— Старая госпожа!
— Матушка!
В переднем зале воцарился полный хаос. Все бросились вперед, обступив старую госпожу: одни принялись растирать ей плечи, другие — осторожно покачивать, смертельно боясь, что от этого обморока она уже не очнется.
В общей суматохе кто-то наконец догадался позвать лекаря. Видя, как несколько служанок выбежали за дверь, присутствующие не смели расслабляться ни на секунду.
Спустя довольно долгое время служанка поднесла к носу старой госпожи мятную мазь и слегка поводила ею туда-сюда. Наконец веки старой госпожи чуть дрогнули, и она медленно пришла в себя. Ее сыновья и дочери тут же поспешили вперед, заливаясь слезами, словно и впрямь до смерти перепугались.
Тяжело дыша, Госпожа Ань оттолкнула столпившихся вокруг людей, окинула всех взглядом и сквозь зубы процедила скрипучим, неприятным голосом, похожим на скрип рассохшейся дверной рамы:
— По-вашему, я уже умерла, так вы, должно быть, донельзя рады.
— Что вы такое говорите, старая госпожа, оставьте эти глупости…
— Верно, как мы могли бы о таком помыслить!
— Матушка, я и старший господин, разумеется, не смели и думать о подобном, а вот насчет остальных я не уверена… — произнесла старшая невестка, законная жена старшего господина. Сказав это, она неопределенным взглядом скользнула в сторону семьи второго господина.
— От слов старшей невестки и впрямь может разладиться согласие в семье. Если уж она не смела и помышлять об этом, то нам, оставшимся, и подавно в голову бы не пришло, — вторая невестка слегка нахмурилась, и в ее голосе послышались нотки готовых пролиться слез.
— Притворство и фальшь, — старшая невестка терпеть не могла этот ее вид и при каждом удобном случае была готова разорвать ей лицо.
Семья третьего господина взяла в жены двоюродного брата, который испокон веку не желал ввязываться в распри двух семейств. Услышав это, он лишь опустил голову, а третий господин тихонько похлопал его по тыльной стороне ладони, словно утешая.
— Хватит, перестаньте спорить! Чего вы стоите на людях, я и за глаза-то не знаю, какие вы тут калечите планы. Сейчас самое главное и срочное — найти этого негодяя Ань Ци! А если отыскать не удастся, кто-то из двоюродных братьев вашей семьи непременно должен отправиться в Резиденцию премьер-министра, чтобы умилостивить их гнев! — как только Госпожа Ань произнесла эти слова, в зале воцарилась тишина.
Спустя мгновение послышались всхлипывания. Оглянувшись, все увидели вторую невестку: достав платок, она промокнула уголки глаз и прошептала: — Цзинъюнь еще не шестнадцати, и стоит мне подумать, что он выходит замуж и видеться с ним потом будет трудно, как у меня на сердце... я...
Услышав это, старшая невестка недоверчиво посмотрела на нее и резко бросила:
— Ты хочешь сказать, чтобы туда отправился мой Лоюнь?! Да сколько Лоюню лет?! Ему ведь тоже только-только исполнилось шестнадцать! Если он уйдет, разве у меня не будет болеть сердце?! Ах ты злая женщина, до чего же хитро удумала...
Вторая невестка растерялась от ее слов и в испуге заговорила:
— Да в мыслях у меня такого не было! Лоюнь ведь у меня на глазах рос, как же мне не жалко? Просто Цзинъюнь совсем кроха, а Лоюнь все-таки старший брат...
— Еще слово, и я клянусь, что оторву тебе язык! — с этими словами старшая невестка бросилась вперед, собираясь пустить в ход кулаки.
Вторая невестка отступила назад к креслу, зыркнула на нее и пробормотала:
— До чего же свирепая у нас старшая невестка. Никто ведь еще толком не говорит, что Лоюня выдадут замуж, о чем ты вообще переживаешь?
— Ах ты...
— Полно, хватит! Угомонитесь уже обе! На кого вы похожи! — Госпожа Ань топнула ногой и гневно прикрикнула.
В этот момент служанка у входа привела лекаря и доложила, что доктор прибыл.
Все тут же сменили тему и поспешно провели лекаря внутрь, так что этот фарс наконец подошел к концу.
Глава 7. Пробуждение
Надвигался вечер, и Император Сюаньань, погруженный в государственные дела в Императорском кабинете, уже почти забыл о том, что в его личных покоях по-прежнему ютится маленький гость. Когда ему об этом напомнили, он внезапно все вспомнил, отложил в сторону мемориалы, поднялся из-за стола и с безмятежной улыбкой произвел:
— Что ж, пойдем проведаем его.
Сперва Ань Ци уловил какой-то аромат. Запах был одновременно до странности знакомым и чужим — точно такой же исходил от человека, который спас его сегодня, разве что намного сильнее. Однако вдыхать его было вовсе не тяжело, напротив — возможно, дело было в самовнушении, но мальчик чувствовал необычайное умиротворение.
Его мысли постепенно прояснились. Приоткрыв глаза, он первым делом увидел вырезанных на потолке золотых драконов, которые вились среди облаков — до того живых, казалось, они сейчас взмоют ввысь.
Дракон...
Дракон?!
Ань Ци судорожно подскочил на кровати, но встал слишком резко, и в голове тут же отдалось тупой болью. Зажав голову руками, он испуганно огляделся по сторонам, с усилием сжимая в пальцах край одеяла.
В этот миг из-за двери показалась служанка. Заметив, что он пришел в себя, она радостно завопила на весь коридор:
— Скорее сюда! Маленький господин очнулся!
Не успел и миновать краткий миг, как Ань Ци увидел входящих в комнату нескольких служанок в синих одеждах. На их лицах сияли улыбки, они доброжелательно смотрели на него, а затем, низко поклонившись, произнесли:
— Маленький господин, вы проснулись. Чувствуете ли где-нибудь боль? Не позвать ли императорского лекаря осмотреть вас?
Остолбенев, Ань Ци покачал головой. Заметив, что служанки собираются подойти ближе, он невольно попятился на несколько шагов. Сделав это движение, он словно бы что-то осознал и опустил взгляд на ярко-желтое одеяло, которое всё еще судорожно сжимал в руке, а также на шелковые нижние одежды, в которые был облачен.
Это...
Су Байин догадался, о чем он сейчас ломает голову, и с тихой усмешкой подсказал:
— Вам не о чем беспокоиться. Это Ваше Величество привез вас сюда, и переодевать вас тоже изволил сам Ваше Величество. Так что можете не бояться, что вы чем-то прогневали императорское величество.
Однако Ань Ци всё еще не смел расслабиться. Окинув одеяло, он попытался сбросить его и встать, но обуви возле кровати для него заготовлено не было, и ему пришлось опуститься босыми стопами прямо на холодный пол, растерянно и беспокойно замирая на месте.
Су Байин хотел сказать ему что-то еще, но за дверью послышались приветственные возгласы: приближался Император Сюаньань.
Прижав руки по швам и застыв с перепуганным выражением лица, Ань Ци услышал, как входящему императору кланяются все находившиеся рядом служанки. Подражая им, он запинкой вымолвил:
— П-приветствую Ваше Величество...
Император Сюаньань с загадочной полуулыбкой окинул его взглядом, качнул головой, приказав подниматься и не церемониться, а заметив его босые ноги, нахмурился, решительным шагом приблизился, подхватил мальчика на руки и уложил обратно на постель, попутно укоризненно бросив:
— Почему не обулся?
Ань Ци во все глаза смотрел на приближающегося к нему мужчину, не зная, куда деться и не смея уклониться, пока его не подхватили и не водворили на ложе, после чего он тихонько пролепетал в ответ:
— Нет обуви...
Император Сюаньань перевел взгляд на стоявшего рядом Су Байина и холодно произнес:
— Как ты выполняешь поручения? Почему для маленького господина не приготовили обувь?
http://bllate.org/book/42112/5384570
Готово: