Девушкам — заниматься такой «оздоровительной» косметологией, а мужчинам за этим следовать — просто лишнее.
Разобравшись со своими делами, Хуо Ци всё ещё молчал. Цзян Вэньсинь уже не обращала на него внимания: покачивая плетёной сумочкой, она направилась к розовому зданию салона красоты и коррекции фигуры «Тина Бьюти».
Хуо Ци остался стоять у обочины, глядя на её удаляющуюся спину, по которой едва колыхалась юбка. Его брови слегка сдвинулись, он глубоко вздохнул — и всё же последовал за ней.
Если бы он оставил её одну в этом салоне и уехал домой, дедушка точно рассердился бы.
Салон «Тина Бьюти» был единственным в Чуньчуане, который хоть как-то можно было назвать «официальным». Он работал уже больше трёх лет, так что по местным меркам считался вполне авторитетным заведением — во всяком случае, не какой-нибудь новичок.
Однако женщин в городе, готовых тратить деньги на уход за собой, было крайне мало, поэтому, несмотря на долгий срок работы, «Тина Бьюти» оставался довольно пустынным. Всего здесь трудилось пять сотрудников, включая саму хозяйку.
Цзян Вэньсинь открыла дверь, и Шэнь Бинлань, сидевшая за стойкой и листавшая телефон, сразу оживилась. Она быстро поднялась и с широкой улыбкой вышла навстречу. За всё время работы салона это была первая посетительница, которая произвела на неё такое впечатление — изысканная, красивая, с настоящей аурой благородства.
Более того, благодаря многолетнему опыту работы в крупных городах, где она начинала карьеру простой косметологом, Шэнь Бинлань обладала острым глазом на людей. Сразу поняла: эта девушка явно «из высшего общества» — либо богата, либо из знатной семьи.
— Красавица, вы хотите уход за лицом или телом? — спросила Шэнь Бинлань, подходя к Цзян Вэньсинь и внимательно разглядывая её лицо.
Мысленно она невольно восхитилась: кожа этой девушки действительно прекрасна — белоснежная, нежная, с лёгким розовым отливом. Такая прозрачная текстура явно говорит о том, что за ней годами ухаживали.
— У вас есть какие-нибудь лучшие процедуры для тела? — Цзян Вэньсинь сняла солнечную шляпку и быстро осмотрелась. Интерьер салона, хоть и яркий, но общий уровень и качество оформления были явно ниже среднего — даже скорее плохие. Ничего общего с теми элитными спа-салонами, куда она обычно ходила.
Но других вариантов в городе не было, так что, как бы ни раздражало её это место, пришлось смириться. Главное, чтобы процедуры не оказались слишком примитивными.
Пока Цзян Вэньсинь про себя критиковала заведение, Шэнь Бинлань, услышав слово «лучшие», радостно улыбнулась и начала расхваливать свои услуги:
— Красавица, вы явно разбираетесь в этом! Сегодня вам повезло — вы попали прямо в нужное место. У нас есть потрясающие средства. На прошлой неделе я привезла из города новейший аппарат для фототерапии и омоложения кожи. После него ваша кожа станет гладкой и нежной с головы до пят, как у младенца — просто невероятно мягкой!
Шэнь Бинлань говорила и одновременно протянула рекламные брошюры. Цзян Вэньсинь, конечно, не верила таким преувеличениям, но всё же взяла три листочка и начала просматривать. Только она раскрыла первый, как дверь со звоном открылась — вошёл Хуо Ци.
Шэнь Бинлань его узнала сразу и с восторгом воскликнула:
— Ой, да это же редкий гость! Сам молодой господин Хуо! Пришли на процедуры?
Шэнь Бинлань родилась и выросла в Чуньчуане, поэтому семья Хуо, обладавшая «выдающимся» положением в городе, была ей знакома до мельчайших подробностей. Особенно сын главы города — знаменитый своей внешностью и образованностью. Как же она могла его не знать?
Не зря соседние деревни шутили, что у Чуньчуаня две гордости: алмазы и Хуо Ци. Хуо Ци — настоящее лицо их городка, и это не преувеличение.
Раньше сваты со всей округи чуть ли не износили порог дома Хуо, пытаясь договориться о браке для него. Но ничего не вышло. А недавно вдруг стало известно, что он тихо женился и привёл жену домой.
Только вот жена ни разу не выходила на улицу — никто до сих пор не видел, как она выглядит. Красива или нет? Высокая или низкая? И красивее ли она Сун Наньчжи из семьи Сун?
Если нет — то это настоящая жалость для такого красавца, как Хуо Ци.
Шэнь Бинлань говорила с воодушевлением, но Хуо Ци лишь бросил на неё короткий взгляд, а затем перевёл взгляд на Цзян Вэньсинь.
— Нет, — коротко ответил он.
Цзян Вэньсинь, услышав его голос, обернулась и удивилась:
— Хуо Ци, ты зачем сюда пришёл?
На самом деле, она хотела сказать: «Зачем ты вообще пошёл за мной?»
Хуо Ци не собирался объяснять причину своего появления и просто перебил её:
— Когда ты закончишь?
Их манера общения вызвала у Шэнь Бинлань подозрения: неужели эта красавица — новая жена Хуо Ци? Неудивительно, что, когда та вошла, она сразу почувствовала — эта девушка явно не местная. Её речь и одежда напоминали тех богатых клиенток, с которыми она работала в больших городах.
— Я ещё не начинала, не знаю, сколько займёт, — ответила Цзян Вэньсинь, продолжая просматривать брошюру о «фототерапии». Эта процедура была популярна в прошлом году, но в этом уже вышла из моды — сейчас в тренде технология омоложения с золотой фольгой и резонансом. Но в таком провинциальном городке вряд ли успевают за мировыми тенденциями. Придётся довольствоваться тем, что есть.
Она закрыла брошюру и сказала Шэнь Бинлань:
— Хозяйка, запишите меня на эту процедуру.
— Отлично! — Шэнь Бинлань улыбнулась, отложив свои сомнения. В конце концов, платящий клиент — бог, и его надо обслужить как следует.
— А сколько это займёт времени? — спросил Хуо Ци, стоявший позади них.
— Примерно час, — ответила Шэнь Бинлань.
Услышав это, Хуо Ци слегка нахмурился. Он никогда не любил ждать. Разве что в старших классах школы — тогда он ждал её. А так — никого.
— Если не можешь ждать, уезжай, — сказала Цзян Вэньсинь, бросив на мужчину мимолётный взгляд и слегка надув губы.
Она надеялась, что он уйдёт. Ей совершенно не хотелось, чтобы мужчина ждал её во время процедуры по уходу за телом — особенно такой, который «не из её круга». Это вызывало странное чувство тревоги.
Однако к её удивлению, Хуо Ци сказал:
— Иди делай. Я подожду.
Цзян Вэньсинь только «охнула» про себя. Да, Хуо Ци действительно очень предан дедушке — даже если терпеть не может её, ради старика готов ждать.
Она никогда не питала иллюзий, будто Хуо Ци испытывает к ней какие-то чувства. С первой же ночи после свадьбы они договорились: пока она будет хорошо ухаживать за дедушкой, он даст ей развод и отпустит из этого места. Значит, и сегодня он сопровождает её исключительно по требованию деда. Всё, что он обещал — всё ради старика Хуо. А не ради неё.
Она пожала плечами:
— Ну ладно, хочешь ждать — жди.
Повернувшись к Шэнь Бинлань, добавила:
— Пойдёмте начнём.
— Конечно! — та тут же согласилась и, позвав девушку-косметолога с ресепшена, велела ей позаботиться о Хуо Ци. Убедившись, что всё устроено, она повела Цзян Вэньсинь наверх, во второй этаж.
Пока Цзян Вэньсинь шла на процедуру, Хуо Ци потер переносицу и сел на диван у входа.
Девушка-косметолог подошла к кулеру, налила стакан горячей воды и, немного покраснев, протянула ему:
— Выпейте… водички.
Хуо Ци был слишком красив — достаточно было взглянуть на него пару раз, чтобы почувствовать лёгкое головокружение, будто ударило током.
— Спасибо, — вежливо поблагодарил он, не замечая её смущения, и, немного посидев с чашкой в руке, поставил её на столик и начал звонить сотрудникам своей проектной студии на руднике.
Он интересовался прогрессом по проекту для ювелирной компании «Маклинсис». Эту команду специалистов он привёз из головного офиса за границей, чтобы чаще быть рядом с дедушкой.
После звонка его ассистент немедленно отправил в рабочую группу первые эскизы проекта.
Хуо Ци открыл изображения, внимательно просмотрел каждый чертёж, отметил ошибки и отправил обратно в чат с указанием доработать.
...
На втором этаже, в VIP-кабинете, Шэнь Бинлань лично занялась процедурой.
Цзян Вэньсинь ловко спустила бретельки платья до пояса, сняла бюстгальтер и легла на кушетку спиной вверх, давая хозяйке начать с массажа спины.
Шэнь Бинлань включила аппарат, налила немного масла на ладони, разогрела его и начала массировать.
— Силу регулировать нормально? — спросила она.
Цзян Вэньсинь кивнула. Массаж доставлял настоящее удовольствие, и она полуприкрыла глаза:
— Нормально.
Хотя уровень салона оставлял желать лучшего, техника хозяйки оказалась действительно профессиональной.
— Красавица, вы жена Хуо Ци? — не выдержав, осторожно спросила Шэнь Бинлань через несколько минут.
Цзян Вэньсинь, наслаждаясь массажем, лениво пробормотала:
— Мм… да.
Так она и есть жена Хуо Ци!
Шэнь Бинлань внутренне изумилась, а потом начала льстить:
— Вам так повезло! Жениться в дом Хуо — большая удача. Знайте, как только Хуо Ци исполнилось восемнадцать, сваты со всей округи посыпались к его дому! Он всегда был нарасхват. А вам удалось его заполучить — вы настоящая счастливица!
Похвалы в адрес Хуо Ци не произвели на Цзян Вэньсинь никакого впечатления — она восприняла их как лёгкий ветерок в ухо. Ведь даже если его расхваливать до небес, он всё равно не её. Какое ей до этого дело?
— Э-э… — Шэнь Бинлань, увидев полное безразличие, смутилась и замолчала, сосредоточившись на процедуре.
Через пятнадцать минут Цзян Вэньсинь начала клевать носом. Но сон был поверхностным, и в полудрёме она услышала шёпот двух женщин в комнате:
— Лань-цзе, она правда жена Хуо Ци?
— Тс-с! Тише! Она только что уснула.
— Ой, хорошо. Но это правда?
— Да. А что?
— Ничего, просто интересно… Раньше ведь часто видели, как Хуо Ци гулял с Наньчжи. Они так хорошо смотрелись вместе… А теперь вдруг женился на другой. Честно, уже не верится в любовь.
— Голова у тебя пустая! Даже если Наньчжи и хороша, разве её семья не разорилась? Да ещё и отец-инвалид на руках… Думаешь, глава города позволил бы ей войти в дом Хуо? Любовь — любовью, но в браке важна равноправность семей!
— Я просто так сказала…
— Хватит болтать! Сходи принеси крем и маску — скоро будем накладывать.
— Хорошо.
После этого шёпот прекратился. Цзян Вэньсинь приподняла веки, потерла виски и вспомнила услышанное.
Ага… Значит, у Хуо Ци есть любимая женщина?
Часовой уход завершился, и Цзян Вэньсинь, довольная результатом, спустилась вниз вместе с Шэнь Бинлань.
В холле Хуо Ци уже почти исчерпал своё терпение. Он и не подозревал, что женские косметологические процедуры могут занимать столько времени. Но уйти он не мог. Пришлось терпеть.
Наконец, когда его терпение было на грани, она появилась. Хуо Ци моментально вскочил и подошёл к ней, с раздражением спросив:
— Закончила?
— Ага, — Цзян Вэньсинь, не замечая его раздражения, кивнула. — Готово.
— Можно идти?
— Не совсем, — Цзян Вэньсинь открыла свою плетёную сумочку, собираясь оформить карту постоянного клиента. Массаж хозяйки действительно впечатлил — решила записаться. Всё равно здесь скучно, кроме дипломного проекта делать нечего. Карта даст возможность скоротать время.
— Ты ещё что-то хочешь сделать? — Хуо Ци не понял, что она хочет оформить абонемент, и подумал, что она собирается на другую процедуру. Его брови слегка приподнялись, взгляд стал пристальным.
— Я хочу оформить карту! — Цзян Вэньсинь удивилась: почему он так грубо с ней разговаривает? Ведь это не она просила его сопровождать — он сам решил остаться.
Она уже готова была парировать: «Если не хочешь ждать — уходи, я тебя не звала», — но, взглянув на его лицо, проглотила слова. Сейчас она «пала с небес на землю», и в доме Хуо ей ещё придётся полагаться на его поддержку. Нельзя его злить.
Она смягчила выражение лица и фальшиво улыбнулась:
— Скоро всё сделаю.
Достав кошелёк, она собралась расплатиться, но Хуо Ци опередил её — протянул Шэнь Бинлань свою карту:
— Оформите ей.
Его терпение было на исходе. Если она хочет карту — пусть оформляет.
http://bllate.org/book/4472/454501
Готово:
