Готовый перевод After Marrying the Emperor, I Crash Daily / Императорский супруг: Дневник нечаянной правды: Глава 10

Юй Нин смотрел на аккуратно разложенные перед ним ломтики нежно-красного мяса и стоящий в центре стола медный котел, от которого исходил густой пар, а на поверхности бульона покачивались яркие стручки острого перца. Он на мгновение растерялся, не зная, как реагировать.

— Господин Хэ… это мясо ведь еще сырое, как же его есть?

Поскольку в Зале Усердного Правления остались только трое, Хэ Лан взял на себя роль прислужника.

— Не волнуйтесь, Ваше Величество императрица. Сейчас я покажу, и вы все поймете.

Хэ Лан подцепил общими палочками пару кусочков мяса и опустил их в бурлящий котел, подержал совсем немного, а затем, прямо на глазах у Цинь Суя… положил в чашку Юй Нина.

— Попробуйте, — предложил Хэ Лан.

— … — Юй Нин покосился на сидящего рядом Цинь Суя, благоразумно покачал головой, чтобы отказаться, а затем, подражая Хэ Лану, сам опустил пару кусочков в котел и попробовал.

Глаза его тут же засияли.

Это была баранина — упругое, нежное, сочное мясо, которое буквально таяло во рту, а специфический привкус почти отсутствовал. Но что было еще лучше — баранина впитала остроту и пряность бульона, и в момент соприкосновения с языком она раскрывалась неописуемо изысканным вкусом.

Юй Нину стало жарковато от остроты, но он не смог удержаться и сглотнул слюну.

— Вкусно! — Его глаза блестели, и он машинально посмотрел на Цинь Суя. — Ваше Величество, попробуйте и вы.

— … — Цинь Суй поднял взгляд и посмотрел на него.

Юй Нин, одурманенный едой, лишь спустя секунду осознал, что ляпнул. Решив, что понял взгляд императора правильно, он снова подцепил мясо, обмакнул его в котел и положил в чашку Цинь Суя.

Он улыбнулся, слегка прищурив глаза:

— Ваше Величество, отведайте.

— Там же твои слюни, — с явным пренебрежением произнес Цинь Суй, но все же взял баранину и съел.

Юй Нин: «……»

— Вкус неплох, верно? — рассмеялся Хэ Лан. — Это особый способ приготовления, пришедший из Северных земель. Я немного его усовершенствовал, добавив перец, привезенный морскими купцами, так стало еще вкуснее. И эта баранина — особый сорт, мясо снежных баранов. Оно невероятно нежное, и по вкусу превосходит любую другую баранину…

Хэ Лан еще долго и увлеченно рассказывал, и Юй Нин постепенно начал во всем разбираться.

— Ваше Величество, можете попробовать добавить овощи, — предложил Хэ Лан с улыбкой. — Тоже очень вкусно получается.

Юй Нин последовал совету и обнаружил, что это действительно так.

Трапеза удалась настолько, что даже Цинь Суй, у которого обычно не было особого аппетита, съел гораздо больше обычного. К концу обеда Юй Нин даже переел и, сидя на месте, тайком поглаживал свой округлившийся живот, запивая всё чаем, чтобы хоть немного унять тяжесть. Цинь Суй, заметив это краем глаза, едва заметно улыбнулся, но ничего не сказал.

— Кстати, через несколько дней наступит зимнее солнцестояние. Наверное, в Сливовом саду как раз зацветут красные сливы? — когда обед подходил к концу, Хэ Лан снова начал что-то замышлять. Его янтарные глаза блеснули, и взгляд показался недобрым.

К сожалению, Юй Нин этого не заметил и принялся загибать пальцы:

— Точно, еще десять дней.

— Замечательно! — Хэ Лан хлопнул в ладоши. — Согласно дворцовым правилам, в день зимнего солнцестояния в Сливовом саду устраивают праздник любования цветами. Интересно, как Ваше Величество планирует провести его в этом году?

Цинь Суй промолчал.

Хэ Лан добавил:

— Ваше Величество императрица здесь недавно, разве не жаль пропустить такую красоту?

Цинь Суй перевел взгляд на Юй Нина:

— Ты очень хочешь посмотреть?

— …Мне, как супругу, действительно любопытно, — ответил Юй Нин.

Он вырос в уезде Чанчжоу, где климат сильно отличался от столицы: там круглый год было тепло, и снег выпадал крайне редко. Юй Нин хорошо помнил, что в последний раз видел снег еще в детстве, когда покидал столицу. К тому же белый снег и красные сливы — это должно быть очень красиво.

Видя ожидание на лице Юй Нина, Цинь Суй помолчал мгновение и наконец ответил:

— В таком случае, организацию праздника любования сливами полностью берет на себя императрица.

Хэ Лан тут же подхватил:

— Ваше Величество и императрица — молодожены, любоваться цветами вместе куда приятнее.

— Тебе делать нечего? — Цинь Суй холодно посмотрел на него. — После того как сдашь отчет о службе, отправишься в Скрытую усадьбу на переподготовку.

— …Слушаюсь, — ответил Хэ Лан.

***

После обеда Юй Нин вернулся во Дворец Ганьцюань. Цинь Суй приказал прислать ему больше половины туши снежного барана. Мясо было таким нежным, что из него даже можно было сварить вкуснейший бульон. К тому же стояла зима, хранить продукты было легко, и Юй Нин с радостью принял подарок.

Уходя, Цинь Суй вспомнил утреннее замешательство, остановился и посмотрел на него ясными глазами:

— Ваше Величество, позволите ли вы мне забрать с собой подушку, на которой я спал?

Цинь Суй приподнял веки и посмотрел на него.

Юй Нин сразу сник. Взглянув на императора, он осторожно пояснил:

— Просто я всегда так хорошо сплю, когда бываю в ваших покоях… думаю, дело в подушке.

— … — Цинь Суй отказал. — Не подлизывайся, не дам.

Юй Нин: «……»

Ну и не надо, кто вообще подлизывался?

Зимние дни коротки, и Юй Нин часто забирался под одеяло, как только темнело. В теплой печке-жаровне потрескивали дорогие угли; он передвинул одну поближе к кровати, а в ноги положил грелку. Слугам было заранее велено не беспокоить его без присутствия Цинь Суя или чрезвычайных обстоятельств, так что Юй Нин был рад насладиться покоем в одиночестве.

Несколько дней он был занят бухгалтерскими книгами, но сегодня, когда выдалась свободная минутка, сидел на краю кровати, читая книгу и поклевывая носом. Иногда, когда руки мерзли, он подносил их к жаровне — такая жизнь была даже комфортнее, чем в собственном доме.

В час Сюй, когда Юй Нин окончательно перестал бороться со сном и уже собирался закрыть книгу и нырнуть под одеяло, снаружи послышались приветствия слуг.

Почему пришел Цинь Суй?

Юй Нин мгновенно протрезвел. Он думал, что император будет долго обсуждать государственные дела с Хэ Ланом, а потом, как обычно, останется спать в Зале Усердного Правления. Кто бы мог подумать, что он придет сюда?

Юй Нин был лишь в ночном одеянии и не успел привести себя в порядок, как Цинь Суй уже вошел в покои. Он был в черном плаще, мягкий теплый мех которого отливал серебром, а от самого императора и кончиков его волос веяло холодным зимним воздухом.

Он пришел поспешно, и Юй Нин успел лишь встать:

— Приветствую Ваше Величество. Как вы нашли время зайти сегодня?

— Не нужно вставать с постели и кланяться, — Цинь Суй краем глаза заметил белоснежную ткань, мелькнувшую под одеялом, и тут же отвел взгляд. — Одевайся. Что это за вид такой?

— ???

Он ведь собирался ложиться спать, зачем одеваться? Да и кто спит иначе, чем он?

Юй Нин деликатно спросил:

— Уже поздно, Ваше Величество не желает отдохнуть?

— Ты думаешь, все такие же любители поспать, как ты? — поторопил его Цинь Суй. — Одевайся, живее.

Юй Нин: «……»

Посреди ночи ему пришлось одеваться и вставать с кровати. Юй Нин накинул белоснежную лисью шубу, туго затянул завязки на груди, чтобы не задувало, и накинул капюшон — мягкий мех вокруг ворота делал его изящное лицо еще меньше.

Следуя за Цинь Суем из Дворца Ганьцюань, Юй Нин почувствовал под ногами непривычную поверхность и наконец понял, что происходит что-то странное. Повернув голову, он обнаружил, что все слуги куда-то исчезли, а перед его глазами возникло нечто, чего он так долго ждал.

Глаза Юй Нина засияли. Он остановился и протянул руку, и в его ладонь опустилась крупная, идеальная снежинка, которая тут же растаяла.

— Как красиво… — Юй Нин долго смотрел на то место, где она растаяла, и лишь потом с неохотой отвел взгляд.

Цинь Суй: «…Хм».

Когда Юй Нин остановился, Цинь Суй тоже замер. Он молчал, сверля взглядом Юй Нина, который был полностью поглощен снежинкой, и наконец не сдержал насмешливого фырканья.

— Вот и всё, что тебя радует? — Цинь Суй скосил на него взгляд своих фениксовых глаз и, увидев, как Юй Нин с улыбкой энергично закивал, на мгновение онемел.

Он взял у Сяо Линьцзы фонарь, передал его Юй Нину и скомандовал:

— Иди за мной.

Они шли, освещая путь, и, видя, что Цинь Суй не собирается останавливаться, Юй Нин запыхавшись спросил:

— Ваше Величество… куда мы идем?

Услышав нотки усталости в его голосе, Цинь Суй остановился и с нетерпением выхватил фонарь:

— Императрица, прошел всего ничего, а ты уже выдохся? Похоже, мне придется приставить кого-то, чтобы тот следил за твоими тренировками.

— …Признаю, мне не сравниться с мощью Вашего Величества, — ответил Юй Нин.

Вставать ни свет ни заря, целый день обсуждать дела, а теперь еще иметь силы разгуливать среди ночи — это ли не мощь?

— Настоящая морока, даже хуже, чем женщина, — с раздражением проворчал Цинь Суй и взял Юй Нина за руку. — Поторапливайся.

Юй Нин шел рядом, чувствуя, как исходящий от Цинь Суя тонкий аромат, смешанный с холодом первого снега, окутывает его. Трудно было сказать, что это был за запах, но Юй Нину он показался очень приятным.

Они шли еще долго, так что Юй Нин, которому поначалу было зябко, даже слегка вспотел. Наконец Цинь Суй остановился и отпустил его руку.

— Пришли? — спросил Юй Нин.

— Угу.

Цинь Суй передал ему фонарь:

— Смотри.

— ???

Рукоятка фонаря еще хранила тепло ладони Цинь Суя. Юй Нин крепче сжал её и, приподняв свет, с любопытством шагнул вперед.

Перед ним был сад. Деревья были не слишком толстыми, ветви их низко склонялись к земле, и на них расцветало множество крошечных цветов, форму которых Юй Нин поначалу не смог разобрать.

Вокруг не было ни огонька. Юй Нин поднял фонарь повыше и, вглядевшись, ахнул: на ветвях пышно цвели сливы!

Ночь была поздней. На ветвях и земле вокруг лежал толстый слой снега, и свет фонаря заставлял его сиять холодным серебром. Ночь дышала прохладой, а красные сливы, плотные и густые, источали тонкий, холодный аромат, который, смешиваясь с морозным воздухом, проникал в самую душу, принося странное, тихое спокойствие.

http://bllate.org/book/40442/5134008