— Ты о чём?
Гу Юэчуань решил, что ему послышалось, и переспросил:
— Что ты только что сказал?
Гу Жун усмехнулся в ответ Гу Юэчуаню:
— Пап, разве ты не расслышал? Заставляешь меня повторять?
— Впрочем, я могу и повторить, только боюсь, тебе не понравится то, что ты услышишь.
— Гу Жун!
Лицо Гу Юэчуаня мгновенно переменилось:
— Хватит тут со мной скалиться! Что ты за чушь сейчас нёс?!
— Если тебе не по душе мои слова, прекрати нести всякий бред и выводить меня из себя!
Гу Юэчуань явно был задет за живое. Заметив это, Лу Тин поспешила вмешаться, сглаживая углы, а Гу Жун лишь пожал плечами и умолк.
Обед вышел с лёгким привкус недомолвок и обиды.
После еды Лу Юй не стал сразу уходить. Он дождался, пока хромающий Гу Жун поднимется наверх, перевёл взгляд, закинул за плечи рюкзак и собрался в школу.
Но у самой двери его окликнула Лу Тин.
Подойдя ближе, Лу Тин посмотрела на синяк на лице Лу Юя. Она явно хотела что-то сказать, но не решалась, однако в конце концов всё же выдавила:
— Аюй, ты ведь вчера говорил, что поставил этот синяк случайно, упав? Как же нужно было упасть, чтобы так отделаться? И к тому же... у Гу Жун тоже повреждена лодыжка. Вы оба получили травмы одновременно, это ведь такое совпадение...
— Мам.
Лу Юй наклонился, легко обнял Лу Тин и с улыбкой произнёс:
— Мам, ты слишком много надумываешь, правда зря переживаешь.
Лу Тин тихо проговорила:
— После того как мы с Юэчуанем поженились, я, возможно, во многом упускала тебя из виду. К тому же, мам понимает: наша семья и семья Гу — это совершенно разные весовые категории, их даже сравнивать нельзя. Просто... я столько лет прожила одна и так хотела хоть раз поступить смешно по отношению к себе, чтобы в старости не оставалось ничего, кроме сожалений.
— Но когда я вспоминала, что ты один живёшь в общежитии и почти не бываешь дома, мне порой казалось: не слишком ли эгоистично я поступаю? И я, и Юэчуань — мы виноваты не только перед тобой, но и перед Гу Жоном...
— Нет, мам.
Лу Юй покачал головой:
— Разве я тебе не говорил? Я решил оставаться в общежитии ради удобства, а не по какой-то другой причине, иначе не согласился бы теперь переехать обратно и жить дома каждый день. К тому же я уже взрослый, и в будущем... в будущем у меня тоже появится своя семья. С какой стати ты не имеешь права на собственный выбор? Это несправедливо.
— За эти десяток с лишним лет ты и так отдала мне слишком много.
Лу Юй бросил взгляд на второй этаж и добавил:
— К тому же Гу Жун купил мне целый пакет лекарств. Между нами... ничего не произошло, это просто случайность.
— Так что можешь не беспокоиться.
Только тогда Лу Тин вздохнула с облегчением:
— И то верно. Юэчуань говорил мне, что Гу Жун — мальчик с твёрдым характером, но добрым сердцем. К тому же, после того как его мать уехала за границу, когда он был совсем маленьким, они с матерью едва ли виделись хоть раз в год. В детстве он часто плакал и устраивал истерики, надеясь, что Юэчуань воссоединится с его мамой... Тоже несчастный ребёнок.
Лу Юй отстранённо произнёс угу, поддакивая Лу Тин, и подсознательно вспомнил вчерашний телефонный звонок.
Разве может мать перепутать день рождения собственного ребёнка?
Но с другой стороны...
Станет ли человек, который постоянно настраивал против него других и питал к нему скрытую злобу, реагировать на его тело?
— Ой, неужели ты никогда не слышал о том, что такое физиологическая симпатия?
Чжао Чжучжи окинул Лу Юя оценивающим взглядом с ног до головы и, заговорщицки понизив голос, спросил:
— И кто же это тут к тебе неравнодушен? Главное — тебя это почему-то невероятно задевает!
— Во-первых, я не говорил, что кто-то ко мне неравнодушен.
Лу Юй глубоко вздохнул:
— Во-вторых, человек, о котором я только что говорил, — не я. Я просто привёл пример, гипотетически...
— Ладно-ладно, ты просто гипотетически рассуждаешь, и при этом этот твой гипотетический человек — твой друг.
— ...
— И в конце?
Сдавленно выдохнув, Лу Юй отчеканил каждое слово:
— Меня. Это. Не задевает.
Чжао Чжучжи с театральным протяжным вздохом выдал:
— О-о-о...
— Ну ладно, давай я тебе тогда сам всё разложу по полочкам.
Чжао Чжучжи откашлялся:
— Ты говоришь — то есть нет, ты говоришь, что твой друг постоянно сталкивается с враждебностью и злобой, но в один прекрасный день этот человек вдруг меняет к твоему другу отношение. Более того, он проявляет определенный интерес к твоему... то есть к телу твоего друга. Хочешь знать, с чего бы это?
— Да с чего ещё, как не с физиологической симпатии?
— По-моему, вся эта изначальная враждебность была не настоящей. Просто способ привлечь твоё внимание, привлечь внимание твоего друга! А когда понял, что метод не работает, взял да и сменил тактику. Разве ты в начальной или старшей школе никогда не хотел подразнить какую-нибудь девчонку, чтобы она обратила на тебя внимание?
Лу Юй бросил на Чжао Чжучжи косой взгляд:
— Значит, издеваются для того, чтобы привлечь чьё-то внимание?
— Ну да.
— Тогда поделом им, что их ненавидят.
— ...
Лу Юй на мгновение замолк, а затем снова спросил:
— Эта самая физиологическая симпатия... что она вообще значит?
— Да ладно тебе, главный университетский умник, ты и этого не знаешь?
Чжао Чжучжи тут же нашёл в телефоне нужную статью и сунул экран под нос Лу Юю:
— Смотри, если вкратце: это когда твоё тело выдаёт физиологическую реакцию на определённого человека. На первом месте ощущения, а дальше в дело вступают гормоны?
Лу Юй взял в руки телефон Чжао Чжучжи и пробежал глазами текст.
— Невозможность сопротивляться, даже понимая, что человек тебе не подходит.
— Первобытный инстинкт, напоминающий брачные игры животных.
— Спусковой механизм запускается напрямую через чувственные раздражители.
Вывод: не что иное, как влечение и реакция, основанные на телесных инстинктах.
И уж точно не результат рациональных размышлений.
Ознакомившись с материалом, он вернул телефон Чжао Чжучжи.
— Тебе сообщение пришло.
— О, сейчас гляну.
Лу Юй достал собственный телефон, намереваясь снова забить запрос в поиск, но, покрутив аппарат в руке, решил, что в этом нет никакой необходимости.
Тем временем Чжао Чжучжи, одновременно копаясь в смартфоне и подталкивая Лу Юя локтем, возбуждённо заговорил:
— Эй, Лу Юй, а та старшекурсница, которую порекомендовал старший товарищ Гу, оказалась невероятно шустрой! Она и правда организовала межвузовскую встречу для наших факультетов! Дата назначена на следующие выходные, я тебя тоже в список внес.
— Я не пойду.
— Ой, да брось ты.
Чжао Чжучжи отмёл отказ Лу Юя:
— Никаких нет, ты обязан пойти. Если ты не явишься, испугаешься не только девчонок с нашего факультета, но и сокурсницы с соседнего художественного тоже откажутся приходить!
— Тогда ты превратишься в грешника и общего врага всех мужчин!
Лу Юй:
— Я и так им стану, даже если приду.
Чжао Чжучжи:
— ...Твою мать! Ты научился бесстыдству!
Лу Юй подумал про себя: у одного человека научился.
Тот самый человек как раз внезапно прислал ему сообщение.
Никаких слов, только картинка.
Лу Юй инстинктивно открыл её и с удивлением обнаружил, что это крупный план какого-то фрагмента.
Что это такое?
[Нервная корова-бузёнка]: Заметил? Это контур твоего глаза.
Глава 11. Вожделение (1)
[Нервная корова-бузёнка]: Чтобы нарисовать твои глаза, мне пришлось прорисовать лобную кость, клиновидную кость, скуловую кость, верхнюю челюсть, слёзную кость, решётчатую кость и нёбную кость.
[Нервная корова-бузёнка]: Довольно утомительно.
[Нервная корова-бузёнка]: Сделаю перерыв, попью молока.
[Нервная корова-бузёнка]: Учитель Лу, я же правильно нарисовал твои семь костей?
[Нервная корова-бузёнка]: [Картинка] [Картинка]
[Нервная корова-бузёнка]: А вот молоко до того, как я его выпил, и после. Оно стало стройнее.
Лу Юй: «............»
Псих.
— Ого, это кто там тебе строчит и докладывает обо всяких мелочах? Какая милота!
Только тут Лу Юй заметил, что его телефон уже полдня лежит экраном вверх и Чжао Чжучжи мог легко всё разглядеть краем глаза.
— Никто.
Лу Юй перевернул телефон лицом вниз и прижал к столу:
— Скоро пара начнётся.
В телефоне было тихо — ответа он не получил, но Гу Жун особо и не переживал.
Порисовав ещё немного, он получил сообщение от Фан Жохуая, который сообщил ему о регистрации выпускных проектов на конкурс.
Если удастся занять призовое место, это принесет дополнительные баллы.
[Фан Жохуай]: Однокурсник Гу, ты будешь регистрироваться на участие? Результаты будут известны примерно в начале следующего семестра, желающих из нашего института довольно много.
В подсказках Руководства к действию рекомендовалось обязательно участвовать в этом конкурсе, именно из-за него история с тем, что Гу Жун нанял подставное лицо, разрослась до невероятных масштабов.
Палец Гу Жуна скользнул по экрану, отправляя лаконичное: [Угу].
Спустя пару мгновений пришёл ответ:
[Фан Жохуай]: Хорошо, однокурсник Гу, тогда я помогу тебе подать заявку.
[Фан Жохуай]: Однокурсник Гу, операция моей мамы прошла успешно, спасибо тебе. В ближайшее время мне нужно будет ухаживать за мамой, и хотя этот конкурс добавляет баллы к дипломной, я, пожалуй, участвовать не буду. Зато у меня освободится время, и если я понадоблюсь однокурснику Гу, ты можешь в любой момент обратиться ко мне.
Прочитав это сообщение, Гу Жун невольно приподнял брови.
Надо полагать, намёк в этих словах он понял правильно?
[Главный благодетель и спаситель однокурсник Гу]: Я понимаю, что тебе не терпится отблагодарить меня, но выбрось из головы всякую ерунду. Сначала позаботься о маме и успешно выпустись, а там видно будет.
Через несколько секунд Фан Жохуай прислал голосовое сообщение.
Гу Жун нажал на воспроизведение.
Фан Жохуай: — Ой-ёй-ёй, однокурсник Гу...
Гу Жун тут же сбросил вызов.
[Главный благодетель и спаситель однокурсник Гу]: Свободен.
Нынче у однокурсника Гу выдался на редкость хлопотный день: мало того что пришлось иметь дело с Фан Жохуаем, так ещё предстояла встреча с Янь Сюйбаем.
Правда, тот должен был заглянуть к нему только после обеда, так что у Гу Жуна как раз оставалось время привести в порядок сопутствующие материалы.
— Современная медицина постепенно движется в сторону интеллектуальных помощников. Вот материалы, которые я набросал сегодня после обеда. Не знаю, окажутся ли они полезными, но сидеть сложа руки я точно не мог. Впрочем, давай сразу договоримся: о деньгах договориться не проблема, но направление для исследований и разработок нужно тщательно проработать заранее.
— Насчёт этого можешь не беспокоиться, я уже вовсю готовлюсь.
Янь Сюйбай сидел на диване и с немалым удивлением разглядывал подготовленные Гу Жуном документы.
Но именно это заставило его окончательно успокоиться.
В конце концов было очевидно, что Гу Жун настроен предельно серьёзно.
К чему лишние слова благодарности — судить нужно по делам.
Они ещё немного пообсуждали возможное направление для стартапа, обрисовали радужные перспективы, переглянулись и невольно улыбнулись друг другу.
http://bllate.org/book/42087/5380742
Готово: