Готовый переклад My Ex-Husband Picked Up My Kid and Now He Won't Leave / Случайная встреча: когда бывший муж забирает ребенка: Розділ 3

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Сказанное без умысла услышано тем, кто наделен слухом.

Су Чжицю на мгновение замер, улыбнулся и ничего не ответил.

Су Чжифэн опешил и тут же резко осознал, что сболкнул лишнего.

Он смущенно взял стоявшую рядом баночку ледяной колы и сделал большой глоток. К счастью, Су Чжицю не стал долго томить его в неловкости и непринужденно сменил тему:

— Как дела на стажировке?

Су Чжифэн вытер рот:

— Неплохо. Многие мои старшие сокурсники работают там же, и я тоже хочу остаться после окончания испытательного срока, так что нужно себя проявить.

Су Чжицю кивнул и ободряюще произнес:

— Не дави на себя, просто плыви по течению.

Су Чжифэн угукнул в ответ, и они немного поболтали о всякой всячине, пока разговор незаметно снова не вернулся к Туаньтуаню.

— Туаньтуань, неужели тот паровозик был настолько интересным?

Наевшись и напившись, Су Чжифэн наклонился, чтобы поиграть с ребенком.

Су Чжицюй уже давно закончил есть и тихонько сидел в стороне, играя с игрушкой, шедшей в комплекте с детским набором.

В большинстве случаев он был очень послушным и разумным ребенком, и лишь в присутствии Су Чжицю временами позволял себе капризы и проявление неуверенности в себе.

Услышав это, он сильно закивал, отложил игрушку и принялся в деталях рассказывать Су Чжифэну, до чего же крутым был тот паровозик.

Су Чжицю маленькими кусочками откусывал яблочный пирог и с улыбкой слушал его рассказ.

Но когда Туаньтуань закончил, он вдруг принялся рассказывать Су Чжифэну о том, как тот внезапно схватил его и куда-то увез, да еще и вел машину с огромной скоростью.

Улыбка на лице Су Чжицю мгновенно застыла. Почувствовав на себе взгляд сидевшего напротив Су Чжифэна, он поспешно опустил голову, избегая его глаз.

Сообразив, что его движение выглядит слишком неестественно, Су Чжицю снова поднял голову, взял себя в руки и повторил те же объяснения, которые уже давал Туаньтуаню в машине.

Только вот Су Чжифэн — не ребенок, его не так-то просто провести.

Су Чжифэн поднял взгляд и многозначительно посмотрел на него.

Су Чжицю понятия не имел, поверил ли Су Чжифэн, поэтому ему оставалось лишь сделать вид, что ничего не произошло, и допить оставшуюся колу.

На глазах у ребенка никто из них не стал развивать эту тему.

Лишь когда они собирались уходить, Су Чжифэн вдруг нерешительно произнес:

— Брат, неужели ты встретил...

— Нет, — тут же оборвал его Су Чжицю. — Никого я не встретил.

Су Чжифэн: «…………»

Он замолчал.

Вообще-то он хотел сказать, что на рейсе в обратный путь несколько сидевших рядом с ним девчонок, судя по всему, были фанатками Линь Суйханя. Они щебетали без умолку и очень восторженно пересказывали новости о нем.

Судя по всему, этот человек недавно вернулся в Бэйчэн и собирается здесь сниматься, а те девчонки как раз хотели покрутиться возле съемочной группы в надежде на случайную встречу.

Но, глядя на крепко сжатые губы Су Чжицю, Су Чжифэн проглотил эти слова и решил не болтать лишнего.

Судя по настроению брата, тот вовсе не горел прежними чувствами, так что, пожалуй, он сегодня просто нафантазировал лишнего — к чему затевать бурю из ничего?

На обратном пути Су Чжифэн сидел на заднем сиденье вместе с Туаньтуанем. Он устал с дороги после перелета и, стоило им сесть в машину, сразу же уснул, склонив голову.

В салоне машины, мчавшейся под светом уличных фонарей, лишь Туаньтуань по-прежнему прижимался лицом к стеклу и неторопливо выговаривал знакомые иероглифы.

Когда они проезжали мимо необычайно оживленного перекрестка, улицы, залитые яркими огнями, казались днем посреди ночи, а ослепительная неоновая реклама вспыхивала, освещая салон автомобиля. На дороге сплошным потоком двигались пешеходы и машины.

Туаньтуань уставился на огромный экран, ради которого приходилось запрокидывать голову, и от удивления приоткрыл рот, выкатив круглые глазенки.

Загорелся красный свет, и машина остановилась перед большим экраном.

— Папа, папа, какой огромный телевизор!

Туаньтуань похлопал по спинке водительского сиденья, привлекая внимание.

Су Чжицю с улыбкой отозвался:

— Угу, папа видит.

— Папа, а там на нем кто-то двигается!

Следя за пешеходами перед капотом ради безопасности вождения, Су Чжицю не стал оборачиваться, чтобы посмотреть, а лишь ответил:

— Правда? Красиво?

— Ой, кра-асиво.

Туаньтуань причмокнул губами и вдруг произнес:

— Похоже на того дядю, которого мы только что встретили.

Скрип! Рулевое колесо в его руках издало жалобный стон.

Су Чжицю разжал пальцы, с силой сжимавшие руль, и в ту же секунду бросил взгляд в зеркало заднего вида на Су Чжифэна.

К счастью, Су Чжифэн, похоже, и вправду выбился из сил — он спал мертвецким сном, прислонившись к окну, и совершенно не слышал того, что только что сказал Туаньтуань.

Только тогда Су Чжицю повернул голову и взглянул на огромный экран. И впрямь — на него знакомой фигурой смотрел человек, чуть склонив голову набок.

Хотя он прекрасно понимал, что это всего лишь объемный динамический эффект, в этот момент Су Чжицю помимо своей воли поддался иллюзии, будто они смотрят друг другу в глаза.

А Туаньтуань на заднем сиденье все не переставал восхищаться:

— Дядя на меня смотрит!

С этими словами он пришел в восторг и по-детски вытянул руку, пытаясь прикоснуться к призрачному изображению, но в конце концов коснулся лишь холодного стекла автомобиля.

Туаньтуань в растерянности оглядел стекло, затем перевел взгляд на большой экран и немного погрустнел.

Картинка на экране сменилась: там появилась панда, уплетающая бамбук. Выглядела она донельзя комично и трогательно, и внимание Туаньтуаня мгновенно переключилось на нее.

Су Чжицю с облегчением выдохнул — он боялся, что если Туаньтуань продолжит расспросы, то разбудит Су Чжифэна.

Красный свет сменился зеленым, и он плавно тронул машину с места.

Хотя он уже очень давно не бывал в Бэйчэне, он отлично помнил, что это за коммерческий район с баснословно дорогими квадратными метрами, где аренда любого рекламного щита на улице исчисляется миллионами с копейками.

И раз уж в самом центре города, в лучшем районе, нашелся такой броский рекламный щит огромных размеров... Су Чжицю, как бывшему айдолу, было прекрасно известно, что ценник там начинается по меньшей мере с восьми знаков, а то и вплоть до девяти.

И хотя он всегда знал, что Линь Суйхань уже давно стал суперзвездой, только приехав в шумный Бэйчэн, это ощущение наконец обрело реальные очертания.

Тот — сияющая на огромном экране суперзвезда, а он теперь всего лишь безымянный прохожий, задирающий голову снизу вверх.

Суровое и голое сравнение кричало о том, что они давно принадлежат к разным мирам.

Да они, пожалуй, никогда к одному и тому же и не принадлежали — просто он сам в те годы был слишком наивен.

Су Чжицю покачал головой и усмехнулся.

Вернувшись домой, Су Чжицю припарковал машину на подземной парковке и пошел открывать дверь.

Туаньтуань тут же перебирал короткими ножками, вприпрыжку побежал следом и с энтузиазмом задрал руку:

— Я открою, я открою!

Су Чжицю одновременно посторонился и полез в карман пуховика за кошельком.

Однако рука загребла пустоту.

Он замер и вывернул оба кармана наизнанку — кошелька и след простыл.

Сзади, сонно покачиваясь, подошел сонный Су Чжифэн и затуманенным голосом спросил:

— Брат, чего не заходим?

Су Чжицю нахмурился, обшарил карманы еще раз и наконец утвердился в этой жуткой реальности.

— Кошелек потерялся.

Су Чжифэн опешил, разом протрезвел и поспешно спросил:

— Когда ты видел его в последний раз?

Су Чжицю напряг память и неуверенно произнес:

— Кажется, остался в торговом центре.

Карманы у него были мелкие, да и уходили они в спешке, заботясь лишь о том, как бы побыстрее утащить Туаньтуаня — кошелек, должно быть, выскользнул оттуда именно тогда.

— Торговый центр уже закрыт, — Су Чжифэн взглянул на часы. — Завтра утром сходи в бюро находок, наверняка кто-нибудь подобрал и сдал.

Говоря это, он достал собственную пропускную карточку и протянул ее Туаньтуаню, и тот с довольным видом отпер дверь.

— Ничего особо ценного там не было? — поинтересовался Су Чжифэн.

— Нет, мелочи всякие.

Су Чжицю радовался, что как раз накануне прибирался в кошельке и еще не успел засунуть туда все документы, иначе бы точно пропал.

Даже карточка от домофона лежала там всего пару дней.

И то лишь потому, что в этом году жилой комплекс как раз капитально отремонтировали, иначе раньше для прохода в подъезд пропуск вообще был не нужен.

Это жилье было старым, построенным много лет назад, и в последние годы здесь лишь изредка останавливались мама с Су Чжифэном.

По ряду причин сам он не появлялся тут ни разу.

Расположение слегка наошибе, квартира маленькая, планировка из двух комнат и гостиной слегка тесновата, а ремонт давно устарел.

Трубы с горячей водой и канализация вечно барахлили: зимой оттуда шла холодная вода, а летом — кипяток.

И все же Су Чжицю очень любил эту квартиру. Это была первая и единственная квартира в его жизни, купленная на собственные деньги, свидетельница былого короткого взлета.

По крайней мере, вернувшись в Бэйчэн, он мог где-то преклонить голову и не тратить деньги на съем жилья.

В конце концов, растить ребенка — дело затратное, и сейчас с финансами у него действительно туговато.

— Мама поехала навестить тетушку, почему до сих пор не возвращается? — спросил Су Чжифэн, возидясь с нагревом воды в ванной.

— У тетушки здоровье неважное, мама хочет побыть с ней еще пару дней, вернется, наверное, послезавтра.

Отвечая, Су Чжицю стягивал с Туаньтуаня тяжелую верхнюю одежду, опасаясь, как бы тот не простудился.

Су Чжицю до сих пор помнил, как мама не хотела отпускать их при расставании — главным образом ей было жаль расставаться с Туаньтуанем.

Туаньтуань рос на глазах у них обоих, так что вполне естественно, что они были сильно привязаны друг к другу.

И точно: стоило закончить водные процедуры, как Туаньтуань протянул ручонки, требуя телефон, чтобы позвонить бабушке.

Су Чжицю протянул ему аппарат, но тут же что-то вспомнив, отдернул руку.

Су Чжифэн уже ушел спать в соседнюю комнату — мамы не было дома, так что ему не пришлось ночевать на диване.

Они с Туаньтуанем легли на двуспальную кровать, задернули шторы, и лишь ночник на тумбочке заливал комнату мягким желтоватым светом, делая всю спальню уютной и тихой.

Туаньтуань посмотрел на убранный телефон, а затем озадаченно перевел взгляд на него.

Су Чжицю засомневался, протянул руку и пригладил еще наполовину влажные от фена волосы Туаньтуаня, обнажив его нежное и белое личико.

Он долго подбирал слова и наконец неуверенно произнес:

— Туаньтуань, можешь пообещать папе одну вещь?

Увидев, какое у папы сделалось серьезное лицо, Туаньтуань распахнул огромные глаза и спросил:

— Какую вещь, папа?

— Ну... в общем, давай впредь постараемся при бабушке и дяде не упоминать того дядю, которого мы видели сегодня, договорились?

Подобная просьба, судя по всему, стала для Туаньтуаня неожиданностью. Немного озадаченно подумав, он переспросил:

— Почему? Тот дядя такой красивый, он же не плохой человек.

Су Чжицю: «……»

У него слегка заболела голова: он прекрасно знал Туаньтуаня, который, в точности как и он сам, был законченным эстетом. Если сейчас не придумать какое-нибудь разумное объяснение, мальчик будет допытываться до самого победного конца.

http://bllate.org/book/41424/5281873

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу