Готовый перевод How Are You, Is the Weather Good? / Как ты, погода хорошая?: Глава 25

Чэн Вэй вдруг вспомнил ту новость, но и не подозревал, что она как-то связана с тем проектом.

— Тот инженер в итоге покончил с собой! В чертежах проекта обнаружили серьёзные ошибки, да ещё и все выделенные на стройку государственные средства исчезли!

— Что? Самоубийство? Деньги пропали?

Дядя продолжил:

— Тот инженер был братом прежнего владельца компании «Шэнлун» и одним из её основателей. Именно он и растратил все деньги. Ты разве не подумал об этом, принимая этот проект? Да Цянь Линьшань — далеко не ангел! За эти годы под его управлением «Шэнлун» наверняка прогорела не раз!

Чэн Вэй сдержал эмоции.

— Бывшего владельца «Шэнлуна» звали Чжоу Шэн?

Он посмотрел в коридор.

— Дядя, ты знаешь, с кем встречается Янь Жань?

— С Чжоу Шэном.

Едва разговор прервался, как Янь Жань получила звонок от отца. Его голос звучал тяжело и мрачно: он требовал, чтобы она немедленно вернулась в Линьчэн, даже прибегнув к угрозам о собственном здоровье.

Чэн Вэй слушал всё это снаружи и чувствовал всё большее удовлетворение.

Когда Янь Жань вышла, он даже не потрудился скрыть насмешливую, торжествующую ухмылку на лице.

* * *

Янь Жань выложила часть вещей из чемодана обратно в шкаф, оставив лишь две-три смены одежды, и аккуратно упаковала ноутбук.

Чэн Вэй вдруг заговорил:

— Ты ещё вернёшься?

Янь Жань взглянула на него.

— Конечно.

— Ради Чжоу Шэна?

Янь Жань холодно усмехнулась:

— А ты как думаешь?

Чэн Вэй надел очки — перед глазами сразу прояснилось.

— Янь Жань, человек, который упал с небес прямо в ад… разве его душа может быть чистой? — Он смотрел ей прямо в глаза и медленно улыбнулся. — Этот парень грязен не только снаружи, но и внутри!

Янь Жань резко обернулась, схватила подушку с кровати и швырнула ему в лицо.

Чэн Вэй поймал её одной рукой.

— Может, тебе рот помыть?

К вечеру Янь Жань и Чэн Вэй покинули дом.

Дедушка, хоть и не хотел отпускать внучку, внешне ничего не показал, лишь напомнил ей беречь себя.

До Линьчэна было недалеко — всего два с лишним часа пути.

Линьчэн — город яркий и шумный, повсюду сверкают огни.

Янь Жань никогда не любила это место. Именно здесь, среди этого блеска и соблазнов, та женщина и была очарована местными мужчинами до такой степени, что бросила мужа и ребёнка.

В доме за несколько месяцев никто не убирался, хотя обстановка осталась прежней.

Чэн Вэй сказал, что дядя вернулся лишь несколько дней назад из-за дел в компании.

Янь Жань стояла в прихожей, переобулась и вошла внутрь.

Тётя, с заметным животом, ходила по кухне. Услышав шум, она выглянула и, увидев Янь Жань, тепло улыбнулась:

— Жань Жань, вернулась?

Янь Жань ответила сдержанно:

— Ага.

— Янь Чжоу! Спускайся скорее! Жань Жань приехала! — громко позвала тётя, но уже через несколько слов запыхалась и, прислонившись к шкафу, глубоко задышала.

Чэн Вэй подошёл ближе:

— Мам, всё в порядке?

— Ничего, просто отдышаться надо.

— Тогда садись, я сам приготовлю.

— … — Тётя взглянула на Янь Жань и тихо добавила: — Ладно. Там суп уже стоит, следи только, чтобы не убежал.

— Понял.

Янь Жань бросила сумку на диван и тяжело плюхнулась в кресло.

Сверху донеслись шаги.

Она обернулась.

Янь Чжоу медленно спускался по лестнице. Его лицо было мрачным, взгляд — особенно суровым. Он сел напротив Янь Жань и, бросив взгляд на Чэн Чжилань, сказал:

— Сиди спокойно, отдыхай. Не надо бегать туда-сюда и переживать понапрасну.

Янь Жань, не отрываясь, играла ногтем.

— Жань Жань, ты встречаешься с кем-то?

Прямой вопрос застал её врасплох, но она осталась невозмутимой. Быстро глянув на Чэн Вэя на кухне, она чуть приподняла уголки губ:

— Нет.

С детства она так часто врала, что отец уже давно не мог распознать её ложь. Но если Чэн Вэй наговорил на неё — тогда всё иначе. Придётся отрицать до конца.

Чэн Чжилань толкнула мужа и тихо прошептала:

— Ну что ты так серьёзно? Пусть встречается, в чём проблема? Боишься, что испугаешь девочку?

Лицо Янь Чжоу немного смягчилось.

— Жань Жань, если ты действительно встречаешься с кем-то, я не против. Просто приведи его ко мне, пусть я посмотрю, кто он.

Янь Жань продолжала теребить пальцы:

— Я же сказала: я ни с кем не встречаюсь.

Она прекрасно знала отцовские уловки.

Привести Чжоу Шэна — значит подвергнуть его унижению, как раньше. С тех самых пор, как она училась в старших классах, отец не менял своих методов, даже если внешне казался добрым и заботливым.

Янь Жань пристально посмотрела отцу в глаза и повысила голос:

— Ты вызвал меня домой только для того, чтобы спорить об этом?

Лицо Янь Чжоу мгновенно потемнело:

— Хватит мне врать!

Янь Жань поднялась, скрестила ноги и с презрением посмотрела сверху вниз на отца и тётю.

— Ладно, хочешь правду? Так вот: да, я встречаюсь. С рабочим с этой стройки — грязным, неопрятным. Пап, ты, конечно, захочешь его унизить, но… я люблю его! Понимаешь? На этот раз я действительно люблю!

— Когда ты хоть раз любила по-настоящему?! — вскочил Янь Чжоу. — С тех пор как пошла в старшую школу, ты ведёшь себя как попало, крутишь романы с кем ни попадя! Когда ты хоть раз была искренней?!

— Вот сейчас.

— Ни за что! Он не подходит! Совсем нет!

— Почему? Ты специально ждал моего возвращения, чтобы снова спорить? Чем я тебе мешаю? На каком основании ты так со мной обращаешься?

— На каком основании? — Янь Чжоу глубоко вдохнул. — Потому что это Чжоу Шэн! Именно потому, что это Чжоу Шэн — он не подходит!

Янь Жань замолчала.

Чэн Вэй стоял в дверях кухни.

Он явно не ожидал, что дядя сразу заведёт речь об этом и будет так яростно возражать. Ещё больше его удивило, что Янь Жань заявила: на этот раз всё серьёзно.

— Пап, не знаю, что ты имеешь в виду, — тихо сказала Янь Жань. — Мне всё равно, кто он такой. Я знаю одно: на этот раз — по-настоящему.

Такое выражение лица он видел у неё не раз, но никогда — когда речь шла о чувствах. Даже в тот раз, когда она хотела сбежать с другим парнем, она не смотрела на него с такой решимостью.

Янь Чжоу опустил глаза и тяжело опустился на диван.

Чэн Чжилань слегка сжала его руку:

— Поговори с ней спокойно. Не кричи сразу.

Янь Жань подняла сумку с дивана:

— Пап, я не хочу тебя умолять. Только не заставляй меня просить.

Глаза Янь Чжоу наполнились слезами.

Он с трудом сдерживался:

— Жань Жань… приведи его ко мне. Я хочу с ним поговорить.

Янь Жань посмотрела на отца. Через мгновение ответила:

— Хорошо.

Вернувшись в комнату, она легла на кровать и отправила Чжоу Шэну сообщение:

[Я дома.]

Ответа не последовало.

Она уже почти заснула, когда вдруг раздался звонок. Она быстро ответила:

— Чжоу Шэн…

Голос её был мягкий, с лёгкой обидой.

С той стороны слышался шум машин. В районе вилл почти не бывает машин. Поэтому она спросила:

— Где ты?

Чжоу Шэн только что вышел с железнодорожного вокзала. Е-цзы махал ему рукой у выхода.

Он подошёл, положил вещи в машину и ответил:

— На улице.

— Какой именно?

Чжоу Шэн посмотрел на вывеску вокзала с тремя иероглифами: «Линьчэн».

— В Линьчэне, — сказал он. — Янь Жань, завтра, как проснёшься, я приду к тебе.

Янь Жань тихо «охнула», потом рассмеялась:

— Хорошо.

Янь Чжоу стоял за дверью и услышал её смех. Он обернулся к Чэн Чжилань.

Позже, когда они вернулись в спальню и погасили свет, Янь Чжоу, лёжа, сказал жене:

— Давно я не видел Жань Жань такой счастливой…

Затем тяжело вздохнул:

— Почему именно он…

— Кто он такой?

— Чжоу Шэн. Бывший владелец «Шэнлуна». Помнишь, четыре года назад…

Чэн Чжилань некоторое время вспоминала, пока не всплыло смутное воспоминание.

— …Прошло уже столько времени. Да и Жань Жань любит его. Разве ты сможешь ей помешать?

— Да… прошло много времени. Но теперь наш сын вдруг поднял эту историю… — Янь Чжоу тяжело вздохнул и потер виски. — Чэн Вэй слишком импульсивен. Я думал, Ийчэн удержит его, а он всё равно полез в эту трясину «Шэнлуна»!

Услышав упрёк в адрес сына, Чэн Чжилань встревожилась, но не поняла смысла слов мужа.

— Янь Чжоу, что ты имеешь в виду? Что случилось с Вэем?

Янь Чжоу смотрел в темноту на потолок, закрыл глаза и долго молчал. Наконец сказал:

— Ничего. Всё в порядке…

Он успокоил жену ложью и только потом смог расслабиться.

Чжоу Шэн временно не мог вернуться в своё прежнее жильё и поэтому последовал за Е-цзы в гостиницу. Чтобы не тратить деньги друга понапрасну, он выбрал небольшую, скромную гостиницу.

— Е-цзы, как там Синь-цзы?

Е-цзы почесал затылок, потом ещё несколько раз провёл рукой по подбородку, усыпанному прыщами:

— Да как обычно. Стал ещё более замкнутым.

Чжоу Шэн задумался, затем взял рюкзак и положил его на стол.

Е-цзы стоял у двери, будто собираясь что-то сказать. Чжоу Шэн достал из рюкзака пачку денег, пересчитал и направился к нему.

— Возьми. Купи Синь-цзы что-нибудь — еды, игрушек.

Брови Е-цзы нахмурились:

— Эй, братан, ну ты даёшь! — Он явно был недоволен. Даже если у Чжоу Шэна нет денег, он сам найдёт способ купить Синь-цзы подарки. Зачем так относиться? У Чжоу Шэна и так на плечах лежит слишком много. Разве он не может справиться с такой мелочью?

— Братан, у меня и так хватает денег на такие пустяки. Оставь их себе. Иначе обидно будет — друзья так не поступают.

За окном гостиницы шумел ночной рынок уличной еды.

Чжоу Шэн смотрел на деньги в руке и всё ещё протягивал их Е-цзы.

Тот не стал настаивать. Лизнул губы и перевёл тему:

— Братан, пойдём поедим?

Не дожидаясь ответа, он сам вышел.

Через мгновение Чжоу Шэн тихо усмехнулся, убрал деньги, взял ключ от номера и последовал за ним.

Рынок был полон людей.

Они заняли свободный столик и заказали шашлычки с холодным пивом.

Выпив немного, Е-цзы вдруг заговорил о Го Цзяне.

— Братан, слышал? Эта Го Цзяна до сих пор не стыдится! Пошла к Мао-гэ и рыдает! И ведь уже второй раз замуж выходит, а всё равно такая бесстыжая!

Чжоу Шэн сжал стакан и долго молчал.

Е-цзы продолжал:

— Если бы не эта Го Цзяна с её выдумками, вы с Мао-гэ никогда бы не поссорились!

Чжоу Шэн поставил стакан, налил ещё и выпил залпом.

Е-цзы пил всё больше, говорил всё громче и в конце концов начал громко ругаться. Внезапно он уронил голову на стол и, с болью в голосе, прошептал:

— Почему Мао-гэ вдруг решил… покончить с собой…

Глаза Чжоу Шэна стали влажными.

— Е-цзы, пора идти домой.

Е-цзы жил в известном районе бараков Линьчэна. Там было грязно и неухоженно; многие дома уже снесли, но участок, где жил Е-цзы, пока оставался нетронутым.

Из канализационных труб сочилась вонючая жижа.

Чжоу Шэн осторожно ступал по лужам и помогал Е-цзы добраться до переулка. Наконец, у самого подъезда, Е-цзы вдруг оттолкнул его и, прислонившись к стене, несколько раз вырвал.

— Братан, скажу тебе одну вещь.

Чжоу Шэн кивнул:

— Говори.

http://bllate.org/book/4253/439381