Слово «развод» прозвучало для Фэн Цзинье как гром среди ясного неба.
Для примака, который вошёл в чужую семью на всё готовое и не прожил в браке с Тань Сянюй даже двух лет, это означало полный крах. За это время он так и не сумел получить реальной власти в компании жены.
Что же касается денег, то перед свадьбой они подписали брачный контракт. Случись развод сейчас, Фэн Цзинье остался бы практически ни с чем.
— Нет! Никакого развода! — вскинулся он.
Тань Сянюй иного ответа и не ждала. Но она уже всё для себя решила. Развод в её устах был окончательным вердиктом, не подлежащим обсуждению.
— И как только у тебя наглости хватает цепляться за этот брак после того, что ты натворил? — Тань Сянюй была обеспеченной, успешной женщиной с яркой внешностью. Мужчин вокруг неё всегда крутилось достаточно — зачем ей терпеть грязного кобеля? — Раз уж тебе так нравятся помои, катись обратно в свой свинарник!
Фэн Цзинье в отчаянии рванулся к ней, надеясь схватить за руки, но дорогу ему мгновенно преградил Шан Фуянь.
— Полегче, господин Фэн, — холодно осадил его капитан. — Вы явно не держите себя в руках. Чтобы случайно не навредить беременной женщине, советую отойти подальше и разговаривать оттуда.
Линь Цзянъе молча сделал полшага вперёд, закрывая Тань Сянюй собой.
— Собирайте вещи и выметайтесь из моего дома. Прямо сейчас, — ледяным тоном добавила Тань Сянюй. — Мой адвокат займётся бумагами. Ждите повестку в суд.
Фэн Цзинье затрясся от злости, но стоило ему натолкнуться на тяжёлый, леденящий душу взгляд Шан Фуяня, как весь его пыл мгновенно испарился.
Перед ним стоял офицер уголовного розыска. Если он сейчас распустит руки, списать это на «семейную ссору» точно не удастся.
— Сянюй... — Поняв, что силой ничего не добиться, Фэн Цзинье попытался сменить тактику. Он уже собирался рухнуть на колени и взмолиться о прощении, как вдруг сверху на него живой молнией спикировал Чжэньчжу.
Голубой биколор с лёту отвесил ему хлёсткую затрещину.
«Мерзавец! Вон из маминой комнаты!»
Хотя за время скитаний кот сильно похудел, его когти остались прежними. На лице Фэн Цзинье мгновенно проступили три глубокие кровавые полосы. Его престарелые родители от такой картины едва не лишились чувств. Они уставились на Тань Сянюй с неприкрытой ненавистью.
Впрочем, Тань Сянюй было глубоко плевать на их чувства.
— Выметайтесь. Повторять больше не стану, иначе просто вызову охрану посёлка.
Эта вилла была куплена ею на личные средства ещё до брака, так что она имела полное право выставить из дома любого нежелательного гостя.
Фэн Цзинье всё ещё пытался затянуть свои завывания, но мать с отцом с двух сторон вцепились в него и потащили к выходу.
— Не унижайся перед ней! Развод так развод! Посмотрим, кому сдалась эта разведёнка!
Бывшая свекровь перед уходом смачно плюнула на порог и разразилась проклятиями:
— Баба б/у гроша ломаного не стоит. Да ещё и нагуляла невесть что! Тебя в нашей деревне даже последний лодырь Чжан Дашу в жёны не взял бы!
Тань Сянюй понятия не имела, кто такой этот Чжан Дашу, и даже бровью не повела. Она лишь молча и настойчиво поторапливала троицу, пока те паковали чемоданы.
Под её тяжёлым, давящим взглядом они зашевелились быстрее. Правда, процесс сборов то и дело прерывался тем, что Тань Сянюй вытаскивала из их сумок свои вещи, которые они пытались прихватить с собой.
— Дружеский совет, — подал голос Шан Фуянь, лениво наблюдая за ними. — В Китае кража на сумму свыше тысячи юаней — это уже уголовное дело. А если ущерб превышает пять тысяч, то это считается крупным размером. За такое можно вполне реально присесть на пару лет.
Присутствие полицейского действовало на воришек отрезвляюще — они лишь злобно сопели, не смея возразить.
Фэн Цзинье копошился со своими шмотками так медленно и занудно, что у любого нормального человека кулаки сжимались от раздражения. И при этом он без умолку канючил, пытаясь разжалобить жену.
Мол, какой мужчина не ходит налево? Мол, это была всего лишь физическая измена, а душой он всегда оставался верен только ей.
И под конец он выдал венец своей абсурдной логики:
— Если бы ты не забеременела, разве пошёл бы я искать кого-то на стороне? У меня, в конце концов, тоже есть мужские потребности!
Линь Цзянъе от подобных откровений буквально лишился дара речи. Ему ещё никогда не доводилось видеть столь наглого, опустившегося альфонса, который умудрялся качать права, сидя на чужой шее.
С другой стороны, Линь Цзянъе впервые видел Шан Фуяня в деле. Тот угрожал преступникам так спокойно и вежливо, словно читал лекцию по правоведению. Даже если бы на него подали жалобу, начальство просто не нашло бы, к чему придраться.
В итоге семейство паразитов покинуло дом всего с двумя тощими чемоданами.
— Когда они только въезжали сюда, барахла у них было навалом, — тихо произнесла Тань Сянюй, провожая их взглядом у дверей и прижимая к себе кота. — Но потом, пытаясь казаться благородными господами, они выбросили всё старьё. То, что я отпустила их в одежде, которая сейчас на них, — это ещё верх моего милосердия.
Она оказалась на удивление сильной женщиной. Столкнувшись с предательством близкого человека, Тань Сянюй не впала в истерику, а мгновенно взяла себя в руки и приняла единственно верное решение.
Линь Цзянъе и Шан Фуянь переглянулись. Кажется, слова утешения ей были не нужны. Чжэньчжу на руках стал для неё лучшим лекарством.
Однако жизнь умеет преподносить сюрпризы в самые неожиданные моменты.
Стоило несносной троице скрыться за воротами, как на кованую арку забора у входа бесшумно опустился крупный серебристо-серый африканский попугай.
— О, котейка! — хрипловатым, забавным голосом поприветствовал жако Чжэньчжу, приподняв одну лапку.
Птица была не очень крупной — чуть меньше Опала, совсем ещё молодой слеток.
Пока Линь Цзянъе с любопытством разглядывал незваного гостя, попугай внезапно повернул голову, уставился на парня круглыми глазами, а затем с громким шуршанием крыльев перелетел прямо ему на плечо.
Дальше пернатый выдал такое, от чего у всех присутствующих отвисли челюсти.
Он глубоко втянул ноздрями воздух, распушил свой ярко-алый хвост веером и восторженно закричал:
— Человек, ты так вкусно пахнешь!
Наступила гробовая тишина. Если бы на месте птицы был человек, его можно было бы смело обвинить в домогательствах.
Линь Цзянъе не знал, смеяться ему или плакать. Заметив, что попугай упрямо тянет голову к его щеке, он аккуратно почесал его за ушком. Птица оказалась ухоженной — чистенькая, без посторонних запахов, с мягким шелковистым оперением.
Все решили, что жако просто случайно залетел во двор, однако его последующий диалог с Чжэньчжу заставил Линь Цзянъе похолодеть.
Кот искренне обрадовался появлению птицы и тут же мысленно объяснил Линь Цзянъе, что именно этот попугай подкармливал его на улице и спас от голодной смерти.
«Он очень добрый! Заботился о Ми-ми, прямо как мамочка!»
Линь Цзянъе почувствовал, как у него начинает подёргиваться глаз.
— Малыш Чжэньчжу, ты не заметил, что этот попугай по птичьим меркам ещё совсем ребёнок? Ты — взрослый котяра, и тебе не стыдно просить еду у несовершеннолетней птицы?
«А мне не жалко! Я сам хотел!» — весело отозвался жако в сознании юноши.
Оказалось, пернатый сбежал из дома через приоткрытое окно, как только увидел, что его пушистый друг вернулся в виллу.
«Этих уродов, которые тебя обижали, наконец-то выставили?» — поинтересовался попугай, косясь на удаляющиеся фигуры.
Чжэньчжу активно закивал своей круглой головой:
«Да! Мама выгнала всех плохих людей!»
Теперь в доме не осталось врагов, и ему больше не придётся голодать.
Попугай искренне порадовался за друга, а затем деловито спросил:
«Значит, твоя мама теперь знает, что её любимый муженёк собирался отправить её на тот свет?»
Чжэньчжу замер: «???»
Линь Цзянъе похолодел: «???»
— Что?! — не сдержавшись, вслух воскликнул Линь Цзянъе.
Шан Фуянь и Тань Сянюй вздрогнули от его резкого крика, но сам парень сейчас пребывал в полнейшем шоке.
— Что ты имеешь в виду под «отправить на тот свет»? Как ты об этом узнал? У тебя есть доказательства? — Линь Цзянъе быстро взял себя в руки. Он бережно, но крепко перехватил попугая и быстрым шагом направился к воротам.
Если слова птицы — правда, то отпускать Фэн Цзинье прямо сейчас нельзя ни в коем случае.
Шан Фуянь мгновенно считал тревогу в голосе парня и бросился следом, оставив растерянную хозяйку с котом стоять у порога.
Попугай, поняв, что двуногие не в курсе, заверещал во всё горло:
«В прошлом месяце он притащил домой какую-то девку! Они сначала кувыркались в постели, а потом он начал хвастаться, как укокошит свою жёнушку, чтобы забрать все её миллионы! Сказал, что план уже готов. Избавится от кота — и сразу начнёт! Я сам слышал! Всё до единого слова!»
Жако обладал поразительным интеллектом. Он не просто пересказал суть разговора, но и мастерски скопировал гнусавый голос Фэн Цзинье:
— Вот получу все денежки, и сразу женюсь на тебе, лапуля! Ха-ха-ха! — похотливо просипел попугай, идеально воспроизведя мерзкий смешок мужчины.
Хотя без этой художественной детали вполне можно было обойтись...
Узнав, что весь план убийства хранится в ноутбуке Фэн Цзинье, Линь Цзянъе резко затормозил и крикнул бегущему следом капитану:
— Шан Фуянь! Пусть Тань Сянюй заберёт у него ноутбук!
Если они перехватят компьютер и вскроют файлы, у них на руках окажутся неопровержимые доказательства планируемого преступления. Это не просто облегчит процесс развода, но и позволит засадить этого ублюдка за решётку, оставив без гроша в кармане. Такого паразита нужно лишить всего, предать его имя огласке и сделать так, чтобы он больше никогда не смог отмыться от позора в городе Юэ!
Шан Фуянь не стал задавать лишних вопросов. Он тут же развернулся и побежал обратно к Тань Сянюй. К счастью, та уже пришла в себя и осознала страшную истину: человек, с которым она делила постель, не просто изменял ей, он планировал лишить её жизни ради наследства.
Они быстро нагнали Линь Цзянъе. Узнав, что план её убийства находится в ноутбуке, Тань Сянюй горько и презрительно усмехнулась.
— Этот ноутбук... был моим первым подарком ему.
Прошло уже несколько лет, и когда она видела, что Фэн Цзинье всё ещё пользуется им, ей было приятно думать, что он дорожит её подарком. Какая же она была дура!
Шан Фуянь сочувствующе покачал головой:
— Госпожа Тань, не пытайтесь мерить поступки безумцев мерками нормального человека.
За годы службы в уголовном розыске он повидал немало жестоких и беспринципных тварей. Некоторые совершали преступления по глупости или в порыве гнева, но большинство толкала на это слепая, всепоглощающая жадность. Жадность способна до неузнаваемости извратить человеческую душу.
— С точки зрения любого нормального человека, у него было всё: любящая жена, достаток, карьера. Да, он вошёл в вашу семью как примак, но я проверил — об этом никто за пределами вашего круга не знал. На его репутацию это никак не влияло. Но ему этого показалось мало.
Разговаривая, они ускорили шаг.
Когда они догнали беглецов, Линь Цзянъе уже перегородил дорогу семейству Фэн, не позволяя им сесть в такси.
— Да что вам от нас нужно?! Вы что, хотите, чтобы мы догола разделись и ушли?! Помогите! Средь бела дня избивают семидесятилетних стариков! — истошно завыл отец Фэн Цзинье, плюхаясь прямо на пыльный тротуар и устраивая дешёвую клоунаду.
На его крики тут же начали оборачиваться редкие прохожие. Они с подозрением поглядывали на высокого, крепкого Линь Цзянъе, решив, что парень издевается над пожилым человеком.
Но не успел старик разойтись вовсю, как попугай внезапно взлетел с плеча Линь Цзянъе, сел ему прямо на макушку и заорал на всю улицу:
— Глядите, люди добрые! Альфонс-неудачник! Решил пригреть змею на груди!
Заметив, что разъярённый Фэн Цзинье пытается броситься на парня, птица с шумом взмыла в воздух:
— Спасите! Птицу убивают! Живодёры!
Линь Цзянъе от резкого толчка когтей попугая чуть не потерял равновесие. Увидев летящего на него Фэн Цзинье, он просто выставил ногу, и мужчина с размаху пропахал носом землю.
— Ой-ёй, кто-то шлёпнулся! — издевательски прокомментировал попугай, снова опускаясь на плечо Линь Цзянъе.
Тань Сянюй решительно протиснулась сквозь начинавшую собираться толпу. Не обращая внимания на вопли свёкра, она рванула молнию на чемодане мужа и вытащила оттуда тот самый злополучный ноутбук.
Фэн Цзинье попытался было вскочить и отобрать компьютер, но Линь Цзянъе мёртвой хваткой вцепился ему в плечо. Откуда у этого худощавого и с виду безобидного юноши взялась такая чудовищная сила, Фэн Цзинье понять не мог — его рука словно оказалась зажата в гидравлический пресс. Он не мог даже пошевелиться.
Поняв, что Тань Сянюй нацелилась именно на ноутбук, Фэн Цзинье побледнел. Забыв обо всём на свете, он истошно заорал:
— А ну положь на место! Живо!
Тань Сянюй на секунду замерла. Она подняла на него свои большие, затуманенные слезами глаза. Этот взгляд на мгновение вернул Фэн Цзинье в день их первой встречи.
— Эту вещь тоже купила тебе я. И я имею полное право забрать её обратно.
Она открыла крышку и нажала кнопку питания. Экран вспыхнул. Пароля на вход не было — видимо, муж не хотел вызывать у неё лишних подозрений. Тань Сянюй принялась быстро просматривать папки, пока не наткнулась на скрытую директорию под паролем.
Фэн Цзинье при виде этого слегка расслабился, но в его голове тут же зароились тревожные мысли.
С того момента, как этот странный парень преградил им путь, и до того, как его жена полезла в чемодан за ноутбуком, было очевидно: они что-то знают. Но откуда? Кто мог его предать? Он ведь никому не рассказывал о своих планах. Сяожуй? Нет, его любовница даже не знала, что он держит все записи на компьютере.
Пока Фэн Цзинье лихорадочно соображал, кто его сдал, Тань Сянюй перебирала возможные комбинации пароля.
Дни рождения его родителей? Мимо.
Дата их свадьбы? Мимо.
Его собственный день рождения? Тоже мимо.
Тань Сянюй на секунду задумалась, вспоминая детали их совместной жизни, а затем уверенно ввела короткую комбинацию цифр.
В этот момент Фэн Цзинье, словно дикий зверь, рванулся вперёд с удвоенной силой, надеясь вырвать ноутбук из её рук.
Но в следующую секунду мир перед его глазами перевернулся. Раздался глухой удар, и Фэн Цзинье обнаружил, что лежит на спине, тупо глядя в расцвеченное закатом небо. Он даже не понял, как оказался на земле.
— Нашла! — выдохнула Тань Сянюй, кликнув по открывшейся папке. Стоило ей пробежаться глазами по содержимому файлов, как она в ужасе прижала ладонь к губам. — Ты... ты травил меня?!
Развернувшись, она от души влепила лежащему мужчине хлёсткую пощёчину. На щеке Фэн Цзинье мгновенно проступил багровый след от её ладони.
Она и представить не могла, насколько он безумен!
В папке детально описывались два плана её ликвидации. Первый — медленное отравление солями тяжёлых металлов, которое должно было вызвать симптомы постепенного угасания организма. Второй — несчастный случай во время их совместной поездки к морю, запланированной через две недели. Он собирался просто столкнуть её за борт во время морской прогулки.
И избавление от кота тоже было частью этого чудовищного плана.
Они с родителями терпеть не могли Чжэньчжу просто потому, что тот ел деликатесы и жил в роскоши, о которой они в своей деревне и мечтать не могли. Зависть душила их. Сначала они попытались заставить её выбросить любимца под предлогом опасности токсоплазмоза для беременных, но Тань Сянюй наотрез отказалась. Тогда Фэн Цзинье тайно вывез кота и выбросил его на окраине города.
После этого он планировал дождаться, пока жена впадёт в депрессию из-за потери питомца, и под предлогом «смены обстановки и лечения нервов» отвезти её к океану. Там она должна была «случайно» упасть в воду и утонуть. А если бы этот трюк не выгорел, в действие вступил бы первый вариант — яд, который он методично подмешивал в её вечернее молоко.
Это значило, что в её организме уже скопилась опасная доза токсинов.
Фэн Цзинье, прижимая ладонь к горящей щеке, перевёл взгляд на Шан Фуяня, который уже забрал ноутбук. Он понял, что его игра окончательно проиграна.
— Это всё ты... Всё из-за тебя! — взвыл он, с ненавистью уставившись на Линь Цзянъе.
Если бы этот проклятый парень не притащил обратно эту жирную тварь, его бы не уличили в измене, не выставили за дверь и уж точно не нашли бы этот ноутбук! Да даже если бы его и выгнали, он бы всё равно довёл дело до конца! Стоило этой сучке умереть, как его родители подписали бы соглашение о прощении, и всё её имущество по закону перешло бы к нему!
И почему у этого дохляка такие стальные пальцы?! Фэн Цзинье казалось, что кости в его плече вот-вот треснут.
— Тварь! Подонок! Мерзавец! — не умолкая, верещал над ухом попугай, поливая его отборной бранью.
Видеть, как его материт какая-то птица, для Фэн Цзинье оказалось выше сил. Его окончательно прорвало. Он брызгал слюной, выкрикивая оскорбления в адрес жены, и в истерике выложил абсолютно всё: как специально ухаживал за ней ради денег, как устроился в её компанию и как планировал избавиться от неё, чтобы прибрать к рукам бизнес.
Родители Фэн Цзинье, услышав, что их сын собирался убить сноху, изобразили на лицах крайнее изумление. Но за этим фальшивым удивлением в глубине их глаз отчётливо читалась всё та же ненасытная, грязная жадность.
— Я уже вызвал опергруппу из отдела Чиюань. Это их территория, пускай забирают дело, — спокойно произнёс Шан Фуянь, убирая мобильный телефон в карман. Он с холодной усмешкой посмотрел на бьющегося в истерике мужчину. — Кстати, хочешь знать, как мы обо всём догадались?
Жако на плече Линь Цзянъе гордо расправил крылья, готовясь искупаться в лучах славы, но парень осторожно прижал его к себе. Встретившись с недовольным взглядом круглых птичьих глаз, Линь Цзянъе лишь с улыбкой покачал головой.
«Не стоит сейчас светиться, малыш. Это лишнее».
Фэн Цзинье уставился на капитана безумным, полным надежды взглядом, ожидая ответа. Но Шан Фуянь лишь приложил указательный палец к губам и с дьявольской усмешкой прошептал:
— А вот не скажу.
Линь Цзянъе едва сдержал смешок. Он и не подозревал, что этот суровый следователь умеет так изящно издеваться над преступниками.
Толпа зевак вокруг буквально взорвалась гулом голосов.
Сначала все думали, что дерзкий юнец просто обижает беззащитных стариков, и никак не ожидали, что на их глазах развернётся настоящая детективная драма. Измена альфонса, подготовка убийства беременной жены ради наследства... Любой из этих пунктов гарантированно взорвал бы соцсети, а тут комбо!
— Какое чудовище... — шептались в толпе. — С виду приличный человек, а в душе — настоящий зверь.
Фэн Цзинье под градом обвиняющих взглядов и шёпота прохожих до боли стиснул зубы, стараясь спрятать лицо. Но он забыл, что с самого начала этой потасовки несколько человек в толпе уже снимали происходящее на телефоны.
Вскоре к месту происшествия с визгом тормозов подкатил патрульный автомобиль, а следом за ним — тяжёлый спортивный мотоцикл.
За рулём байка сидела подтянутая, эффектная женщина-полицейский с ультракороткой стрижкой — начальник отдела уголовного розыска района Чиюань. Эффектно заложив крутой вираж, она заглушила мотор, небрежно сняла шлем и стряхнула короткие волосы. Её карие глаза светились умом и решительностью.
— Ба, капитан Шан! Какими судьбами на нашей территории? — весело окликнула она коллегу.
Шан Фуянь ведь просто поехал возвращать потерявшегося кота, откуда тут взяться делу о покушении на убийство?
Но стоило ей перевести взгляд на участников драмы, как улыбка на её лице мгновенно погасла. Она с недоумением посмотрела на Тань Сянюй, затем на Шан Фуяня и, наконец, остановила взор на Линь Цзянъе.
— Давненько не виделись, капитан Цзян, — с улыбкой поздоровался Линь Цзянъе.
Он прекрасно помнил эту напористую женщину. Во время их совместной операции по ликвидации банды торговцев людьми Цзян Хэпин клятвенно уверяла его, что столовая в их отделении Чиюань — лучшая во всём городе Юэ, и настойчиво уговаривала его перейти к ним в качестве консультанта. К тому же у неё были потрясающие способности: проведя пару дней в компании бродячих собак, она научилась неплохо понимать их язык.
Жаль только, что её отдел находился слишком далеко от его дома.
Капитан Цзян Хэпин шумно выдохнула, её лицо приняло сложное выражение. Она с сочувствием посмотрела на Тань Сянюй:
— Не думала, что пострадавшей окажетесь именно вы, госпожа Тань.
Тань Сянюй лишь горько улыбнулась. За сегодняшний день на неё свалилось столько потрясений, что её эмоции просто выгорели, уступив место странному, опустошающему спокойствию. Её любимый Чжэньчжу не просто вернулся домой — он привёл с собой её спасителей.
— Ну, нашей заслуги тут почти нет, — честно признался Линь Цзянъе, качнув головой. — Главный герой сегодняшнего дня — вот этот пернатый товарищ. Если бы он случайно не подслушал разговор этого подонка с любовницей и не увидел, как тот записывает план в ноутбук, мы бы ни за что не нашли улики так быстро.
Линь Цзянъе бережно взял серого попугая в ладони и высоко поднял его над головой, словно кубок:
— Объявляю этого господина лучшим игроком матча! Давайте скажем ему спасибо за спасение мамы и её малыша!
Жако чрезвычайно гордо расправил крылья и зычно проорал на всю улицу:
— Да! Это я! Герой!
— Спасибо тебе, малыш! — Тань Сянюй со слезами на глазах прижала птицу к лицу, осыпая её поцелуями. — Ты спас моего Чжэньчжу, а теперь спас и меня. Как только всё уладится, мы обязательно придём к тебе в гости с самыми лучшими угощениями!
Сейчас она чувствовала себя невероятно удачливой. Да, ей не повезло встретить на своём пути редкостную тварь, но то, что она сумела разоблачить его до того, как случилось непоправимое — разве это не чудо?
— Держи ноутбук, — Шан Фуянь передал компьютер капитану Цзян. — Теперь нужно выяснить, где этот придурок достал тяжёлые металлы. Сомневаюсь, что они хранятся на вилле. Думаю, у него есть неоформленная недвижимость или квартира, записанная на любовницу. Проверьте её в первую очередь. Дальше вы сами справитесь.
— Угу, поняла, — рассеянно кивнула Цзян Хэпин, а затем быстрым шагом подошла к Линь Цзянъе и заискивающе улыбнулась: — Советник Линь, у вас в ближайшие дни найдётся немного свободного времени? Не хотите заглянуть к нам в отдел, помочь с одним дельцем?
Честно говоря, когда такая суровая и стильная женщина-полицейский начинает так приторно улыбаться, это выглядело довольно комично. Но ради раскрываемости Цзян Хэпин была готова на любые жертвы. Красота и крутизна дела не шьют!
Не успел Линь Цзянъе открыть рот, как на его плечо опустилась тяжёлая мужская ладонь.
— Капитан Цзян, подозреваемый у вас, улики и свидетели — тоже. Дальше осталась лишь рутинная работа по сбору доказательств и допросы. При чём тут Линь Цзянъе? — Шан Фуянь незаметно вырос за спиной юноши, буравя коллегу недобрым взглядом.
Цзян Хэпин мысленно выругалась. Шан Фуянь вцепился в своего консультанта так, словно у него пытались отобрать любимую игрушку! Подумаешь, ревнивец выискался! В полиции обмен специалистами между отделами — обычное дело. Что за собственничество?
Шан Фуянь тем временем наклонился к самому уху Линь Цзянъе и негромко напомнил:
— Посмотри на часы. Самолёт с твоей птицей скоро приземлится. Если мы не поторопимся, бедняге придётся лишний час сидеть в тесной клетке на складе.
Линь Цзянъе охнул. Точно! Он совсем позабыл про прилетающего ворона!
— Капитан Цзян, мне безумно жаль, но у меня срочное дело в аэропорту! Никак не могу задержаться. Дело несложное, вы и сами прекрасно справитесь, желаю удачи! — Линь Цзянъе поспешно распрощался с коллегой, аккуратно погладил по голове Чжэньчжу и попугая, после чего увлёк Шан Фуяня за собой к машине.
— Эй, погоди!.. — попыталась вернуть его Цзян Хэпин, но её призыв повис в воздухе.
Чёртов Шан Фуянь!
***
Линь Цзянъе и Шан Фуянь быстро добежали до своего внедорожника. Заждавшиеся в салоне Тибетский мастиф и немецкая овчарка тут же вскинули головы, а маленький лихуа лениво потянулся на заднем сиденье.
«Человек, ну наконец-то ты вернулся! Я уже спать ложился!» — Кот широко и сладко зевнул.
Линь Цзянъе коварно улыбнулся. Воспользовавшись моментом, он ловко просунул палец в открытую пасть и легонько пощекотал кошачий язычок.
«А-а-а! Мой язычок!!! Лишился чести!!!» — Кот оскорблённо зашипел и принялся тереть мордочку лапами.
— Ха-ха-ха!
Шан Фуянь, только что пристегнувший ремень безопасности, повернулся на взрыв хохота. На заднем сиденье пушистый лихуа сидел с абсолютно вздыбленной шерстью, меча во все стороны громы и молнии. И вечно эти двое найдут повод для шума.
Пока он забавлялся этой сценой, из темноты багажника на него уставился ещё один внимательный взгляд. Немецкая овчарка, положив морду на скрещённые передние лапы, молча и сосредоточенно наблюдала за каждым движением следователя.
Этот человек...
Шан Фуянь не шутил, когда предлагал подбросить Линь Цзянъе. В городе Юэ было три аэропорта, и самолёт, на борту которого летела заветная птица, приземлялся в грузовом терминале неподалёку от района Чиюань. Дорога туда заняла чуть меньше получаса.
Они успели как раз к выдаче негабаритного багажа. Когда мужчины вошли в зал получения, на ленту как раз выкатывали большую деревянную переноску.
Это была массивная клетка высотой около метра, накрытая плотной чёрной тканью. Без этого чехла рассмотреть, что происходит внутри, было невозможно.
Пока Шан Фуянь ушёл улаживать бумажные формальности с документами на животное, Линь Цзянъе бережно снял клетку с ленты. Почувствовав приближение человека, внутри кто-то завозился, издав тихий шорох.
— Эй, привет? — негромко позвал Линь Цзянъе, аккуратно приподнимая край плотной ткани.
На него уставились два круглых, антрацитово-чёрных глаза.
Птица была огромной. Взрослый ворон оказался почти вдвое крупнее Бриллианта — самого большого ворона, которого Линь Цзянъе когда-либо видел. Настоящий исполин среди своего племени.
Пока парень разглядывал птицу, та в ответ внимательно, с какой-то древней мудростью изучала его лицо.
— Привет. Меня зовут Линь Цзянъе. Теперь я твой новый хозяин.
Птица лишь слегка наклонила голову набок, храня гордое молчание.
— Ты можешь говорить со мной. Я понимаю твой язык, — тихо добавил он, легонько коснувшись прутьев решётки. Но ворон не издал ни звука.
Странно... На видеозаписях, которые ему присылал прежний владелец, эта птица довольно бодро общалась и даже знала несколько слов.
Линь Цзянъе осмотрел клетку. Кормушка была полна зерна, в поилке плескалась чистая вода. Значит, в дороге о ней заботились хорошо. Почему же она молчит?
Может, дело в сильном стрессе от долгого перелёта и смены обстановки?
Такой вариант казался наиболее вероятным. Животные очень тяжело переносят подобные путешествия. Пожалуй, перед тем как везти нового питомца домой, нужно заглянуть в ветеринарную клинику и провести осмотр. Стресс у животных — штука опасная: слабые особи могут мгновенно погибнуть от разрыва сердца, а сильные и агрессивные — покалечить окружающих.
Когда Шан Фуянь вернулся с оформленными документами, они сразу же направились к выходу.
— Что-то не так? — спросил капитан, заметив озабоченное лицо друга.
Линь Цзянъе поделился своими опасениями:
— Он не издал ни звука с момента нашей встречи. Боюсь, как бы у него не начался сильный стресс.
— Стресс у этой махины? — усомнился Шан Фуянь. Он помнил слова своего приятеля о том, что эта птица по характеру ближе к хищным соколам и способна охотиться на зайцев и крыс.
Но, поразмыслив, он согласился, что перелёт в тёмном грузовом отсеке самолёта мог подкосить даже самого сурового пернатого хищника.
Когда Линь Цзянъе занёс переноску в салон автомобиля, Тибетский мастиф и немецкая овчарка тут же навострили уши.
«Ой! Это наш новый сосед?»
Линь Цзянъе ласково потрепал их по загривкам:
— Да, ребята. Я же говорил вам, что у нас появится новый друг. Вот он.
Лихуа с любопытством вытянул шею и заглянул под накидку. Увидев птицу, которая размером превосходила его самого, кот мгновенно распушил хвост и попятился назад. Если бы хозяин не предупредил его заранее, он бы уже вовсю шипел от страха.
Какие жуткие когти! А этот огромный, острый клюв... Кажется, Ми-ми его не одолеет.
Немецкая овчарка лениво приоткрыла один глаз, оценила габариты птицы и спокойно улеглась обратно.
«Этого я порешу без проблем. Угрозы нет».
Разница в поведении его питомцев искренне позабавила Линь Цзянъе, но, взглянув на замершего в клетке ворона, он снова мысленно вздохнул. Теперь он переживал не столько из-за физического стресса, сколько из-за возможной депрессии у птицы. Кто знает, как с ней обращались на самом деле перед продажей? Прежний хозяин мог утаить кучу деталей, а сами животные часто видят мир совсем иначе, чем люди.
Проехав ещё сотню километров, они наконец въехали в район Вэньань. Попрощавшись с Шан Фуянем, Линь Цзянъе сразу направился в уже знакомую ему ветеринарную клинику «Чунъю».
Стоило ему переступить порог, как из глубины стационара донеслось многоголосое кошачье мяуканье и шипение — это приходили в себя после кастрации те самые уличные коты, которых он привозил утром. Операции прошли успешно, и теперь пушистые пациенты осознавали масштабы своей утраты. И если кошки вели себя относительно спокойно, то коты крыли весь белый свет последними словами. Без бубенцов жизнь явно потеряла прежние краски.
При виде Линь Цзянъе лица всех дежурных ветеринаров озарились счастливыми улыбками.
Ещё бы, их самый щедрый и любимый клиент вернулся!
Линь Цзянъе аккуратно водрузил тяжёлую переноску на смотровой стол:
— Я привез ворона. Он почему-то подозрительно молчит всю дорогу. Сделайте ему, пожалуйста, полное обследование.
— Что?! Настоящий ворон?!
У ветеринаров загорелись глаза. О гигантских воронах слышали многие, но мало кому доводилось видеть их вживую. Утром Линь Цзянъе привозил обычных ворон, но этот исполин был птицей совсем иного полёта!
Даже другие посетители клиники начали с любопытством подтягиваться к смотровому столу. Хотя закон теперь разрешал содержание этих птиц при наличии строгих лицензий, встретить их в качестве домашних питомцев в Китае по-прежнему было огромной редкостью.
Чтобы не волновать птицу лишним шумом, Линь Цзянъе попросил выделить им отдельный кабинет и вежливо попросил любопытных остаться за дверью.
Оставив в комнате только ведущего врача, он медленно протянул руку к задвижке и открыл дверцу клетки.
В ту же секунду из темноты переноски с бешеной скоростью вырвалась огромная чёрная тень!
— КАР-Р-Р!!!
«А НУ СДОХНИ, УБЛЮДОК!!!»
http://bllate.org/book/40590/5384564
Готово: