Сунь Цяньцянь сердито закатила глаза:
— И чего ещё? Хм! Тётя Е уже всё мне рассказала: у Цибие вообще нет девушки. Хватит тут самовлюблённо мечтать!
Услышав это, Чжилиан не изменилась в лице, лишь лёгкий вздох вырвался из груди.
— Какая же ты глупая…
Она горько улыбнулась и тихо, почти шёпотом произнесла:
— Это всего лишь последняя милость, которую тётя решила тебе оказать. Ты всерьёз поверила? Неужели нужно прямо сказать, что у него уже есть девушка, чтобы ты наконец перестала преследовать его? Девушке стоит сохранять самоуважение. Тётя просто не может подобрать более жёстких слов.
— Ты! — Сунь Цяньцянь в бешенстве широко распахнула глаза и занесла руку для удара.
Чжилиан не собиралась терпеть пощёчину. Она быстро отступила на полшага назад, но прежде чем её нога коснулась пола, затылок уже прижался к чьей-то груди.
Лян Цибие стоял прямо за ней. Молниеносным движением он схватил руку Сунь Цяньцянь, которая так и не успела опуститься. Та побледнела от испуга, но её запястье будто приросло к каменной статуе — ни на йоту не шевельнуть.
Его глаза сузились, зрачки стали острыми, как лезвия, и от них словно веяло холодом.
— Ты ещё и драться у меня под дверью вздумала? Уходи сейчас же, или я тут же позвоню твоему брату.
Глаза Сунь Цяньцянь налились кровью, лицо стало мертвенно-бледным. Она молча села в машину и уехала.
Лян Цибие перевёл свой ледяной взгляд на Линь Чжилиан:
— Я же просил тебя не приходить. Ты говоришь: «Просто провожу её», а сами чуть не подрались!
Чжилиан, не раздумывая, тут же прильнула к нему, решив сначала усмирить его гнев. Она облегчённо выдохнула:
— К счастью, ты был рядом.
Они не задержались надолго в доме Лянов.
Утром Е Цзяхуэй назначила встречу и вышла из дома около десяти часов, перед уходом сказав Чжилиан и Цибие остаться и повеселиться. Но у обоих были свои дела, и они отказались. Вскоре после ухода Е Цзяхуэй они тоже вернулись в город.
Чжилиан отправилась в «Чуань Юй» оформлять выход на работу, а после окончания рабочего дня вернулась в общежитие.
Ужинать она даже не стала. Первым делом набросилась на шкаф.
И не только на шкаф — ещё и на коробку под кроватью, чемодан на балконе.
Все вещи — одежда, обувь, сумки — были вывалены на стол и пол.
Затем она села на корточки и начала отбирать: несколько мешковатых худи, напоминающих пижамы; джинсы с растянутой талией; розовое платьице с клубничным принтом, купленное в подростковом возрасте; бесформенные штаны, похожие на мешки, и безвкусный пуховик для зимы.
Всё это было куплено два-три года назад, давно не носилось и пылилось на дне шкафа. Сегодня она решила избавиться от всего сразу.
То же самое касалось и обуви: пара странного цвета Vans, купленная в коллекционных целях; туфли на низком каблуке в сладком стиле, приобретённые на первом курсе; одна пара с кошачьими мордашками и бантиком на пятке; ещё одна — Gucci с начёсом внутри.
Сумки тоже не пощадила — три штуки отправились вон.
В общем, выбрасывалось всё — нужное и ненужное. В шкафу осталось лишь половина прежнего гардероба.
Раньше среди её вещей были удобные, тёплые и такие, в которые можно было одеваться без угрызений совести. Теперь же оставались только те, что соответствовали одному принципу — быть красивыми.
Либо подчёркивающие фигуру, либо милые и аккуратные, вызывающие желание защищать — стиль «первой любви».
Короче говоря, именно такой образ должен был тронуть сердце гетеросексуального мужчины.
Ведь чтобы завоевать чьё-то сердце, бесполезно рассчитывать на фразы вроде «отдай своё сердце — получишь взамен» или «как ты к нему относишься, так и он к тебе». Если безгранично хорошо относиться к человеку без всяких условий, то в лучшем случае получишь в ответ капризного избалованца, а в худшем — такого неблагодарного, как Юань Ици.
Самый базовый способ завоевать человека — привлечь его внимание. Если ты сама можешь вызвать интерес, все дальнейшие усилия пойдут вдвое эффективнее.
Конечно, люди — существа визуальные. Самый простой и действенный способ привлечь — заставить его считать тебя красивой.
Лян Цибие не исключение. Он продолжает общаться с ней до сих пор лишь потому, что считает её красивой.
Но этого недостаточно. Чжилиан может стать ещё привлекательнее.
Раз уж цель — привлечь Лян Цибие, эти старые вещи ей ни к чему. Лучше сразу избавиться от них раз и навсегда. Всё равно это хлам, который давно потерял актуальность.
Если раньше он считал Линь Чжилиан красивой, теперь будет считать ещё красивее.
Среди её вещей были как дешёвые, так и дорогие — от стоковых платьев за сто юаней до нескольких предметов люкс-брендов за несколько тысяч. Всё это было хорошего качества, и выбрасывать жалко.
Несколько вещей, которые казались ей настолько непригодными даже для подарка, она всё же вынесла в мусорный бак, но по пути их перехватила тётка-смотрительница.
Остальное Чжилиан разнесла по соседним комнатам, спрашивая, кому что нужно. Поскольку среди её вещей было немало хороших — брендовые кепки, кроссовки — всё быстро разобрали.
Осталось ещё две-три вещи люксовых марок. Дарить их просто так казалось легкомысленным, да и могли неправильно понять. Поэтому она выставила их на «Солёную рыбу».
Шкаф опустел, и вместе с ним Чжилиан почувствовала лёгкость. А пустой шкаф означал одно — пора покупать новое.
Она лёгла на кровать и открыла приложение для шопинга. В поиске везде добавляла ключевое слово «стройнящее».
Потому что, наблюдая за жизнью студентов и коллег, Чжилиан давно поняла: большинству гетеросексуальных мужчин совершенно безразличны уличные тренды, сочетания цветов, ретро-стиль, геометрические формы или поп-арт. В их глазах существует только два типа женщин: «стройная» и «как свинья».
Ты можешь часами подбирать себе наряд, но они всё равно ничего не поймут.
На самом деле им достаточно чистоты, тонкой талии, длинных ног и изящной шеи.
И чёрный цвет действует на мужчин особенно сильно. Если у девушки хотя бы приличная фигура, чёрная облегающая футболка и чёрные джинсы уже заставят их восхищённо «охнуть».
Ань Ян неторопливо вошла в комнату, посасывая бульон из одонтеллы, и сразу заметила Чжилиан, уткнувшуюся в телефон.
— Вернулась? Чем занимаешься?
— Покупками, — ответила та, не отрываясь от экрана.
— Ага, точно, ты ведь ещё не ужинала. Наверное, пора заказывать доставку.
Чжилиан подняла на неё взгляд:
— Какой ужин? У кого вес меньше ста цзиней, тому ужинать не положено.
— Тогда что покупаешь?
Чжилиан прочитала с экрана:
— Обтягивающие джинсы-«богиня» с эффектом подтяжки...
Ань Ян поперхнулась бульоном:
— Богиня?! Да у тебя и так круглая попа, когда ты лежишь! Зачем ещё больше обтягивать?! Хочешь, чтобы я истекла кровью из носа?.. Оставь хоть немного покоя парням нашего университета!
Чжилиан улыбнулась:
— Нет.
Ань Ян ошеломлённо уселась на кровать:
— Кажется, мне пора вылить этот бульон...
Кроме джинсов, подчёркивающих стройность ног, Чжилиан заказала AJ и туфли Jimmy Choo. Ведь среди обуви, которую мужчины действительно ценят, AJ — едва ли не единственная. Они отлично сочетаются со студенческим стилем и визуально удлиняют ноги.
Без туфель на высоком каблуке тоже не обойтись — кто же их не любит? Иногда достаточно одного появления в них, чтобы произвести эффект. А Лян Цибие достаточно высок, поэтому десятисантиметровые каблуки будут смотреться идеально.
Телефон Чжилиан без остановки пищал от уведомлений. Ань Ян вздрогнула:
— Сколько же ты уже потратила?.. Лучше не гадать...
Чжилиан взглянула на уведомление о балансе: за несколько минут она потратила пятизначную сумму. Одна треть денег, заработанных летом в провинции Сычуань за полтора месяца работы над проектом скульптурного павильона для профессора, улетела в никуда.
Ничего страшного. Деньги всегда можно заработать заново. Чжилиан спокойно отложила телефон.
...
После масштабной чистки гардероба Чжилиан чувствовала себя прекрасно. Она неспешно потаптывала в тапочках по коридору, держа в руках умывальник, направляясь в умывальную комнату. Но едва она подошла к двери, как услышала оттуда язвительный смешок.
— Ха! Кто вообще так щедро раздаёт вещи? Даже если у тебя полно денег, обычно становишься скупее. Линь Чжилиан ведёт себя слишком подозрительно. Наверняка ей кто-то покупает новое!
— Точно! Когда я входила, видела, как тётка-смотрительница собирала кучу одежды. Спросила — говорит, от богини. В их мастерской живописи болтают, что она раздала целый ящик: Coach, Nike — всё просто так!
— Вот это да! Такая щедрость... Но она же не дура. Наверняка кто-то покупает ей новое. Забыла, с кем она там связалась? Раз уж она цепляется за Лян Цибие, ей и Coach не нужен — Chanel подавай!
«Как будто мне нужен Лян Цибие, чтобы носить Chanel», — подумала Чжилиан.
Она невозмутимо вошла в умывальную.
Две девушки, стиравшие там одежду, моментально замолкли, будто им рты залепили.
Чжилиан сделала вид, что ничего не слышала, подошла к крану, сняла макияж и умылась. Затем так же спокойно вернулась в комнату.
Только теперь она передумала. Вернувшись в общежитие, вместо того чтобы лечь смотреть сериалы, она снова уселась за маленький столик перед зеркалом.
Через некоторое время Ань Ян, лежавшая на соседней кровати, насторожилась: звуки бутылочек и баночек показались ей знакомыми — точно такие же доносились каждое утро, когда Чжилиан красилась.
Ань Ян выглянула из-за занавески:
— Чжилиан, ты что делаешь?.. Братец, зачем ты снова красишься? Все вечером снимают макияж и ложатся спать, а ты наоборот!
— Пришлось, — ответила та, нанося тональный крем кистью и ставя телефон на стол. — Надо срочно куда-то съездить.
Она включила громкую связь и набрала номер.
Ань Ян покачала головой:
— Жизнь успешной женщины явно не для таких, как мы...
На другом конце провода раздался холодный, низкий мужской голос:
— Что случилось?
— Ты занят?
— Да. Говори сразу, в чём дело.
— Ты ужинал? Если нет, давай поужинаем вместе. Мне хочется суши, а одной скучно.
Ань Ян:
— ...
Мужчина на том конце ответил:
— Подожди немного. Как закончу — сразу позвоню.
— Хорошо, не торопись, — сказала Чжилиан и положила трубку.
Ань Ян надула губы в лёгком протесте:
— Значит, «дело» — это ужин с красавчиком? А я чем хуже? Почему не со мной? Хотя я уже поела, но суши бы осилила.
Ань Ян, конечно, не догадывалась, что звонок был Лян Цибие. Для неё Чжилиан всегда была окружена множеством знакомых, и тон её разговора показался абсолютно обычным.
Чжилиан улыбнулась:
— Разве я тебя когда-нибудь обижала? Разве мало раз угощала вас вкусным? На этот раз правда есть дело. По возвращении обязательно угощу тебя суши.
Лян Цибие подъехал к восьми вечера.
У ворот университета было темно, и издалека его машина не выглядела особенно приметной. Чжилиан выбежала из ворот, прижимая к себе лёгкую ветровку — ей было холодно.
У неё длинные руки, тонкая талия, и когда она обнимала себя, её изящные пальцы легко доставали до лопаток, касаясь хрупких рёбер — зрелище странно трогательное.
Губы Лян Цибие сжались. Его глаза, острые, как клинки, пристально впились ей в спину.
Чжилиан подняла на него удивлённый взгляд:
— Что такое?
Лян Цибие медленно перевёл взгляд на её лицо. Его голос прозвучал хрипло:
— Ничего. В какое суши-бар хочешь? Вечером есть сырое и холодное — нормально ли это для желудка?
— А как ты думаешь? Если не хочешь — выберем что-нибудь другое. Есть другие варианты?
Лян Цибие уже развернул руль:
— Решай сама.
Чжилиан поправила кожаную подвеску на сумочке и настаивала:
— Всё-таки хочу суши.
http://bllate.org/book/5553/544269
Готово:
