— Можно?
— Эм… вот так… поставь коническую колбу сюда.
Линь Цянь случайно бросила взгляд на его руку. Она старалась избегать любого ненужного контакта с Сюй Шэнем и потому держалась особенно осторожно — но взгляд её, увы, не подчинялся разуму.
Рука Сюй Шэня была такой же худощавой и жилистой, как и он сам: длинные пальцы, чётко очерченные суставы.
Вдруг Линь Цянь вспомнила далёкое прошлое — времена, когда она ещё была маленькой девочкой в цветастых платьицах. Тогда её учил играть на фортепиано молодой человек, которому вот-вот должно было исполниться тридцать. У него тоже были такие же длинные и сильные пальцы, и когда они порхали по клавишам, это зрелище завораживало.
Именно из-за этого — из-за чёрно-белых клавиш и летящих над ними рук — юная Линь Цянь и сказала родителям, что хочет заниматься на фортепиано.
— Эй, а потом что?
— А? Ты уже всё проверил?
Сюй Шэнь заметил, что она задумалась, но не стал выдавать её. Он лишь кивнул и невольно заинтересовался, о чём же таком думает эта девчонка.
— Тогда принеси спиртовку.
Линь Цянь повернулась и прямо наткнулась на его пристальный взгляд.
Он немного близорук, но почти никогда не носил те очки, которые, судя по всему, стоили немалых денег. Линь Цянь не знала почему, но каждый раз, встречаясь с ним глазами, она невольно замирала.
Будто бы его взгляд мог насквозь прочитать все её мысли и чувства, не оставив ни единого укрытия.
Она опустила ресницы, а Сюй Шэнь, будто ничего не произошло, уже подал ей спиртовку.
После этого между ними повисло что-то странное и неловкое.
— Если всё в порядке, можно зажигать спиртовку, — тихо сказала Линь Цянь, не поднимая глаз.
Сюй Шэнь молча последовал её указанию и одним движением зажёг спичку, поднеся её к фитилю.
— И всё… — прошептала Линь Цянь, опустив голову и уставившись на крошечное пламя, едва видневшееся сквозь асбестовую сетку.
Сюй Шэнь тоже молчал, глядя на колбу, в которой уже начали появляться мелкие пузырьки. Солнечный свет играл на стекле, и если бы не несколько кусочков кипятильного камня на дне, эта игра света и прозрачности выглядела бы ещё прекраснее.
Лу Боюань давно заметил, что эти двое молча стоят рядом. Он толкнул Вэнь Инсюэ, которая задумчиво смотрела на коническую колбу, и кивнул в сторону соседнего стола.
Вэнь Инсюэ взглянула туда и понимающе улыбнулась. Но как только её взгляд снова упал на Лу Боюаня, улыбка исчезла.
Лу Боюаню стало обидно. Ему показалось, что весь мир отвернулся от него.
*
«План по переделке Сюй Шэня», начатый Линь Цянь, хоть и столкнулся с трудностями, всё же принёс кое-какие плоды.
По крайней мере, Сюй Шэнь сумел самостоятельно провести весь химический эксперимент — для него это уже огромный прогресс.
В прежней школе Линь Цянь часто помогала другим ученикам благодаря своим высоким оценкам. Она прекрасно понимала, что торопиться нельзя, и постепенно успокоилась, больше не злясь так, как раньше.
Спокойствие царило несколько дней. Правда, Сюй Шэнь по-прежнему не делал домашние задания и большую часть уроков проводил в рассеянности, но под присмотром Линь Цянь начал выборочно выполнять хотя бы часть заданий.
«Выборочно» означало примерно треть от каждого предмета.
Для большинства одноклассников это было почти то же самое, что и ничего не делать, но для Сюй Шэня — уже большой шаг вперёд!
Поэтому, спустя около двух недель, Линь Цянь купила две леденцовые конфеты и утром, едва пришедши в школу, положила их на парту Сюй Шэня в знак поощрения.
Обычно он приходил довольно рано.
Линь Цянь не понимала, почему он, постоянно зевающий от усталости, не остаётся дома подольше, но это было личное, и она никогда не спрашивала.
В тот день Сюй Шэнь уже сидел в классе, прислонившись к шкафу с химреактивами и листая журнал, принесённый Лу Боюанем.
Заметив конфеты на парте, он замер и посмотрел на Линь Цянь:
— Это что значит?
— Награда.
— Награда?
Линь Цянь кивнула:
— Учительница Линь справедлива в поощрениях и наказаниях. Сюй Шэнь, на прошлой неделе ты выполнил часть заданий и показал прогресс. Вот твоя награда.
Сюй Шэнь приподнял бровь:
— И всего-то две конфеты?
— А что в них такого? Очень вкусные!
— Тогда ешь сама.
— Нет, это тебе. — Линь Цянь говорила совершенно серьёзно.
Дорогие подарки её карманных денег не потянули бы, а конфеты и вкусные, и недорогие — идеальный вариант!
— А можно другую награду?
— Сюй Шэнь, не зазнавайся!
Увидев, как она снова надула щёки, Сюй Шэнь усмехнулся:
— Ладно, тогда приберегу.
— Приберегу?
Линь Цянь не поняла, но тут прозвенел звонок на утреннее чтение, и разговор так и не состоялся.
Хотя Сюй Шэнь и ворчал, после утреннего чтения он всё же распаковал одну конфету и, держа её во рту, продолжил листать книгу.
Лу Боюань был поражён.
Он не видел, как утром Линь Цянь дала Сюй Шэню конфеты, и подумал, что тот купил их сам.
— Эй, с чего вдруг решил купить леденцы? — спросил он, протягивая руку, чтобы взять одну.
Сюй Шэнь быстро отбил его руку и спрятал конфету в карман.
— Да ладно тебе, братан! Не делиться хорошим с другом — это не по-братски!
— Линь Цянь, объясни ему.
Линь Цянь только что отложила ручку и сначала не поняла:
— Объяснить что?
Лу Боюань сразу почуял подвох:
— Он купил леденцы и не даёт мне попробовать!
Линь Цянь секунду посмотрела на Лу Боюаня, потом перевела взгляд на Сюй Шэня и не выдержала:
— Это я купила. Награда за то, что он хоть немного сделал домашку. Хотя и совсем чуть-чуть, но всё же прогресс.
— Вот оно что! — воскликнул Лу Боюань. — Сюй Шэнь, с тобой явно что-то не так!
Он уже собирался расспросить подробнее, но тут раздался другой голос:
— Линь Цянь, можно спросить, как ты решила эту задачу?
Она подняла глаза. Это был Чжун Имин, державший в руках вчерашнюю контрольную по физике и указывавший на последнюю задачу.
— У меня получился ответ, но решение получилось слишком громоздким, да и использовал я какие-то нетипичные математические приёмы. Наверное, есть способ проще.
Чжун Имин слегка поправил очки, выглядя ещё более вежливым и учёным.
Линь Цянь помнила эту контрольную и сразу нашла свой вариант.
— Дай посмотрю, как ты решил.
Она взяла его работу, и Чжун Имин без лишних слов переставил свободный стул и сел рядом, в проходе.
Сюй Шэнь перестал листать журнал и, держа во рту конфету, уставился на Чжун Имина.
Лу Боюань переводил взгляд с одного на другого, потом на Линь Цянь — и на лице его расплылась злорадная ухмылка.
Вот и нашлась твоя Кассандра, дружище! Ха-ха!
*
Последние задачи в контрольных обычно самые сложные. Хотя перемена после утреннего чтения чуть длиннее обычных, десяти минут хватило лишь на то, чтобы Линь Цянь и Чжун Имин не успели закончить объяснение. А Сюй Шэнь, молча наблюдавший за ними, вдруг почувствовал раздражение.
Он ткнул Линь Цянь в плечо:
— Я задачу не понял.
— Подожди, сейчас объясню, — сказала она, не отрываясь от разговора с Чжун Имином.
— Сейчас объясни. Я не понял сейчас.
— Ну ладно, подожди чуть-чуть. Кажется, твой способ тоже подходит.
Сюй Шэнь ещё больше нахмурился. Он вытащил из какого-то укромного уголка математическую контрольную, даже не глянул в неё и, дёрнув Линь Цянь за рукав, ткнул пальцем в задачу:
— Эту не понял. Объясни.
— Да, точно! Так и должно быть, — кивнула Линь Цянь Чжун Имину и бросила взгляд на задачу Сюй Шэня. — Какую не понял?
— Вот эту.
Чжун Имин встал, вернул стул на место и посмотрел на Сюй Шэня.
Тот не отвёл взгляда. Хотя Чжун Имин стоял, а Сюй Шэнь сидел, последний, казалось, обладал куда более сильной харизмой.
Чжун Имин почувствовал холодок в спине.
— Спасибо, Линь Цянь, я пойду, — сказал он.
— Угу, — машинально ответила Линь Цянь, уже разглядывая задачу.
Как только Чжун Имин ушёл, раздражение Сюй Шэня немного улеглось. Разве нельзя было объяснить за две минуты? Зачем тянуть целых десять?
Но тут Линь Цянь тихонько фыркнула:
— Сюй Шэнь, неужели ты правда не умеешь решать такие задачи?
— Какие задачи? — не понял он.
Линь Цянь удивлённо посмотрела на него:
— Да ту, которую сам же просил объяснить!
Сюй Шэнь наконец опустил глаза на лист. Ого! Он наугад ткнул пальцем в простейшее упражнение на подстановку функции.
— Я… — почувствовав, что она насмехается, Сюй Шэнь снова разозлился. — Я просто наугад показал.
— Наугад? И так спокойно заявляешь?
Линь Цянь аж задохнулась от возмущения:
— Ты совсем с ума сошёл? Думаешь, мне нечем заняться?
— Похоже, у тебя полно времени.
— Сам ты бездельник! — фыркнула Линь Цянь и отвернулась.
*
Сюй Шэнь и сам не знал, почему постоянно выводит Линь Цянь из себя. Когда говорит, думает только о том, как бы ей перечить, а как только разозлит — тут же жалеет, что перегнул палку.
Он некоторое время смотрел на неё, пока не прозвенел звонок. Тогда он снова достал книгу и начал читать.
На этом уроке должна была быть английская грамматика, но учительница внезапно заболела, и староста класса объявила, что первые десять минут все могут заниматься самостоятельно — она скоро придёт.
Линь Цянь тайком бросила взгляд на Сюй Шэня.
Она ведь помнила о своём плане по его «исправлению» и хотела нахмуриться, чтобы заставить его открыть учебник английского.
Но как только её глаза упали на книгу в его руках, она сразу отвлеклась.
— Что ты читаешь? — тихо спросила она, наклоняясь поближе.
Автор хотел сказать:
Сюй Шэнь: Да, именно так, я всегда такой наглый.
Линь Цянь: →_→
Сюй Шэнь бросил на неё взгляд:
— Ту самую, которую ты тогда отобрала.
Линь Цянь замерла. Зачем он напоминает об этой неловкой сцене!
Она подняла глаза и увидела лукавую искорку в его взгляде.
— Не думала, что ты тоже можешь так дорожить книгой, — пробормотала она.
Сюй Шэнь ничего не ответил. Он закрыл книгу, положил на парту и аккуратно подвинул к ней.
Линь Цянь взглянула на обложку. Четыре крупных слова: «Краткая история времени».
Она удивилась: во-первых, у Сюй Шэня вообще есть такая книга, а во-вторых, он её читает.
— Ты всё это время читал именно её?
— Как видишь.
Линь Цянь осторожно взяла за уголок обложки и открыла. Но, увидев надпись на форзаце, тут же захлопнула том.
— Прости, я не знала, что там что-то написано. Я не хотела…
На форзаце красивым скорописным почерком было выведено несколько строк. Это явно не почерк Сюй Шэня. Линь Цянь почувствовала вину за то, что случайно увидела личное послание, адресованное ему.
Сюй Шэнь, однако, не придал этому значения:
— Читай. Это дедушка написал.
Не то чтобы это было любовное письмо.
— Твой дедушка? — Линь Цянь заинтересовалась ещё больше.
О нём ходило множество слухов, но о его семье почти ничего не было известно, кроме того, что отец владеет компанией и семья очень состоятельная.
— Можно посмотреть?
Сюй Шэнь пожал плечами, как бы говоря: «Пожалуйста, не стесняйся».
Линь Цянь осторожно раскрыла книгу.
Почерк дедушки Сюй Шэня был изящным, но в то же время полным силы. Пробежав глазами по строкам, она наконец поняла, почему в прошлый раз Сюй Шэнь так отчаянно пытался вернуть себе эту книгу.
Это был подарок дедушки Сюй Шэню на десятилетие — значит, книге уже семь-восемь лет. Несмотря на лёгкую потёртость, она хранилась в идеальном состоянии, что ясно говорило: для Сюй Шэня это не просто книга.
Линь Цянь опустила голову, чувствуя вину. В прошлый раз она поступила импульсивно и не подумала, насколько этот предмет для него важен. Теперь ей стало по-настоящему стыдно.
http://bllate.org/book/5313/525743
Готово:
