Готовый перевод My Husband Wants My Baby After Amnesia / Амнезия: Как мой муж пытался выкрасть моих детей: Глава 12

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Ведь Цзин Мань обедал и ужинал в Ресторане семьи Лун по два раза на дню, к тому же никогда не глядя на чеки.

Сумма его личных трат в Ресторане семьи Лун легко входила в десятку лучших по всему заведению.

Поэтому Лун Гуй втайне была уверена, что она и господин Сяо Цзин — очень близкие, ежедневно виде щиеся друзья.

Она целыми днями любовалась тем, как он модно одет, и как он вихрем проносится туда-сюда, ведя на поводке огромного и мощного золотистого ретривера!

К тому же она была уверена, что господин Сяо Цзин — убежденный домосед и затворник-холостяк. Он даже во время летних каникул никуда не уезжал.

Но в последнее время… она начала сомневаться в том, что господин Сяо Цзин хоть капельку похож на ее прежние фантазии!

У него совершенно точно оказалось два лица!

Сначала он неизвестно откуда раздобыл настолько милого и прилипчивого детеныша западного дракона, который тут же покорил все сердца и свел всех с ума.

Затем он внезапно запустил прямую трансляцию и мгновенно прославился в сети!

А напоследок сообщил ей, что незнакомец из другого города, которого никто из них раньше не видел — его пара! Они совершили каминг-аут!

Если говорить коротко, мировоззрение Лун Гуй рухнуло…

Ее взгляд, обращенный на ту отдельную кабинку, был до предела наполнен благоговением.

Ох! Точно, была еще одна деталь!

Она молниеносно открыла свой личный терминал, еще раз пересмотрела видео, рекомендованное [Бессмертным маленьким кроликом], глянула на только что появившегося на свет мягкого Сяо Цзиня и еще пять яиц, и в уголке ее глаз блеснули завистливые слезы.

У дома господина Сяо Цзин совершенно точно водилась целая кладка яиц, причем принадлежавших к совершенно другому виду!

Погодите, так как же он… умудрялся каждый день обедать в Ресторане семьи Лун?! — ломала голову Лун Гуй, теребя пальцы.

Насколько ей было известно, чтобы вырастить собственных малышей, требовалось провести на Базе Инкубации Яиц по меньшей мере две недели.

К тому же возле Хуаюаньлу не было никакой Базы Инкубации Яиц! Ближайшая база находилась в другом направлении от района Цинюань — на улице Хуацунлу.

Времени на дорогу туда и обратно катастрофически бы не хватило!

Господин Сяо Цзин настолько крут? Не выходя из дома и запершись поблизости, он обзавелся превосходным парнем и многовидовыми детенышами?!

То, о чем обычные люди боятся даже помыслить, он успешно воплотил в жизнь.

Просто пугающе.

Каким же был прежний образ Цзин Маня? Лун Гуй уже абсолютно ничего не могла припомнить.

Его прежний имидж беззаботного холостяка в ее глазах моментально сменился образом статного, величественного успешного мужчины, у которого есть и муж, и дети.

При этой мысли зависть в глазах Лун Гуй чуть было не перелилась через край кабинки.

Она задрала голову и перевела взгляд в сторону, испугавшись, что если посмотрит еще хоть секунду, то не удержится и вернется в свой истинный облик, изнывая от зависти и завязываясь драконьим хвостом в узел.

Сама того не ведая, она бросила всего одну простую фразу, но та нанесла глубочайшую душевную травму старшей сестре Лун.

Цзин Мань увидел, как Му Цанчжоу вошел в кабинку и плавным, отточенным движением устроился напротив.

Му Цанчжоу изучал меню и, не поднимая головы, естественным тоном спросил: — Маньмань, что ты заказал?

Цзин Мань немного подумал и ответил: — Мясо по-сычуаньски, свинину в кисло-сладком соусе…

Му Цанчжоу кивнул: — Тогда я закажу еще кое-что, поедим вместе. Хм… картофельную соломку по-домашнему, тофу мапо…

В завершение он поднял голову, посмотрел на Цзин Маня и улыбнулся: — Кстати, без лука и чеснока, но имбиря положи побольше.

Услышав это, Цзин Мань просиял — он никак не ожидал, что отец ребенка разделяет его вкусы!

Взволнованным голосом он выпалил: — Я тоже не ем лук и чеснок, но очень люблю имбирь! Еще ни разу не встречал человека с точно такими же вкусами, какая неожиданность.

Му Цанчжоу лишь легко улыбнулся в ответ, не став вдаваться в долгие разговоры.

Оба остались очень довольны трапезой, и Цзин Мань впервые в жизни сидел за одним столом с человеком, с которым ел впервые, и чувствовал себя настолько прекрасно.

Мало того, что все блюда на столе были его любимыми, так еще и учли его чудаковатые, по мнению окружающих, вкусовые привычки.

К тому же Му Цанчжоу вел себя за столом крайне прилично: брал еду только со своей стороны, и их палочки при этом совершенно не сталкивались.

Наевшись от пуза, Му Цанчжоу заказал еще порцию молочного пирожного.

Цзин Мань с улыбкой произнес: — Ты что, еще не наелся? Я уже объелся.

Му Цанчжоу покачал головой и, подняв руку, взял на руки Сяо Цзиня, который все это время воровато заглядывал внутрь из детской коляски: — Я сыт, это для Сяо Цзиня.

Цзин Мань слегка удивился: — Я читал в звездной сети, что малышам можно давать прикорм только через десять дней после вылупления, разве срок уже подошел?

— На самом деле отсчет ведется с того момента, как они догрызли скорлупу, — просветил его Му Цанчжоу. — Верно, догрызв скорлупу, малыши могут пить только молоко, но спустя три дня молочного вскармливания уже можно давать немного прикорма.

— Вот оно как, — Цзин Мань то и дело кивал, внимательно слушая эти разумные речи.

Вскоре молочное пирожное было подано. Оно представляло собой молочно-белый целиковый брусочек размером с ладонь, присыпанный сверху розоватым порошком из измельченной клубничной сублимации.

Молочное пирожное в Ресторане семьи Лун делали из козьго молока, взбитого до состояния легчайшего мусса, которому с помощью формы придавали вид плитки.

Оно таяло во рту, было сладким, но не приторным, оставляя после каждого кусочка стойкий молочный аромат, а кисло-сладкая клубничная крошка делала этот десерт любимцем публики.

До сих пор Сяо Цзинь не проявлял никакого интереса к тому, что ели его папы, признавая своей едой лишь то, что пахло молоком.

Но стоило ему учуять сладкий запах, в котором не было ноток детской смеси, как он тут же потерял всякое спокойствие.

— Сяо Цзинь есть, Сяо Цзинь есть! — маленький дракончик отчаянно ерзал на руках у Му Цанчжоу, размахивая лапками в воздухе, впившись мертвой хваткой в пирожное и что-то бормоча себе под нос.

Му Цанчжоу попытался успокоить его мягким голосом, но Сяо Цзинь совершенно не собирался выказывать ему уважение.

Приложив всю свою драконью силу, он попытался вырваться из объятий мужчины и вскарабкаться прямо на стол.

Это создавало яркий контраст с тем, каким послушным, нежным и прилипчивым он выглядел на руках у Цзин Маня.

По правде говоря, Цзин Мань еще ни разу не видел Сяо Цзиня в таком неистовстве. Посчитав это забавным, он достал личный терминал и включил видеозапись.

Улыбнувшись, он подвинул тарелку ближе к ним: — Господин Му, покормите его скорее.

— Нет, он должен вести себя смирно, — голос Му Цанчжоу слегка похолодал, а брови слегка сошлись на переносице.

Он не позволял своему ребенку вести себя подобным образом из-за куска еды — это выглядело крайне неподобающе.

Отодвинув тарелку подальше, он заглянул в глаза Сяо Цзиню.

И принялся терпеливо наставлять малыша: — Сяо Цзинь, нельзя так себя вести во время еды. Как некрасиво с твоей стороны карабкаться на стол безо всяких маارу, к тому же на столе масло и пятна, ты испачкаешь одежду. Будь хорошим мальчиком, отец покормит тебя, хорошо?

Разве Сяо Цзинь мог понять что-то из этого? Из всей тирады папы Му он уловил всего пару слов.

Он лишь почувствовал, что этот папа его не любит, не дает вкусной еды, и в его сердечке зародилась обида.

Сопротивление стало еще яростнее, он чуть не разорвал рукав Му Цанчжоу.

Жалко поджав губы, он посмотрел на Цзин Маня полными слез глазами и позвал его папой.

Увидев эту картину, Цзин Мань заволновался и не смог больше усидеть на месте.

Он решил, что Му Цанчжоу совершенно не умеет себя вести — ребенок уже почти плачет, а он всё еще сидит с мрачным лицом и пугает малыша.

Сколько дней прошло с вылупления, да что он вообще понимает?

Бросив на Му Цанчжоу косой взгляд, он шагнул к ним, излучая вокруг себя волну холодного воздуха: — Отдай мне Сяо Цзиня.

Му Цанчжоу считал, что хорошие манеры ребенка еще не до конца сформированы, и раз уж дело не было доведено до конца, он рефлекторно чуть отдернул руку.

— Верни мне сына! — увидев это движение, Цзин Мань мгновенно вышел из себя.

Вчера на словах любезно подписал со мной соглашение, а сегодня уже пытается отобрать ребенка? Что за человек такой?!

Его голос слегка повысился, а лицо тоже похолодало.

Почувствовав недовольство Цзин Маня, Му Цанчжоу наконец пришел в себя. Не зная, как именно объясниться, он поспешно протянул ему готового расплакаться Сяо Цзиня.

Словно обладая какой-то магией, этот сорванец Сяо Цзинь тут же успокоился, стоило ему оказаться на руках у Цзин Маня.

Все следы обиды, страха и недовольства с его нежного личика мгновенно испарились.

Ластясь к Цзин Маню с очаровательным послушанием, он свободно раскинул лапки и хвостик, изо всех сил наслаждаясь отцовскими объятиями.

Даже то самое пирожное на столе, чуть не ставшее причиной разрыва с другим отцом, казалось, больше не представляло для него никакого искушения.

У Цзин Маня отложилось в голове лишь одно: у него на руках Сяо Цзинь ведет себя тише ласкового котеночка, почему же с Му Цанчжоу он ведет себя так, будто собрался кого-то укусить?

Сяо Цзинь еще такой кроха, он ничего не понимает — во всем наверняка виноват Му Цанчжоу!

Хмыкнув в сторону мужчины, он демонстративно перестал обращать на него внимание.

Потрепав Сяо Цзиня по голове, он наклонился и чмокнул его в маленькие драконьи рожки.

Затем притянул пирожное к себе, зачерпнул серебряной ложечкой кусочек и попробовал сам.

Убедившись, что со вкусом все в порядке, он принялся по кусочку отправлять его в ротик Сяо Цзиню. А Сяо Цзинь ел так послушно! Ничего плохого в этом не было!

В то время как отношения отца и сына здесь складывались на редкость гармонично, Му Цанчжоу смутно ощущал, что его усадили на скамейку запасных.

Только он так и не понял, по какой именно причине.

Когда Цзин Мань закончил кормить Сяо Цзиня, он поднял взгляд и одарил Му Цанчжоу холодным взором.

Вся та симпатия, что возникла у него при мысли об их идеальной совместимости за обеденным столом, полностью испарилась, оставив лишь образ ужасного похитителя детей.

Ледяным тоном он произнес: — Господин Му, я не могу разделять ваши взгляды на воспитание детей, но в соглашении о совместном воспитании сказано, что во всем решающее слово за мной. Если вы не согласны, давайте сегодня же расторгнем его.

В душе Му Цанчжоу всколыхнулась обида: — А? Я ничего такого…

Не давая ему возможности оправдаться, Цзин Мань аккуратно уложил дракончика в коляску и повторил: — Слушаешься ты меня или нет?

Му Цанчжоу ответил: — Слушаюсь, но если у него не выработаются хорошие привычки…

Цзин Мань подумал про себя, почему этот человек такой невыносимый, и бросил на него безжалостный взгляд исподлобья: — К чему ты придумываешь всякие глупости? Разве Сяо Цзинь сейчас вел себя плохо? Начнет баловаться — тогда и будешь ругать, зачем сразу пытаться читать ему нотации?

Только после этих слов Му Цанчжоу понял, какую именно главную мысль упустил.

Его пыл тут же заметно угас, и он покорно кивнул: — Верно, ты прав, я не с тем уклоном об этом подумал.

Видя его искреннее раскаяние, Цзин Мань наконец тоже успокоился.

Раньше Сяо Цзинь контактировал только с ним и был донельзя послушным.

Он и сам не ожидал, что при общении с другими людьми малыш превращается в этакого задиристого и вздорного маленького дракона.

Возможно… он действительно самую капельку переборщил с баловством.

Впереди еще долгая жизнь, и Сяо Цзиню действительно нужно учиться вливаться в общество.

Пойдя на уступку, он смягчил тон: — Когда он станет чуть постарше, я… мы научим его правилам поведения за столом, он точно не вырастет избалованным сорванцом.

Глаза Му Цанчжоу сияли подобно звездам, и он молча кивнул.

Выйдя из Ресторана семьи Лун, Да Сюн всё так же задирал голову на Му Цанчжоу, словно пытаясь сообразить, кто же этот ведущий его на поводке мужчина.

Оба больше не возвращались к теме того недавнего инцидента за столом, молчаливо перелистнув страницу споров о методах воспитания ребенка.

Отойдя на какое-то расстояние, Цзин Мань вдруг кое о чем вспомнил и спросил Му Цанчжоу: — Кстати, господин Му, раньше вы ведь жили не в этих краях, вы уже решили, как устроитесь здесь в дальнейшем?

Му Цанчжоу кивнул и с заметным интересом в шутку произнес: — Я решил сделать Хуаюаньлу своим основным рабочим районом в качестве помощника по родовспоможению. Когда малыши в округе подрастут и узнают, что помогал появиться на свет именно я, они наверняка будут гордиться.

А еще я купил небольшой дом и намерен обосноваться здесь надолго.

Цзин Мань всё понял: судя по всему, тот не шутил и действительно собрался вить гнездо ради ребенка.

Тогда он тоже ощутил легкое волнение и, подняв глаза на Му Цанчжоу, спросил: — У господина Му сейчас есть свободное время? Заглянем ко мне, оцените новое жилье?

http://bllate.org/book/41351/5269860

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода