Готовый перевод Only Spoiling, Not Loving / Только баловать, но не любить: Глава 16

☆ 18. Покупка подарка

Ли Кэйи думала, что, услышав такой ответ Ван Цзыци, почувствует боль или разозлится и начнёт упрекать его в несдержанном обещании. Однако к своему удивлению, она осталась совершенно спокойной — даже сердце не дрогнуло, билось ровно, будто ничего не случилось.

Нань Синкуо тут же выпрямился и радостно хлопнул ладонью по столу:

— Правда?

От удара кофейные чашки на столе задрожали и зазвенели.

Ван Цзыци осторожно поправил покосившуюся чашку, мягко покачал головой и, подбирая слова, сказал:

— Думаю, пока можно просто дружить. Если в будущем окажется, что мы действительно подходим друг другу, тогда и поговорим о более серьёзных отношениях.

Ли Кэйсюнь с интересом посмотрела на Ван Цзыци. Тот, сам того не замечая, понизил голос и, всё так же осторожно подбирая слова, продолжил:

— Просто… она мне не неприятна. — Он перевёл взгляд. — В отличие от тех, кого ты знакомила раньше — те были совершенно не подходящие. А она… в целом, работа, жизненный путь — всё довольно совпадает.

Он спокойно анализировал совместимость их жизненных обстоятельств, будто речь шла о ком-то постороннем.

— К тому же у неё хорошие отношения с тобой, Кэйсюнь. В общем, это вполне возможный вариант для будущего развития.

Для Ван Цзыци, который до сих пор находил всевозможные отговорки, чтобы избежать свиданий, согласие просто дружить, а не сразу сбежать от девушки, уже стало огромным шагом вперёд. Нань Синкуо расплылся в улыбке, будто Ван Цзыци завтра же собирался жениться.

Он похлопал Ван Цзыци по плечу:

— Отлично! Значит, я больше не буду устраивать тебе свидания, и маме тоже скажу.

— Ты правда обратился к моей приёмной маме? — Ван Цзыци был потрясён.

Нань Синкуо закатил глаза:

— Ты думаешь, я шутил? Я всерьёз хочу, чтобы ты побыстрее женился. Сам подумай, сколько тебе уже лет?

— Ладно-ладно, я двадцатидевятилетний старый холостяк, и мне срочно нужно действовать, иначе моя жизнь закончена, — сдался Ван Цзыци, вызвав у всех смех.

Так как был выходной, все, отдохнув после трудовой недели, не хотели задерживаться надолго и спешили домой, чтобы провести время вдвоём. Ли Кэйсюнь потянула Ли Кэйи к машине, предложив подвезти её до общежития. Та не стала возражать и, бросив мимолётный взгляд на Ван Цзыци, послушно села в автомобиль. Ван Цзыци смотрел, как разъезжаются машины друзей, и вдруг почувствовал редкое одиночество. Он не знал, что с ним сегодня такое — почему так остро захотелось, чтобы рядом кто-то стоял.

На самом деле Ван Цзыци давно привык быть один и даже наслаждался этой свободой. Обычно, как бы ни демонстрировали перед ним свою любовь Нань Синкуо с Ли Кэйсюнь, он оставался совершенно равнодушным. Вероятно, всё дело в том, что рядом всегда была шумная и живая Ли Кэйи.

Он утешал себя: наверное, сегодня Ли Кэйи явно проснулась не в духе и всё утро избегала разговоров с ним — оттого и появилось это чувство утраты. Лучше бы он утром не позволил ей выйти вместе с ними.

Или, может быть, всё дело в том, что сегодня он впервые всерьёз задумался о возможности будущего с Шу Лунъянь и вдруг осознал: быть вдвоём, возможно, вовсе неплохо.

Медленно дойдя до своей машины, Ван Цзыци долго не заводил двигатель, а лишь откинулся на сиденье и глубоко вздохнул. Он закрыл глаза, но яркий солнечный свет всё равно проникал сквозь веки, не давая погрузиться во тьму. И всё же перед его мысленным взором непроизвольно возникло лицо того человека.

Ясная, сияющая улыбка снова заполнила его сознание. Ван Цзыци давно привык не думать о ней. Просто он чувствовал, что в этой жизни больше никто не вызовет в нём того самого чувства «любви» — оно, вероятно, навсегда останется её исключительным достоянием.

Машинально он сжал в руке ключи. Металлический брелок был прохладным на ощупь. Ван Цзыци почти мазохистски сдавил его сильнее, пока острые грани не впились в ладонь и не вызвали боли. Только тогда он разжал пальцы.

Открыв глаза, он посмотрел на свою ладонь — кожа покраснела от нажима. Ван Цзыци будто замедлился в реакции: дождался, пока покраснение начнёт бледнеть, и лишь потом лёгкими движениями растёр ладонь. Он горько усмехнулся, потеребил переносицу и снова тяжело вздохнул.

Ли Кэйи, напротив, спокойно доехала до общежития. Ей не требовалось утешение Ли Кэйсюнь — наоборот, всю дорогу она оживлённо беседовала с Юань Чэном и Ли Кэйсюнь. Но едва оказавшись в своей комнате и усевшись за стол, она уставилась в тёмный экран компьютера, даже не сняв рюкзака. Её сознание будто замедлилось, и лишь теперь начало медленно перерабатывать услышанное слово Ван Цзыци — «хорошо».

Это слово вдруг превратилось в иглу, больно уколовшую сердце. Ли Кэйи нахмурилась. Но, видимо, игла вошла слишком глубоко — теперь почти не чувствовалось боли, лишь при каждом вдохе всё тело ныло так, что хотелось плакать.

Возможно, именно этого ощущения она всё это время искала. Если Ван Цзыци будет с кем-то другим — вот каково это.

Ли Кэйи вдруг совершенно не захотелось взрослеть. Если бы не повзрослела, она могла бы всегда быть рядом с Ван Цзыци, не боясь, что однажды его уведут у неё. Она могла бы по-прежнему верить, что однажды он обязательно женится на ней. Сейчас же вся её уверенность растаяла. Взрослеть — это плохо.

Место её стажировки находилось недалеко от «Наньдоу», и раньше она планировала, что, начав стажировку, сможет часто приходить к Ван Цзыци на обед. Но теперь Ли Кэйи боялась идти к нему — она просто не знала, как теперь с ним разговаривать. Каждый раз, вспоминая его, сердце будто перекручивали, а та игла в центре груди причиняла такую боль, что Ли Кэйи судорожно хватала ртом воздух, но горло будто сжималось комом, и дышать становилось невозможно.

Однако Ли Кэйи не искала Ван Цзыци — он сам пришёл к ней, предложив пообедать вместе под предлогом, что он и Ли Кэйсюнь хотят узнать, как у неё проходит стажировка. Отказаться было невозможно.

Ли Кэйи закончила работу немного раньше Ван Цзыци и первой пришла в «Наньдоу».

Администратор вежливо извинилась, сказав, что Ван Цзыци сейчас на совещании и никого не принимает, и предложила подождать на диванчике у стойки, подав стакан воды.

Ли Кэйи стало скучно ждать, да и каждый сотрудник, выходивший с работы через главный вход, открыто и с недоумением смотрел на неё, отчего она почувствовала себя неловко. Она начала бродить по холлу и в итоге остановилась у информационного стенда, разглядывая таблички.

На верхнем этаже, естественно, располагался кабинет председателя совета директоров, ниже — несколько конференц-залов. Одна из табличек выглядела новее остальных — цвет был чуть иной. Ли Кэйи машинально потрогала её, словно проверяя своё предположение, но вдруг её перепугал радостный голос:

— Ты как здесь?

Ли Кэйи, будто ударило током, резко отдернула руку и обернулась — это была Ши Яо, секретарь Ван Цзыци, которая как раз подходила к стойке за документами и теперь улыбалась ей.

Ли Кэйи поздоровалась и неуверенно взглянула на администратора. Ши Яо махнула рукой в сторону лестницы:

— Поднимайся! Мы уже закончили.

Ли Кэйи кивнула и, машинально оглянувшись на ту самую табличку, будто прощаясь с ней, лишь потом осознала свою глупость.

Ши Яо проследила за её взглядом и пояснила:

— Говорят, раньше там был кабинет генерального директора.

Ли Кэйи удивлённо склонила голову. Ши Яо пожала плечами и понизила голос:

— Это я слышала. Предыдущий секретарь Ван Цзыци внезапно уволился, а меня перевели из бухгалтерии. — Она показала язык и продолжила: — Говорят, когда Ван Цзыци стал генеральным директором, он провёл здесь большую реформу и перенёс бывший кабинет предшественника с этого этажа на второй. — Она указала на новую табличку конференц-зала.

Ли Кэйи отвела взгляд, боясь увидеть восхищённое выражение лица Ши Яо и не удержаться от смеха.

— Говорят также, что, будучи заместителем, он отказывался переезжать на верхний этаж, мол, хочет быть ближе к обычным сотрудникам, — продолжала Ши Яо с благоговением.

Ли Кэйи фыркнула и тут же превратила смех в кашель. Ши Яо ничего не заметила и с заботой спросила:

— Кондиционер слишком сильно дует?

— Кэйи? — к счастью, вовремя появился Ван Цзыци и окликнул её, не дав рассмеяться вновь. Он едва дал ей ответить «ага», как уже потянул за руку и увёл прочь. Ван Цзыци даже не взглянул на Ши Яо, лишь бросил на ходу невнятное «до завтра» и решительно направился к выходу, не дав ей опомниться и ответить.

Ли Кэйи полушутя, полусерьёзно вывела Ван Цзыци из здания «Наньдоу». Пройдя несколько десятков метров, он наконец отпустил её руку и остановился, поворачиваясь к ней.

Увидев его смущённое выражение лица, Ли Кэйи снова фыркнула, но, заметив его взгляд, тут же прикрыла рот ладонью, и её слова прозвучали приглушённо:

— Генеральный директор, стремящийся быть ближе к сотрудникам… Я всё же считаю, что кабинет на верхнем этаже был бы лучше.

Ван Цзыци прищурился, но в глазах заиграла улыбка:

— Не выдумывай!

Он лёгонько стукнул её по лбу.

Ли Кэйи увернулась от его пальца и с наигранной искренностью заявила:

— Правда! Только на верхнем этаже можно подчеркнуть авторитет генерального директора!

— Да ну тебя! — Ван Цзыци улыбнулся и слегка надавил ей на макушку. Ли Кэйи всё ещё тихо хихикала. Ван Цзыци сделал вид, что ему лень с ней возиться, и повёл её к ресторану. Ли Кэйи послушно шла рядом, но, заметив, что он, кажется, чем-то озабочен, ласково обняла его за руку и утешающе сказала:

— Цзыци-гэ, на самом деле боязнь высоты — это не приговор. Ничего страшного…

Она не успела договорить — Ван Цзыци снова ткнул её:

— Да ну!

Ли Кэйи не выдержала и, остановившись, согнулась от смеха. Ван Цзыци с досадой провёл рукой по её растрёпанным волосам, скрестил руки на груди и стал ждать, пока она насмеется. Лишь когда та немного успокоилась, он сказал:

— Пойдём, Кэйсюнь уже ждёт.

— Цзыци-гэ, — Ли Кэйи не двинулась с места и, подбирая слова, не зная, чего боится, осторожно спросила: — А как прошло… свидание с Шу-цзецзе?

Брови Ван Цзыци тут же нахмурились. Он несколько секунд изучал её лицо, прежде чем ответить с обидой в голосе:

— Не надо быть такой же, как Синкуо, и всё время напоминать мне о свиданиях и знакомствах, ладно?

Ли Кэйи растерянно смотрела в его глаза, похожие на спокойное озеро, и не знала, что ответить.

— Я не напоминаю.

— Как это не напоминаешь? — обиженно возразил Ван Цзыци, и Ли Кэйи снова захихикала.

Увидев её смех, он тоже улыбнулся и, глядя ей прямо в глаза, медленно и нежно провёл рукой по её волосам.

Ли Кэйи, чувствуя прикосновение его ладони к лицу, невольно подняла глаза и встретилась с его взглядом.

Ван Цзыци склонился ближе, глядя на неё. Ли Кэйи не была уверена, не показалось ли ей, но в его тёмных глазах вспыхнул тот же редкий свет, с каким он смотрел на Шу Лунъянь. Сердце Ли Кэйи заколотилось безудержно.

☆ 19. Не обращай на него внимания

Ли Кэйи вздрогнула от неожиданности и инстинктивно попыталась вырваться, но Мин Пинъе крепко держал её за руку, не давая вырваться. Она отступила на шаг, явно удивлённая.

Сам Мин Пинъе тоже осознал, что поступил импульсивно: на его бледных щеках проступил лёгкий румянец. Он поспешно отпустил её:

— Я… — Мин Пинъе слегка кашлянул. Его голос, обычно уверенный и звонкий, теперь дрожал: — Ты уже в хорошем настроении? Ну и славно.

— Ага… — Ли Кэйи тоже покраснела. — Спасибо.

Румянец на лице Мин Пинъе становился всё ярче. Осознав это, он быстро отвернулся и пошёл вперёд. Ли Кэйи ускорила шаг, чтобы не отстать.

Она вспомнила: ранее, поскольку Мин Пинъе был единственным парнем в их группе, они просто дружили, и Ли Кэйи никогда не воспринимала его как мужчину — для неё он был таким же, как Ван Ай. Но сейчас, когда он так крепко схватил её за руку, и особенно вспомнив, как она вставала на цыпочки, чтобы поддержать его, и явственно ощущала его мускулы, Ли Кэйи впервые осознала, что он — представитель противоположного пола.

Её лицо вдруг вспыхнуло жаром. Теперь она поняла, почему Мин Пинъе всё время краснел в магазине. От этой мысли её щёки раскраснелись ещё сильнее, и она почувствовала себя неловко.

Оба молча смотрели вперёд и некоторое время бессмысленно шли по торговому центру, пока жар постепенно не сошёл, и их лица не вернулись к обычному цвету.

http://bllate.org/book/5255/521286