У Сюй Шуцзяня была повреждена нога, к тому же в последнее время он каждый день спускался к реке, застудил тело, и его здоровье было сильно подорвано. Болезнь набросилась на него со страшной силой, и стоило ему лечь в постель, как он провалялся там два-три дня. К счастью, бабушка Эр помогала присматривать за ним.
Что касается сарая для скота, Чжэн Дэхуэй в тот же вечер написал рецепт и попросил Старшего в семье Чэнь тайком привезти из уездной больницы немного лекарственных трав. Говорили, что те двое тяжелобольных старика временно вне опасности.
В один из дней в середине апреля Сунь Фэнчэнь вернулся домой спозаранку.
Бабушки Эр не было, а Чжэн Дэхуэй как раз менял повязку на ране на ноге Сюй Шуцзяня.
Услышав, что Чжэн Дэхуэй собирается идти готовить обед, Сунь Фэнчэнь достал из заплечного короба дикого фазана — это был его дополнительный улов на горе сегодня — и завернул для него несколько корней гастродии.
— Ой, да как же это неудобно! — на лице Чжэн Дэхуэя читалось смущение. Все говорят, что жить на чужбине под чужим крылом — не сахар, но принимать чужие милости одну за другой тоже было не легче.
— Ничего, — Сунь Фэнчэнь сунул ему вещи в руки. — Эти вещи достались легко, как раз поправите здоровье старику Сюю и остальным.
После таких слов у Чжэн Дэхуэя не осталось причин отказываться, и все его слова слились в одну фразу:
— Тогда большое спасибо, братец Сунь.
Сунь Фэнчэнь проводил его до дверей.
Когда он вернулся, Сюй Шуцзянь лежал на кровати, повернув голову и глядя на него.
Заметив, что Сюй Шуцзянь выглядит гораздо бодрее, Сунь Фэнчэнь подумал, что целыми днями лежать в постели — тоже не дело, и спросил:
— Не хочешь выйти погреться на солнышке?
У Сюй Шуцзяня загорелись глаза:
— Можно?
— Можно.
Сунь Фэнчэнь немного подумал, развернулся и вышел. Спустя несколько минут он вернулся, подошел к кровати:
— Я помогу тебе встать.
С этими словами он откинул одеяло с Сюй Шуцзяня.
Опираясь на руку Сунь Фэнчэня, Сюй Шуцзянь кое-как надел верхнюю одежду, обувь и носки. Опираясь одной рукой о край кровати, он попытался подняться на ноги, но не рассчитал: слабое тело совершенно не держало, его ноги подкосились, и он, споткнувшись, подался вперед, прямо в объятия Сунь Фэнчэня.
Время словно замерло в этот миг.
Тощие кости под ним заставили сердце Сюй Шуцзяня испуганно забиться.
В этот самый момент Сунь Фэнчэнь заговорил. Он разрушил неловкость ровным голосом, в котором сквозило самое чистое участие:
— Что, совсем нет сил?
На мгновение Сюй Шуцзяню даже показалось, что он слишком много всего придумывает, и он протянул с долгим носовым звуком:
— Угу.
В следующее мгновение он взмыл в воздух, и в спешке его руки инстинктивно обхватили Сунь Фэнчэня за шею. В тумане перед глазами прямо напротив оказалась щетина на подбородке Сунь Фэнчэня.
Когда Сюй Шуцзянь пришел в себя, он уже лежал на импровизированной кровати из досок, устроенной на открытом пространстве перед глинобитной хижиной, а Сунь Фэнчэнь даже заботливо укрыл его одеялом.
Он сам был в растерянности, а вот лицо Сунь Фэнчэня оставалось совершенно обычным.
Сюй Шуцзянь наблюдал, как Сунь Фэнчэнь суетится туда-сюда, и вскоре на месте уже красовался простой глиняный очаг.
Разведя огонь, Сунь Фэнчэнь с прямой спиной высыпал в котел всю собранную за эти дни гастродию и добавил воды ровно настолько, чтобы она покрыла корни.
После некоторого колебания он резко обернулся и встретился взглядом с пристальными, наполовину рассеянными глазами Сюй Шуцзяня:
— Что такое?
С легким гудением Сюй Шуцзянь вернулся в реальность и забормотал невпопад:
— А? Ничего, нет...
Сунь Фэнчэнь спокойно смотрел на него.
— ...
Сюй Шуцзянь потерпел поражение.
Сунь Фэнчэнь держался слишком непринужденно, и Сюй Шуцзянь начал всерьез сомневаться, не слишком ли много он додумывает. На самом деле Сунь Фэнчэнь просто чувствовал вину и ухаживал за ним как за обычным больным, а все эти события казались странными лишь из-за невероятного совпадения...
Если подумать, в этом был смысл.
Сюй Шуцзянь успокоил дыхание и отогнал лишние мысли:
— Почему ты сегодня вернулся так рано?
Сунь Фэнчэнь, глядя на бурлящие в котле пузыри, ответил:
— На тех холмах, куда я обычно ходил последние дни, гастродию почти всю выкопали. Я собираюсь поискать другое место, да и накопанную раньше гастродию нужно вовремя заготовить, так что я просто решил вернуться пораньше.
С этими словами он затушил открытый огонь в топке, вывалил сварившуюся гастродию в заранее подготовленный эмалированный таз и, достав иголку с ниткой, принялся нанизывать корни один за другим, чтобы выставить их сушиться под солнце.
Стоило им полностью высохнуть, их можно было нести на черный рынок.
Сюй Шуцзянь больше ничего не говорил, какое-то время наблюдая за движениями Сунь Фэнчэня, пока его не сморила дремота. Он немного съежился под одеялом и медленно закрыл глаза.
Слушая тихое дыхание рядом, Сунь Фэнчэнь остановил работу и легко выдохнул.
Он обернулся: теплое солнце падало на Сюй Шуцзяня, скрывая бледность его лица, и среди легкого дуновения ветерка отчетливо ощущалось мирное и безмятежное течение времени.
Как только гастродия была развешена, а Сунь Фэнчэнь возился с инвалидным креслом, появились члены семьи Чэнь.
Бабушка Эр поставила на землю корзину с яйцами, посмотрела на зарождающееся подобие инвалидного кресла и с легким удивлением спросила:
— Ты и такое умеешь делать?
— Так, набросал кое-как, — с улыбкой ответил Сунь Фэнчэнь.
В прошлой жизни он несколько месяцев работал подмастерьем у старого мастера и кое-что смыслил в простом плотницком деле.
Он перевел взгляд на двух братьев: Старший в семье Чэнь нес двух старых несушек, а Второй сын семьи Чэнь держал две большие полоски вяленого мяса.
— Это вы...?
— Ой на меня, чуть не забыла! — расплылась в улыбке бабушка Эр. — Благодаря твоей помощи, Сунь Фэнчэнь, нашего старшего выбрали заместителем секретаря коммуны! И это случилось только сегодня утром. Ну как же, пришли отблагодарить тебя!
— Ой, бросьте вы, — Сунь Фэнчэнь отряхнул руки от опилок и прямо сказал: — Если уж на то пошло, это мне нужно благодарить старшего племянника. Если бы не он, с чего бы мне вляпаться в такое хорошее дело?
Бабушка Эр цокнула языком — об этом она знала, ведь ее старший сын, вернувшись домой, во всех красках расписал то, что произошло в доме Заместителя председателя Чжоу. Не говоря уже о прочем, она точно знала: Сунь Фэнчэнь сказал всего пару слов, а Заместитель председателя Чжоу всучил ему почти двести юаней в придачу к целой пачке разнообразных талонов.
И это было еще не все!
Через несколько дней Сунь Фэнчэню предстояло идти к Заместителю председателя Чжоу на повторный осмотр. Когда его сын по-настоящему поправится, разве Заместитель председателя Чжоу не вручит Сунь Фэнчэню конверт с куда большим вознаграждением?
Но одно дело — благодарность, а другое — дело принципа, и бабушка Эр сказала:
— Нет, так нельзя считать. То, что ты смог разобраться с бедой в семье Заместителя председателя Чжоу — это твое умение. Если бы не это, разве старший смог бы занять эту должность?
Она говорила тоном, не терпящим возражений:
— Послезавтра мы устраиваем застолье для всех желающих, но я подумала, что тебе вряд ли понравится такая толчея, поэтому решила принести благодарственные дары заранее. Вещицы, конечно, не сказать чтобы ценные.
— Ну ладно тогда, — Сунь Фэнчэнь понял, что отказываться бесполезно, и только кивнул.
Бабушка Эр была права: его действительно ни капли не привлекало их деревенское застолье. С одной стороны, нельзя было прерывать походы в горы, а с другой — он просто не хотел лишний раз сталкиваться с жителями деревни Юэкси. В конце концов, дурная слава его прежнего владельца была всем известна, и заявись он туда, не миновать бы ему презрительных взглядов, а в этом не было никакой нужды.
— Ну хорошо, тогда мы пойдем.
С этими словами бабушка Эр увела Старшего в семье Чэнь, а Второй сын семьи Чэнь остался.
— Чего тебе? — глядя на него, спросил Сунь Фэнчэнь.
Второй сын семьи Чэнь виновато ухмыльнулся, словно провинившийся слуга, достал из кармана пачку сигарет, вытащил одну, протянул Сунь Фэнчэню и чиркнул спичкой.
Только после этого он заговорил:
— Третий дядя, у меня есть одна просьба, хочу попросить тебя о помощи.
Сунь Фэнчэнь, зажав сигарету в зубах, наклонился ближе, прикурил и коротко хмыкнул.
Второй сын семьи Чэнь бросил обгорелую спичку под ноги и затаптал ее:
— Третий дядя, помнишь, когда у нас в семье случилась беда, я помогал тебе искать вещи на пункте приема утильсырья?
Сунь Фэнчэнь кивнул:
— Вскрылось?
— Не то чтобы вскрылось, — Второй сын семьи Чэнь напустил на себя мрачный вид. — У того работника с пункта приема утильсырья, к которому я тогда обратился через знакомых, дома как раз приключилась беда, и он стал ужасно чувствителен ко всяким таким мистическим штукам. Тогда он заметил, что вещи, которые ты просил найти, были странными, и намотал это на ус. Вчера я угощал его ужином, чтобы вернуть долг вежливости, ну и он меня напоил. Я язык распустил и сболтнул лишнего — рассказал всё, что следовало и не следовало.
— Он угрожал тебе? — в голосе Сунь Фэнчэня прорезались недобрые нотки.
— Нет, — с досадой ответил Второй сын семьи Чэнь. — Он чуть на колени передо мной не падал, умолял свести его с тобой и организовать встречу.
— Мм.
Лицо Сунь Фэнчэня заметно посветлело.
— Ну так что, Третий дядя? — Второй сын семьи Чэнь заискивающе заглянул ему в глаза.
Сунь Фэнчэнь бросил на него косой взгляд: раз уж дошло до такого, что он еще мог сказать?
Второй сын семьи Чэнь просиял от радости, стремглав выбежал во двор и вернулся назад вместе с каким-то мужчиной средних лет.
Ну надо же, выходит, он заранее был уверен, что отказать не получится, раз даже человека привел с собой.
От автора:
Сунь Фэнчэнь: снаружи невозмутим, как скала, а внутри паникую вовсю!
http://bllate.org/book/40914/5204965
Сказали спасибо 0 читателей