Фэй Чжунь за два дня до поездки позвонил и заранее всё расспросил, чтобы убедиться, что визит не побеспокоит хозяев.
Когда они прибыли по последнему адресу, машина только собралась заехать за небольшой мостик через речку, как домочадцы уже выглядывали из дома, поджидая гостей. Заметив приближающийся автомобиль, они бросились навстречу.
— Молодой господин Фэй, спасибо, что снова нашли время заехать!
Мэн Пянь: «...»
К чему такие преувеличения? В прошлый раз семья вела себя совершенно нормально, из-за чего ему на мгновение показалось, будто он внезапно угодил в какой-то сериал про властного генерального директора из Мэри Сью.
— Тетя, не стоит такой официальности, это мой долг. Как здоровье Ци Хана в последнее время?
— Все неплохо, вот только он часто жалуется на слабость и слабый иммунитет.
Услышав это имя, Мэн Пянь счёл его смутно знакомым. Выйдя из машины, он увидел стоявшего неподалеку хрупкого, похожего на согнутую на ветру иву омегу.
— Мэн Пянь? Ты почему в машине молодого господина Фэя?
Какое совпадение: они оказались бывшими одноклассниками по средней школе, хотя особенно близкими друзьями не были.
— Я подбросился с молодым господином Фэем до Седьмой средней школы, — с улыбкой ответил Мэн Пянь, охотно подыгрывая и используя обращение молодой господин Фэй.
Фэй Чжунь: «...»
— Ого, вы с молодым господином Фэем одноклассники? — в глазах Ци Хана читалась сплошная зависть.
— Давайте зайдем в дом, на улице ужасно жарко, — пригласила мать Ци Хана.
Фэй Чжунь достал из багажника подарки с витаминными добавками и занес их в дом.
— Ой! Молодой господин Фэй, вы слишком щедры!
— Ничего подобного. Если самочувствие ухудшится, можете связаться со мной, я отправлю людей, чтобы они отвезли Ци Хана на полное обследование.
Услышав это, Ци Хан слегка покраснел и с застенчивым видом произнес:
— Молодой господин Фэй, а у вас найдется время отвезти меня? В прошлый раз меня возил тот старший брат, и мне было очень страшно.
Мэн Пянь: «...»
Фэй Чжунь улыбнулся:
— Прошу прощения, в Седьмой средней школе учеба отнимает слишком много сил, у меня может не быть времени. Если боитесь, в следующий раз я устрою так, чтобы вас сопровождала какая-нибудь мягкая и заботливая старшая сестра.
— Ах... Хорошо, спасибо.
Пфф, Мэн Пяню захотелось рассмеяться. Неужели Фэй Чжунь и впрямь не уловил скрытого смысла слов Ци Хана? Тот вовсе не нуждался ни в какой заботливой сестричке, он хотел, чтобы его сопровождал именно он сам.
— Ай! Какой же ты непутевый ребенок, разве у молодого господина Фэя есть столько свободного времени! Молодой господин Фэй, отдохните немного перед уходом, я пойду нарежу нам арбуз.
Мать Ци Хана ушла резать арбуз, а Ци Хан со смущенным видом теребил пальцы, то и дело бросая украдкой взгляды на Фэй Чжуня. Казалось, у него накопилось множество слов для Фэй Чжуня, но стоило ему открыть рот, как, заметив поблизости Мэн Пяня, он снова проглатывал их.
— Молодой господин Фэй, наверное, не знает, но мы с Мэн Пянем учились вместе в средней школе и тогда сидели за соседними партами. Раньше я всегда завидовал его успеваемости, а теперь завидую тому, что он бета и может свободно находиться рядом с молодым господином Фэем, не опасаясь никаких колебаний феромонов.
Мэн Пянь: «...»
Он даже не сразу сообразил, в чем вообще заключалась главная мысль этой фразы.
Фэй Чжунь беспристрастно ответил:
— Верно, быть бетой неплохо.
Ци Хан: «...»
— К сожалению, беты все же слишком заурядны, одна только способность к деторождению чего стоит.
Мэн Пянь: «...»
Заметив выражение глубокого изумления на лице Мэн Пяня, Фэй Чжунь улыбнулся:
— Омеги — это тоже не просто инструмент для продолжения рода, не смотри на себя с такой стороны.
Ци Хан: «...»
Едва они вышли из дома семьи Ци, лицо Мэн Пяня сделалось весьма хмурым.
Фэй Чжунь решил, что тот рассердился из-за слов Ци Хана, но на самом деле Мэн Пянь просто снова вспомнил собственное прошлое.
Он никогда не считал бету чем-то плохим, но суровая реальность заключалась в том, что от него отказались именно из-за того, что он бета.
Слова Ци Хана застряли у него в горле комом, похожим на дерьмо. Почему некоторые омеги так кичатся своим репродуктивным преимуществом? Им кажется, что раз рожать легко, значит, у них есть превосходство и больше прав на выбор альфы в мужья? А после этого они гордятся тем, что вышли замуж за сильного альфу? И в довершение ко всему гордятся рождением альфы или омеги?
Поистине нелепый и абсурдный замкнутый круг. Ведь прежде чем проявиться как представители второго пола, все они в первую очередь — независимые личности, почему же нельзя ценить собственные личные достоинства?
Если бы Мэн Ин не была так помешана на стремлении прислониться к какому-нибудь альфе, то даже после того, как ее бросил Чжао Куньлунь, пусть у него и не было отца, он все равно смог бы жить в счастливой семье.
В воспоминаниях Мэн Пяня после трехлетнего возраста Мэн Ин практически отсутствовала.
Сначала она отдала его на воспитание бабушке, а сама уехала на заработки, чтобы прокормить семью. Позже она повстречала своего истинного альфу и создала новую семью на стороне.
Тот дядя тоже был разведен и воспитывал ребенка, но Мэн Ин не взяла с собой сына и даже не заикнулась тому человеку о его существовании. Мэн Ин говорила бабушке, что хочет родить ребенка от этого дяди, а уже потом забрать Мэн Пяня к себе — мол, лишь обзавевшись общим ребенком, она обретет почву под ногами.
Иначе она страшно боялась снова быть брошенной.
Шли годы, а она, казалось, все еще активно готовилась к зачатию, утверждая, что делает все ради того, чтобы открыто и с высоко поднятой головой забрать его к себе. Но Мэн Пяню это было уже не нужно.
— Маленьким бетам тоже неплохо живется, они не зависят от феромонов, в этом нет ничего плохого.
Заметив, что Мэн Пянь молчит, Фэй Чжунь мягко утешил его.
— Разумеется, — фыркнул Мэн Пянь.
Фэй Чжунь легко улыбнулся. Он и вправду зря переживал, совсем забыв, что этот маленький обманщик обладает железным характером и вовсе не нуждается в чужих утешениях.
...
Мэн Пянь полагал, что эта неприятная история с Ци Ханом — пустяк, который скоро забудется. Однако через несколько дней, зайдя в интернет со смартфона, он обнаружил входящую заявку в друзья в qq от Ци Хана.
И где только тот раздобыл его qq?
[Ци Хан: Мэн Пянь, прими заявку, есть дело.]
Мэн Пянь не стал принимать запрос и ответил напрямую: [Я не добавляю никого в qq, что тебе нужно?]
[Ци Хан: Мы же всё-таки одноклассники по средней школе, не будь таким отчужденным, я просто хотел кое-что расспросить о молодом господине Фэе.]
Мэн Пянь: «...»
Принял его за рупор для передачи сообщений? Что мешало добавить самого Фэй Чжуня?
Не желая тратить на это время, Мэн Пянь не только отклонил заявку, но и вообще прекратил всякий ответ.
Подождав немного, Ци Хан снова прислал запрос в друзья: [Мэн Пянь, добро не должно уходить на чужую сторону, помоги нам сблизиться с молодым господином Фэем, а?]
Мэн Пянь: «...»
В этот момент он как раз обедал, используя термобокс, подаренный Фэй Чжунем. Функция сохранения тепла там действительно работала на славу: еда, уложенная туда с утра, при открытии в обед оставалась горячей.
Но сейчас ему показалось, что еда застряла в горле — что за идиотские проблемы вокруг.
Когда Фэй Чжунь вернулся после обеда, Мэн Пянь сунул ему под нос экран смартфона с вкладкой запросов в друзья.
— Молодой господин Фэй, я считаю, что со своими поклонниками каждый должен разбираться самостоятельно, не втягивая в это ни в чем не повинных сладких омег, ладно? Я очень занят учебой, у меня нет времени на подобные глупости, — с приторной улыбкой произнес Мэн Пянь.
В этой сладкой улыбке Фэй Чжунь отчетливо уловил четыре грозных иероглифа: скрытая насмешка.
— Будь справедлив, я тоже человек невиновный, я его не привлекал, какое ко мне это имеет отношение?
Мэн Пянь поджал губы и принялся убирать ланч-бокс.
Видя, что тот не согласен, Фэй Чжунь решил убедить его логикой:
— Твои поклонники считают меня бельмом на глазу, может, тебе тоже стоит с этим разобраться?
Мэн Пянь: «...»
— Хм... Это ко мне не относится...
Фэй Чжунь пожал плечами, развел руки в стороны, показывая: мол, видишь, ровно та же логика.
— Ладно уж! — Мэн Пянь уложил ланч-бокс обратно в термосумку, взял телефон, подтвердил заявку в друзья от Ци Хана и с молниеносной быстротой, не дав тому успеть отправить сообщение, заблокировал его и отправил в черный список.
Уж лучше один раз добавить в друзья и окончательно заблокировать, чем бесконечно страдать от назойливого внимания незнакомца.
Закончив, он продемонстрировал результат Фэй Чжуню, склонил голову и сладко улыбнулся:
— Ну вот, мы сами разобрались с возникшими проблемами, и если это вдруг встанет поперек чьей-то влюбленности, не вини меня потом.
Фэй Чжунь не имел возражений и даже поднял большой палец вверх.
— Вот и отлично, учись усердно. — Довольный Мэн Пянь извлек сборник дополнительных заданий, в мире воцарился покой, и он продолжил щелкать задачи.
...
Урок физкультуры, свободные занятия.
Мэн Пянь по привычке прихватил с собой тетрадь с упражнениями. Учитель физкультуры не дал никаких заданий, так что он просто нашел укромное местечко, чтобы порешать примеры. В конце сентября намечалась провинциальная олимпиада по математике, и хотя в прошлом году он пропустил регистрацию, в этом участвовать собирался непременно.
Премия за первое место на провинциальном уровне была очень солидной, а деньги ему были крайне нужны.
В другом конце поля Шао Чи и Фэй Чжунь заговорили о предстоящем дне рождения.
День рождения Фэй Чжуня приходился на 16 сентября, то есть на эту субботу.
Фэй Чжунь был младше Фэй Чина на двенадцать лет, и помимо того, что старшие в семье баловали младшего сына, Фэй Чин как старший брат тоже немало о нем заботился. Раньше семья Фэй всегда с размахом устраивала для него праздничный банкет. Однако из-за того, что прошлым летом у него случился срыв феромонов, в прошлом году праздник отменили.
Было неясно, как поступят в этот раз, и Шао Чи полагал, что сейчас Фэй Чжунь явно не жалует места с большим скоплением народа.
— Как будем отмечать в субботу? Мне из твоего дома приглашение на день рождения не приходило, неужели снова без праздника?
Фэй Чжунь и впрямь не желал устраивать шумных торжеств. Пригласи он всю эту молодежь из знатных семей, он все равно опасался бы нестабильности феромонов.
— Большого приема не будет, просто соберемся узким кругом, но тебя, конечно, позову.
Услышав это, Шао Чи просиял, поддвинулся ближе и вполголоса поинтересовался:
— А одноклассников позовешь? Например, маленького Мэн Пяня?
Фэй Чжунь: «...»
Как ни крути, а все сводилось к тому, чтобы прихватить с собой Мэн Пяня.
Фэй Чжунь огляделся по сторонам и вдали, в самом углу спортивной площадки, заметил сидящего под деревом Мэн Пяня, который увлеченно решал задачи.
Он сомневался, что Мэн Пяню понравится подобная обстановка. Пусть речь и шла о скромных посиделках, но самые близкие друзья из влиятельных семей все равно придут, и Мэн Пянь может почувствовать себя не в своей тарелке.
— Он не обязательно согласится.
— Значит, шанс есть! — ухмыльнулся Шао Чи. — Жди здесь, я пойду позову!
С этими словами он моментально умчался.
Фэй Чжунь: «...»
В тени раскидистого дерева свет и без того был тусклым, а теперь его загородило еще сильнее. Мэн Пянь поднял голову и увидел лучезарно улыбающегося Шао Чи.
— Чего это ты?
Как раз закончив решать намеченные задачи, Мэн Пянь захлопнул тетрадь и поднялся.
— В субботу у Фэй Чжуня день рождения, пойдешь? Ты в прошлый раз на хого не пришел, это уже было обидно, но день рождения соседа по парте пропускать никак нельзя!
Мэн Пянь отряхнул приставшую к штанам пыль и слегка засомневался:
— А много народа будет?
— Немного, совсем немного! Посиделки для своих, одни молодые, старшие присутствовать не будут!
Мэн Пянь понимающе кивнул, достал телефон и проверил баланс в qq — там оставалось всего несколько десятков юаней, его кошелек был откровенно пуст.
— Хм... Вы же все будете дарить очень дорогие подарки, да?
Заметив тревогу Мэн Пяня, Шао Чи применил проверенное средство:
— Ой да брось! Главное — внимание! Чего только у нашего Чжунь-гэ нет, ему эти дорогие подарки даром не сдались! Я вот вообще собираюсь заявиться без всякого подарка!
Поразмыслив, Мэн Пянь счел это разумным.
— Это Фэй Чжунь прислал тебя за мной?
Шао Чи гордо ударил себя в грудь:
— Само собой! Разве я мог самовольно решать за Чжунь-гэ? Ты же его сосед по парте, он так ждет твоего прихода! Страшно хочет пригласить, да самому неловко признаваться, вот и послал меня разведать, не согласишься ли!
Мэн Пянь повернулся в поисках Фэй Чжуня — и вправду, неподалеку Фэй Чжунь тоже смотрел на него.
— Ладно, я пойду. Только скинь мне потом время и место.
— Заметано!
Шао Чи радостно побежал докладывать о выполнении поручения!
— Чжунь-гэ! Видишь? Маленький Мэн Пянь просто грезит возможностью прийти к тебе на день рождения!
Фэй Чжунь: «...»
С чего бы ему в это верить?
Но раз Мэн Пянь выразил согласие, Фэй Чжунь решил лично подойти и пригласить его. Маленький обманщик отличался чересчур гордым нравом, нельзя было допустить, чтобы приглашение выглядело столь неопределенным.
Урок физкультуры подходил к концу, задачки были решены, и Мэн Пянь, почувствовав некоторую жажду, решил заранее вернуться в класс, чтобы сделать глоток воды.
Не спеша шагая по спортплощадке, он размышлял о том, что Шао Чи с Фэй Чжунем — друзья с пеленок, так что ему, пожалуй, простительно явиться без подарка. Но он-то всего лишь одноклассник, и заявляться на банкет с пустыми руками выглядело как-то неудобно.
Что бы такого подарить?
Может, что-нибудь недорогое, но симпатичное?
Погруженный в раздумья, он рассеянно пинал носком ботинка камешки на газоне и вдруг заметил какую-то конфету.
Мэн Пянь остановился, присмотрелся — кажется, обертка была целой?
Присев на корточки и раздвинув стебли сорной травы, он выудил оттуда сладость, сдул пыль, повертел ее в руках и улыбнулся.
Надо же, шоколадка.
Запечатанная. Интересно, сколько она пролежала втоптанной в траву?
Вряд ли найдется хозяин, который станет разыскивать потерянную конфету?
Значит, ее можно съесть?
Мэн Пянь почти никогда не пробовал шоколада. Вроде бы ему доводилось отведать кусочек в совсем раннем детстве — он был сладким и ароматным.
Когда он только поступил в Седьмую среднюю школу, несколько альф тоже пытались дарить ему шоколад, но то были огромные плитки. Мэн Пянь был уверен, что стоят они безумно дорого, поэтому взять не посмел и вернул обратно.
До конца перемены еще оставалось время, в классе наверняка никого не было, так что можно тайком ее слопать, ничего страшного не случится.
Бережно пристроив найденную шоколадку в карман школьной формы, словно какое-то сокровище, Мэн Пянь бегом бросился в класс.
Наблюдавший за ним неподалеку Фэй Чжунь: «...»
Вернувшись следом в класс, Фэй Чжунь увидел, как у Мэн Пяня сияют глаза, когда он развернул обертку, извлек шоколадку и предельно аккуратно, чуть касаясь кончиком языка, попробовал ее, после чего блаженно прищурился.
Глядя на эту шоколадку, и в особенности на тот момент, когда ее коснулся язык Мэн Пяня, Фэй Чжунь почувствовал, как у него перехватило дыхание. Сердце пропустило удар, и он в панике украдлеком прижался спиной к стене коридора, пытаясь затеряться в тени.
Надо же кому-то так дорожить обычной шоколадкой.
Долгое время Фэй Чжунь попросту не решался показаться Мэн Пяню на глаза, так и не пригласив его на день рождения лично.
На вечерней самоподготовке Фэй Чжунь написал записку и передал ее Мэн Пяню. В ней были указаны время и место проведения банкета, а также содержалось официальное приглашение.
В тот день Мэн Пянь отведал потрясающе вкусного шоколада. Оказывается, шоколад был таким восхитительным, совсем не похожим на те детские воспоминания.
Он был так счастлив, что даже не обратил внимания на странности в поведении Фэй Чжуня. Написав ответную записку, он поблагодарил за приглашение и пообещал непременно явиться.
Следующие несколько дней Мэн Пянь только и думал о том, что преподнести Фэй Чжуню в подарок.
Может, подарить шоколад?
Он искренне считал шоколад самым сладким лакомством на свете, но это ведь казалось только ему. Семья Фэй была настолько богата, что любые изысканные сладости были им доступны круглый год.
То, что он мог купить на пару десятков юаней, явно не шло ни в какое сравнение.
В пятницу вечером после окончания самоподготовки Мэн Пянь сидел в автобусе по дороге домой, погруженный в мрачные раздумья.
Завтра день рождения Фэй Чжуня, а подарка у него по-прежнему не было. Оставалось только завтра пораньше заглянуть в центр города Хуа в надежде на месте отыскать что-то подходящее.
Дома бабушка еще не ложилась спать.
В комнате появился большой картонный ящик размером со стиральную машину, поверх которого бабушка как раз натягивала защитную сетку.
— Бабушка, что это?
Подойдя поближе, Мэн Пянь удивленно распахнул глаза.
Внутри копошился десяток крошечных цыплят — лимонно-желтых, пушистых. Они тихонько пищали пить-пить-пить, выглядя умопомрачительно мило.
— Цыплята. Я сегодня почти всех старых кур распродала, оставила парочку несушек, ну и прикупила выводок молодняка.
Объяснив это, бабушка с беспокойством покосилась на внука:
— Пищат тут, спать тебе не мешают? Если что, я вынесу их на улицу.
— Ничего страшного, не мешают.
В глазах Мэн Пяня заплясали веселые искорки — этот выводок цыплят казался ему настоящим спасением.
На следующий день с бабушкиного разрешения Мэн Пянь прихватил с собой одного цыпленка и отправился в путь.
Приличной одежды у него не было, все летние футболки давно сносились, по большей части перейдя к нему по наследству от старшего соседа. Опасаясь выглядеть неподобающе, Мэн Пянь решил все же пойти на день рождения в школьной форме. Цыпленок, предварительно накормленный досыта, сидел в глубоком кармане и пока что не подавал голоса.
Фэй Чжунь не любил толпы, поэтому заказал отдельный кабинет всего на два столика, пригласив лишь самых близких друзей.
К тому моменту в зале собралось уже немало гостей, но сам виновник торжества еще не подошел — он застрял в кондитерской, заказывая особый шоколадный торт с тающей начинкой.
Причиной было вовсе не то, что он пылал страстью к сладкому (торты его вообще мало интересовали, а на день рождения их заказывали лишь для создания праздничной атмосферы). Просто ему то и дело вспоминался тот день, когда его сосед по парте украдкой ел подобранную с земли шоколадку — эта картина порой казалась ему до боли жалостливой, и сегодня он решил просто дать парню возможность наесться от души.
— Ого, вы все принесли с собой торты? Сегодня от этого изобилия точно стошнит!
Когда Шао Чи появился с тортом в руках, первые пришедшие гости уже распаковали собственные десерты и расставили их по столу, соревнуясь, чей выглядит красивее.
— Разумеется, я приготовила и другой подарок, он Фэй Чжуню точно понравится, — с самодовольной улыбкой похвасталась Су Ханьян.
— Я тоже захватил подарок, но у Тян-тян он наверняка самый лучший! Каждый год именно ты даришь Фэй Чжуню самые необычные вещи! — принялся льстит Ли Синчжан.
Су Ханьян самодовольно задрала подбородок:
— А почему Фэй Чжунь до сих пор не пришел?
Шао Чи, одновременно отправлявший сообщение Фэй Чжуню, отозвался:
— Понятия не имею. Неужели поехал встречать Мэн Пяня?
— Кто такой этот Мэн Пянь? — нахмурилась Су Ханьян.
— Хэ-хэ, новый знакомый, наша первая сладкая омега Седьмой средней школы, сосед по парте Фэй Чжуня. Он та-акой милый...
Ли Синчжан протянул:
— А, я знаю! Это не о нем ли на форуме слухи ходят, будто у него роман с Фэй Чжунем? Он тоже придет? Слухи подтвердились?
Другая омега-девушка поспешила прервать его:
— Кхе-кхе! Ли Синчжан, заткнись лучше. Разве может хоть одна омега сравниться с нашей Тян-тян? Фэй Чжунь просто в последнее время опасается контактировать с омегами, а когда выберется из этого психологического тупика, его главным выбором, конечно же, станет Тян-тян!
— Значит, это он. — Лицо Су Ханьян слегка омрачилось.
Остальные почувствовали, что атмосфера накаляется, и поспешили сменить тему.
В этот момент в дверь постучали, и на пороге показался Мэн Пянь:
— Банкет по случаю дня рождения Фэй Чжуня здесь?
— Здесь-здесь! Маленький Мэн Пянь, наконец-то ты пришел!
Шао Чи с восторгом кинулся к двери встречать гостя и тут же представил Мэн Пяня остальным.
Из-за присутствия Су Ханьян остальные не осмеливались выказывать особую теплоту к новичку, да и по одежде Мэн Пяня было очевидно, что тягаться с Су Ханьян он никак не мог.
— Фэй Чжунь велел пока разрезать торты перекусить, он свой собственный торт привезет.
— Мэн Пянь, ты голоден? Угощайся тортом, который я купил, он просто объедение!
Шао Чи проявлял такую бурную любезность, что на контракте с остальными Мэн Пянь сразу почувствовал себя нежеланным гостем.
— Буду.
Впрочем, ему было все равно. Тортов он не ел уже несколько лет, так что отказываться не собиралось.
— Берите кому что нравится! Все свои, церемониться не стану, — бросил Шао Чи, отрезая кусок торта и протягивая его Мэн Пяню.
Стоило Мэн Пяню принять тарелку, как к нему приблизилась Су Ханьян с лучезарной улыбкой на лице:
— День рождения же, у торта должен быть особый способ подачи~
С этими словами она резко схватила Мэн Пяня за руку и швырнула кусок торта ему прямо в лицо.
Мэн Пянь не ожидал подобного нападения, и его лицо мгновенно покрылось слоем крема.
— Тян-тян, разве так можно! — тихо запротестовал Чэн Жань.
— Твою мать! Су Ханьян, ты совсем больна на голову? — опешил Шао Чи и разразился руганью, лихорадочно вытаскивая салфетки, чтобы вытереть лицо товарища.
В комнате воцарился полный хардкор, однако Су Ханьян невинно улыбалась:
— Но мы же вечно так шутим, неужели у него совсем нет чувства юмора?
— Извинись.
Вошедший с тортом в руках Фэй Чжунь застал эту сцену во всей красе, и его лицо моментально помрачнело.
Су Ханьян замерла, не веря своим ушам. Чувствуя себя ужасно обиженной, она подбежала к нему и принялась трясти за рукав:
— Братец Фэй! Это же просто шутка, неужели ты станешь так ругать меня из-за какого-то постороннего?
— Шутка — это когда смеются оба, извинись. — Нахмурившись, Фэй Чжунь поставил торт на стол и в упор уставился на Су Ханьян холодным взглядом.
— Братец Фэй! Не надо так, мне страшно... — в глазах Су Ханьян заблестели слезы.
— Хи-хи.
Мэн Пянь, утирая со щек густой крем, неожиданно мило хихикнул.
Все присутствующие: «...»
Фэй Чжунь только что заявил, что шутка — это когда смеются, так что же это сейчас было???
— Он же посмеялся, значит, это была шутка, да? — жалостливым голосом переспросила Су Ханьян.
Фэй Чжунь и сам не понимал, чему радуется Мэн Пянь, но его грызла страшная вина: он сам зазвал парня на праздник, а в итоге того публично унизили.
Мэн Пянь швырнул испачканные салфетки на стол, подошел к Фэй Чжуню, обхватил его за другую руку и принялся раскачивать точно так же, излучая невинное очарование, перед которым Су Ханьян блекнула окончательно:
— Братец Фея, не сердись, со мной всё в порядке~
Фэй Чжунь: «...»
Ему почему-то казалось, что эти фальшивые нотки звучат как-то неправильно.
Су Ханьян тоже остолбенела. Что за высший пилотаж зеленого чая?
Мэн Пянь поднял сладкое личико и посмотрел на Су Ханьян:
— Сестричка ведь верно говорит, это просто шутка. Братец Фея, не переживай за меня так сильно, не нужно меня жалеть, пара капель крема — такой пустяк~
Су Ханьян: «...»
Остальные гости: «...»
Не переставая щебетать, Мэн Пянь подтащил к себе остальные торты со стола.
Повернувшись к Фэй Чжуню, он лучезарно улыбнулся:
— Сестричке ведь разрешено шутить, мне тоже можно, верно? Так будет честно, правда, братец Фея?
Его голос звучал донельзя мило и сладко, из-за чего все вокруг по-прежнему воспринимали его как абсолютно беззащитное существо.
После этих слов Мэн Пянь с широкой улыбкой вмазал целый торт прямо в лицо Су Ханьян.
Су Ханьян окончательно лишилась дар речи. С ней никогда еще не обходились столь бессовестным образом, и она тут же разрыдалась:
— Братец Фэй! Ты только посмотри на него!
Сделав невинное лицо, Мэн Пянь повис на Фэй Чжуне целиком, намертво перекрыв Су Ханьян доступ к его руке, и принялся истошно жаловаться:
— Ой-ой-ой... почему сестричка так поступает, я ведь просто ответил ей тем же методом, ууу, неужели я вам всем так неприятно...
Рыдая, Мэн Пянь уткнулся лицом прямо в грудь Фэй Чжуня, тщательно измазав остатками крема с собственного лица его одежду.
Фэй Чжунь: «...»
http://bllate.org/book/41162/5240361
Готово: