К счастью и радости, его маленькое электромопедное чудо по-прежнему стояло на прежнем месте и ждало его.
Весело сказав «пока», Цзян Юйцзинь зашагал к своему верному транспортному средству.
Вечером дул сильный ветер, заставляя вечнозеленые деревья на обочине шуметь листвой; он трепал полы одежды и волосы прохожих, то и дело отбрасывая их в сторону. Свет уличных фонарей падал сквозь узорчатую тень листвы, отчего люди казались какими-то нереальными.
Сяо Ли ошеломленно замер, наконец приходя в себя, и смутно припомнил, что этот человек от начала и до конца держался удивительно спокойно.
Человек, который от начала и до конца держался удивительно спокойно, уселся на свой любимый электромопед, вспыхнул от малейшей искры и мгновенно вздернул брови:
— Кто украл мой шлем?!
Его тон звучал невероятно потрясенно и отчаянно.
Перемотка на следующий день.
Позже, просматривая записи с камер видеонаблюдения, Цзян Юйцзинь увидел, как мимо проезжал какой-то прохожий на электромопеде. Заметив шлем на оставленном у дороги мопеде, тот огляделся по сторонам, посомневался пару секунд, а затем схватил шлем, натянул его на голову и был таков.
В тот вечер дежурные полицейские долго утешали убитого горем невиновного гражданина Цзян Юйцзиня, у которого украли шлем, пообещав изо всех сил разыскать вора, а заодно взявшись подвезти потерпевшего...
К тому времени, как он добрался до дома, было уже довольно поздно, и оживленные днем улицы теперь погрузились в тишину.
Цзян Юйцзинь поднимался по лестнице и размышлял, упорно чувствуя, что он что-то забыл. Но после тяжелого дня голова соображала плохо и была набита сонливостью под завязку, поэтому он решил больше ни о чем не думать.
Когда вернулся Чэнь Цзин, который под благовидным предлогом ходил заниматься к однокласснику, он обнаружил, что свет в доме все еще горит.
Лампа не была выключена, но человек внутри уже сладко и безмятежно спал. Раскинувшись на диване «звездочкой», он свесил одну руку на пол — судя по всему, от холода. Его пальцы едва заметно дрогнули, после чего замерли окончательно.
Чэнь Цзин присел на корточки и аккуратно вернул повисшую руку на диван. Наполовину подняв ее, он заметил белые паутинные нити, прицепившиеся к красной веревочке, обвязанной вокруг запястья под рукавом одежды, и попытался их убрать.
Стоило ему протянуть руку и едва коснуться красной нити, как человек, спавший на диване мертвым сном, мгновенно отдернул руку и приоткрыл глаза.
Зевая, Цзян Юйцзинь потрепал себя по волосам, сел и произнес:
— Вернулся.
Он только что проснулся, и голос его звучал еще более хрипло, чем обычно.
Чэнь Цзин убрал руку и отозвался:
— Угу.
Оставив школьный портфель, он спросил:
— Ужинал?
Цзян Юйцзинь на мгновение мысленно вернулся к вчерашнему человеко-ликому пауку, а затем ответил:
— Хочу краба.
Чэнь Цзин: «?»
Его нищенскому дому было не суждено иметь ничего общего с крабами, так что глубокой ночью Цзян Юйцзиню пришлось довольствоваться лапшой с добавлением двух листочков зелени.
Оставив за кадром события в небоскребе, при мягком желтом свете лампы он с особым усердием поведал о своей горькой истории с похищением шлема.
Он рассказывал так живо и красочно, что было очевидно: его душевные раны все еще кровоточат.
Чэнь Цзин молча выслушал, а затем произвел вердикт:
— После экзаменов за середину семестра у нас будут два дня выходных.
— Отлично, — поинтересовался Цзян Юйцзинь. — Хочешь куда-нибудь сходить вместе?
Чэнь Цзин покачал головой: как и всегда, он уже обо всем договорился с одноклассником.
Цзян Юйцзинь с наигранным преувеличением тяжело вздохнул:
— Ну тогда я пойду развлекаться один.
Наговорившись вдоволь и доев ночной дожорк, он умылся и лег спать.
Чэнь Цзин остался, чтобы вымыть посуду. Перед тем как вернуться в свою комнату, он задержался на секунду, заметив, что в соседней комнате погас свет, после чего шагнул внутрь и привычно вылез в окно.
На следующее утро, когда Цзян Юйцзинь поднялся ни свет ни заря на работу и проходил мимо расположенной внизу парикмахерской, он увидел все еще запертую дверь и наконец сообразил, что именно позабыл накануне.
Он напрочь забыл о своем друге-парикмахере, оставшемся запертым внутри, и забыл передать ему ключи.
А без ключей не было никакой возможности закрыть заведение в назначенный час, закончить смену и пойти домой.
Утренний ветер выдался на редкость холодным и пронизывающим, от него у людей замирало сердце.
С развитком предельной для себя скорости Цзян Юйцзинь пересек добрую половину города и примчался к мини-маркету.
Владелец парикмахерской, как и ожидалось, все еще находился внутри. Стоя за прилавком с мрачнейшими тенями под глазами и зажав в зубах неподкуренную сигарету, он источал избыток раздражения и нетерпения, словно готов был прирезать первого встречного.
Цзян Юйцзинь: «……»
Цзян Юйцзинь предельно осторожно проскользнул в помещение и робко помахал рукой:
— Утро доброе.
Владелец парикмахерской мгновенно перевел на него взгляд.
«……»
Когда Сяо Ли пришел на работу из больницы, он как раз вовремя застал владельца парикмахерской, который с той же незажженной сигаретой в зубах уходил прочь.
Войдя в Обычное бюро, припавший к стойке регистрации в позе трупа начальник приподнял голову и хилым голосом произнес:
— Доброе утро.
Сяо Ли: «……Утро».
У него-то самого утро выдалось прекрасным, а вот сидевший перед ним человек выглядел совсем иначе.
Пережив утренний час пик, Цзян Юйцзинь, увенчанный шишкой на голове, наконец отыскал свободную минутку, чтобы поболтать с Сяо Ли.
Сяо Ли принес самые свежие новости:
— Пациенты из больницы уже очнулись, врачи говорят, что их здоровью ничего не угрожает.
При повторном упоминании больничных пациентов в его голосе, после вчерашней экскурсии в Небоскреб Хуншэн, не осталось и следа прежней легкомысленности.
Сказав это, он что-то вспомнил и добавил:
— Вчера я слышал, как заместитель командира из Отряда специального поиска обмолвился, что у этих людей вообще не должно было остаться надежды на пробуждение.
Тогда этот человек говорил, что если бы их командир был на месте, то, возможно, удалось бы спасти на пару человек больше, но тот ушел вглубь диких гор и непроходимых лесов на поиски какого-то человека и вернется нескоро.
Цзян Юйцзинь кивнул.
Человеко-ликие пауки никогда не имели привычки делать запасы: поймал — сразу съел. Однако на сей раз они почему-то оставили добычу в целости, да еще и не притронулись к ней, несмотря на колоссальную затрату сил на непрерывное плетение паутины — словно нарочно приберегли для кого-то другого. Это действительно выглядело аномально.
Но всё это входило не в его круг забот — в конце концов, он был всего лишь владельцем Обычного бюро.
Клиентов в помещении пока не наблюдалось, болтовня подошла к концу, и Сяо Ли вернулся к своим обязанностям, в то время как начальник Обычного бюро уткнулся носом в телефон, увлеченно играя в три в ряд.
Стоило ему опустить голову, как Сяо Ли, успевший сделать полшага к выходу, обернулся и в изумлении воскликнул:
— У вас седые волосы появились?!
Парень был высоким, и обычно ему редко доводилось видеть макушку начальника. Но сейчас, случайно взглянув сверху, он с удивлением заметил, что у того на голове пробилось немало седых прядей.
— Правда?
Цзян Юйцзинь поднял взгляд, небрежно взъерошил волосы рукой, а затем с улыбкой бросил:
— С возрастом у всех так.
http://bllate.org/book/41897/5351905
Готово:
