Но он и подумать не мог, что настоящий Юэ, которого он увидел, окажется совершенно не похожим на того, что остался в его воспоминаниях.
Это даже заставило его усомниться, не сменился ли человек.
Тяньян, казалось, догадался, о чём он думает, и тихо усмехнулся:
— Ты думаешь правильно.
Юэ Дун взмахнул рукой и чуть не отрубил себе копыто:
— Погоди, в каком смысле?!
Тяньян ответил:
— Подробностей я сам не знаю, но теперь Юэ — душа из другого мира, и он сам это признал.
— О боги мои! — Юэ Дун в отчаянии ухватился за свои торчащие во все стороны волосы. — Так ты вот так с ним и сошёлся?! А вдруг в него вселился какой-нибудь злой дух...
— Нет, не вселился, — тихо произмолвил Тяньян.
Он собрал нарубленные лианы в стопку и бросил на расчищенную поляну:
— От его силы исходит такое тепло.
Он испытал это на себе и знал, сколь манящей была та мощь, что поднималась из самых глубин души. Это была нежная надежда, казавшаяся способной смыть всю мрачную жестокость, затаившуюся в его костях.
Тяньян всё ещё помнил сияние, увиденное им сквозь опущенные веки.
Когда после тяжёлых ран он исцелился и обрёл новую жизнь, первым, что он увидел, открыв глаза, было бледное, но уверенное и прекрасное лицо Жун Юэ.
Тот был весь покрыт испариной, но на его губах по-прежнему играла беспечная улыбка; сотворив настоящее чудо, он выглядел так, будто совершил самую пустяковую мелочь.
Видя такую непоколебимую уверенность Тяньяна, Юэ Дун больше ничего не стал говорить.
Он во всём следовал за Тяньяном, словно за вожаком, и потому проронил:
— Ладно, раз ты говоришь, что всё хорошо, пусть так... А как его зовут? Тоже Юэ?
Тяньян только сейчас сообразил, что ещё не спрашивал настоящего имени Юэ.
Впрочем... спешить некуда.
Он ничего не ответил и перевёл взгляд вдаль: за деревом прятался свирепый на вид самец оленя и исподтишка разглядывал их.
...Выглядит очень аппетитно, Юэ, должно быть, понравится.
Тяньян выпрямился, помедлил с секунду-другую — и бросился вперёд, словно сорвавшаяся с тетивы стрела!
Брошенный им костяной нож безошибочно вонзился оленю в заднюю ногу, и Тяньян, подбежав, одним ударом оборвал его жизнь.
Юэ Дун подошёл поближе и окинул добычу взглядом:
— Какая удача! Теперь можно возвращаться?
Тяньян прижал руку к ноющим внутренностям и скомандовал:
— Наруби ещё хворосту.
Оба ещё немного повозились, удачно поймали упитанную крысомышь, позвали Сяо Эргоу и, взвалив на плечи дрова и лианы, двинулись в обратный путь.
Небо уже совсем стемнело, и издалека были видны костёр, разведённый Лу Шуй, и Сфера Святого Света, кружащая вокруг Жун Юэ.
Жун Юэ поднялся на ноги:
— Вернулись.
Тяньян улыбнулся ему:
— Проголодался?
Жун Юэ кивнул:
— Есть захотелось. Вы пока жарьте, а Лу Шуй пусть научит меня плести верёвки.
Поверхность таких лиан была гладкой, а их длины не хватило бы до самого дна ущелья, так что если просто связать их вместе, они неизбежно развяжутся. На этом материке считалось само собой разумеющимся, что лианы нужно сплетать особым способом и лишь затем соединять в прочную верёвку.
Включая Сяо Эргоу, их было всего пятеро, и Жун Юэ поневоле пришлось помогать с плетением.
Что же до умения — стоило лишь поучиться, и конечно же, всё получилось бы.
Святой Свет сидел ярким светильником: даже с наступлением темноты Лу Шуй прекрасно видела собственные руки и шаг за шагом показывала Жун Юэ все приёмы.
Жун Юэ повторял движения и попутно говорил:
— Внизу дела обстоят не лучшим образом. Чуть позже вы спустите немного еды и накормите всех, чтобы никто не умер.
Слова эти звучали как-то странно, но Юэ Дун ошеломлённо кивнул, однако тут же вспомнил:
— А если мы спустимся вниз, кто будет держать верёвку наверху?
Тяньян огляделся вокруг и указал на берег озера:
— Там есть большой валун. Сходите перетащите его сюда, тогда и привяжем верёвку к камню.
Юэ Дун проследил за направлением пальца Тяньяна и увидел огромный камень ростом с человека.
Юэ Дун: «…………»
Смирившись со своей участью, он поплёлся выполнять поручение.
Сяо Эргоу помогала Тяньяну держать палки и ломать ветки, всё это время храня молчание.
Жун Юэ взглянул на неё:
— В лесу разве не весело? Почему ты такая невесёлая?
Заметив, что все смотрят на неё, Сяо Эргоу надула губы:
— Я и сегодня не нашла Цветок Феи...
Жун Юэ неуклюже сгибал лиану в одну сторону; хоть он и в точности повторял движения Лу Шуй, та упорно не желала подчиняться:
— А Цветок Феи красивый?
Сяо Эргоу оживилась:
— Очень красивый!
Жун Юэ:
— Его многие хотят заполучить?
Сяо Эргоу нахмурилась:
— Наверное да. Матушка Сюэ Ци хотела, и люди, которых я знала раньше, тоже все хотели.
Жун Юэ с трудом справляясь с непокорной лианой, поднял взгляд и спросил:
— Вещь красивая, желающих заполучить много, но при этом она не принадлежит каждому — это значит, что она драгоценна.
Сяо Эргоу бессознательно теребила в руках ветку и непонимающе смотрела на него.
Жун Юэ мягко улыбнулся:
— Если бы она доставалась тебе легко, то не была бы такой ценной.
Последний отблеск заката угас за горизонтом.
Жун Юэ поднял голову и бросил взгляд на звёзды в небе.
Жизнь драгоценна, свобода драгоценна, и чувства тоже драгоценны. Твой Цветок Феи прекрасен именно потому, что он дорог. Не смогла найти за день — ищи десять дней, не смогла за десять — ищи сто дней.
Жун Юэ затянул последний узел и наконец облегчённо выдохнул:
— Ценные вещи не так-то просто заполучить, их нужно искать не спеша.
Сяо Эргоу с видом знатока закивала:
— Господин Юэ, а верёвка-то у вас ужасно кривая.
Жун Юэ: «…………»
Глава 10
Хотя плетение и вышло кривоватым, для дела оно годилось.
Жун Юэ не стал привередничать: заметив, что Тяньян почти закончил жарить мясо, он подошёл поближе и принялся смотреть, как тот с помощью костяного ножа нарезает верхний слой мяса тонкими ломтиками, складывая их горкой на широкий лист.
— Сможешь прыгнуть вниз вместе со мной? — спросил Жун Юэ, принимая в рот поданный ломтик мяса, прищурился, пережёвывая его, и услышал в ответ голос Тяньяна:
— Смогу.
Жун Юэ предложил:
— Тогда пусть Юэ Дун остаётся наверху. У меня всё равно не получается нормально плести верёвки, лучше я спущусь вниз и займусь раздачей еды, к тому же Святой Свет будет давать больше света, да и мне меньше хлопот.
Всё обсудив, Тяньян прихватил с собой зажаренные мясные ломтики и, обняв Жун Юэ, сиганул в Разлом.
Го Го уже целых полдня не сводил глаз со светящейся фигурки и даже успел перекинуться с ним словом, пусть и не расслышав толком, о чём именно шла речь...
http://bllate.org/book/40439/5133441
Готово: