Готовый переклад Heatwave Invasion Keep Your Distance / Держись на расстоянии метра: Опасная близость: Розділ 1

Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Жаркая волна накатывает, пожалуйста, держись от меня на расстоянии метра. Автор: Мятное фруктовое вино. Завершено.

Аннотация:

Толстокожий большой пёс, капитан плавательной команды, и доведённый до крайности чистюля, холодный гений учёбы. Спортивный парень (актив) + чистюля (пассив) + разница в телосложении + двусмысленное натяжение + оба сильны.

Физический гений и блестящий студент Шэнь Цинчжоу жил по принципу: порядок, логика и абсолютная стерильность. У него была самая тяжёлая форма гермофобии в мире — он мог протирать спиртовыми салфетками любые подозрительные источники загрязнения, пока его насильственно не перевели в большую человеческую чашку Петри, забитую спортсменами, — общежитие 404.

Здесь он встретил главный источник загрязнения в своей жизни: рост 192, восемь кубиков пресса, излучающий запах пота и гормонов капитан плавательной команды Цзян Ле.

Цзян Ле, словно ходячий сгусток пламени, превратил холодный мир Шэнь Цинчжоу, выстроенный на логике и дезинфицирующем средстве, в решето.

Грубый и прямой, но при этом обладающий звериным интуитивным чувством, он снова и снова точно наступал на грань, где Шэнь Цинчжоу терял контроль.

Глухой ночью в общежитии отключили электричество, духота стояла как в парилке.

Шэнь Цинчжоу почти терял сознание от жары, как вдруг к нему прижалось раскалённое тело, от которого веяло прохладой после холодного душа.

— Держись от меня подальше... — голос Шэнь Цинчжоу осип и ослабел от высокой температуры.

Однако Цзян Ле обхватил его ещё крепче: его горячая грудь прижималась к влажной от пота спине, а низкий голос прозвучал прямо над ухом:

— Отличник, не дёргайся. Ты такой прохладный, одолжи мне немного остыть.

Шэнь Цинчжоу:...Кто кому в итоге помогает остыть?

Глава 1: Катастрофическая первая встреча

В сентябре воздух в городе А был липким, словно невысохший асфальт на дороге.

Цикады надрывались так, будто пытались выжать до последней капли остатки жара этого проклятого лета.

Асфальт на северном кампусе университета А слепил на солнце, и редкие проходящие мимо студенты были готовы сбросить с себя кожу, лишь бы ощутить хоть капельку прохлады.

Исключением был лишь один человек.

Шэнь Цинчжоу стоял перед дверью общежития 404, словно полярный исследователь, случайно забредший в экваториальные широты.

На нём была надета белая рубашка с длинным рукавом и застёгнутыми до самого верха пуговицами, а поверх неё — даже наброшена тонкая, но плотно застёгнутая солнцезащитная ветровка.

Лицо закрывала медицинская хирургическая маска, на переносице красовались очки в тонкой серебряной оправе, а кисти рук были наглухо спрятаны в одноразовые латексные перчатки.

Если бы не серебряный чемодан с наклейкой «хрупкое» в руке, прохожие наверняка решили бы, что разразилась биологическая катастрофа.

— Фу... — сквозь маску дыхание Шэнь Цинчжоу было тяжелым.

Жарко.

Каждый дюйм кожи кричал в знак протеста, пот скатывался вдоль позвоночника и мгновенно впитывался хлопковой подкладкой одежды; это влажное, липкое ощущение заставляло его сурово хмуриться.

Но снять он её не мог.

Для Шэнь Цинчжоу тепловой удар был далеко не так страшен, как перспектива оказаться в воздухе, полном неизвестных бактерий, капель слюны и старого пота — последнее могло нанести ему смертельную угрозу.

Он поднял руку и взглянул на наручные часы.

Половина третьего дня.

Так начинался самый мрачный момент в его жизни.

Из-за старой проводки в его прежнем одноместном общежитии вспыхнул внезапный пожар, и весь корпус закрыли на ремонт.

Будучи единственным «привилегированным классом» на физическом факультете, его по идее должны были поселить в аспирантские апартаменты, но лысый начальник из учебного отдела с виноватым видом сказал ему:

— Цинчжоу, в этом году большой набор, аспирантские места тоже забиты. Уступи нам немного, в смешанном общежитии для бакалавров ещё осталось одно койко-место.

Смешанное общежитие.

Общежитие спортсменов.

Эти два слова, соединившись в голове Шэнь Цинчжоу, автоматически породили несколько ассоциативных рядов: запах ног, грибковые инфекции, шумовое загрязнение, места скопления низкоинтеллектуальных приматов.

Он перевёл дыхание, пытаясь подавить рвущуюся из желудка физиологическую тошноту.

Правая рука вытащила из кармана ветровки портативный спиртовой спрей, и он принялся за точечную дезинфекцию дверной ручки, длившуюся целых тридцать секунд.

Только когда тот отрезок латунно-жёлтого металла покрылся плотной россыпью спиртовых капель, он сквозь салфетку отпер дверь, ведущую в ад.

— Щёлк.

Дверь открылась.

На него мгновенно пахнуло волной жара, запахом резины и какого-то не поддающегося описанию мужского гормонального аромата.

Шэнь Цинчжоу инстинктивно задержал дыхание и отступил на полшага назад.

Взгляд скользнул по полу.

Три пары баскетбольных кроссовок внушительного размера валялись у входа как попало, шнурки развязались и переплелись, словно мёртвые змеи.

По левую руку стояла покрытая магнезией гантель, а рядом валялась скомканная в сушеную редьку спортивная майка.

Хаос.

Беспорядок.

Грязь.

У Шэнь Цинчжоу бешено запульсировало в висках, пальцы, сжимающие ручку чемодана, побелели от напряжения.

Его взгляд был вынужден подняться выше в попытке отыскать хоть дюйм чистой земли в этом пространстве, напоминающем свалку.

Затем он увидел источник катастрофы.

Прямо посреди комнаты к дверям спиной стояла высокая фигура.

Тот человек был без рубашки.

Широкая спина отливала здоровым цветом загара, рельеф мышц бугрился при каждом движении, источая взрывную силу.

Пот, или, может быть, капли воды после только что принятого душа, скатывались по глубокой борозде позвоночника и исчезали в свободных чёрных шортах, небрежно висевших на бёдрах.

На глаз рост превышал метр девяносто.

Процент жира в организме минимальный.

Уровень опасности: S.

Шэнь Цинчжоу уже собирался заговорить, как этот человек, судя по всему, заметил движение сзади.

Но он не обернулся.

Это создание совершило действие, которое Шэнь Цинчжоу запомнил на всю жизнь.

Словно крупное псовое, только что выбравшееся из реки, оно яростно тряхнуло копной мокрых коротких волос.

— Хлюп! —

Не самый громкий звук воды прозвучал в комнате излишне резко.

Бесчисленные мелкие капли под воздействием силы мотания головой брызнули во все стороны и упали на прихожую зону.

Шэнь Цинчжоу внутренне содрогнулся.

Он попытался увернуться, но оцепенение тела оказалось быстрее команд мозга.

— Плёт. — Капля прохладной жидкости безо всяких промахов приземлилась ровно на его левую линзу очков.

Капля разбилась о чистую поверхность стекла, оставив расплывчатое мокрое пятно, которое мгновенно закрыло треть его обзора.

Шэнь Цинчжоу замер, так и оставшись стоять в позе толкающего дверь человека.

Эта капля.

Эта капля, смешанная с водопроводной водой и кожными чешуйками, стряхнутая с волос незнакомого биологического существа мужского пола.

Сейчас прилипла к его прецизионному инструменту познания мира.

Ощущение полного краха мгновенно захлестнуло его.

— Фух, кайф! —

Этот крупный пес наконец-то наплескался водой, небрежно схватил висевшее на шее полотенце, кое-как вытер лицо и только после этого неторопливо обернулся.

Цзян Ле считал, что сегодняшняя поганая погода вполне способна зажарить человека заживо.

Он только что отплавал пять тысяч метров, принял холодный душ и лишь тогда немного ожил.

Босиком ступая по цементному полу, он держал в руке наполовину выпитую бутылку ледяной колы и повернул голову к незваному гостю, который так безрассудно вломился в дверь.

Рассмотрев вошедшего, Цзян Ле приподнял бровь.

В проёме стояла... мумия?

Этот парень укутался так плотно, что если бы не глаза, Цзян Ле почти решил бы, что это противоэпидемическая станция прислала дезинфектора травить тараканов.

Но глаза у него были очень красивые.

Даже сквозь мешающее мокрое пятно на линзах Цзян Ле смог разглядеть цвет зрачков.

Очень глубокий, похожий на какой-то драгоценный обсидиан, уголки глаз длинные и узкие, слегка приподнятые вверх, излучающие природный холод.

Вот только сейчас в этих глазах полыхали два огонька с названием жажда убийства.

Взгляд Цзян Ле опустился ниже, скользнув по плотно застёгнутому воротнику незнакомца, по его идеально гладкой, без единой складки ветровке и по тем латексным перчаткам, от одного вида которых становилось душно.

Кто это вообще?

Адресом ошибся, что ли?

Цзян Ле запрокинул голову и сделал большой глоток колы, его кадык задвигался вверх-вниз, издав звук бульканья.

Он небрежно стёр с уголка рта углекислотную пену и с ухмылкой бесцеремонно окинул Шэнь Цинчжоу взглядом с ног до головы, пока тот не остановился на той самой линзе, в которую угодила его недавняя атака брызгами.

— Ого, — голос Цзян Ле звучал с присущей после тренировки хрипотой, низкий и бархатный, он раскатывался по тесному общежитию. — Дверью ошибся? Это мужское общежитие, а не стерильная лаборатория.

Шэнь Цинчжоу ничего не ответил.

Он даже не моргнул.

Подняв правую руку, он совершил движение настолько деревянное, будто сломанный механический манипулятор.

Через перчатку его пальцы дрожали, и он снова вытащил из кармана флакончик со спиртовым спреем.

— Пшик! Пшик! —

Два тихих звука.

Шэнь Цинчжоу прыснул в воздух, если быть совсем точным — в сторону, где находился Цзян Ле.

Резкий запах спирта мгновенно заполнил пространство, пытаясь нейтрализовать тот удушающий запах гормонов.

Цзян Ле на мгновение замер, а затем искренне повеселился.

Этот новенький оказался довольно интересным.

Выглядит чистеньким и аккуратным, прямо как фарфоровая кукла, а характер при этом вредный.

— Эй, приятель, — Цзян Ле шагнул вперёд, его босые ступени глухо застучали по голому бетону.

По мере его приближения к Шэнь Цинчжоу надвигалась ещё более мощная волна жара.

Это было тепло, источаемое молодым мужским телом, нагло вторгшееся в очерченную Шэнь Цинчжоу зону безопасности.

Шэнь Цинчжоу резко отшатнулся назад, и его спина врезалась в дверной косяк.

— Не подходи, — наконец произнёс Шэнь Цинчжоу.

Голос чистый и звонкий, очень приятный.

Но интонация сочилась холодом, без малейших эмоциональных колебаний, сквозь неё проступало лишь нескрываемое отвращение.

— Держись от меня подальше.

Цзян Ле остановился, оказавшись примерно в полутора метрах от Шэнь Цинчжоу.

Он смотрел на то изысканное по очертаниям лицо Шэнь Цинчжоу, которое угадывалось даже сквозь маску, и на его слегка покрасневшие от гнева кончики ушей.

Кожа действительно белая.

Мертвенно-белая от вечного отсутствия солнечного света.

В северном кампусе университета А, где полно неотесанных парней со смуглой кожей спортсменов, он выглядел до боли ослепительно-белым.

http://bllate.org/book/40714/5174977

Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу