Цзун Чаоян вдруг услышал своё имя и на несколько секунд замер, невольно бросив взгляд назад — на Гу Ичэня.
Тот прислонился к стойке бара и выпустил в воздух ленивое колечко дыма. Его глаза упали на парня, стоявшего за спиной Тан Сюэяо. Да, это точно тот самый мальчишка, которого он случайно заметил в караоке-боксе.
«Хм… отбивать чужого? Сяо Гуань? Всего несколько минут — и уже так сдружились?»
Он стряхнул пепел с сигареты, лицо оставалось бесстрастным.
Кто-то из присутствующих мысленно выругался: неужели в том боксе с молодым красавчиком была сама мадам Гу?
Полноватый мужчина тут же вскочил, не осмеливаясь даже взглянуть в сторону Гу Ичэня, и поспешил разрядить обстановку:
— Да кто же это пришёл! Наша великолепная красавица Сюэяо!
Звали его Сун Вэньсюань. Он учился вместе с Тан Сюэяо в средней школе, ныне неплохо устроился, но многое зависело от Гу Ичэня и Цзун Чаояна. Сегодня он с радостью играл роль миротворца:
— Сюэяо, это всё недоразумение…
Но слова застряли у него в горле. Какое недоразумение? Ведь все слышали, как Гу Ичэнь только что велел Мэну Цяну привести этого парня именно сюда!
Сун Вэньсюань скривился, будто проглотил лимон, и растерянно замер.
К счастью, в этот момент в караоке-баре заиграла песня «Если уж умирать, то только в твоих руках», и он словно нашёл спасение:
— Эту песню заказал я! Обязательно должен спеть!
Лучше уж уйти подальше от этой семейной сцены.
Тан Сюэяо продолжила колоть:
— Ух ты, Сун Жирок, у тебя сегодня особенно богатый репертуар! Помнишь, в школе твой хит был «Любовь до гроба»?
Сун Вэньсюань зажмурился и сделал вид, что ничего не слышит.
Она собиралась добавить ещё, но Ся Лань толкнула её в бок:
— Мне кажется, этот тип похож на твоего мужа.
??
Тан Сюэяо обернулась и лишь тогда заметила мужчину в углу. Он был одет в однотонную одежду и в полумраке караоке-бара напоминал затаившегося хищника. Хотя в одной руке у него был бокал, а в другой — сигарета, его острая, пронзительная аура явно выбивалась из общей атмосферы. Если бы не Ся Лань, она бы его и не заметила.
Гуань Лан наклонился к подругам и с живым интересом спросил:
— Кто это такой?
Тан Сюэяо:
— Не знаю.
Ся Лань:
— Эргоуцзы.
Гуань Лан коснулся кончика носа, еле сдерживая улыбку, но тут же понял, что, возможно, это неуместно: ведь со стороны «Эргоуцзы» на него упал пристальный взгляд. Он тоже посмотрел в ответ, и их глаза встретились. Гуань Лан оставался внешне спокойным, но давление, исходящее от другого мужчины, было настолько сильным и агрессивным, что через несколько секунд он невольно отвёл глаза.
Мэн Цян ничего не знал об этом скрытом противостоянии и хотел лишь поскорее закончить дело и уйти. Наивно нарушив напряжённую тишину, он выпалил:
— Гу-гэ, ваш заказ… человек прибыл.
От этих слов атмосфера стала ещё более натянутой.
Тан Сюэяо и Ся Лань переглянулись. Что?! Выходит, именно Гу Ичэнь хотел «отбить» того парня?
В голове Тан Сюэяо пронеслась целая вереница мыслей: «Каково это — когда твой собственный муж пытается отбить у тебя мужчину? Каково это — прийти с подругой в клуб, чтобы пообщаться с молодым красавчиком, и наткнуться там на собственного мужа?»
Другие, может, и смутились бы, но Тан Сюэяо — нет.
Если бы Гу Ичэнь сюда не пришёл, разве бы она его встретила? И зачем он вообще явился сюда со своими «друзьями»? Все прекрасно понимали, зачем они здесь. Они оба были одинаковы — каждый виноват сам перед собой, никто никому не указ.
Пока она предавалась размышлениям, вокруг внезапно воцарилась тишина. Тан Сюэяо подняла глаза и увидела, что в комнате остались только они двое.
Интерьер этого бокса почти не отличался от её предыдущего, но дым уже рассеялся, зато появился приятный аромат. Она огляделась и увидела несколько свежих букетов цветов — наверное, Мэн Цян распорядился принести их сюда.
Этот ловкач! В её боксе таких цветов не было! Почему в боксе Гу Ичэня сразу поставили огромные букеты?!
В центре комнаты, прямо напротив двери, на диване сидел Гу Ичэнь. Он бездумно щёлкал зажигалкой, опустив глаза, и пристально смотрел на неё.
У Тан Сюэяо дома целый этаж занимал гардероб. Сегодня она явно старалась — надела новенькое платье лимитированной коллекции, которое заказала совсем недавно. Вырез был квадратным, а спинка, как она знала, полностью прозрачная, украшенная кружевами.
Гу Ичэнь запомнил это платье: в первый же день после возвращения домой она была в нём. Чёткие брови, алые губы — вся она будто сошла с полотна старинной картины.
— Иди сюда, — хрипло произнёс он.
Тан Сюэяо про себя фыркнула и нарочно не двинулась с места.
Она величественно прошла через комнату и села на диван с другой стороны, аккуратно поправив подол. Её движения были безупречны и элегантны.
Гу Ичэнь распрямил ноги, положил зажигалку на столик и спокойно спросил:
— Зачем ты сюда пришла?
Тан Сюэяо улыбнулась:
— Зачем пришёл Гу-гэ, за тем же и я.
Едва она договорила, как Гу Ичэнь холодно посмотрел на неё, в его взгляде читалось предупреждение. Но Тан Сюэяо не боялась его и вызывающе подняла подбородок.
Его жена, хоть и не отличалась особой учёностью, в искусстве спорить была настоящим мастером.
Он слегка прищурился и предупредительно произнёс:
— Жу-жу.
Опять началось! Каждый раз, когда он так говорил, начинались нравоучения, и это означало, что он сейчас очень зол.
Перед кем угодно Тан Сюэяо сохраняла самообладание и выглядела уверенно, но перед ним она словно маленькая девочка в чужой взрослой одежде — всё равно всё видно, и притворяться бесполезно.
Ирония в том, что оба пришли сюда просто повеселиться, а он выглядел так, будто его жена изменила ему. Его взгляд был спокоен, но в глубине бушевала буря.
Атмосфера становилась всё холоднее и холоднее.
К счастью, спасительный звонок раздался вовремя.
Гу Ичэнь сначала не хотел отвечать, но, взглянув на экран, всё же подошёл к панорамному окну. Перед тем как начать разговор, он бросил на неё многозначительный взгляд: «Сиди на месте».
Похоже, он обсуждал дела компании и надолго задержится. Тан Сюэяо взяла с дивана журнал и раскрыла его, чтобы закрыться от его изредка скользящих в её сторону взглядов.
Но, очнувшись, она вдруг поняла, что держит в руках…
Будто обожглась, она швырнула журнал на пол. Подняв глаза, она увидела, что Гу Ичэнь с раздражением посмотрел на неё, а затем перевёл взгляд на обложку журнала на полу — там во весь разворот красовался полуголый мужчина. Он слегка нахмурился и снова взглянул на неё.
Тан Сюэяо поправила волосы и решила сохранить хладнокровие, изображая бывалую женщину.
На этот раз Гу Ичэнь окончательно отвернулся.
За дверью Гуань Лан раздражённо потребовал:
— Пусти меня внутрь!
Мэн Цян сердито прикрикнул:
— Да успокойся ты! — Он схватил Гуань Лана за воротник. — Ты вообще понимаешь, в какую заваруху влип? Прости, Цзун-гэ, если бы я знал, что мисс Тан — мадам Гу, никогда бы не…
У него голова кругом пошла. Как он мог не узнать жену главы корпорации «Чэньхуэй»! Теперь он лишь молился, чтобы Гу Ичэнь не решил потом с ним расплатиться.
Цзун Чаоян усмехнулся:
— Теперь уже поздно, но всё же узнал.
С Мэна Цяна капала холодная испарина.
Гуань Лан не отводил взгляда от двери, будто пытался просверлить её насквозь:
— Мэн-цзинли, разве можно оставлять женщину одну в такой ситуации? Ты вообще мужчина?
Мэн Цян чуть не задохнулся от злости:
— Да я, конечно, мужчина! А ты, юнец, кем себя возомнил? Кто тебя так воспитал?!
Цзун Чаоян, засунув руки в карманы, прислонился к стене:
— Парень, похоже, ты не совсем понимаешь своё место. Эти двое — официально женаты, их брак закреплён в родословной. Советую тебе забыть об этом, пока не поздно. Ты вообще представляешь, с кем связался?
Последние слова прозвучали значительно строже.
Гуань Лан склонил голову и с вызовом посмотрел на него:
— Ну и что? Всего лишь корпорация «Чэньхуэй».
Цзун Чаоян удивлённо приподнял бровь:
— Неплохо для новичка.
Мэн Цян тут же стал оправдываться:
— Он только устроился, ничего не знает, Цзун-гэ, не принимайте близко к сердцу.
Цзун Чаоян махнул рукой:
— Мне-то что до него. Но вот тому внутри… кто знает.
Ся Лань больше не выдержала и с сарказмом бросила:
— И что такого особенного в корпорации «Чэньхуэй»? Разве глава компании может спокойно приходить сюда развлекаться за спиной жены? И ты, Сун Жирок, раньше был таким тихим! Видимо, дурное окружение портит людей.
Невинно пострадавший Сун Вэньсюань:
— …
Ся Лань, хоть и выпила, но мысли были ясными:
— Вы сами-то понимаете, зачем сюда пришли? Или вам не стыдно использовать компанию как прикрытие?
Сун Вэньсюань:
— Ся Ся, да мы просто играли в карты!
Ся Лань ответила одним «ха».
Пока они препирались, Гуань Лан вдруг замолчал. Он уставился в угол, будто что-то обдумывая, и больше не пытался войти в комнату.
Внутри Гу Ичэнь, казалось, затянул разговор надолго.
Тан Сюэяо вскоре стало не по себе. Она бросила взгляд на дверь, потом на спину Гу Ичэня.
Через несколько минут она осторожно встала. Итальянский ковёр заглушал шаги, и сердце её бешено колотилось, пока она кралась к выходу.
Десять метров… пять… один…
Как раз в тот момент, когда Гу Ичэнь, закончив разговор, обернулся, он увидел, что девушка, которая должна была сидеть на диване, теперь стояла у двери и, словно воришка, пыталась открыть замок.
Он медленно подошёл к ней. Она всё ещё возилась с замком.
Когда он оказался прямо за ней, она тихо пробормотала:
— Неужели этот замок такой продвинутый? Я думала, он выглядит дешёво… Как его открыть? Чёрт, если так пойдёт дальше, мне крышка!
Сзади накатило тепло и запах табака. Движения Тан Сюэяо стали всё медленнее, пока тепло не приблизилось настолько, что, казалось, их тела вот-вот соприкоснутся сквозь тонкую ткань одежды.
Она даже почувствовала его дыхание на затылке.
И, возможно, ей показалось, но она услышала лёгкое насмешливое хмыканье.
Она уже готова была взорваться, но он тихо сказал:
— Дело не в замке. Выключатель на стене.
Тан Сюэяо раздражённо фыркнула:
— Где?
Люди, которые знают ответ, но специально томят — нехорошие люди!
Гу Ичэнь увидел, как её уши покраснели от злости, и наконец смилостивился.
Он протянул руку и чётко хлопнул по выключателю на стене. Дверь открылась, но его рука не отстранилась.
Из-за этого жеста он словно обнял её.
На мгновение ей почудился знакомый аромат геля для душа. Перед глазами мелькнули его длинные, с чёткими суставами пальцы — те самые, что в некоторые ночи зажигали на её теле огонь.
От этой мысли уши Тан Сюэяо совсем раскалились.
Почему она вдруг об этом подумала?!
Она безжизненно уставилась на дверь, чувствуя неловкость до мозга костей, и в мыслях ругала себя: «Тан Сюэяо, ты совсем дура? Не можешь даже дверь открыть!»
За дверью и за дверью будто существовали два разных мира.
Гуань Лан стоял ближе всех к двери и первым заметил движение. Он только что безвольно прислонился к двери, слушая нотации Мэна Цяна, будто школьник, которого отчитывает завуч, и вдруг увидел, что дверь слегка приоткрылась. Его глаза вспыхнули, он уже собрался сделать шаг вперёд, но Цзун Чаоян резко оттащил его назад.
— Не лезь, — предупредил он.
Гуань Лан попытался вырваться, но Цзун Чаоян, хоть и двигался небрежно, держал крепко. Пока они боролись, Тан Сюэяо и Гу Ичэнь уже вышли, и оба замерли.
Гу Ичэнь шёл следом за Тан Сюэяо, засунув руку в карман брюк. Проходя мимо них, он бросил на Гуань Лана короткий, холодный взгляд.
Гуань Лан спокойно выдержал его взгляд, и его чёрная алмазная серёжка блеснула так же ледяно.
Цзун Чаоян про себя удивился: мало кто мог выдержать взгляд Гу Ичэня. Этот Гуань Лан — необычный парень.
Гу Ичэнь лишь мельком взглянул и отвёл глаза. На лице — ни тени эмоций, но внутри вдруг возникло раздражение.
Его не удивляло, что Тан Сюэяо может нравиться таким мальчишкам — оба они поверхностны. Но почему он злится? Сам не понимал.
Когда они ушли, Мэн Цян облегчённо выдохнул:
— Фух, чуть сердце не остановилось! Хорошо, что эти великие господа ушли. Ты, парень, в следующий раз, увидев Гу-гэ, веди себя потише!
Гуань Лан молчал, лицо у него было хмурое. Он машинально потрогал затылок и обнаружил, что покрылся лёгким потом.
Внутри «Люйе» царили музыка и веселье, но снаружи царила тишина.
http://bllate.org/book/5722/558484
Готово:
