Больше в жизни не стану делать таких глупостей из-за своей мягкотелости, мысленно пообещала себе Чао Си.
— Он попросил меня поехать с ним, в чём проблема? — спросила Чао Си.
Ци Юань покачал головой.
— Садись в машину.
Ци Юань послушно и сразу же устроился на пассажирском сидении.
Чао Си захлопнула дверцу и сказала:
— Высадишь меня у входа в жилой комплекс, дальше я сама доеду на машине.
Ци Юань хранил молчание.
***
В это время Лю Ци, повесив трубку, принялась вовсю отчитывать сына Му Сяна за то, что он не назвал Чао Си свой адрес.
Был уже третий день, как Му Сян вернулся домой. Изначально он планировал просто переждать здесь период течки, но никак не ожидал, что едва он вернётся утром домой, как уже к вечеру родители прилетят из-за границы.
Причина их возвращения оказалась проста: Лу Чэньюй немного преувеличил в разговоре с ними текущее состояние Му Сяна и степень тяжести его течки, из-за чего и сложилась нынешняя ситуация.
Му Сян, помогавший матери на кухне, без умолку бубнил с самого момента завершения телефонного звонка. Хотя говорил он мягко и нежно, такое бесконечное ворчание всё же начинало немного утомлять.
Однако на редкость отстранённый вид Му Сяна позволял ему удивительно легко переносить материнские нравоучения. Как бы долго ни говорила Лю Ци, он лишь изредка отзывался:
— Угу.
— Му-Му, мама тут столько всего наговорила, а ты, наверное, и мимо ушей всё пропустил, — догадывалась Лю Ци.
Му Сян слабо улыбнулся:
— Мам, разве я посмею не слушать то, что ты говоришь? Если я стану непослушным, разве папа не снимет с меня шкуру?
Лю Ци рассмеялась над его плоской шуткой. Они продолжали болтать и смеяться, как вдруг раздался дверной звонок.
Лю Ци слегка удивилась:
— Разве Чао Чао не проходит собеседование на новую роль? Неужели так быстро?
— Ничего, я открою, — сказал Му Сян и направился к выходу. Заглянув в глазок видеодомофона, он распахнул дверь.
— Сюрприз!
Цю И, специально прятавшийся за спиной Лу Чэньюя, тут же выскочил вперёд:
— Ну как? Не ожидал, что я тоже приду?
С тех пор как Му Сян вернулся домой, Лу Чэньюй каждый день во второй половине дня заглядывал к нему, чтобы следить за уровнем его феромонов, но Му Сян действительно не ожидал, что эта прилипала Цю И увяжется следом.
Му Сян слегка нахмурился, но ничего не сказал.
Цю И обладал зорким глазом и мгновенно уловил выражение лица хозяина дома, чуть ли не носом к носу придвинувшись к Му Сяну.
— Я тут с трудом выкроил время вернуться, редко когда удаётся вместе с Чэньюем навестить тебя, я специально принёс тебе еды, и что это за выражение лица?
Хотя Цю И был омегой, его суетливый и размашистый характер, больше подобающий какому-нибудь волку-одиночке, мало кто мог вынести.
Му Сян холодно бросил:
— Ну тогда премного благодарен.
— Ой, стоп, в твоих словах так и сквозит фальшь! — болтая без умолку, Цю И беззастенчиво потащил пакеты в дом, чувствуя себя здесь полным хозяином.
— Му-Му, кто там пришёл? — Лю Ци вышла из кухни с готовыми блюдами и поставила их на стол.
Не успел сын раскрыть рту, как Цю И восторженно выпалил:
— Тётя, это мы с Чэньюем, пришли поесть у вас вкусненького!
Этот парень совершенно не испытывал неловкости — стоило ему оказаться где-то, как он тут же вёл себя так, будто знаком со всеми сто лет.
Лу Чэньюй поставил принесённые вещи на край стола и вежливо произнёс:
— Тётя, извините за беспокойство.
Лю Ци улыбнулась и мягко ответила:
— Когда вы приходите, в доме становится оживленно, я только рада, какое тут беспокойство. Садитесь пока за стол, Му-Му, займи своих друзей.
С этими словами, вспомнив о других блюдах на плите, Лю Ци снова скрылась на кухне.
На Цю И сегодня было надето явно великоватое чёрное шерстяное пальто, из-за чего он казался на размер меньше, а рукава полностью скрывали его ладони.
Когда он сел на диван, подол его пальто и вовсе зашелестел по полу. Му Сян смерил взглядом наряд гостя, а Цю И тем временем самостоятельно подвернул рукава в один оборот и случайно встретился взглядом с Му Сяном.
Напустив на себя вид самовлюбленного нарцисса, Цю И принялся поправлять воротник пальто:
— Ну как? Достаточно стильно?
Стильно, дальше некуда!
С первого взгляда было понятно, что он стянул эту вещь с чьего-то чужого плеча — она совершенно не соответствовала его росту!
Му Сян демонстративно и холодно усмехнулся:
— Стильно. Только вот непонятно, украл ты это пальто или на помойке нашёл.
— Тц, язык за зубами держать не умеешь? Человек за пальто двадцать тысяч отдал, а ты так говоришь! Совершенно не разбираешься в эстетике, правда же?
Говоря это, Цю И толкнул локтем Лу Чэньюя, и хорошее пальто тут же перекосило от его неуклюжих движений.
Лу Чэньюй больше не мог на это смотреть:
— Пальто за двадцать тысяч другие люди оценят, а ты вдобавок к умению ценить умудрился вот так подвернуть рукава?
Цю И тут же возмутился, распрямил только что засученные манжеты и проворчал:
— Они мешают мне брать вещи.
Не успел Лу Чэньюй ответить, как Му Сян спокойно произнёс:
— Можешь не шевелить руками, найдется кому подать.
Цю И поднял глаза на Му Сяна, затем перевёл взгляд на Лу Чэньюя:
— Пожалуй, ты прав!
Иногда соображалка этого парня работала чересчур медленно, но Му Сян неизменно приходил на помощь, чтобы тут же разрубить узел неловкости.
Глядя на заторможенного приятеля и вспоминая, что вскоре им предстоит трапеза в присутствии старших, Лу Чэньюй решил, что лучше заставить этого недотёпу всё делать самому.
Ничего не сказав, он перехватил уже опущенную руку Цю И. Тот замер с фруктом в пальцах и уставился на Лу Чэньюя круглыми глазами:
— Чего это ты?
— Подверну рукава, не то за обедом ты так размашешься руками, что не только пальто за двадцать тысяч, но и наряд за несколько миллионов не выдержит, если ты им стол протрёшь.
Му Сян заварил две чашки чая и поставил перед ними. К подобным молчаливым выходкам Лу Чэньюя, который исподволь дразнил дубовую голову Цю И, он уже давно привык.
Уплетая фрукты, Цю И заговорил:
— Я тут слышал от Чэньюя, что на этот раз ты нашёл подходящие феромоны, и отторжения больше нет?
Му Сян как раз поднёс чашку чая к губам, но, подняв взгляд на Лу Чэньюя, который всё ещё возился с рукавами товарища, слегка охладил взгляд и, не сделав ни глотка, поставил чашку обратно на стол.
Заметив, что собеседник помрачнел без единого слова, Цю И тут же поспешил откреститься:
— Погоди, я не специально подслушивал, он сам мне рассказал!
Лу Чэньюй, только что аккуратно завернувший манжету, легко шлёпнул Цю И по затылку:
— Так быстро меня сдал?
Цю И неловко улыбнулся, и в его взгляде читалось: лучше сдать тебя, чем самого себя!
Лу Чэньюй слегка приподнял бровь: разве не ты сам рвался спросить?
Брови Цю И сошлись на переносице, потом разгладились и снова сошлись с удвоенной силой, словно говоря: я же переживаю за него, что плохого в том, чтобы спросить?
Они продолжали переглядываться, обмениваясь выразительными гримасами, а Му Сян невозмутимо взял со стола чашку, сделал маленький глоток и проглотил чай.
— Вы меня за слепого принимаете? Или за дурака? — холодно произнёс Му Сян. — Решили прямо передо мной переглядываться?
Цю И расплылся в широкой улыбке:
— Нет, что ты, как я смею!
При этом с самым решительным видом заявлял одно, тут же с потрохами сдавал другого, а теперь с бесстыдным видом отказывался от своих слов — всё в его репертуаре.
Семьи Му Сяна и Цю И были давними деловыми партнёрами и дружили дома ещё с тех пор, когда оба мальчишки пешком под стол ходили, так что нрав Цю И Му Сян знал досконально.
Однако Цю И вовсе не собирался отступать. Украдкой бросив испуганный взгляд на кухню, он продолжил:
— А тётя в курсе?
Му Сян:
— В курсе.
Свидетельство о браке получала госпожа Лю, как ей не быть в курсе?
Цю И остолбенел:
— Охренеть! Такая грандиозная новость, а ты мне даже не сказал! Разве мы после этого друзья?
Му Сян:
— Нет.
— Чёрт, у тебя вообще есть совесть? — Цю И потерял дар речи от такой бесцеремонности. — И какова ваша степень совместимости?
Му Сян:
— 83%.
— 83%?
Цю И был потрясен столь удручающе низкой совместимостью. Сообразив, что сболтнул лишнего, он мгновенно зажал себе рот ладонью.
Мгновение спустя он прошептал:
— Чёрт побери, это же так мало! В прошлый раз у вас с Чэньюем было не меньше 94%, как она становится всё ниже и ниже?
Один чёрт знает, почему эта совместимость продолжала падать.
Но парадокс заключался в том, что при столь низком проценте течка проходила вообще без признаков отторжения.
Цю И озадаченно повернулся к Лу Чэньюю:
— И правда такая низкая?
Уголки губ Лу Чэньюя чуть приподнялись:
— Ты в мне сомневаешься?
Ещё секунду назад выражавший сомнения Цю И затряс головой, словно китайский барабанчик:
— Я к тому, а вдруг больничное оборудование сломалось? Если сломалось, скажи мне, я им новое куплю, почему это совместимость… такая низкая?
Глядя на мгновенно поумневшего парня, Лу Чэньюй легко усмехнулся:
— Радуйся, что у него не было отторжения, иначе с такой сильной течкой он бы прямиком в реанимацию загремел.
— Мамочки, неужели всё так серьезно?
У Цю И была одна особенность: чужим словам он верил далеко не всегда, но стоило заговорить Лу Чэньюю, как вступал в силу режим абсолютного, слепого доверия.
Му Сян уже собирался возразить, как вдруг снова раздался дверной звонок. Все трое синхронно уставились на выход, но подняться быстрее всех сообразил Цю И.
— Сидите, я открою. Му Сян, что у вас за столпотворение сегодня? Сколько народу понабежало!
Бормоча на ходу, Цю И взглянул на фигуру в кепке с полузабранными волосами и в защитной маске. На его лице появилась невиданная доселе улыбка, и в самый момент отпирания замка он выпалил:
— Какая же это мал… ышка…
На слове «очка» лицо парня застыло, и он намертво онемел, разглядев вошедшего Чао Си…
Глава 14
Видя, что Цю И застыл в дверях и уже добрую минуту молчит, с окаменевшим видом явно не собираясь впускать гостя внутрь, все недоумевали.
Это вообще что за цирк? Они же вроде просто собрались поужинать! Как вышло, что на обычный ужин умудрились притащить целую кинозвезду?
И главное — эта звезда притащила с собой целую гору подарков в пакетах? Какой нормальный артист явится к кому-то в гости с таким количеством презентов?
Лу Чэньюй выглянул в прихожую и, заметив неестественное лицо замершего приятеля, который по-прежнему хранил молчание, направился к выходу в сопровождении Му Сяна.
Чао Си держал в руках все пакеты разом, его лицо слегка окаменело при виде трёх мужчин у входа:
— Дома… шумно у вас.
Шумно — это мягко сказано! Не виделись всего несколько дней, а этот человек взял да и пригласил к себе домой другого мужчину.
Привёл прямо к себе в открытую, в то время как он сам — законный, официально расписавшийся супруг — даже не имел представления, где находится дом его собственной жены.
http://bllate.org/book/40595/5155737
Готово: