Готовый переклад What Do You Mean, Entertainment Industry Succubus? / Что значит «Суккуб шоу-бизнеса»?: Розділ 2

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Глава 2

«Цзо Ю? Тот самый, о котором он думал?»

Проводив взглядом тётушку, которая уже толкала дверь, Цзян Шуян на ватных ногах шагнул следом. Он вошёл в переговорную и машинально притворил за собой дверь.

Раздался негромкий щелчок замка.

Сидевшие за столом четверо — кто уткнувшись в телефон, кто в экран ноутбука — дружно подняли головы. Первым поднялся относительно молодой мужчина в деловом костюме. Непринуждённым жестом поправив воротник, он отодвинул соседний стул.

— Учитель Цзи, присаживайтесь здесь, — приветливо улыбнулся он и перевёл взгляд на юношу: — А вы, должно быть, Цзян Шуян?

— Помощник Чэн, — кивнула Цзи Ланьин. Не поворачивая головы к племяннику, она сухо добавила: — Сними маску.

Мысли в голове Шуяна всё ещё путались, и он среагировал не сразу. Послушно зацепив пальцем резинку, он стянул маску, а другой рукой подхватил козырёк кепки и сдёрнул её, тряхнув головой, точно отряхивающийся щенок.

Смущённо улыбнувшись присутствующим, он блеснул очаровательными ямочками на щеках, отчего всё его лицо мгновенно посветлело.

— Здравствуйте. Я Цзян Шуян. Учусь в Цзянчэне.

Оказавшись в центре внимания, юноша не проявил и тени робости. Под оценивающими, изучающими взглядами он держался на удивление открыто и даже с лёгким любопытством смотрел на незнакомцев в ответ. Его тёмные, ясные глаза светились той чистой, бьющей через край энергией, какая бывает лишь у тех, кто ещё не успел набить жизненных шишек.

Улыбка помощника Чэна стала ещё шире.

— Шуян, ты ведь сейчас на третьем курсе Финансово-экономического университета Цзянчэна? Как тебя занесло к нам? Неужели решил, что с такой внешностью грех не пойти в артисты?

— Оу, — Шуян озадаченно протянул, — а об этом можно говорить вслух? — Его чистые, полуприкрытые веками глаза придали лицу предельно невинный вид. — Вообще-то, знаменитостям платят гораздо больше.

Трое немолодых экзаменаторов за столом переглянулись, их взгляды потеплели, хотя в них и проскользнула едва заметная ирония.

Помощник Чэн негромко рассмеялся:

— Что ж, честно. Типичный юношеский прагматизм... Ладно, чего мы стоим? Проходи, присаживайся. Позволь мне представить наших судей. Это преподаватели актёрского факультета Пекинской киноакадемии, госпожа Су Чжао и господин Мэн Сянь, а также профессор Центральной академии драмы, господин Хэ Синь. Именно они будут проводить твой сегодняшний отбор. — Он сделал паузу, уточняя: — Хочу ещё раз свериться с анкетой: Шуян, у тебя ведь действительно нет никакого актёрского опыта?

Шуян ответил без лишних колебаний:

— Совершенно верно. Я обычный студент, учусь на бизнес-администрировании. Шоу-бизнесом никогда не интересовался, да и кино с сериалами смотрю от случая к случаю.

В душе Шуян уже начал сомневаться в правильности своего решения. Он-то наивно полагал, что сегодня будет обычная ознакомительная встреча: экскурсия по офису, лекция об истории компании, ну и какой-нибудь тест на профориентацию в худшем случае. Но то, что разворачивалось перед ним сейчас, больше походило на трибунал. Ему ещё ни разу в жизни не приходилось проходить столь суровые собеседования. И хотя помощник Чэн тактично сглаживал углы, трое судей напротив разглядывали его с хищным прищуром профессиональных оценщиков.

«Тётушка ведь даже не намекнула, что меня ждёт, — тоскливо подумал он. — Сам-то Шуян провала не боялся — ну не получится и ладно, земля не рухнет. Но вот перед тётей, которая так хлопотала за него, было чертовски неловко. Знай он заранее, зазубрил бы хоть основы актёрского мастерства или почитал статьи про индустрию. А теперь оставалось только импровизировать на ходу».

Шуян тихо вздохнул, и на его лице отразилась гамма столь искреннего уныния, что это вошло в забавное противоречие с его недавним дерзким заявлением.

Заметив эту перемену, экзаменаторы едва удержались от улыбок. С одной стороны, парень явно волновался, с другой — его свободная, расслабленная поза говорила о том, что он чувствует себя здесь как дома. Но равнодушным его назвать тоже было нельзя: стоило ему получить в руки распечатки с заданием, как он тут же погрузился в чтение и вежливо попросил карандаш для пометок. Такое отношение подкупало — сразу видно, что пришёл не просто покрасоваться.

Профессор Хэ Синь переглянулся с коллегами и, видя, что те помалкивают, негромко откашлялся:

— Перед тобой краткое описание персонажа и сцена, которую нужно будет отыграть. Учитывая, что ты никогда не учился актёрскому мастерству, мы даём тебе полчаса. Попробуй набросать краткую характеристику героя, его внутренний портрет — за хорошую аналитику мы начислим дополнительные баллы. — Встретившись с сосредоточенным взглядом Шуяна, профессор смягчился и ободряюще добавил: — Не переживай так. Сделай всё, что в твоих силах, у тебя получится.

Едва эти слова сорвались с его губ, как сидевшие рядом коллеги одарили его весьма красноречивыми взглядами. Хэ Синь мысленно вздохнул.

Когда профессору только прислали анкету соискателя, он всерьёз заподозрил, что даже неподкупная Цзи Ланьин решила продвинуть своего протеже по знакомству. Шутка ли — парню двадцать один год, а в его послужном списке нет ни единого упоминания о творческих кружках или театральных студиях! И не надо хвастаться тем, что он поступил в престижный вуз по общему конкурсу. Для поп-идола высокий интеллект — отличная фишка для пиара, но для глубокого драматического актёра это качество второстепенное.

Вся затея казалась профессору чистейшим абсурдом. Он уже морально приготовился к встрече с заносчивым мажором, уверенным в собственной исключительности. Хэ Синь понимал: в шоу-бизнесе спорить с влиятельными спонсорами себе дороже, иногда приходится закрывать глаза на отсутствие таланта ради выгоды. Особенно когда этот юнец вошёл в переговорную — в кепке, в маске, ленивой походкой, словно заглянул к себе домой, а не на кастинг в одну из крупнейших медиакомпаний страны.

Но стоило Шуяну снять маску, как весь скептицизм профессора улетучился без следа.

«Что ж... признаю свою близорукость», — мысленно резюмировал Хэ Синь, разглядывая лицо юноши.

Теперь понятно, почему Цзи Ланьин лично привела его. Плевать на отсутствие школы! С такой кинематографичной внешностью парня должны были заметить и утащить на съёмочную площадку прямо с улицы ещё в подростковом возрасте. То, что он умудрился прожить двадцать один год вне объективов камер, казалось недоразумением. А его взгляд? В наши дни, когда у каждого второго глаза замылены бесконечным стрессом и смартфонами, встретить столь живые, говорящие глаза — редкая удача. Хотя... судя по лёгкому прищуру, у него тоже близорукость. Ну да ладно, это поправимо.

Хэ Синь наблюдал за сосредоточенно пишущим парнем, чувствуя, как в нём просыпается профессиональный азарт. Он уже размышлял, какими путями выбить у Цзи Ланьин право лично вести у этого самородка актёрские курсы. Такого ученика не стыдно показать коллегам.

Шуян тем временем быстро пробежал глазами текст сценария и без лишних раздумий выписал на полях ключевые маркеры персонажа:

Старшеклассник. Отличник. Лицемер. Полное отсутствие эмпатии.

История не показалась ему сложной, как и сам образ. Главная героиня — жертва школьной травли. Персонаж, которого должен сыграть Шуян, — старшеклассник, в которого она безответно влюблена.

По сюжету их первая встреча происходит под проливным дождём. Измученная издёвками девочка видит юношу с зонтом, который бережно подкармливает бездомного котёнка. В её глазах он предстаёт идеалом доброты: мягкий, отзывчивый, всегда готовый выслушать и утешить её, когда она плачет в одиночестве. Изголодавшаяся по теплу школьница начинает видеть в нём своего спасителя — единственную родную душу в жестоком, безжалостном мире.

И вот знойным летним днём она, робея и комкая подол белого сарафана, признаётся ему в чувствах. Юноша кажется удивлённым. После короткого колебания он предлагает ей пойти в одно место. Влюблённая дурочка соглашается без раздумий, лелея надежду на первое настоящее свидание.

Вот только приводит он её в чужую, заброшенную квартиру. В комнатах царит полумрак — тяжёлые шторы задвинуты, а сухой застоявшийся воздух, пропитанный пылью, дерёт горло при каждом вдохе.

Аккуратно переобувшись в предложенные хозяином тапочки, девочка на цыпочках проходит внутрь. Входная дверь за её спиной с тихим щелчком закрывается. Она робко заглядывает парню в лицо:

— Старший... а зачем мы здесь?

Шуян, стоявший спиной к воображаемому собеседнику, медленно повернул голову. На его привлекательном лице проступила странная, чуждая улыбка. В ней не было тепла или радости — лишь пугающая пустота. Тёмные зрачки казались бездонными провалами, а чуть приподнятые уголки губ заставляли кожу покрываться мурашками.

При этом голос его прозвучал на удивление мягко и чисто:

— Хочу кое-что тебе подарить.

Он неторопливо развернулся, и его улыбка растаяла в полумраке. Взгляд парня лишился всяких эмоций. Возникло гнетущее ощущение, будто из глубин этих тёмных глаз на тебя пристально смотрит кто-то чужой. Но в следующую секунду он скромно опустил веки, и его ресницы мелко задрожали, имитируя юношеское смущение:

— Пойдём в кабинет? Покажу.

Разумеется, влюблённая дурочка не могла отказать. Радостно закивав, она последовала за ним.

Шуян толкнул дверь кабинета. Здесь, в отличие от полутёмной гостиной, царила непроглядная темень. Юноша на мгновение замер, словно привыкая к отсутствию света, его зрачки расширились.

Услышав за спиной испуганный шёпот: «Ой, как темно...», он тихо, почти интимно попросил:

— Прикрой дверь, пожалуйста. Кое-что можно разглядеть только в полной темноте.

Как только воображаемая створка захлопнулась, Шуян резко сократил дистанцию. Роль испуганной школьницы сейчас безмолвно отыгрывал помощник Чэн. Послушно следуя канве сцены, мужчина замер, делая вид, что ничего не видит в темноте, пока лицо Шуяна приближалось к нему.

Красивые черты проступали всё чётче. Лицо актёра оставалось бесстрастным, но в его глазах сквозило такое ледяное, хищное равнодушие, что Чэн невольно захотел отшатнуться. И из-за этого секундного порыва упустил момент, когда в глубине тёмных зрачков Шуяна промелькнула тень отчаянной решимости — словно он делал шаг в бездну.

Шуян мягко, но властно коснулся пальцами его лица, приподнимая за подбородок. Его большой палец медленно, с каким-то исследовательским интересом очертил контур челюсти.

Будь на месте Чэна та самая влюблённая девочка, она бы наверняка растаяла от нежности этого жеста. Но помощник Чэн прекрасно знал, что последует дальше, и затаил дыхание. В груди против воли зародился настоящий, липкий страх. Откуда у этого новичка столько гнетущей убедительности?

Вдруг Чэн почувствовал, как в его живот упёрлось нечто острое и твёрдое. В мёртвой тишине переговорной это прикосновение отозвалось волной ледяной дрожи, пробежавшей по всему телу.

Раздался сухой щелчок.

— Ох... — Чэн шарахнулся назад, судорожно хватая ртом воздух и прижимая ладонь к груди. Справившись с внезапным приступом кашля, он во все глаза уставился на стоявшего перед ним парня. — Ну и напугал же ты меня, Шуян, — выдохнул он с нервным смешком. — У меня аж колени подогнулись. Откуда у тебя этот взгляд?

Переведя взор на зажатую в пальцах юноши обыкновенную шариковую ручку, Чэн качнул головой:

— Надо же, обычная ручка... А этот звук механизма в конце... Когда ты только успел её вытащить? Я всерьёз поверил, что мне сейчас всадят нож под ребра.

Шуян со смущённой улыбкой поскрёб затылок, но не удержался и привычным движением крутанул ручку между пальцев. Чуть приподнятые брови выдавали его детскую радость от похвалы.

— Да она в кармане лежала, я её в самый последний момент достал... Кстати, брат Чэн, а сколько тебе лет? У тебя кожа такая гладкая, прямо как у подростка.

— Ха-ха... Ну, университет я закончил уже прилично назад, так что до твоей мне далеко, — неловко отшутился тот.

За столом тем временем повисла звенящая тишина. Экзаменаторы и Цзи Ланьин хранили молчание.

«Мать твоя женщина... Это и называется "поцелованный Богом"?» — крутилось в головах у мэтров сцены.

Хэ Синь незаметно прижал ладонь к груди, стараясь унять участившийся пульс. У этого мальчишки был колоссальный потенциал!

Большинство новичков перед зрителями зажимаются, начинают фальшивить или, что ещё хуже, отчаянно следят за тем, чтобы «выглядеть в кадре красиво». Шуян об этом даже не думал. Он просто жил в моменте. Отыгрывал фальшь, скрытую жестокость и показное благородство своего героя. Тот оскал, которым он сопроводил реплику, мог напрочь испортить его красивое лицо — чтобы показать безумие персонажа, требовалась изрядная доля гротеска. Но Шуян тонко выдержал грань, не скатившись в дешёвую клоунаду или кривляние душевнобольного.

Многие молодые актёры в таких сценах пытаются подражать Джокеру, но истинную, глубинную жуть невозможно просто скопировать. Нужна была именно расчётливая, холодная жестокость, а не хаотичное безумие.

Профессор прикрыл глаза, прокручивая сцену в памяти. Губы парня растянулись в улыбке, но взгляд оставался мертвенно-холодным, собранным и пугающе отрешённым.

Вообще-то у этой сцены была предыстория, но Шуяну выдали лишь усечённый отрывок. Ни причин, по которым герой привёл девочку в заброшенную квартиру, ни того, что именно скрывалось за дверью кабинета, в тексте не раскрывалось. Но поразительно было другое: этот мальчишка каким-то невероятным чутьём уловил скрытые между строк намёки и сумел передать их в своей игре! Профессор проанализировал его мимику ещё раз. Нет, ему точно не показалось.

Взгляд Шуяна на «жертву» не походил на плотоядный взгляд маньяка или мясника, оценивающего тушу. В нём не прочитывалось банального торжества хищника, загнавшего добычу.

Обычно неопытные актёры трактуют этот образ плоско: очередной латентный садист, социопат, прикрывающийся маской добродетели, который просто заманивает беззащитную дурочку в ловушку. Но Шуян показал нечто куда более глубокое.

Его глаза транслировали первобытный, дикий инстинкт. Опасность исходила не от желания убить, а от того, как именно он смотрел на девочку. Он видел в ней равную себе. Это был взгляд одного зверя на другого в тёмном лесу, где каждый выживает как может. Логика естественного отбора здесь извратилась до каннибализма: он собирался принести в жертву себе подобного, чтобы заслужить одобрение тех, кто стоит выше в пищевой цепочке.

Внутреннее напряжение этой немой сцены Шуян передал безупречно.

Хэ Синь открыл глаза:

— Шуян, как думаешь, что твой герой увидел в кабинете?

Парень задумался на пару секунд, а затем неуверенно предположил:

— Хм... Наверное, там был кто-то третий? Или, может, какой-то предмет, через который за ними наблюдали?

Профессор уже не пытался скрывать восторг, хотя в его голосе всё ещё слышалось недоверие:

— Откуда такие выводы?

Шуян озадаченно почесал нос.

Да уж, и как ему объяснить? Если он скажет, что просто увидел эту сцену во сне, его ведь сочтут сумасшедшим?

***

Анонс новой истории

«Как сокрушить гетеросексуала вселенским обожанием»

Аннотация:

Шан Чжэншу был парнем исключительно традиционных взглядов.

Насколько традиционных? Ну, представьте: если бы перед ним внезапно на колени рухнул полуголый красавец в ошейнике и умоляюще простонал «Хозяин...», Чжэншу лишь усмехнулся бы и снисходительно бросил: «Зови меня просто папочкой».

До двадцати двух лет он прилежно грыз гранит науки, после — верой и правдой служил закону, пока в возрасте двадцати девяти лет героически не погиб при исполнении обязанностей капитана уголовного розыска.

В его голове попросту отсутствовала извилина, отвечающая за романтику. Работа и саморазвитие — вот и всё, из чего состояла его жизнь.

Поэтому, когда его душа переродилась в ином, исключительно мужском мире, Шан Чжэншу не почувствовал особого душевного трепета.

«Какая разница, где трудиться?» — философски рассудил он и снова принялся усердно учиться.

Малыш Чжэншу, оказавшийся на задворках обитаемого космоса, проявил чудеса упорства. К восемнадцати годам он умудрился сдать сложнейшие экзамены и поступить в Первую военную академию Столичной планеты, попав в элитный класс «А» боевого факультета, где училось от силы двадцать человек.

Получив уведомление о зачислении и распределении комнат в общежитии, новоиспечённый курсант даже не догадывался, что его будущими однокашниками окажется толпа чрезвычайно любвеобильных парней нетрадиционной ориентации.

***

Первая военная академия Столичной планеты собирала лучших из лучших со всей галактики. Здесь учились новые люди мира АВО со сверхмощной ментальной силой, чистокровные зверолюди с непревзойдёнными физическими характеристиками и опаснейшие инсектоиды, чья боевая мощь возрастала многократно при частичной трансформации.

И вот в это элитное заведение, куда конкурс был настолько жёстким, что вступительные тесты ежегодно поливали грязью в трендах соцсетей, принимают обычного «древнего человека» с отсталой, Богом забытой планеты. У него нет ни эволюционных преимуществ, ни ментальных сил.

И этого парня суперкомпьютер определяет в класс «А», где собрались будущие правители и генералы галактики!

У всех первокурсников в головах закрутилась одна и та же мысль: «Он что, внебрачный сын ректора?»

Шан Чжэншу: «Меньше вопросов. Я просто лучше вас, смиритесь».

***

Вопрос: как убеждённому натуралу реагировать на признания в любви от мужчин?

Раньше идеальным ответом было: «Прости, бро, я по девочкам».

Но в мире, где само понятие гетеросексуальности давно стёрлось из истории, этот шаблон не работал. Поразмыслив, Шан Чжэншу нашёл безупречный выход:

— Извини, я асексуал.

И на душе у него было совершенно спокойно. В конце концов, в этой жизни испытывать влечение к мужчинам он точно не собирался.

Главный герой: праведный, невероятно сильный и обожаемый всеми персонаж (актив по жизни, пассив в постели).

Главный герой — абсолютный топ по силе, который становится мощнее с каждой главой.

Любовный интерес: загадочное нечеловеческое существо. На первых порах у него нет человеческого облика — он обитает на теле героя в виде разумной тёмной субстанции. Романтическая линия раскрывается ближе к финалу.

Истинный гарем без взаимности со стороны героя на ранних этапах — все без ума от него, но безответно!

http://bllate.org/book/40764/5235211

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу