Готовый переклад Mirror Lake March Spring Fish / Озеро зеркал: Учитель, ставший моим наваждением: Розділ 6

(Ctrl + влево) Попередня глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

После того как Шэнь Яньбай заказал выпивку, Лю Тьетао через Ли Чанъяна чокнулась с ним бокалом.

— Брат Бо, мы же встречались в Пекине, — заговорила Лю Тьетао.

— Было дело, — слегка улыбнулся Шэнь Яньбай. — На пекинской биеннале в прошлом году, верно, Тьетао?

— Да-да, именно! — Лю Тьетао заметно воодушевилась. — У вас просто потрясающая память.

— Прекрасное имя, — лаконично ответил Шэнь Яньбай, сделав комплимент в меру и ненавязчиво.

На мгновение Ли Чанъян почувствовал иллюзорное расслабление. Поговори они еще немного, и он бы даже захотел поменяться местами с Лю Тьетао.

Однако тема беседы быстро переключилась на самого Ли Чанъяна.

— Брат Бо и Чан Ян были знакомы раньше? Тоже на какой-то выставке познакомились? — Лю Тьетао посмотрела на рассеянного Ли Чанъяна и втянула его в разговор.

Шэнь Яньбай пару секунд смотрел на Ли Чанъяна. Тот еще не успел ответить, как Шэнь Яньбай заговорил сам.

— Познакомились, когда я приезжал в их институт, — Шэнь Яньбай выразился весьма расплывчато, не желая вдаваться в подробности, и, возвращаясь к теме, спросил Ли Чанъяна: — Что ты пьёшь?

— М? Сок, — ответил Ли Чанъян и лишь потом сообразил, что в подобной светской обстановке его тон прозвучал слишком холодно. Тогда он добавил: — Ананасовый. Похоже, не свежевыжатый, а из тех, что в самолетах дают — слишком сладкий.

И правда слишком сладкий. Сейчас Ли Чанъян чувствовал, что у него даже в горле от сладости першит.

Шэнь Яньбай взял стакан с соком Ли Чанъяна и плеснул немного себе в виски. Жидкость мгновенно слегка помутнела. Шэнь Яньбай сделал глоток и произнес:

— И впрямь сладковато.

Ли Чанъян бросил на Шэнь Яньбая взгляд и кивнул.

Шэнь Яньбай, вспомнив что-то, улыбнулся и снова заговорил:

— Впрочем, ты ведь и правда не особо умеешь пить.

Шэнь Яньбай, конечно, пришел не по приглашению Дашэна. Увидев его, Дашэн вспомнил то брошенное в телефонной трубке Ли Чанъяна слово «дела». Судя по тому, как об этом отзывался Ли Чанъян, Дашэн решил, что они друг друга на дух не переносят. Именно поэтому, заметив Шэнь Яньбая, он даже немного встревожился и уступил ему главное место, отчасти надеясь хоть немного увеличить дистанцию между ними.

Устраивать скандалы в таком месте — зрелище не из приятных.

Кто же знал, что этот самый Шэнь Яньбай окажется совсем не так прост: обидчивость не проявил, да еще и сам подсел поближе к Ли Чанъяну. Судя по каждому его жесту и движению, получалось странное — будто это Ли Чанъян держал дистанцию, а Шэнь Яньбай снисходительно подстраивался.

Как занимательно. Похоже на то, что у них не старые обиды, а общее прошлое.

Впрочем, раз оба готовы общаться, Дашэн решил больше в это не вмешиваться. Если беседа клеится, значит, ничего страшного не произошло, а пару рюмок спустя, глядишь, и вовсе всё сгладится.

Вот только на самом деле Ли Чанъян понятия не имел, о чем говорить с Шэнь Яньбаем. Тот тоже не заводил речь о прошлом, а лишь расспросил Ли Чанъяна о том, как идут дела с его нынешней выставкой.

Разве Шэнь Яньбай сам не знал, как они идут?

Ли Чанъян не удержался от усмешки и язвительно бросил:

— М? Продажи идут отлично.

Его слова прозвучали недружелюбно. Конечно, здорово, когда картины продаются, но когда успех достигается вот так, благодаря чьей-то протекции, на душе оставался неприятный осадок, и Ли Чанъян вовсе не собирался скрывать свои эмоции.

Он не рассчитывал на продолжение каких-либо контактов с Шэнь Яньбаем в будущем и не хотел пользоваться его милостью. Наплевать, если испортил отношения — в конце концов, это далеко не первый его проступок перед Шэнь Яньбаем.

Шэнь Яньбай, однако, лишь усмехнулся — совсем не так, как улыбался до этого весь вечер. Его глаза чуть сузились, а смех зазвучал дольше обычного, отчего у Ли Чанъяна возникло ощущение, что эта улыбка была самой искренней.

Отсмеявшись, Шэнь Яньбай чуть более серьезно произнес:

— Многие выжидают, боясь купить не то или продешевить. Только когда в дело вступают старожилы рынка, остальные чувствуют себя в безопасности и понимают, что можно заработать.

Под старожилами он имел в виду Джой, которая каждый год тратит тысячи золотых на ярмарках искусств, или самого себя, выступившего посредником?

— Что ж, премного благодарен.

Ли Чанъян опустил руку ладонью вниз, крепко сжав стакан, и ободком донышка легко стукнул о край стакана Шэнь Яньбая. Раздался звонкий удар.

Ли Чанъян пить не стал, а Шэнь Яньбай поднял свой бокал и сделал глоток.

О чем они говорили дальше, Ли Чанъян толком не запомнил. Шэнь Яньбай сидел слишком близко — настолько близко, что очертания размывались, вызывая иллюзию, будто шесть лет назад ничего страшного вообще не происходило.

Ли Чанъян чувствовал себя захмелевшим едва ли не с трезвой головы, поэтому посреди очередной беседы бросил короткое «извините, я на минутку», схватил со стола телефон и направился в туалет в глубине бара.

Обстановка в главном зале бара выглядела вполне прилично, но туалет оказался на редкость тесным. В крошечном помещении площадью меньше трех квадратных метров царил приглушенный желтоватый свет. Ли Чанъяну показалось, что здесь даже темнее, чем снаружи, в лучах декоративной подсветки — пожалуй, в уборных баров всегда царит этакая двусмысленная полутьма, в которой лучше вообще ничего не разглядывать.

Ли Чанъян не собирался справлять нужду. Ему просто требовалось немного личного пространства и безопасное расстояние, чтобы перевести дух. Он открутил кран и зачерпнулся пригоршней воды, чтобы ополоснуть лицо. Раковина оказалась крошечной, и, поднимая голову, он стукнулся лбом о носик крана. Было не слишком больно, но волосы слегка намокли.

Не успел он предпринять хоть что-то со своими капающими прядями, как в дверь туалета постучали.

Ли Чанъян не помнил, запер ли он защелку, поэтому торопливо прижал дверь рукой, выкрикнул «Занято!» и тут же добавил: — Сейчас, секунду, пожалуйста, подождите.

— Это я, — раздался за шумной дверью знакомый голос. — Можно войти?

Ли Чанъян поколебался мгновение и приоткрыл дверь на узкий палец.

Этой щели оказалось достаточно: Шэнь Яньбай протиснулся внутрь и обратным движением задвинул засов на незапертой двери.

Ли Чанъян даже не успел оттолкнуть его. Отступив на полшага, он уставился на закрывающего дверь Шэнь Яньбая и подумал о том, что одежда Шэнь Яньбая наверняка стоит целое состояние, а вот чистота двери в уборную вызывает большие сомнения. Хуже всего было то, что, отступив всего на полшага, он уперся спиной в тупик.

Та же самая обстановка: тесная душегубка туалета, пугающе близкий Шэнь Яньбай — прямо-таки оживший кошмар.

Спустя пару секунд Ли Чанъян поднял глаза и встретился взглядом с Шэнь Яньбаем.

— Шэнь-лаоши, — впервые за весь вечер обратился к нему по имени и титулу Ли Чанъян, — я вообще-то еще в туалете.

— Мм, разве ты не умывался? — Шэнь Яньбай не надвигался на него, лишь разглядывал в полумраке мокрые руки и лицо Ли Чанъяна. Прилипшая ко лбу влажная прядь волос едва заметно капала, напоминая ему давние дни и мокрые кончики волос на солнце. — Судя по всему, еще и голову помыл? — поинтересовался он.

— Я что, больной — в туалете голову мыть? — Ли Чанъян снова невольно усмехнулся.

— Кто знает? — Шэнь Яньбай тоже улыбнулся, затем на секунду замялся и спросил: — Чан Ян, давай поговорим?

Тесное, резонирующее пространство исказило и смех, и слова Шэнь Яньбая, превратив их в невнятное бормотание. Эхо отражалось от стен, и смысл сказанного ускользал.

— О... о чем? — Ли Чанъян тут же отвел глаза, растирая влажные ладони друг о друга — ощущение чистоты так и не появилось. — Давай... о личной жизни не будем?

Он отчаянно сопротивлялся. И хотя Шэнь Яньбай не сделал ни шагу вперед, спина Ли Чанъяна уже практически вжималась в холодную стенку позади.

Заметив его отпор, Шэнь Яньбай не стал торопить события. Он кивнул и зашел с другой стороны:

— Ладно, можно и не об этом.

Его носок туфли чуть развернулся в сторону Ли Чанъяна, визуально сокращая дистанцию.

— Тогда не избегай меня,детка? Договорились?

— И не думал избегать, — тут же отпарировал Ли Чанъян и, опустив взгляд, добавил: — Мы и так редко пересекаемся, незачем.

Ясно же, что инициативу проявлял Шэнь Яньбай, но Ли Чанъян чувствовал, как его собственная аура сминается под чужим натиском. Даже оправдания звучали неуверенно, выдавая в нем бумажного тигра.

Шэнь Яньбай истолковал его слова по-своему:

— Значит, согласился?

Ли Чанъян никак не мог взять в толк, какая муха укусила Шэнь Яньбая тащиться в туалет, чтобы тратить время на студента, который когда-то крепко перед ним провинился. Как он сам только что сказал, Шэнь Яньбай постоянно живет в Пекине, тогда как Ли Чанъян обосновался на юго-западе — им просто негде сталкиваться.

Поэтому Ли Чанъян отделался неопределенным «угу», молчаливо соглашаясь.

Больше Шэнь Яньбай допытываться не стал. Вытянув из стоявшей рядом салфетницы пару листов, он протянул их Ли Чанъяну со словами:

— Вытри лицо и пошли наружу, мне и правда нужно в туалет.

Ли Чанъян взял салфетки, и его кончики пальцев неизбежно скользнули по пальцам Шэнь Яньбая — те оказались теплыми и сухими. Боком протиснувшись мимо него, Ли Чанъян выскользнул наружу.

Когда Шэнь Яньбай вышел, Ли Чанъян, разумеется, уже исчез.

И после этого говорит, что не избегает.

— Ян Ян сказал, что возле входа тянет сквозняком, поэтому он ушел пораньше, — пришла на помощь Ли Чанъяну Лю Тьетао и тут же поинтересовалась: — Брат Бо, вы с Ян Яном близко знакомы?

Шэнь Яньбай с улыбкой промолчал. Подняв бокал, он залпом допил виски со вкусом ананаса и бросил:

— И правда, вечером прохладно.

После этого он качнул пустым бокалом в знак прощания с Дашэном и произнес:

— Счет я уже закрыл, вы тут сидите не спешите, а я тоже поеду.

Глава 5. Течение против воды

Стоило выйти из бара, как порывы ветра усилились, в воздухе запахло сыростью. Едва Ли Чанъян вышел из метро, как с неба закапал редкий дождь.

К тому моменту, как он добрался до гостиницы, лил уже вовсю. Лю Тьетао прислала сообщение: мол, как вовремя он сбежал, сейчас на такси обратно очередь выстраивается надолго.

Поразмыслив, Ли Чанъян спросил ее:

— Все собираются разъезжаться?

— Ага, слишком холодно, — ответила Лю Тьетао. — Джонсон говорит, в этом году холода ударили раньше обычного.

Пожелав им осторожности в дороге, Ли Чанъян принялся паковать чемоданы. Завтра им предстояло возвращаться в свои города и вновь погружаться в привычную колею.

Если не считать встречи с Шэнь Яньбаем, поездка в Гонконг в целом оставила самые приятные впечатления. Никакой тяжелой работы — просто отдых. Стоило лишь вспомнить, что по возвращении на Родину его снова затянет бесконечная круговерть со срочными задачами, как настроение тут же падало.

Перед самым сном У Хэн, сосед Ли Чанъяна по комнате в университете, прислал ему голосовое сообщение с легкой усмешкой в голосе:

— Чан Ян, а ты случаем не собрался прославиться?

Ли Чанъян в ответ отправил вопросительный знак.

У Хэн был самым близким другом Ли Чанъяна за годы учебы. Его родители преподавали в Академии художеств, так что связи и возможности парня не шли ни в какое сравнение с обычными студентами. В магистратуру он поступил в пекинскую академию, после выпуска без швов перетек в докторантуру, судя по всему, рассчитывая закрепиться в пекинском вузе. Последний раз они созванивались, когда У Хэн жаловался, что в университете аспирантов используют как тягловый скот, из-за чего он уже целую вечность не брал в руки кисть.

Ответ от У Хэна прилетел незамедлительно:

— Говорят, ты в этот раз на Базеле просто всех конкурентов подмел?

Ли Чанъян удивился. Выставка шла всего лишь в дни для широкой публики — откуда новости распространяются с такой скоростью?

http://bllate.org/book/40545/5147951

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Налаштування

Готово:

100.00% КП = 1.0

Завантажити як .txt
Завантажити як .fb2
Завантажити як .docx
Завантажити як .pdf
Посилання на эту страницу
Зміст перекладу
Интерфейс перекладу