Готовый перевод The Demi-God Is Fierce and Fearless / Полубогиня — свирепая и неустрашимая: Глава 11

Хуан Юй всё больше раздражался:

— Раньше он работал с девяти до пяти и строго соблюдал распорядок дня. А теперь спит днём, а ночью — бодр как никогда! Сначала я подумал, что просто не перестроился после перелёта из Америки, но прошло уже полмесяца, а ничего не меняется. Да и характер совсем другой: то и дело бормочет на иностранном языке, выдаёт целые потоки букв. Я водил его к нескольким местным колдуньям и даосским мастерам — все как один твердят: одержания нет. Но я-то точно знаю — за ним ходит что-то нечистое.

Выслушав его, Цзи Юй тоже почувствовала неладное. В таких делах Хуан Юй был компетентен: с детства сталкивался с подобным. Но если столько специалистов осмотрели Ван Чжаояна и никто ничего не заметил… Обычно бывает так: маг может оказаться недостаточно силён, чтобы изгнать злого духа, но сам факт одержания должен быть виден сразу.

Здесь явно что-то не так.

Было видно, как сильно нервничает Хуан Юй: всю дорогу он крутил «орхидеевый» мизинец и говорил только о своём друге. Машина быстро доехала до приморской виллы — четырёхэтажного особняка с огромными садами спереди и сзади, роскошного и внушительного. Небо ещё не начало светлеть; Цзи Юй взглянула на часы — ещё не было четырёх.

Снизу было видно, что на втором этаже горит свет в одной из комнат, оттуда доносится громкая музыка. Хуан Юй горько усмехнулся:

— Теперь Чжаоян ещё и танцами увлёкся. Думаю, эта нечисть прилипла к нему прямо в Америке — наверняка какая-нибудь блондинка с пышной грудью и широкими бёдрами.

— Поднимемся, посмотрим.

На втором этаже музыка стала ещё громче. Хуан Юй остановился у двери, сжал ручку, но тут же отпустил её, колеблясь.

— Что случилось? — спросила Цзи Юй.

— Он… сейчас в плохом настроении. Если вдруг обидит тебя — не держи зла. Заранее прошу прощения за него.

— При одержании резкая перемена характера — обычное дело.

Она толкнула дверь. В комнате стоял мужчина в белом халате: в одной руке сигарета, в другой — бутылка красного вина. Он смотрел в окно.

— Сяо Хуан, кто эта женщина, которую ты привёл? — голос его звучал спокойно, но резкое движение, с которым он вдавил окурок в пепельницу, выдавало раздражение.

Лицо Хуан Юя потемнело, но он тут же испугался, что Ван Чжаоян рассердится ещё больше, и, слегка ссутулившись, зашёл в комнату вместе с Цзи Юй:

— Чжаоян, не злись. Это моя подруга Цзи Юй, помнишь, я тебе рассказывал? Бывшая владелица кофейни в здании моей компании — та самая красавица.

Ван Чжаоян даже не обернулся, продолжая смотреть в окно. Наступила пауза, потом он произнёс:

— Ты знаешь, мне не нравится, когда ты общаешься с другими женщинами.

— Чжаоян… — Хуан Юй подошёл ближе и положил руку ему на плечо. — Ты плохо себя чувствуешь в последнее время, я очень переживаю. Моя подруга — не простая женщина, возможно, она сможет…

— Сможет что?! — резко оборвал его Ван Чжаоян. — Уходите. Со мной всё в порядке.

Раньше Цзи Юй лишь подозревала, что между Хуан Юем и его другом что-то большее, чем дружба. Теперь она была уверена: они любовники. По тому, как Хуан Юй себя вёл, любой понял бы, как сильно он привязан к Ван Чжаояну.

Лицо Хуан Юя побледнело от разочарования и тревоги. Он вышел из комнаты вместе с Цзи Юй.

Едва захлопнулась дверь, он тут же спросил:

— Ну как? Одиночное одержание?

— Да, — ответила Цзи Юй без тени сомнения. — И не одно.

— Что?! — Хуан Юй чуть не схватился за голову. — Как это «не одно»? Неужели теперь одержание продают оптом?!

— Пока не волнуйся. Эти духи действительно особенные. Они не вселяются в тело напрямую, а прикрепляются к его духовному сознанию. То есть Ван Чжаоян сам заключил с ними некий договор, добровольно согласившись на союз.

Хуан Юй начал понимать:

— Получается, Чжаоян сам этого захотел?

Цзи Юй кивнула:

— Именно так. Если сейчас насильно разорвать этот договор и прогнать духов, это серьёзно сократит жизнь Ван Чжаояна. Чтобы избавиться от них, нужно знать условия сделки. Он ничего не рассказывал тебе о том, что происходило с ним за границей?

— Нет. Он ездил в Америку один, без сопровождения.

— Может, спрошу у него сам? — предложил Хуан Юй.

Цзи Юй покачала головой:

— Не стоит. Сейчас духи настороже — всё равно ничего не добьёшься.

У Хуан Юя навернулись слёзы:

— Тогда что делать?

— Ты говорил, он днём спит? Значит, дождёмся, пока уснёт, и тогда зададим вопросы.

— А как можно спрашивать спящего?

Цзи Юй устало потерла шею:

— Будем спрашивать духов.

Хуан Юя пробрал озноб.

Цзи Юй ушла отдыхать и проснулась уже в полдень. Хуан Юй велел слугам приготовить богатый обед, и они сели за стол. Сначала он не мог понять, зачем Цзи Юй уехала в деревню открывать агроусадьбу: ведь все стремятся в город, где всё удобно и легко найти парня, особенно такой успешной кофешнице. Но, увидев фотографии и послушав рассказы Цзи Юй о выращивании фруктов и овощей, Хуан Юй передумал и захотел сам побывать на её усадьбе, чтобы ощутить прелесть природы.

Он открыто рассказал о своих отношениях с Ван Чжаояном. Они познакомились случайно на показе мод и влюбились с первого взгляда. Поскольку однополая любовь в обществе не принята, Хуан Юй ушёл с прежней работы и переехал в Хайкоу, где занялся дизайном, чтобы жить с Чжаояном. Тот был способным, трудолюбивым и заботливым. Говоря об этом, Хуан Юй сиял от счастья, но тут же снова нахмурился, вспомнив о нынешнем состоянии любимого.

В час дня, когда солнце палило особенно жарко, Цзи Юй вошла в спальню Ван Чжаояна. В комнате царила полутьма, воздух был пропитан тяжёлым запахом табака и вина. Хуан Юй собрался распахнуть шторы и окна, но Цзи Юй остановила его и включила свет.

Ван Чжаоян, лежавший на диване, открыл глаза и раздражённо бросил:

— Вон отсюда! Оба вон!

Цзи Юй взмахнула рукой — золотой оберег прилип ко лбу Ван Чжаояна. Тот начал судорожно корчиться, изо рта посыпались невнятные звуки. Хуан Юй побледнел от страха.

— Цзи Юй, родная моя Цзи Юй! Только не сделай моего Чжаояна глупцом! От твоих рук зависит вся моя дальнейшая жизнь!

Цзи Юй хлопнула в ладоши и указала вперёд:

— Эй, ты! Не убегай! Все стройтесь в очередь. Кто нарушит порядок — отправлю в вечное небытие! Быстро выходите из тела! Вам не стыдно, что так теснитесь в одном человеке? Не толкайтесь! Ты, длинноволосый, да, именно ты!

Она схватила ближайшую бутылку вина и замахнулась:

— Именно ты! Ещё раз сверкнёшь глазами — разнесу тебя в щепки!

Хуан Юй дрожал всем телом, еле слышно причитая:

— Что происходит? Не растянет ли его на части? Сколько их там ещё? Поезд уже давно прошёл!

Цзи Юй нарисовала оберег у него на лбу. Хуан Юй увидел открывшуюся картину и рухнул на пол, готовый расплакаться. Вся комната была забита духами — чёрнокожие, белокожие, мужчины и женщины.

Теперь он понял: Цзи Юй специально выбрала это время. На улице слишком яркое солнце — духи не могут выйти, иначе их сожжёт насмерть.

Цзи Юй ткнула пальцем:

— Ты, симпатичный парень с жёлтыми волосами и большими глазами! Считай, сколько их всего, и запоминай каждого. Если кого-то не хватит — ответишь головой. Справишься — получишь награду от старшей сестры.

Иностранец широко раскрыл глаза, совершенно растерянный.

Цзи Юй встала:

— You, count, how many? Понял?

Парень кивнул — эти слова он понял:

— Я, ок.

Пока он считал, Цзи Юй возмущённо обратилась к остальным:

— Вам не стыдно? Столько вас влезло в одного человека!

Духи выглядели озадаченными — очевидно, не понимали ни слова. Хуан Юй, знавший английский, стал переводить. В конце концов он провёл пальцем по шее и пригрозил:

— Говорите правду! Иначе вам конец!

В комнате находилось более ста духов, трое даже болтались на люстре. Они загалдели, и общая картина постепенно прояснилась.

Ван Чжаоян увлекался коллекционированием камней. Во время отпуска на одном из американских пляжей он нашёл необычайно красивый чёрный камень и положил его в карман. Ночью в отеле он достал камень и любовался им — тот казался всё прекраснее и прекраснее. Всю неделю командировки Чжаоян не расставался с камнем.

Однажды вечером, возвращаясь с вечеринки друзей, он попал в аварию. Сначала он подумал, что это просто ДТП, но из другой машины выскочили двое в масках, разбили стекло прикладом и приставили холодный ствол к его виску:

— Твой друг хочет, чтобы ты умер.

В тот момент, когда Ван Чжаоян уже решил, что ему конец, в ушах прозвучал голос:

— Я могу спасти тебя, но взамен ты должен отдать мне своё тело.

На грани жизни и смерти Чжаоян не задумываясь согласился. Потом всё потемнело, и он потерял сознание. Очнулся он на том самом пляже, где поднял камень. Его машина стояла рядом, целая и невредимая, а второй автомобиль и нападавшие исчезли бесследно.

— Выходит, именно эти духи спасли Чжаояна, — дрожащим голосом сказал Хуан Юй и перевёл слова Цзи Юй.

Несколько духов продолжали болтать:

— Мы просто пользуемся его телом, чтобы наслаждаться жизнью. Как только наиграемся — вернём ему обратно.

Цзи Юй закинула ногу на ногу и кивнула с видом одобрения:

— Какие же вы добрые… Да ну его! Продолжайте в том же духе — и Чжаоян проживёт максимум ещё неделю. Вы высосете его душу и запрете её в этом камне, превратив в одного из вас. А потом пойдёте искать следующего носителя.

Хуан Юй в ужасе посмотрел на Цзи Юй — ноги снова подкосились:

— Правда… правда?

Цзи Юй вытащила оберег для перерождения и хлопнула им по бедру:

— Ваши души заперты в этом камне уже неизвестно сколько веков — у вас даже шанса на перерождение нет. Вот оберег, который дарует вам новую жизнь. Но сначала я хочу знать всю правду и способ разорвать договор с Ван Чжаояном.

Хуан Юй ещё не успел перевести, как духи начали бушевать. Некоторые из них были заточены в камне сотни лет и уже не надеялись когда-либо переродиться. Возможность ускользнуть из вечного плена свела их с ума.

Цзи Юй сделала печать — по комнате разлилось золотое сияние, и все духи оказались скованы им, не в силах пошевелиться.

— У вас один шанс. Кто попытается обмануть — немедленно исчезнет в прах.

Молодой иностранец, которого она назначила считать, вдруг закричал:

— Я расскажу!

Цзи Юй и Хуан Юй одновременно обернулись к нему. Откуда вдруг кантонский диалект?

— Ты что, по-китайски говоришь?

Парень ответил:

— Чуть-чуть! Раньше немного кантонского учил.

— А сейчас притворялся, что не понимаешь? — прищурилась Цзи Юй.

— Обидно! — воскликнул он. — Путунхуа не понимаю, английский — чуть-чуть. Ладно, сейчас всё расскажу!

— Признание смягчает вину, упорство усугубляет её. Раскаетесь — станете новыми людьми, — сказала Цзи Юй, ударив дубиной с шипами об пол так, что тот треснул. — Говори!

Парень, смешивая кантонский и английский, объяснил всё.

Давным-давно у того берега произошла крупная морская катастрофа. Блуждающие души погибших моряков не могли переродиться и укрылись в камнях. Сотни лет они жили в заточении, и со временем их становилось всё больше. Жизнь в камне была невыносимо одинокой, и они мечтали хоть раз снова почувствовать человеческое тело и вкус земных удовольствий. Поэтому они искали подходящего носителя.

Та «попытка убийства» — их излюбленная уловка, иллюзия. Всё было инсценировано, чтобы заставить Ван Чжаояна добровольно заключить договор. Прикрепившись к его духовному сознанию, они питались его жизненной энергией, наслаждаясь земными радостями. Когда носитель умирал, его душа тоже оказывалась запертой в камне, а духи отправлялись на поиски следующей жертвы.

Хуан Юй рухнул на пол:

— Боже мой! Я ещё думал, какие вы добрые… А вы оказались злыми, эгоистичными и опасными!

Цзи Юй положила руку ему на плечо и спросила:

— Вы настоящие мошенники. Наврали ему про убийц, заставили согласиться… Совесть у вас совсем пропала! Говорите, как разорвать договор.

Парень ответил:

— Нас здесь сто десять. Если все единогласно исключим его из числа носителей — договор будет расторгнут.

«Чёрт!» — подумала Цзи Юй. Все взрослые умеют считать — один оберег явно не хватит.

И правда, лица остальных духов сияли от радости, и они зашептались. Переводить не требовалось — Цзи Юй и так поняла: все хотят оберег для перерождения.

Нарисовать сто оберегов — руку свести можно. Да и прощать им так просто, после всего, что они натворили, ей не хотелось. Лучше вызвать стражей Преисподней и отправить эту нечисть на суд в загробный мир.

http://bllate.org/book/5051/504161