— Ли Цяо, обсуждать посторонние вещи во время совещания... — человек во главе стола плавно закрыл колпачок ручки и холодно произнёс: — В следующий раз можешь не приходить.
Ли Цяо резко вскинул голову, его лоб мгновенно покрылся испариной. Еще минуту назад он тихо перешучивался с сидевшим рядом предпринимателем, делая ставки на то, как скоро Владыка Хэ, пребывавший явно не в духе, начнёт отчитывать семью Чэн. Кто бы мог подумать, что именно он станет той самой курицей, которую показательно зарежут, чтобы напугать остальных.
— Г-господин Хэ… — голос Ли Цяо дрожал. Он попытался хоть как-то оправдаться ради себя и своей компании, но, столкнувшись с Хэ Цзюньчжо, любой, даже самый хитроумный расчёт, был обречён на провал.
Да Фэй, личный помощник, стоявший по правую руку от Хэ Цзюньчжо, молча перевёл взгляд на Ли Цяо. Тот угодил прямо в ловушку, совершенно не умея читать ситуацию. Да Фэй отвёл глаза, принял у босса только что подписанные документы и сделал полшага назад, вновь превратившись в образцового первоклассного помощника, готового в любую секунду исполнить приказ.
В этот момент в зал наконец вернулся глава семьи Чэн, которого ранее вызвали по срочному звонку. Запыхавшийся мужчина средних лет, потирая руки, стоял у входа и с виноватым видом извинялся перед человеком в центре. Хотя совещание проходило в конференц-зале семьи Чэн, Чэн Канши вёл себя пугающе смиренно.
Да Фэй заметил, как пальцы его босса на мгновение замерли над бумагами, а затем тот слегка кивнул, разрешая войти. Чэн Канши облегчённо выдохнул, суетливо засеменил к своему месту, стараясь никого не задеть. По пути он с недоумением бросил взгляд на господина Ли, который, казалось, внезапно слёг с тяжёлым недугом — тот сидел, вцепившись в стол, и его била крупная дрожь.
Атмосфера в зале была какой-то странной. Неужели этот Владыка Хэ снова вышел из себя? При одной лишь мысли об этом Чэн Канши невольно вздрогнул. Он украдкой провёл рукой по начавшей лысеть макушке и про себя взмолился: лишь бы не трогали меня, лишь бы не обратили внимание…
— Господин Чэн.
Чэн Канши вздрогнул. С дрожащими губами он посмотрел на высокого, статного и пугающе красивого Владыку Хэ, сидевшего по диагонали от него. Он понял: всё кончено, семье Чэн сегодня не спастись. В этот миг мужчина, разменявший пятый десяток, почувствовал себя совершенно беспомощным, словно напуганный ребёнок.
Сглотнув, он с замиранием сердца уставился на тонкие губы Хэ Цзюньчжо, ожидая, что тот скажет.
— Ваш сын…
Не дожидаясь продолжения, Чэн Канши тут же сполз со стула, почти падая на колени, и принялся извиняться за своего непутёвого отпрыска:
— Простите, господин Хэ! Мне правда очень жаль, Чэн Ань не нарочно столкнулся с вами в лифте! Он ещё учится, ничего не смыслит в делах, он просто не узнал вас, того, кто держит в своих руках весь город! У него… у него просто нет глаз, он слеп!
Хэ Цзюньчжо провёл рукой по виску и постучал пальцами по столу, прерывая длинную тираду извинений Чэн Канши.
— Прошу прощения, я просто хотел узнать, как чувствует себя ваш сын. Если вам нужно, можете быть свободны.
Произнося это, мужчина слегка нахмурился, и по его лицу было невозможно понять, доволен он или разгневан. По залу прокатился ропот: все гадали, не намёк ли это на то, что семью Чэн собираются окончательно вышвырнуть из бизнеса.
Лишь помощник Да Фэй с удивлением посмотрел на босса. За те два года, что он работал с Хэ Цзюньчжо, он выучил характер своего начальника до мельчайших деталей. Он знал, что однажды во время совещания произошёл неприятный инцидент, после чего босс стал крайне нетерпим к любым задержкам. Но сейчас… ради главы семьи Чэн, которого вызвали по срочному делу, он приостановил совещание, а теперь ещё и затеял пустой светский разговор?
Да Фэй, стоя за спиной Хэ Цзюньчжо, погрузился в глубокие раздумья, мысленно помечая для себя этот факт. А Чэн Канши, услышав вопрос, решил, что ему послышалось. Разумеется, он не осмелился уйти раньше времени и осторожно ответил:
— Лучше, намного лучше… Ань Ань внезапно потерял сознание, но врач уже осмотрел его.
— Мм.
Казалось, это был просто праздный вопрос. Хэ Цзюньчжо сцепил пальцы в замок, откинулся на спинку кресла и продолжил слушать отчёты. Разговор о юном господине Чэн растворился, словно капля дождя в пруду, не оставив ни следа. В конференц-зале снова зазвучали деловые доклады, будто ничего и не произошло.
***
В то же время, в комнате отдыха, Чэн Ань, только что пришедший в себя после приступа головокружения, сидел, остекленевшим взглядом уставившись в пространство. Рядом с ним дежурила секретарша отца.
— Господин Ань, выпейте ещё тёплой воды.
В одной руке она держала стакан, в другой — пузырёк с лекарством. То, что Чэн Ань внезапно упал в обморок, до смерти её напугало, и она, рискуя навлечь на себя гнев Чэн Канши, поспешно позвонила ему.
Заботливые слова секретарши звучали совсем рядом, но Чэн Ань был настолько потрясён, что не улавливал ни единого звука. Диван в комнате отдыха был очень мягким, но сам он весь сжался, словно пружина, и никак не мог расслабиться. Полчаса назад в больнице он случайно узнал тайну своего происхождения — он оказался подкидышем, которого по ошибке приняли в семью Чэн!
Холодный пот пропитал спину, просторная школьная форма липла к телу, обдавая холодом. Чэн Ань обнял свой школьный рюкзак, растерянно глядя на заходящее солнце за окном офиса корпорации Хэ. Что, если отец вернётся с совещания и прямо сейчас потребует объяснений? От этой мысли глаза Чэн Аня покраснели, и он уже не мог усидеть на месте.
Нужно уходить! Он больше не может оставаться в этой компании.
Не в силах ответить секретарше, Чэн Ань быстро вытер глаза тыльной стороной ладони, накинул рюкзак на плечи и выбежал из комнаты. Пробежав полпути по коридору, он побоялся, что столкнётся с отцом, и, даже не рискнув подойти к лифтам, нырнул на лестничную клетку.
Преодолев несколько пролётов, он окончательно выбился из сил. Чэн Ань остановился, упёршись руками в колени, чтобы перевести дух. И вдруг снизу донеслись яростные проклятия.
Чэн Ань замер, боясь пошевелиться, и вцепился в перила.
— Чёрт, кто бы знал, что этот Владыка Хэ сегодня так взбесится и начнёт резать нас по живому!
Это был Ли Цяо, которого только что отчитали на совещании. Он в ярости звонил отцу, пытаясь найти способ спасти положение, пока Хэ Цзюньчжо ещё не уехал. Судя по всему, на том конце провода сказали что-то неприятное, так как Ли Цяо взревел: — Да при чём тут выдержка! Это он намеренно придирается!
В пылу спора он вскинул голову и вдруг заметил край брюк, мелькнувший на лестничном пролёте чуть выше.
— Кто! Кто там наверху?!
У Чэн Аня перехватило дыхание. Он не ожидал, что его так быстро обнаружат. Парень в панике распахнул свои большие миндалевидные глаза, развернулся, чтобы бежать, но споткнулся о ступеньку и рухнул. Колено с силой ударилось о край, боль была такой острой, что из глаз едва не брызнули слёзы. Он сжал губы, изо всех сил стараясь сдержать стон.
Тяжёлые шаги быстро приближались, и через секунду Ли Цяо с силой вцепился в воротник его куртки, рывком поднимая вверх.
— Чэн Ань?!
Даже если бы на нём не было этой приметной сине-белой школьной формы, Ли Цяо поклялся бы, что ни за что не перепутал бы это чересчур красивое лицо. Мальчик перед ним был до боли похож на своего грубого, рано облысевшего отца — будто их вырезали по одному шаблону.
http://bllate.org/book/41302/5264089
Готово: