— Слышал? — наставляла бабушка Снежного Барса. — Твой братец Сюэи потому и сдал экзамены на такие высокие баллы и нашёл себе такого красивого и такого...
Она внезапно осеклась, бросила взгляд на Чжоу Цзиньчи и закончила:
— ...прожорливого парня.
Янь Сюэи: «...»
Чжоу Цзиньчи промочил всю одежду, и после ужина Янь Сюэи отвёл его переодеться.
Но среди вещей Янь Сюэи почти не было подходящих по размеру, а поблизости не оказалось магазинов.
Янь Сюэи пришлось поискать свою пижаму по свободнее и предложить Чжоу Цзиньчи примерить её.
Чжоу Цзиньчи последовал за ним в комнату и, пока Янь Сюэи искал одежду, окинул её взглядом.
Уютная комната, очень простая обстановка.
Помимо кровати и шкафа, самым примечательным было панорамное окно, из которого открывался полный вид на заснеженные горные вершины.
Перед окном стояло кресло-качель, застеленное мягким пледом.
Чжоу Цзиньчи легко мог представить, как Янь Сюэи сворачивается в нём калачиком за чтением книг.
Раньше дома он тоже любил валяться с книгой на ленивом диване перед панорамным окном.
Чжоу Цзиньчи тоже обожал это панорамное окно: каждый раз, когда Янь Сюэи ложился там, он непременно приставал к нему.
Немецкая овчарка, столкнувшись со своим партнёром, практически круглые сутки пребывала в состоянии вечной готовности. Чжоу Цзиньчи больше всего любил прижимать изящные, длинные и нежные пальцы Янь Сюэи к прозрачному стеклу, так что они казались насквозь просвечивающими и розовели под прямыми лучами солнца...
Немецкая овчарка уже два дня не видела своего супруга: сейчас у неё были воровские мысли, да собачьей смелости не хватало. Мысленно одёрнув себя, она перевела взгляд на кровать Янь Сюэи.
Белоснежная постель была застелена безупречно, а у подушки лежала сложенная мужская рубашка.
Янь Сюэи никогда не носил столь официальных вещей. Глаза немецкой овчарки сузились, он подошёл, приподнял её за край и произнёс:
— Эта рубашка...
Услышав это, Янь Сюэи повернул голову. Заметив у него в руках рубашку, он вспыхнул лицом и протянул руку, чтобы отобрать её.
Чжоу Цзиньчи наконец-то представилась возможность. Сузив глаза и шагнув вперёд на длинных ногах, он прижал его к месту:
— Решил со мной расстаться, так почему же ложишься спать с моей рубашкой в руках?
То, чему суждено было случиться, всё равно произошло.
Янь Сюэи больше всего боялся именно этой сцены. Он был неспособен во второй раз проявить жестокость и окончательно порвать отношения с Чжоу Цзиньчи. Именно поэтому он ушёл, никого не предупредив.
Он боялся, что стоить Чжоу Цзиньчи устроить сцену или начать уговаривать его остаться, как он потеряет всю решимость уйти. А в этом Чжоу Цзиньчи не было равных.
Но он никак не ожидал, что Чжоу Цзиньчи сможет разыскать его здесь.
Янь Сюэи опустил взгляд, прижимая рубашку к груди. Под пристальным взором партнёра его длинные и густые ресницы мелко дрожали, словно крылья бабочки, щекоча сердце немецкой овчарки и доводя её до зуда в груди — так и хотелось поймать эту дрожь.
Янь Сюэи не знал, как это объяснить.
Чжоу Цзиньчи вовек не понять, насколько сильно снежный барс нуждается в своём партнёре и как сильно от него зависит.
Чжоу Цзиньчи подошёл вплотную к Янь Сюэи и властно заключил его в кольцо между собой и шкафом:
— Почему ты молчишь? Янь Сюэи, мы встречались пять лет, с какой стати ты говоришь о расставании едва ли не на ровном месте?
В свирепом натиске немецкой овчарки сквозила нотка обиды:
— Только из-за того, что я один раз сделал тебе предложение, ты даже шанса на объяснение не дал?
Янь Сюэи молчал, а Чжоу Цзиньчи больше не давил на него, лишь молча смотрел на него сверху вниз, прикрыв глаза.
Долгое время спустя он, казалось, больше не в силах сдерживаться, уткнулся лицом в шею Янь Сюэи, глубоко втянул воздух, впитывая его запах, и обиженно произнёс:
— Янь Сюэи, я так сильно по тебе скучал.
Янь Сюэи вздрогнул, и сердечко кольнуло так, будто его легонько царапнула кошачья лапка.
За столько лет он привык к тому, что Чжоу Цзиньчи всегда рядом, и эти два дня дались ему тяжело.
Янь Сюэи опустил взгляд, не зная, как поступить.
В этот момент Чжоу Цзиньчи, словно большая собака, начал беспокойно тереться о его шею туда-сюда, отчего тело Янь Сюэи напряглось. Он перехватил чужую руку, что устроилась у него на талии и норовила шарить где не надо:
— Не двигайся.
Чжоу Цзиньчи тут же послушно замер.
Но Янь Сюэи всё равно услышал его слегка участившееся и тяжёлое дыхание.
Они встречались столько лет и бесчисленное количество раз занимались любовью — Янь Сюэи прекрасно понимал, что это значит.
На белоснежном лице Янь Сюэи проступил румянец:
— Как ты умудряешься думать об этом в любую минуту?
Чжоу Цзиньчи перехватил руки Янь Сюэи в замок, опустив голову и покорно выслушивая наставления супруга, выравнивая дыхание.
Но у псов частота подобных порывов и так была высокой, а рядом с партнёром само присутствие и запах любимого человека неизменно заставляли немецкую овчарку ежесекундно мечтать о том, чтобы повалить его наотмашь.
Впрочем, из-за отпора Янь Сюэи Чжоу Цзиньчи уже сильно умерил свой пыл в этом отношении.
Янь Сюэи ни капли не сомневался в способностях Чжоу Цзиньчи в этой сфере, поэтому отвёл взгляд в сторону, ожидая, пока тот сам приведёт себя в норму.
Он боялся, что любое его движение спроводит Чжоу Цзиньчи на новый приступ желания.
Они стояли в тишине, больше не произнося ни слова.
В безмолвной комнате слышалось лишь едва заметное, мерное дыхание.
Взгляд Янь Сюэи, потеряв фокус, упал на угол кровати, возвращаясь к воспоминаниям о тех мелочах, из которых состояли их с Чжоу Цзиньчи годы, пока он вдруг не почувствовал щекотку в области шеи —
Чжоу Цзиньчи своей переносицей водил туда-сюда по его шее.
Шея была у кошачьих самой чувствительной зоной, и снежные барсы не являлись исключением.
Янь Сюэи инстинктивно подался назад, уперевшись спиной в стоявший позади шкаф, и Чжоу Цзиньчи тут же воспользовался моментом, загнав его в свои объятия целиком.
— Не двигайся, — хрипло произнёс Чжоу Цзиньчи, сжав его крепче и обиженно протянув: — Дай мне подзарядиться.
И только небеса знали, что когда он сегодня встретил того снежного барса, у него в голове уже мелькали мысли о том, где именно выкопать для себя могилу.
В глазах Янь Сюэи мелькнуло замешательство, у него не хватило духу оттолкнуть его, и одна из его рук сама собой поднялась, ухватившись за рубашку Чжоу Цзиньчи.
Опустив глаза, он не удержался и слегка заскрёб пальцами по ткани, в точности как кошачьей лапкой, с трудом сдерживая поднимающееся внутри него желание.
Глава 4
(Вчера вечером к концу главы добавлено 800 слов, не пропустите)
Стоило Янь Сюэи оказаться там, где не было Чжоу Цзиньчи, как он прекрасно контролировал себя — и как человек, и как снежный барс. Но стоило ему столкнуться с Чжоу Цзиньчи, как самоконтроль шёл прахом.
Природа снежного барса заставляла его помимо воли желать свернуться калачиком в объятиях партнера, чтобы тот его причесал.
Янь Сюэи беззвучно вздохнул, до боли в ногтях впиваясь ногтями в ладони, чтобы обуздать собственные инстинкты.
К счастью, он недавно вернулся в снежные горы — вволю навалявшись и набегавшись в снегу, он уже не чувствовал себя так мучительно, как в городе.
http://bllate.org/book/40424/5131773
Сказали спасибо 0 читателей