— Сяо Цзя! — негромко окликнув его по имени, юноша бросился вперёд и крепко обнял его.
Внезапно оказавшись в объятиях, растерянный Фу Цзя обнял его в ответ и тихо прошептал:
— Брат...
— Прости меня, братишка... — руки Фу Мяня, обнимавшие его, слегка дрожали. — Этот ублюдок Фу Юцюань! Да как он смел принуждать тебя к женитьбе... Ты ведь только что совершеннолетним стал!
— Пошли! Домой, к брату! — Фу Мянь наконец отпустил его, смахнул влагу с уголков глаз и попытался взять Фу Цзя за руку.
Фу Цзя запаниковал: он вовсе не хотел возвращаться в семью Фу! Если он вернётся, то что станет с его таким огромным законным мужем? Он же ещё даже не уложил его в постель!
— Брат, я уже женат, мы с мужем даже свидетельство о браке получили.
Хотя сам он никуда не ходил, брачное свидетельство действительно оказалось у него на руках с самого дня его появления здесь, и перед лицом закона этого мира они с Лу Хэном признавались законными супругами.
Глаза Фу Мяня покраснели от неверия:
— Что? Вы уже расписались?
— Да-да-да, — Фу Цзя закивал головой, как цыплёнок, клюющий зёрна.
— Тогда... этот тип по фамилии Лу не обижает тебя? — Фу Мянь с сердцебисением и болью в сердце смотрел на младшего брата, испытывая тревогу и жгучее раскаяние.
Во всём виноват он! Если бы он не устроился на подработку и всё это время оставался дома, Сяо Цзя уж точно не позволили бы вот так просто выдать замуж.
— Брат, а что вообще считается обидой? — любопытно приподнял голову Фу Цзя.
— Ну... — щеки Фу Мяня слегка порозовели, и он тихонько шепнул ему на ухо: — Вы по ночам спите на одной кровати?
Ах!
На лице Фу Цзя отразилось огорчение: почему это брат, едва появившись, заводит разговор о его душевных ранах?
— Отвечай скорее, было или нет? Он обижает тебя? — Фу Мянь в тревоге ухватил его за руки.
Фу Цзя недовольно надул губы:
— Прошлой ночью он выставил меня из спальни и заставил спать в одиночестве.
Фу Мянь:
— А позавчера?
— Позавчера я тоже спал один, — обиженно протянул Фу Цзя.
Услышав это, Лу Хэн наконец с облегчением выдохнул.
— Нет! Нам всё равно нужно уходить. Вдруг он в один прекрасный день... полезет к тебе?
Глаза Фу Цзя вмиг засияли: неужели? Бывают же такие прекрасные вещи!
Тогда уходить отсюда ему расхотелось ещё сильнее!
— Брат, но мы же уже поженились! — напомнил он Фу Мяню, давая понять, что теперь дело сделано, и даже если он вернётся с ним, это уже ничего не изменит.
Фу Мянь твёрдо заявил:
— Я найду способ убедить Лу Хэна, чтобы он с тобой развелся.
Фу Цзя: ???
Но он-то вовсе не хотел разводиться!
Он категорически против разрушения этого брака!
Он с таким трудом отыскал мечту своей жизни — парня, который идеально отвечает всем его вкусам, да к тому же является его законным мужем!
Ни за что на свете он не разведётся, хоть убейте!
— Сяо Цзя, ты ведь только что стал совершеннолетним. По идее, ты должен был догулять каникулы и поступить в университет, а не быть запертым здесь на положении какой-то ручной птички!
Университет? Да что хорошего в этом университете?
А жизнь ручной птички — просто прелесть, не нужно горбатиться на дядиньку и терпеть притеснения.
Управляющий Ван вовремя появился рядом и, вежливо улыбнувшись, произнёс:
— Молодому господину Фу не стоит беспокоиться об учёбе супруга. Господин уже всё устроил: супруг будет учиться в университете как положено и нормально окончит его. Более того, после университета для него смогут устроить и трудоустройство, если он захочет.
Фу Цзя в ужасе затряс головой:
— Нет! Я! Не! Хочу!
Заставлять ленивую цветущую бегонию грызть гранит науки в университете и упорно учиться — вы это серьёзно?
Такую пресную жизнь он не вынесет ни секунды.
— И всё равно нет, сегодня Сяо Цзя уходит со мной, — настрой Фу Мяня был предельно решителен.
Настрой Фу Цзя оказался куда твёрже:
— Нет! Я никуда не пойду!
— Брат, мне здесь и правда очень хорошо, Лу Хэн замечательный, и ко мне он относится отлично.
— Правда! — торжественно пообещал он. — Лу Хэн безупречен во всём, кроме того, что отказывается спать со мной.
Фу Мянь: ???
Управляющий Ван: «...»
— Сяо Цзя... — в глазах Фу Мяня промелькнула тревога. — Ты случайно...
— Правда, братец, я действительно люблю Лу Хэна. Я влюбился в него с первого же взгляда, как только увидел! Я люблю его! Я вышел за него добровольно и остался здесь по собственной воле, я не могу уйти от него...
Чем дольше Фу Мянь слушал, тем мрачнее становилось его лицо. Он не верил своим ушам:
— Да как такое возможно! С чего бы тебе полюбить такого...
Управляющий Ван бросил на него острый взгляд, и Фу Мянь тут же прикусил язык.
Продолжая смотреть на Фу Цзя любящим, но полным скрытой тревоги взглядом, Фу Мянь промолвил:
— Сяо Цзя... ты, должно быть, слишком долго просидел дома, людей вокруг видишь мало, отсюда у тебя и возникли неверные представления.
Подразумевалось следующее: Фу Цзя просто редко видел нормальных мужчин, раз смог заглядеться на такого, как Лу Хэн.
Управляющий Ван мысленно усмехнулся: ишь, подумаешь, его господин чем-то плох?
— Брат~ — Фу Цзя взял Фу Мяня за руку и капризно, ласковым голосом протянул: — Уж если любовь нагрянула, её ничем не остановишь! В общем, в этой жизни я увяз в нём по уши. Делай что хочешь, а я останусь с ним~
После долгих уговоров Фу Мянь, нахмурившись, всё же скрепя сердце кивнуки:
— Вечно ты устраиваешь балаган.
То, что младший братик в одночасье превратился в одержимого любовью глупышку, тоже давало немало поводов для головной боли.
К тому же он прекрасно знал, насколько упрямым и взбалмошным бывает Фу Цзя, и понимал: если не пойти у него на поводу, тот наверняка снова устроит грандиозный скандал.
— Раз уж ты не хочешь возвращаться со мной, поживай пока здесь! Всё равно до начала занятий остался чуть больше месяца, и как раз мы учимся в одном университете — тогда я снова тебя навещу, — сказал Фу Мянь.
Ох... всё равно придётся учиться. С горькой улыбкой Фу Цзя смирился с безжалостной реальностью.
— У меня вечером еще дела, я пойду, — произнёс Фу Мянь и начал подниматься.
Фу Цзя мысленно восхитился: не зря его братец — главный герой, подрабатывающий на трёх работах во время каникул, и впрямь невероятно трудолюбив.
Заметив, что тот собирается уходить, Фу Цзя быстренько собрал все десерты и пирожные с журнального столика, которые они ещё не успели съесть, и аккуратно уложил их в подарочный пакет.
Сунув свёрток с лакомствами в объятия Фу Мяня, Фу Цзя поднял на него чистые, сияющие угольно-чёрные глаза:
— Братику на угощение~
В его собственном мире не было братьев и сестёр, а здесь внезапно появился заботящийся о нём брат. Фу Цзя проникся к нему симпатией и на уровне подсознания поделился тем, что любил сам.
Глаза Фу Мяня снова покраснели: ему показалось, что помимо внезапно проснувшейся врождённой влюбчивости, его младший братишка стал ещё и гораздо более заботливым и понимающим, чем раньше.
Сначала он хотел отказаться, но, встретившись взглядом с сияющими глазами Фу Цзя, так и не смог отвергнуть его добрые намерения.
В итоге примчавшийся в ярости парень ушёл совершенно успокоенным, бережно прижимая к груди охапку ароматных сливочных пирожных.
...
— Он и вправду так сказал? — раздался в ярко освещенной комнате низкий мужской голос.
— Именно так, — подтвердил управляющий. — Судя по всему, брат супруга хочет забрать его домой, а ещё... говорил о разводе с вами.
— Однако супруг наотрез отказался.
— Супруг заявил, что влюбился в вас с первого взгляда, и с самой первой встречи без памяти привязан к вам. Он любит вас безумно, до беспамятства, и даже под страхом смерти ни за что не согласится на развод! Ведь он уже не может жить без вас, и без вас его жизнь потеряет всякий смысл... — управляющий Ван слегка приукрасил то, что Фу Цзя говорил днем, а на его лице читалось слабое возбуждение человека, который поймал любимый пейринг.
Лу Хэн слушал с бесстрастным выражением лица, казалось, его внутренний мир оставался совершенно неподвижным.
Управляющий продолжал вещать:
— Супруг эти два дня сидит дома один, от скуки ему приходится только в игры играть. Наверное, ему хочется, чтобы любимый человек уделял ему побольше внимания...
Лу Хэн бросил на него короткий взгляд, и управляющий благоразумно замолчал, после чего тихо вышел из комнаты.
Едва он удалился, как у дверей спальни Лу Хэна появилась чья-то крадущаяся тёмная фигура.
Прижавшись к двери, Фу Цзя попытался толкнуть её.
? Не открывается?
Тут он с горечью обнаружил: дверь заперта изнутри.
Фу Цзя обиженно надулся: неужели кто-то запирает дверь на ночь?
Словно услышав возню за дверью, замок щелкнул, и створка распахнулась.
Не успел Лу Хэн и слова сказать о том, что этот парень опять докучает ему среди ночи, как Фу Цзя опередил его и первым оскорбленно возмутился, громко обвиняя хозяина комнаты:
— Почему это ты запираешь дверь на ночь глядя?
Лу Хэн ответил ровным тоном:
— Чтобы кое-кто не вздумал залезть ко мне в постель.
Этот самый кое-кто сердито надул щёки и тихонько пробормотал:
— Жадина...
Опустив взгляд, Лу Хэн произнёс:
— Если больше ничего нет, я закрываю дверь.
— Погоди! — Фу Цзя уперся ладонью в створку. — У меня есть дело.
Лу Хэн перевёл на него взгляд, жестом показывая, чтобы тот говорил.
— Я хочу одолжить ванну в твоей спальне, чтобы поплавать в пенной воде, — с абсолютной искренностью произнёс Фу Цзя. — В моей комнате нет ванной комнаты, а мне так хочется полежать в ванне.
— Позволишь воспользоваться твоей?
—...
Лу Хэн безжалостно отказал:
— Нет.
— Почему? — недовольно нахмурился тот, кому отказали.
С холодным сарказмом Лу Хэн обронил:
— Потому что я жадина.
Фу Цзя: «...»
Да как так-то? Мало того что не пускает к себе, так даже в ванну не разрешает лечь!
Он будет скандалить!
Приглашение искупаться вместе
Нет ничего невозможного в этом мире для того, кто умеет ластиться!
Состроив жалостливое личико, Фу Цзя вцепился в руку Лу Хэна и принялся яростно трясти её:
— Муж~ёк~
Лу Хэн: «...»
— Муженек, муженек, муженек~ — атака ласками в исполнении Фу Цзя была настолько мощной, что от этого постоянного повторения слова муж можно было запросто потерять рассудок.
В конце концов, чтобы заставить его замолчать, Лу Хэн всё-таки уступил.
— Я так и знал, муж ты мой лучший! — Фу Цзя послал ему воздушный поцелуй и тут же сделал широкое предложение разделить с ним купание. — Раз уж ты одолжил мне ванну, я сердечно приглашаю тебя искупаться вместе со мной.
Взгляд Фу Цзя излучал чистейшую искренность.
Предсказуемо это вызвало очередной безжалостный отказ со стороны Лу Хэна.
Фу Цзя не слишком расстроился и весело вприпрыжку помчался в ванную наполнять воду.
— Набирать воду так трудно! Муж, ты же не против, если я пока полежу на твоей кровати? — чисто символически осведомился Фу Цзя и беззастенчиво забрался на постель Лу Хэна, не оставляя тому ни единого шанса на возражение.
—...
Ух ты! Эта кровать и вправду оказалась куда удобнее его собственной! Счастливый Фу Цзя покатился от изголовья к самому краю, перевернув и раскидав в полном беспорядке аккуратно сложенное одеяло Лу Хэна.
http://bllate.org/book/41179/5243482
Готово:
