконец понял, куда она направляется.
— Культивация не терпит спешки. Зачем так мучить себя в таком состоянии?
— Ты ничего не понимаешь, — выдохнула Бай Цэнь между вдохами.
— Это ради дома.
Они шли молча. Через полчаса добрались до цели — площадки для тренировок.
Видимо, внутренние соревнования были близко, и все ученики старались проявить себя на большом турнире секты. Площадка кишела народом, и Бай Цэнь впервые осознала, сколько же учеников внешнего круга.
«Хм, похоже, в мире культиваторов вполне можно набрать шестьдесят тысяч новых пользователей».
Е Йончи ещё при выходе из комнаты понял, куда она направляется, и теперь лишь вздохнул.
— Твоя стремительность к культивации похвальна, но на площадке можно лишь заниматься базовой закалкой тела. Ты ещё не оправилась от ран — не стоит торопиться.
Слова были разумны, но Бай Цэнь лишь невинно взглянула на ухват в руке.
— Кто сказал, что я собираюсь тренироваться? Я же не дура.
Не дожидаясь его ответа, она добавила:
— Я просто посмотрю. Тренироваться не буду.
Е Йончи осёкся и замолчал.
Людей, способных заставить его онеметь, на свете было немного. Бай Цэнь — одна из них. Уже не в первый раз он не мог понять её поступков.
Пусть уж лучше она одна такая. Если весь мир культиваторов стал таким, ему, пожалуй, лучше умереть прямо сейчас.
Среди суеты и шума площадки появление Бай Цэнь никто не заметил. Она бесцеремонно принялась искать цель и вскоре устремила взгляд на внутреннюю зону.
Формы культивации разнятся, но крепкое тело — основа всего. Поэтому базовая закалка тела обязательна для всех учеников внешнего круга.
Проще говоря, она пришла на чужую лекцию.
Старший наставник по боевым искусствам, широкоплечий и могучий, демонстрировал плавную, как вода, серию ударов. Даже с расстояния Бай Цэнь слышала свист кулаков, рассекающих воздух.
Она стояла у края помоста и не переставала одобрительно кивать. Короткие схватки, конечно, захватывают, но вот это — настоящая мощь, плоть и кровь в действии.
Она не отрывала глаз от наставника, но Е Йончи от этого только мрачнел.
Стремление к знаниям — дело хорошее, но он, непревзойдённый мечник, вдруг начинал опасаться, что воспитает культиватора тела. Это было бы… катастрофой.
Бай Цэнь, разумеется, не догадывалась о его тревогах. Она с жадностью впитывала каждое слово наставника о том, как тело становится неуязвимым, как внезапным ударом ладони можно сразить врага.
В то же время в голове у неё отсчитывались секунды.
Три… два… один…
[Динь!]
Системное уведомление прозвучало вовремя. Бай Цэнь удовлетворённо открыла панель.
Оба ежедневных задания теперь были серыми: «Полив» и «Посетить любое занятие на четверть часа».
Система оправдывала своё название — она идеально воспроизводила логику «Пиньдоу».
Конечно, другие занятия тоже проводились, но прежняя владелица тела не имела права на них присутствовать, а Бай Цэнь, будучи раненой, не хотела искать неприятностей. Единственное доступное место — открытая тренировочная площадка.
Бай Цэнь с довольным видом закрыла интерфейс. Цель достигнута — оставаться здесь больше не имело смысла.
Е Йончи облегчённо выдохнул, решив, что её порыв прошёл. Чтобы она не вздумала вдруг всерьёз заняться закалкой тела, он даже добавил наставительно:
— Культивация тела — пустая трата времени. В лучшем случае — сила, способная сдвинуть горы, в худшем — просто грубая мощь без изящества. А вот мечники… Мечники грациозны. И, вообще, мечники умнее.
Такое рьяное превознесение своего пути чуть не растрогало Бай Цэнь.
Она уже собиралась поучить его уважению к разным путям культивации, как вдруг её окликнули по имени.
— Бай Цэнь? Что ты здесь делаешь?
Глаза Бай Цэнь непроизвольно дрогнули. Она медленно обернулась.
Среди белых одежд один человек выделялся особенно.
Брови — как далёкие горы, губы — тонкие, но полные чувств. Лёгкие складки платья колыхались, будто лесной дух случайно сошёл с горы в мир людей. Даже зная, кто перед ней, Бай Цэнь не могла не восхититься её красотой.
Если она не ошибалась, это была Бай Сяньчжу — та самая, ради которой прежняя Бай Цэнь жертвовала всем.
И точно — из-за её спины тут же выступил ещё один человек. Кто же ещё, как не Ци Цзинь.
Увидев эту парочку вместе, Бай Цэнь и думать не стала — снова затевается какая-то гадость.
«Чёртова неудача», — подумала она про себя.
Знай она, что они придут, ни за что бы сюда не пошла.
Сейчас не время ввязываться в драку. Бай Цэнь бросила на них короткий взгляд и, не останавливаясь, развернулась, чтобы уйти. Но Ци Цзинь, которому ранее помешал старейшина, всё ещё держал в груди ком злости, и не собирался отпускать её так просто.
Почти мгновенно он оказался перед ней.
На лице Ци Цзиня играла злая усмешка, голос звучал фальшиво и язвительно:
— В прошлый раз тебе удалось сбежать, но теперь уж точно не отвертишься. Поднимайся на помост — сразимся!
Бай Цэнь проследила за его пальцем — тот указывал на бойцовскую площадку.
Ци Цзинь злорадно ухмыльнулся, лицо его снова налилось кровью, на лбу запульсировала жилка.
— Не бойся. Это же просто тренировочная схватка — до первого касания. У нас нет оружия, оба на стадии Основы — абсолютно честно.
Бай Цэнь тяжело вздохнула.
В обычное время она с радостью поднялась бы — вдруг повезёт получить удар и подняться в уровне. Но сейчас её тело едва держалось, а жизнь, как ни крути, дороже культивации.
Да и без оружия сражаться — смысла нет. Ни шанса на прокачку.
Окружающие уже заметили происходящее и начали перешёптываться.
Бай Цэнь напрягла слух — отдельные фразы долетели до неё:
— Бай Цэнь? Та самая, что прошла по связям?
— Ха! Зато она уже на стадии Основы.
— Серьёзно? Она?
Разрозненные слова не давали полной картины, но тут Е Йончи презрительно фыркнул:
— Не обращай внимания. Поединок возможен только по обоюдному согласию. Просто откажись.
Услышав это, Бай Цэнь успокоилась — значит, отказ допустим.
— Я отказываюсь.
Странно, но после этих слов не только Ци Цзинь, но и вся площадка на миг замерли.
Эта внезапная тишина смутила Бай Цэнь. Неужели она что-то не так сказала?
Ответ пришёл быстро — от Е Йончи:
— Хотя поединки и добровольны, мечники от природы воинственны и чрезвычайно ревнивы к чести. Никто никогда не отказывался.
Бай Цэнь на секунду онемела.
Можно отказаться, но никто этого не делает? Какая странная гордость у мечников!
Ци Цзинь наконец фыркнул:
— Ну конечно! Даже достигнув Основы, ты всё равно остаёшься жалкой трусихой. Отказываешься от честной схватки — где твоя гордость культиватора?!
Бай Цэнь посмотрела на него, как на идиота.
Гордость или жизнь — что важнее? Если он дурак, это ещё не значит, что она такая же.
Но, судя по всему, таких, как он, было немало. Если раньше шептались за спиной, то теперь уже открыто насмехались:
— Да разве так ведёт себя культиватор!
— Боится показать, что на самом деле ничего не умеет! Кто знает, откуда у неё этот уровень Основы!
http://bllate.org/book/6894/654177
Готово:
