Банкет, по сути, не представлял собой ничего особенно важного, поэтому никто ничего не сказал из-за того, что Шэнь Юй заблаговременно забрал Е Синхэ и уехал домой.
Феромоны Е Синхэ наконец-то стабилизировались, и его снова одолела дремота. Он устроился на пассажирском сидении, засыпая на ходу. К моменту прибытия к месту назначения он уже спал мертвецким сном, бесшумно привалившись к спинке кресла. Его голова слегка склонилась набок, а густые, загнутые вверх ресницы неподвижно застыли над прикрытыми глазами.
Шэнь Юй растерянно моргнул, слегка похлопал его по плечу, чтобы разбудить, и мягко произвел:
— Мы дома, выходи.
Если бы Шэнь Юй отличался мягкосердечием и умел ценить хрупкую красоту, он, пожалуй, не стал бы будить Е Синхэ. Правильным решением было бы властно подхватить Е Синхэ на руки и сразу отнести наверх спать. К сожалению, Шэнь Юй до сих пор оставался непробиваемым и прямолинейно разбудил Е Синхэ.
Е Синхэ машинально коснулся своего лица — жар спал, температура давно пришла в норму. Про себя он тихонько выдохнул с облегчением: к счастью, тогда рядом оказался Шэнь Юй, иначе течка у Омеги — это поистине ужасно. Вокруг толпилось столько Альф, свирепых и хищных, что одних их взглядов хватило бы, чтобы он со страху лишился чувств.
В то же время он испытывал некоторое разочарование: даже в столь тесной кабинке Шэнь Юй сохранял абсолютное невозмутимость, это порядком портило настроение. Е Синхэ растерял всю свою гордость и крупицы самосознания, которые были у него еще несколько лет назад, и теперь то и дело сомневался, не слишком ли заурядна его внешность, раз она не способна растревожить сердце Шэнь Юя.
И правда, никакого очарования, — он недовольно скривил губы.
Даже при всей исключительности статуса Омеги Шэнь Юй оставался столь же холодным и отстраненным. Е Синхэ счел это своей невезучей судьбой и невольно запахнул полы одежды, плотнее кутаясь в нее. Медленно поднявшись наверх, он воспользовался тем временем, пока Шэнь Юй принимал ванну, чтобы немного прибраться в своей комнате.
Одеяло и подушки были аккуратно сложены, он даже навел порядок в комнате Шэнь Юя, полностью сменив убранство огромной кровати на двуспальное. Покончив со всем, он с довольным видом окинул взглядом свой шедевр, а затем прилег на нее на какое-то время.
Выйдя из ванной, Шэнь Юй увидел, что его кровать в мгновение ока преобразилась до неуверенности. Более того, на ней обнаружился какой-то неопознанный биологический объект. Вытирая полотенцем волосы, он приблизился к прикроватной тумбочке, отыскал фен и заодно потянул за вздымавшийся бугром край одеяла, озадаченно произнеся:
— Син Хэ?
Е Синхэ тут же вынырнул из-под одеяла, переводя дыхание. Подняв взгляд на Шэнь Юя, он продемонстрировал крошечные клыкастые зубки:
— Шэнь Юй, смотри, как хорошо я все застелил?
Хотя глаза у него были необыкновенно прекрасны, стоило ему улыбнуться, как он становился похож на сущого ребенка: глаза ссужались в щелочки, обнажая и ямочки на щеках, и острые зубки. Шэнь Юй впервые наблюдал за его улыбкой; задумчиво помедлив пару мгновений, он ответил:
— Мм, иди умойся, разве ты сегодня не устал?
Впервые в жизни он ответил всерьез и сказал ему столько слов. Е Синхэ потер заспанные глаза — он ведь прилег всего на мгновение, — послушно выдал короткое «угу» и соскочил с кровати. Всю свою одежду он тоже переложил в шкаф Шэнь Юя, словно обыкновенная супружеская пара, делящая вещи на двоих, и этот простой поступок с легкостью тешил его тайные желания.
В ванной Е Синхэ мылся с невероятной скоростью, сам толком не понимая, куда он так спешит. При этом воду он сделал слишком горячей, но даже не замечал этого. Позволив струям кипятка окрасить кожу в бело-розовые тона, он спешно перекрыл душ и облачился в легкую пижаму. Овеянные паром щеки пылали румянцем, икры под короткими шортами белели подобно нежным стеблям лотоса, и весь он походил на только что сваренный рисовый шарик.
Шустро добежав до двери Шэнь Юя, он с горящим взором уставился на полулежащего на кровати мужчину и с улыбкой произвел:
— Шэнь Юй, я и правда пришел спать…
Шэнь Юй не уловил скрытого смысла его слов, бросил на него мимолетный взгляд и снова уткнулся в телефон. Е Синхэ не сердился на него и с затаенным трепетом забрался на постель с краешку.
Если подумать, они сейчас точь-в-точь как муж с мужем, — пронеслось в глубине души Е Синхэ с тихим вздохом. Интересно, случится ли у них что-нибудь этой ночью? Только вот Шэнь Юй, кажется, еще не полюбил его, да и силой брать нельзя. К тому же до его течки оставалось еще немало времени, и Шэнь Юй явно не станет заниматься с ним этим прямо сейчас.
Е Синхэ снова погрузился в мучительные внутренние противоречия.
Шэнь Юю показалось странным, что тот то хмурится, то расплывается в улыбке, поэтому он закрыл новостную страницу в телефоне, повернулся к нему и спросил:
— Ты действительно хочешь никогда больше не разводиться и быть со мной одной семьей?
Нет, дело не только в этом. Е Синхэ представлял их далекое будущее, где они доживут до глубокой старости рука об руку, окруженные детьми, или состарятся вместе. О подобном он мечтал с самого восемнадцатилетнего возраста, с того самого мгновения, когда впервые встретил Шэнь Юя, и лишь сегодня эти надежды начали обретать первые очертания.
Е Синхэ внезапно решительно кивнул, и выражение его лица было серьезным как никогда. Если раньше он походил на не по годам наивного ребенка, не познавшего жизни, то сейчас выглядел более рассудительным и собранным, чем кто бы то ни было. Помолчав долгие мгновения, он тихо произнес:
— Шэнь Юй, давай заключим договор. Я буду стоять на своем до тех пор, пока ты не поймешь, что на самом деле означает слово любовь. И еще я хочу увидеть наше общее будущее, где мы состаримся вместе, рука об руку растия детей.
Взяться за руки и состариться вместе?
За свои двадцать с лишним лет Шэнь Юй действительно никогда не задумывался о подобном и даже в планы свои это не закладывал. Встреча с Е Синхэ оказалась случайностью, а осознание чужих чувств — случайностью вдвойне. Он вдруг растерялся, словно заблудившись в густом тумане, не зная, куда двигаться среди пелены.
Тут до его слуха снова донесся голос соседа, в котором звучало истовое, горячее моление:
— Шэнь Юй, я ведь и правда люблю тебя…
Поспешно вынырнув из омута смутных фантазий, Шэнь Юй перевернулся на кровати. Одеяло взметнулось вверх от его движения, а когда опустилось обратно, он уже оказался верхом на Е Синхэ, можно сказать, прижав его к матрасу. Склонив голову, Шэнь Юй вглядывался в лицо Е Синхэ:
— Любишь меня?
Они находились непозволительно близко друг к другу, и дыхание Шэнь Юя теплым ветерком касалось лица Е Синхэ. Он снова сплоховал, покраснев, и вся храбрость, с которой он только что источал признания, вмиг испарилась, затянув его в нежную ловушку Шэнь Юя. Стушевавшись и залившись краской, он кивнул:
— Мм, люблю. Сильно-сильно люблю.
Сердце Шэнь Юя пропустило удар, и он внезапно тихонько усмехнулся:
— Тогда сможешь потом научить меня, как это — любить человека?
— А? — Е Синхэ слегка растерялся.
Его слова еще не затихли, а Шэнь Юй уже сменил позу и больше не придавливал Е Синхэ к постели. Он вернулся на свое прежнее место, словно это была всего лишь мимолетная проверка, и тут же перевел тему:
— Спи давай. Тебя завтра нужно будить?
http://bllate.org/book/40953/5210425
Готово: