Напротив Седьмой средней школы тянулась целая улица с едой — настоящий рай для ее учащихся. Стоило наступить полудню или вечеру, как все заведения до отказа забивались школьниками, бизнес процветал невероятно.
Шао Чи вынырнул из толпы, с двумя порциями тушеных куриных лапок в руках, и вбежал в соседнюю забегаловку, где подавали рис по-уйгурски.
У них с Фэй Чжунем было четкое разделение труда: Фэй Чжунь занимал места и делал заказ в этой забегаловке, а он отправлялся стоять в очередь за лапками по соседству.
— Добыл, добыл! Каждый день столько народу в очереди, меня чуть не раздавили!
Рис по-уйгурски уже принесли, и Шао Чи, усердно загребая ложкой, с довольным видом заговорил:
— Ну как, наша школьная еда просто улёт? Оставляет Среднюю школу Чэнъян далеко позади!
Фэй Чжунь неторопливо распробовал блюдо и кивнул в знак согласия:
— Раз ты порекомендовал, разве могло быть плохо?
От похвалы Шао Чи аж загордился:
— То-то же! А ты еще попробуй куриные лапки в горшочке от тетушки Цзян — нежные, ароматные, во рту тают.
Его слова еще не затихли, как толпа обедающих в заведении внезапно заволновалась, все один за другим повскакивали с мест и устремились к выходу. Стулья с неприятным скрежетом проехались по полу, резанув по ушам.
— Быстрее глянуть! Начало учебного года, а тут разборки в реале!
— Вчера в форуме такие угрозы кидали, а сегодня уже пришли разбираться? Жестко!
Разобравшись в общих чертах, Шао Чи с нехорошим предчувствием схватил за рукав пробегавшего мимо одноклассника и спросил:
— Вы куда это? Даже есть не будете?
— Какая уж тут еда, Сунь Юйтан с Мэн Пянем подрались! На форуме даже прямая трансляция идет, бежим скорее смотреть!
Тот ученик торопился поглазеть на зрелище и, выпалив это, поспешил догнать товарищей, направлявшихся к школе.
— Твою мать! Мэн Пяня обижают!
Уловив суть, Шао Чи торопливо закинул в рот еще несколько крупных ложек риса, швырнул палочки и вскочил, пустившись в погоню.
Сделав пару шагов, он вернулся назад. Рот был набит едой, говорить он не мог, поэтому лишь изобразил жест Фэй Чжуню — мол, я пойду гляну, а ты ешь спокойно.
Содержимое форума вчера показывали Фэй Чжуню, но тогда его реакция была крайне холодной. Шао Чи подумал, что Фэй Чжунь точно не станет присоединяться к этому балагану, и не стал навязываться.
— Сунь Юйтан качает права из-за Ся Яна? — между делом неторопливо поинтересовался Фэй Чжунь, продолжая есть.
Шао Чи изо всех сил проглотил рис:
— Конечно из-за него! Больше-то у них с Мэн Пянем никаких обид нет. Этот Сунь Юйтан такой скандальный, где уж Мэн Пяню тягаться с ним.
— Ладно, некогда болтать, мне бежать надо!
Запихнув в рот еще пару ложек, Шао Чи припустил во все лопатки.
Фэй Чжунь чувствовал, что дело нечисто.
Глядя на едва начатую половину порции риса, он задумчиво сгреб ложкой остатки в уголок тарелки, собрал рассыпавшиеся по краям рисинки и отправил их в рот.
Оставшаяся половина риса в тарелке аккуратной и чистой горкой лежала с одного края.
Фэй Чжунь поднялся, прихватил со стола те самые две порции тушеных куриных лапок и широким шагом последовал за ними.
Мэн Пянь вовсе не собирался драться с Сунь Юйтаном, на форуме всё жутко преувеличали.
До тех пор пока он не закончит свой обед, он вообще не планировал обращать внимание на Сунь Юйтана. Вот только подобный план оказался слишком идеалистичным: его невозмутимость и ледяное равновесие лишь сильнее разозлили Сунь Юйтана.
— Ты еще жрешь, твою мать!
Сунь Юйтан с размаху перевернул парту Мэн Пяня. В воцарившейся в классе тишине раздался громкий глухой стук, и ланч-бокс вместе с учебником английского языка рухнули на пол.
Еда вывалилась из контейнера: половина осталась на полу, а половина размазалась по странице со словарем в учебнике.
Мэн Пянь холодным взглядом проводил укатившуюся с учебника круглую фрикадельку из свиного фарша, приготовленную бабушкой. Она катилась всё дальше и покатилась прямо к выходу.
Бабушкины фрикадельки были невероятно вкусными, но сейчас мясо стоило слишком дорого, и бабушка готовила их редко. Изредка она лепила всего парочку штук и бросала их в овощной суп, чтобы придать блюду мясной дух.
Мэн Пянь как раз ел зеленые овощи и собирался оставить фрикадельку напоследок, чтобы съесть ее с рисом — он очень дорожил ею.
— Ся Ян, он так старается заступиться за тебя, неужели ты не скажешь ему правду?
Тихо произнес Мэн Пянь ровным тоном, по которому невозможно было прочитать его эмоции.
С этими словами он подошел к двери, присел на корточки, поднял злосчастную фрикадельку и вернул ее в уже опустевший ланч-бокс.
Видя такое поведение, Сунь Юйтан невольно нахмурился. Его воинственный пыл заметно поугас, лицо приобрело крайне неестественное выражение, и он огрызнулся:
— Хватит угрожать ему при мне! Янь-Ян, не бойся!
— Блин! Сунь Юйтан, а ты не слишком обнаглел? — прибежавший Шао Чи окинул взглядом царящий вокруг беспорядок и рассвирепел.
Фэй Чжунь шел позади него, и первое, что он увидел, войдя в класс, — это как Мэн Пянь жалко сидит на корточках, подбирая с пола еду и аккуратно складывая ее обратно в коробочку. В этот момент его никак нельзя было связать с тем хитрым, пронырливым и улыбчивым Мэн Пянем, которого они видели раньше.
— Вали отсюда, это личные дела омег, не лезьте, альфы! — ткнув в сторону Шао Чи пальцем, завопил Сунь Юйтан.
Подобрав еду, Мэн Пянь поднялся на ноги и сразу заметил Фэй Чжуня. На душе у него мгновенно отлегло — этот человек станет превосходным свидетелем.
Повернув голову, он окинул взглядом толпу зевак за окнами первого класса. Множество людей столпилось даже у распахнутой настежь задней двери, и уголки губ Мэн Пяня едва заметно дрогнули в усмешке.
Много народу — это прекрасно.
Прикрывая собой Шао Чи, Мэн Пянь с ланч-боксом в руках приблизился к Ся Яну.
— Не знаю, может, утром я выразился недостаточно ясно? Хочешь, чтобы я повторил всё при таком скоплении людей?
Ся Ян посмотрел на выпачканные остатками еды и жирные руки Мэн Пяня и испуганно спрятался за спину Сунь Юйтана.
— Ты… ты ничего не объяснил, ты просто приписал мне то, чего не было, и запугивал, чтобы я не смел искать с тобой встречи…
Приписал то, чего не было?
Услышав это, Мэн Пянь наконец кое-что понял.
Он-то считал, что помог Ся Яну, но в итоге услышал разговор Ся Яна и Ло Лихао в туалете. Неужели Ся Ян воспринял его как врага и решил переложить с больной головы на здоровую, чтобы предотвратить утечку информации в будущем?
— Ся Ян, должен напомнить: сегодня утром в учительской были не только мы двое, Фэй Чжунь тоже находился там, и он может это подтвердить.
Ся Ян опешил и бросил взгляд на стоявшего за спиной Мэн Пяня Фэй Чжуня.
— Вы за спиной брата Хао снюхались, вот он естественным образом и покрывает тебя.
Фэй Чжунь:…
Незаслуженный упрек прилетел совершенно неожиданно.
Он и сам никак не ожидал, что утром в учительской Ся Ян благодарил Мэн Пяня, а теперь вновь повернулся к нему другим лицом.
— За слова надо отвечать. Хочешь, я позову адвоката? — спросил Фэй Чжунь.
Ся Ян умолк и еще сильнее вжался в спину Сунь Юйтана.
Того аж распирало от праведного гнева:
— Не перегибайте палку!
Мэн Пянь никак не ожидал, что, спасая человека, спасет неблагодарную змею. Он давал шансы несколько раз, но раз Ся Ян ими не дорожит, то пусть не винит его за отсутствие мягкосердечия.
— Тогда я объясню еще раз при всех, Ся Ян, слушай внимательно.
— Перед началом летних каникулов вы с Ло Лихао занимались пошлятиной в туалете. Ло Лихао хотел поставить тебе полную метку и подговорил выпить таблетку для отшиба памяти, а ты согласился. Я боялся, что ты попадешься на удочку, и специально выманил Ло Лихао звонком, но ты по дурости принял меня за любовника на стороне. Вот и вся история.
Как только Мэн Пянь закончил говорить, по классу пронесся гул изумления.
— Нет! — неожиданно громко взвизгнул Ся Ян. — Ты… ты не можешь вешать на меня такие ярлыки только для того, чтобы отмыться от попыток закадрить брата Хао, это уже перебор…
Ся Ян заговорил громче, а потом и вовсе тихонько заплакал, изображая из себя жертву невероятной несправедливости.
Такое представление заставило окружающих вновь заколебаться и усомниться: а вдруг Мэн Пянь лжет?
— Мэн Пянь! Ты хоть понимаешь, какой удар для омеги — сочинять такую ложь? — с яростью в голосе вопросил Сунь Юйтан и бросился на Мэн Пяня с кулаками.
Фэй Чжунь нахмурился, шагнул вперед и перехватил удар Сунь Юйтана.
— Он не врет.
Мэн Пянь не ожидал, что Фэй Чжунь заступится за него. Он посмотрел на прямую спину одноклассника, и в его взгляде мелькнул огонек.
— Разумеется, я не вру, — Мэн Пянь опустил ланч-бокс и чистой рукой достал из портфеля телефон. — Я человек робкий, боялся, что Ло Лихао потом станет мне мстить, так что записал тот разговор в туалете на диктофон.
— Ся Ян, хочешь, я включу запись на всеобщее услышание?
При упоминании записи Ся Ян мгновенно окостенел, его глаза расширились от ужаса.
— Да ты врешь!
— Вру или нет — послушаете и узнаете. Но раз это касается твоей личной жизни, мне потребуется твое согласие. Стоит тебе разрешить, и я тут же включу запись.
Говоря это, Мэн Пянь открыл аудиофайл и продемонстрировал экран Ся Яну.
Ся Ян совершенно не рассчитывал на появление записи. Застигнутый врасплох, без всякой психологической подготовки, он не смел рисковать и теперь весь дрожал от панического страха.
Зеваки в классе, заметив, что парень пасует, зашушукались, обвиняя его в неискренности.
Сунь Юйтан тоже растерялся. Он схватил Ся Яна за плечо и зашептал:
— Янь-Ян? В чем дело? Ты правда кувыркался с Ло Лихао? И согласился жрать эту дрянь по его указке? Ты вообще понимаешь, что это за таблетки?! Ты сошел с ума?!
— Нет, нет! — в панике закричал Ся Ян, цепляясь за рукав Сунь Юйтана. — Брат Хао вовсе не это имел в виду! Он меня не обманывал!
Сунь Юйтан: ???
— Я спрашиваю, собирался он пичкать тебя этой гадости или нет?! Ты до сих пор защищаешь этого ублюдка-альфу? У тебя вообще мозги есть?!
Если раньше в истории оставались какие-то сомнения, то подобная защита Ло Лихао со стороны Ся Яна окончательно подтверждала правоту Мэн Пяня. Класс моментально взорвался возмущенным гамом.
— Ого, да главный зеленый чай тут сам Ся Ян!
— Ся Ян, да ты очернил Мэн Пяня просто из зависти, что Ло Лихао западает на него? Своей башки на плечах нет?
— Мэн Пянь реально пострадал! Спас неблагодарную скотину с добрыми намерениями!
Слушая насмешки со стороны, Сунь Юйтан почувствовал себя главным дураком в этой истории. Ему стало невыносимо стыдно, и он, развернувшись, бросился вон из класса.
— Стоять.
Мэн Пянь окликнул его.
Сунь Юйтан обернулся, с презрением глянув на Ся Яна, затем перевел хмурый взгляд на Мэн Пяня и злобно бросил:
— Прости! Это я во всем не разобрался, приношу свои извинения!
Мэн Пянь покосился на него, наклонился, поднял с пола испачканный едой учебник английского и протянул Сунь Юйтану.
— Поменяйся со мной.
Сунь Юйтан:…
Раз уж извиняешься, делай это по-человечески, соверши реальный поступок.
Под ошеломленными взглядами множества людей Сунь Юйтан едва сдерживал дыхание от гнева. Он яростно выхватил свой учебник и в полном бешенстве выбежал прочь.
Защищать Ся Яна больше было некому. Совершенно сникший, бледный как полотно, он трусливо поплелся следом за ним.
Проводив его взглядом, Мэн Пянь молча взял у Шао Чи влажную салфетку, вытер руки, положил телефон на парту Фэй Чжуня и вместе с Шао Чи принялся поднимать опрокинутые парты.
На экране его телефона все еще светился интерфейс аудиозаписи. Фэй Чжунь бросил на него беглый взгляд и усмехнулся.
Судя по полосе прокрутки, этот звуковой файл длился ровно две секунды и никак не мог содержать запись разговора из туалета. Ся Ян просто запаниковал и ничего не заметил.
Фарс подошел к концу, зеваки разошлись.
Мэн Пянь вернулся за свое место, взял ланч-бокс, голыми руками достал ту самую фрикадельку, пристально всмотрелся в нее, и в его глазах странно смешались свет и тень.
Наблюдая за этим, Фэй Чжунь невольно вспомнил, как вошел в класс и увидел Мэн Пяня, который на коленях собирал с пола еду. На душе у него стало скрести кошки.
— Она грязная, не ешь.
С этими словами он протянул принесенные с собой тушеные куриные лапки.
Мэн Пянь слегка приподнял брови.
Отказываться он не стал, взял угощение и озарил лицо улыбкой:
— Спасибо, в знак благодарности я вам улыбнусь.
Фэй Чжунь:…
Улыбка Мэн Пяня неизменно сияла яркостью и ослепительным теплом. Точь-в-точь как говорил Шао Чи — сладко и жеманно.
Совершенно не похоже на человека, которого только что обидели.
Наблюдая, как Мэн Пянь принимает лапки и методично обгладывает каждую косточку своими тонкими пальцами, Фэй Чжунь не выдержал:
— Никакой записи ведь вообще не было, верно?
Мэн Пянь изогнул губы, не став отрицать.
Фэй Чжунь тихо хмыкнул, разглядывая его:
— Обычные методы? Например, использование твоего феромона?
— Угадайте? — с улыбкой парировал вопросом Мэн Пянь.
Фэй Чжунь умолк. Он не собирался ни угадывать, ни ставить на кон.
…
Наступил вечер, время ужина. Все ученики отправились в столовую, а Мэн Пяню есть было нечего.
Он всегда носил с собой порцию только на один прием пищи, обманывая бабушку, будто ужинает в школьной столовой бесплатно.
Когда удавалось подзаработать в чате по разбору сложных задач, он покупал что-нибудь недорогое на вечер, но сегодня ничего не приобрел.
Ся Ян сегодня полностью опозорился, Сунь Юйтан больше не собирался обедать с ним компании, да и сам он превратился в посмешище всей школы. Боясь показаться на глаза людям, он так и забился в пустом классе.
— Ся Ян.
В тишине опустевшего помещения кто-то окликнул его.
Ся Ян вздрогнул, обернулся и увидел, что Мэн Пянь неизвестно когда вошел к ним в класс.
Приблизившись к парте Ся Яна с ланч-боксом в руках, Мэн Пянь прямо у него перед носом подцепил пальцами ту самую злополучную фрикадельку.
— Какое совпадение, ты тоже не ужинал.
Глядя на улыбку на его лице, Ся Ян испытал леденящий ужас.
Раньше он считал улыбку Мэн Пяня дразнящей и притягательной, привлекающей столько альф — это вызывало у него черную зависть. Но еще никогда прежде эта улыбка не казалась ему настолько жуткой.
— Ч-что ты хочешь сделать?
Улыбаясь, Мэн Пянь поднес фрикадельку прямо к его рту:
— Думаю, нельзя разбрасываться едой, съешь-ка.
Ся Ян:…
— Ты с ума сошел?! Она же валялась на полу!
— А по чьей вине она там оказалась? Разбрасываться едой постыдно.
Мэн Пянь чуть подал фрикадельку вперед:
— Сам съешь или мне тебя покормить?
— Да ты псих!
Смертельно перепуганный Ся Ян попытался вскочить и убежать, но Мэн Пянь мертвой хваткой вцепился в него и без лишних слов силой затолкнул фрикадельку ему в рот.
— Запомни: впредь не смей играть на чужой доброте. Можешь снова жаловаться людям, что я тебя обижаю — думаешь, тебе еще кто-нибудь поверит?
Холодным взглядом окинув Ся Яна, который давился фрикаделькой с перекошенным от слез лицом, Мэн Пянь усмехнулся и повернулся к выходу.
Он испытывал особую склонность защищать омег.
Но уж точно не таких продажных и неблагодарных омег-паразитов, что сами напрашиваются на унижения от ублюдков-альф.
http://bllate.org/book/41162/5240353
Готово: