Готовый перевод Heroic Deeds in a Tragic Novel’s Livestream / Подвиг в прямом эфире трагического романа: Глава 16

Она пристально смотрела на Когтя, делая последнюю отчаянную попытку:

— Если бы ты был таким, как все, тогда и смотрел бы, как я умираю. А раз этого не случилось… — Мэн Цинцин постаралась придать голосу тонкую, почти игривую интонацию. — Значит, ты особенный самец.

Ей пришлось употребить именно это слово — «самец» — чтобы выразить готовность к уступке.

Хоть она сама и не имела опыта, но видела достаточно. Глядя в его вертикальные зрачки, Мэн Цинцин старалась создать нужный образ: будто отстраняется, но на самом деле не прочь.

По дороге обратно в племя Когтя она обдумала множество стратегий. Прямое сопротивление? Нет, тогда ни она, ни Фэн не доживут до прихода Бай Си. В конце концов, она решилась на рискованный ход.

Эта уловка, возможно, не выиграет много времени, но Мэн Цинцин верила: Бай Си придёт. Как в тот раз, когда на них напали джяо-звери.

Она внимательно изучала Когтя. В его вертикальных зрачках бурлили эмоции. Эти зверолюди плохо умели скрывать чувства, и Мэн Цинцин легко прочитала: он колеблется.

— Ха! — насмешливо фыркнул Коготь.

Сердце Мэн Цинцин замерло — получилось.

— Я дам тебе немного времени, — сказал он, — но рядом с ней ты не останешься. У неё своё место. А тебе я покажу, во что превращаются те самки, что отказывают мне.

Мэн Цинцин застыла. Не успела она даже бросить прощальный взгляд на Фэн, как её уже волокли в зловонную пещеру.

...

На озере.

Е Цзичжоу гребла вперёд веткой вместо весла, лицо её было бесстрастным. Плот двигался крайне медленно.

Цин сидела рядом, расслабленная и спокойная.

Наконец терпение Е Цзичжоу лопнуло. Она швырнула ветку на плот:

— Ты что, решил до конца жизни оставаться разбойником?! Может, тоже поможешь грести?! При моих-то руках и ногах мы только к следующему году доберёмся до берега!

Цин лишь мельком взглянула на неё и снова уставилась в бескрайнюю гладь озера.

Е Цзичжоу скрипнула зубами:

— …

Она прекрасно знала, что эти люди не поймут её слов, но злость всё равно прорвалась наружу.

Глубоко вдохнув, Е Цзичжоу улыбнулась Цин:

— Ты, блин, такой…

Цин посмотрела на неё.

Е Цзичжоу воодушевилась и, сохраняя вежливый тон, продолжила:

— Ты такой, что украл прах своего отца и пустил его на фейерверки — пусть взорвётся в небе самым красивым вихрем МакДональдса!

Цин усмехнулась, вытащила нож и ткнула им в сторону второго весла.

Е Цзичжоу:

— …………

Плот снова поплыл вперёд — медленно, но неуклонно.

На краю леса.

Му чувствовал, как влажность в воздухе нарастает. Не в силах сдержать волнение, он ускорился.

Вот-вот он выберется из леса, но в своём азарте Му забыл, что всё ещё тяжело ранен.

Бах! — он рухнул на землю. Сразу же из кустов раздался шорох.

На него набросился гиенозверь — мелкий хищник, охотящийся стаями. Его острые зубы впились в заднюю лапу Му, отрывая кусок мяса.

За первым гиенозверем следовали другие — целая стая.

От боли Му стиснул зубы, на лбу выступили капли холодного пота. Если его окружат, он умрёт мгновенно. В один миг он превратился в огромного волка и попытался схватить первого нападавшего, но движения были слишком медленными — гиенозверь ловко увернулся.

Зелёный великан злобно уставился на хищников, пытаясь отпугнуть их. Те не решались подступиться к голове — один укус гигантского волка означал для них верную смерть. Возможно, несколько особей пожертвовали бы собой, чтобы остальные смогли убить Му, но ни один из гиенозверей не хотел быть тем, кто умрёт первым. Все они видели рану на лапе и просто ждали, когда добыча сама падёт замертво.

В груди Му бушевала ярость. Раньше гиенозвери даже не осмеливались показываться ему на глаза — он был одним из сильнейших в лесу! Но сейчас его гнев смешался с тревогой: если он умрёт, что станет с Фэн? Мысль о том, как его дочь погибает в пещерах племени Когтя, сжала сердце, будто чья-то рука вцепилась в него.

Лучше уж умереть от клыков гиенозверей, чем знать, что Фэн мучается в той пещере.

— Прочь! — зарычал гигантский волк, угрожающе оскалив клыки.

Один отпрыгнул, но остальные медленно приближались, жадно раскрыв пасти.

Для стаи гиенозверей огромный волк был настоящим пиром — на много дней вперёд. Но вдруг они все разом замерли.

Му тоже насторожился. Звук доносился сзади. Не оглядываясь, гиенозвери метнулись обратно в лес и мгновенно исчезли.

Му широко распахнул глаза и уставился на берег озера.

Там, из воды, медленно поднималось чудовище, которое сеяло ужас по всему лесу. Оно убило множество волков, и даже племя Когтя не осмеливалось вступать с ним в бой. Это был «Ка» — существо, которое когда-то лишило Му отца, раздавив его клешнями.

Му вздрогнул всем телом и попытался уползти, но тут его взгляд упал на домик у озера.

Он замер. В голове мелькнула невероятная догадка. Он снова посмотрел на «Ка».

Огромный, устрашающий краб полностью вышел из воды. На этот раз Му хорошо разглядел: клешни, убившие его отца, исчезли. Все лапы были отрублены, глаза потускнели. Он понял: этот исполин, словно гора, мёртв.

Му оцепенело смотрел на труп «Ка». Ему казалось, будто он спит. Этот монстр внушал страх волкам столько поколений, что все уже привыкли считать его бессмертным. Шутили даже: «Пусть небо рухнет — „Ка“ всё равно останется».

Му тоже верил в это. Даже если умрёт он сам, потом Фэн, а за ней и её дети — «Ка» всё равно будет править лесом.

Но теперь он видел, как этот повелитель пал.

Бум! — огромный краб рухнул на землю, сотрясая почву.

Только теперь Му заметил того, кто вытащил его на берег.

Бай Си вытерла лицо, отжала воду из хвоста и вынула изо рта водяной дыхатель. Глубоко вдохнув свежий воздух и почувствовав, как лёгкие наполнились до отказа, она с наслаждением выдохнула одно слово:

— Кайф!

Не зря она столько планировала и использовала водяной дыхатель. Этот упрямый краб оказался крепким орешком — даже без лап ещё умудрился плеснуть водой и немного потягаться с ней. Отличная добыча!

Бай Си весело отжимала воду с одежды и крикнула в сторону домика:

— Цинцин! Фэнка! Идите есть краба!

В тот же миг пронзительно засвистел свисток. Бай Си мгновенно обернулась к лесу. Её острый взор сразу выхватил Му на краю леса и свисток из птичьей кости в его лапе.

Через мгновение она уже стояла перед ним.

Му смотрел то на неё, то на труп «Ка», снова на неё — и не мог вымолвить ни слова.

Бай Си исчезла из его поля зрения. Спустя секунду она вернулась, волоча за собой бурого волка.

В груди зверя торчал белоснежный кинжал — лезвие вошло в самое сердце. Смерть наступила мгновенно.

Му:

— !

Он полз весь путь и даже не заметил этого преследователя!

Бай Си швырнула труп на землю. Её голос стал ледяным:

— Где они?

Золотистые лучи солнца играли на водной глади, волны накатывали на берег, будто пытаясь унести часть сознания Му.

Он тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. Нельзя терять бдительность — его положение по-прежнему ужасно, а Фэн всё ещё в плену у племени Когтя.

Но Му лежал на огромном панцире мёртвого «Ка» и смотрел в бескрайнее синее небо. Он никогда не думал, что однажды сможет лежать на теле этого чудовища — пусть даже мёртвого.

Его поместили сюда, чтобы отпугнуть гиенозверей — на случай, если те решат вернуться.

Лекарство от племени Чёрных Волков притупило боль в лапе, но теперь голова будто погрузилась в туман. Исчезновение Фэн и смерть «Ка» сплелись в один клубок, который медленно вытягивал из него разум.

Му закрыл глаза. Внезапно его посетила мысль: как же племя Чёрных Волков убило второго вожака? Было ли это проклятие? Яд? Или, может, они так же, как эта чёрная волчица, в одиночку подняли «Ка»? Какой бы ни была правда, прежний вожак уже никогда не вернётся в эти леса.

Волны нежно ласкали берег, над озером поднималась лёгкая дымка.

В тумане, чуть дальше от берега,

Е Цзичжоу молча грела. Возможно, она наконец осознала: в одиночку ей не выбраться из озера сегодня. Цин тоже взяла весло и начала грести.

В скальной пещере.

Фэн подняла руки и осмотрела верёвки на запястьях. Они были туго затянуты и завязаны сложным узлом. В отличие от простых травяных верёвок племени Виноградной Лозы, эти выглядели искусно сплетёнными.

Верёвка на лодыжках резко дёрнулась вверх, и Фэн едва удержалась на ногах.

Она сердито уставилась на волка перед собой.

Тот усмехнулся и потянул верёвку ещё сильнее:

— Быстрее.

Племя Когтя жило в горах. Скалы были испещрены множеством пещер. Та, в которую вели Фэн, находилась на склоне, примерно на середине высоты.

У входа стояла решётка из толстых брёвен, промежутки между ними — не шире ладони. Воздух проходил свободно, но человеку выбраться было невозможно.

Волк схватился за два бревна, раздвинул их, втолкнул Фэн внутрь и снова задвинул решётку, закрепив её верёвкой. Затем развернулся и ушёл.

Когда шаги стихли, Фэн осталась одна у входа. Она оглянулась на верёвку, привязывающую решётку. Она была очень толстой… Может, зубами?

— Отсюда не сбежать, — раздался тихий, мягкий голос.

Фэн резко обернулась вглубь пещеры.

Через несколько мгновений глаза привыкли к темноте, и она увидела: в дальнем углу сидели десятка полтора самок.

Их одежда была в лохмотьях, лица — тусклые, шерсть — сухая и безжизненная. Они равнодушно взглянули на новую пленницу и снова отвернулись, будто её появление их не касалось.

Теперь Фэн поняла, что имел в виду отец, говоря о «очень плохом племени».

Та, что заговорила с ней, сидела ближе к входу — в стороне от остальных.

Её уши и хвост были белыми — это была белая волчица.

Фэн моргнула и подошла ближе.

Белая волчица дружелюбно улыбнулась. Её руки не были связаны, и она похлопала по месту рядом с собой:

— Садись. Меня зовут Си.

Фэн опустилась рядом:

— Я Фэн, из племени Виноградной Лозы.

Лицо Си побледнело:

— Племя Виноградной Лозы захватили Когти?

— ?!

Фэн замотала головой:

— Нет-нет! — Она смущённо опустила глаза. — Только меня и Цинцин поймали.

Си облегчённо выдохнула и прижала руку к груди:

— Не волнуйся. Твоё племя почти не слабее племени Когтя. Как только твои соплеменники узнают, что ты в плену, они заставят Когтя отпустить тебя.

Фэн:

— …

Она опустила голову и моргнула несколько раз.

Её отец — вожак племени Виноградной Лозы — сейчас один в лесу.

Когда её уводили, она не увидела ни одного соплеменника.

Даже если она и подозревала, что произошло, даже если давно готова была к такому, даже если ради этого и ушла с Бай Си и Цинцин…

Ей всё равно было больно. Неужели она так ненавистна, что волки больше не считают её своей?

Тихо, почти шёпотом, Фэн произнесла:

— Они не придут.

Си замерла, глядя на внезапно погрустневшую девушку, и покачала головой:

— Даже если волки не придут за тобой, надежда — это уже что-то.

Фэн непонимающе подняла глаза. Си смотрела куда-то вдаль.

— Только те самки, у кого остаётся надежда, выживают. А те, кто видел, как их племя уничтожили Когти, долго не протягивают.

Фэн растерялась.

Си тихо добавила:

— Без надежды жизнь и смерть — одно и то же.

Фэн:

— …А твоё племя? Они придут за тобой?

Си улыбнулась:

— Моё племя было маленьким — всего несколько десятков волков. Когти всех убили. А мою сестру… они сделали едой и заставили меня есть.

Фэн почувствовала, будто её ударили в грудь:

— …………

Она не стала расспрашивать дальше, а просто придвинулась ближе к Си.

Си:

— Я не умерла, потому что хочу увидеть смерть Когтя собственными глазами.

— Однажды… — Си что-то ещё сказала, но Фэн уже не слышала. Ей стало грустно. Она скучала по отцу, по Цинцин… и по Бай Си.

Фэн насторожила уши. Цинцин ведь говорила: Бай Си придёт.

Она сдержала обещание. Значит, Бай Си обязательно спасёт и её.

http://bllate.org/book/5702/556918