Готовый перевод His Voice / Его голос: Глава 23

Нуаньнуань:

— …Разве вы знакомы меньше чем полмесяца?

По сведениям Нуаньнуань, И Чэньси ради этого человека даже бросила высокооплачиваемую работу на родине и без колебаний отправилась за ним вслед. С момента выпуска из университета прошло уже два года — всё это время она упорно добивалась его внимания, пока наконец полмесяца назад не сообщила подруге с необычайным восторгом, что они начали встречаться.

Так что же теперь происходит?

И Чэньси слегка скривила губы и хмыкнула:

— Я изначально собиралась добиться его и сразу бросить. Сейчас не об этом. Ложись пораньше, я, скорее всего, вернусь в следующем месяце. Тогда хорошенько встреть сестрёнку!

Нуаньнуань ответила:

— Без проблем. Береги себя.

— ОК, тогда вешаю трубку. Спокойной ночи.

— Спокойной ночи.

Положив трубку, Нуаньнуань посмотрела на экран телефона и тихо усмехнулась. Больше она не стала думать об И Чэньси: в вопросах чувств та всегда была решительнее её самой, так что переживать не стоило.

Гораздо больше тревожило другое: И Чэньси находилась в регионе, где постоянно вспыхивали вооружённые конфликты. По телевизору и в новостях ежедневно мелькали сообщения о войне.

Нуаньнуань сжала губы и мысленно пожелала подруге удачи и благополучного возвращения.

* * *

На следующее утро, после завтрака, Нуаньнуань вместе с Линь Линь направилась в телеканал. Едва выйдя из подъезда, они столкнулись с Фу Боюанем, выходившим из квартиры напротив.

Нуаньнуань удивилась:

— Фу-лаосы, вы только сейчас идёте в студию?

Фу Боюань кивнул:

— Да, сегодня ведёт Сяо Юань.

Нуаньнуань понимающе кивнула. В новостных программах обычно работает несколько ведущих, ведь эфиры в основном идут в прямом эфире — хотя иногда и записываются заранее, но такие случаи редки. Поэтому на случай непредвиденных обстоятельств требуется больше одного человека за пультом.

Ведь невозможно требовать от каждого ведущего приходить на эфир до рассвета каждый день. Месяц — ещё можно, два — тоже, но целый год без единого дня отпуска — нереально.

Поэтому местные телеканалы и распределяют ведущих разумно.

Это делает график работы гуманнее по сравнению с другими программами, хотя ежедневные утренние эфиры всё равно сильно испытывают силу воли.

— Ты позавтракала? — спросил Фу Боюань.

— Да.

Фу Боюань кивнул и внимательно посмотрел на неё:

— Сегодня встречаешься с режиссёром. Всё в порядке?

С тех пор как Нуаньнуань вчера сказала, что Чэнь Цзэ — её дядя, Фу Боюань сразу понял, кто такой режиссёр. Угадать было нетрудно.

Раньше, работая в студии, он лишь слышал, что у режиссёра Чэнь есть дочь, но никогда не думал, что это окажется Нуаньнуань.

Услышав вопрос, Нуаньнуань на мгновение замерла, потом крепко сжала губы и кивнула:

— Да, всё нормально.

Она подняла голову, улыбнулась и сказала:

— Не волнуйтесь, Фу-лаосы.

— Хорошо.

Фу Боюань ответил, хотя и знал, что волноваться всё равно бесполезно.

Он не знал, какие у Нуаньнуань отношения с отцом, но безоговорочно верил этой девушке.

Без всяких причин. Просто потому что любил.

Они обменялись взглядами и тихо улыбнулись, затем зашли в лифт.

Цветы во дворе цвели особенно ярко. Утром, когда лёгкий ветерок колыхал лепестки, в воздухе стоял нежный аромат.

Нуаньнуань вдыхала его и вдруг почувствовала, что настроение у неё неплохое — по крайней мере, не такое напряжённое, как можно было ожидать перед встречей с тем человеком.

Она решила, что справится с ситуацией в студии без проблем.

Однако не всё идёт по плану. Она и представить не могла, что через несколько минут увидит нечто, что потрясёт её до глубины души.

...

Нуаньнуань остановилась как вкопанная.

Фу Боюань, шедший за ней, проследил за её взглядом и тоже нахмурился, увидев стоявшую впереди пару.

Те двое вели себя очень нежно, совершенно не замечая троих людей позади, пристально наблюдавших за ними.

— Чэнь Жунь, — резко произнесла Нуаньнуань, прерывая их разговор.

Чэнь Жунь вздрогнул и удивлённо обернулся на голос.

Увидев стоявшую неподалёку девушку, он оживился и уже расплылся в улыбке, но Нуаньнуань не дала ему заговорить:

— Помнишь меня?

Лицо Чэнь Жуня мгновенно побледнело, и он замер на месте.

Некоторое время он молчал, глядя на выросшую дочь.

Их взгляды столкнулись в воздухе, и в обоих читалось упрямство.

Фу Боюань знал лишь часть правды, но даже он не ожидал, что отношения между Нуаньнуань и режиссёром окажутся настолько напряжёнными.

Нуаньнуань прямо назвала его по имени, без малейшего колебания.

Чэнь Жунь помолчал и наконец кивнул:

— Конечно.

Нуаньнуань фыркнула:

— Правда? Я думала, ты уже забыл.

Чэнь Жунь покачал головой:

— Нуаньнуань…

Едва он произнёс её имя, как она резко перебила:

— Не смей называть меня по имени.

Она пристально посмотрела ему в глаза и чётко произнесла:

— Ты совершенно этого не заслуживаешь.

Под лучами солнца два человека, не видевшиеся много лет, словно окружили друг друга клинками и мечами.

Нуаньнуань говорила без малейшего сожаления, а Чэнь Жунь выглядел неловко и растерянно — перед собственной дочерью.

Он открыл рот, будто собираясь что-то сказать, но Нуаньнуань уже прошла мимо него и направилась в здание телеканала.

Опустив глаза, она смотрела на гладкий пол.

Поверхность была белоснежной и отражала её фигуру. Глядя на своё отражение, она горько усмехнулась.

На самом деле, Нуаньнуань очень походила на Чэнь Жуня — особенно глазами и чертами лица.

Но сейчас она скорее предпочла бы быть похожей на кого угодно, только не на того человека, который всё ещё стоял снаружи.

Фу Боюань последовал за ней и слегка кивнул Чэнь Жуню в знак приветствия.

Они почти не знали друг друга: Фу Боюань вёл исключительно новости, а Чэнь Жунь снимал развлекательные шоу. Их пути почти не пересекались. Чэнь Жуню имя Фу Боюаня кое-что говорило, но ближе они не были знакомы.

Они шли один за другим, будто вокруг никого больше не существовало.

Человек, стоявший рядом с Чэнь Жунем, при звуке знакомого имени изумился.

Линь Линь, как всегда тактичная, ничего не спросила и просто ускорила шаг, чтобы догнать Нуаньнуань.

Когда они вошли в конференц-зал, Нуаньнуань всё ещё чувствовала, как внутри неё клокочет гнев.

Фу Боюань бросил на неё взгляд, вынул из кармана конфету «Большая белая кроличья помадка» и протянул:

— Хочешь конфету?

Нуаньнуань удивилась и уставилась на конфету, лежавшую на его ладони. Её взгляд блуждал, и она не сразу двинулась. Фу Боюань терпеливо ждал.

Она смотрела на конфету, потом перевела взгляд на линии его ладони.

Линии извивались, но по сравнению с её собственными казались куда более гладкими.

В университете она однажды ходила к гадалке у ворот кампуса и смутно помнила, что та говорила о линиях на ладони.

Теперь, глядя на ладонь Фу Боюаня, она невольно перевела взгляд на линию, отвечающую за любовь и брак.

У него эта линия была ровной, без особых изломов. Даже если появлялось небольшое ответвление, оно быстро возвращалось на прежний путь.

В этом она была похожа на него.

Только линия семьи у Нуаньнуань была изломана до неузнаваемости, а у Фу Боюаня — такой же ровной, как и линия любви.

Неожиданно ей стало завидно.

Она долго смотрела на его ладонь, пока низкий, бархатистый голос Фу Боюаня не вывел её из задумчивости.

— А? — Нуаньнуань подняла на него глаза и сказала: — Фу-лаосы.

Фу Боюань мягко улыбнулся:

— Что с тобой? Съешь конфетку от Фу-лаосы?

Нуаньнуань помедлила и взяла «Большую белую кроличью помадку».

В конце весны её холодные пальцы коснулись той самой линии на его ладони — той, что отвечала за любовь. В этом месте кожа казалась особенно тёплой, будто излучала тепло.

Она взяла конфету, опустила глаза и начала разворачивать упаковку. Под внешней оболочкой была ещё одна прозрачная плёнка, которую, как говорят, можно есть. Но Нуаньнуань никогда её не ела, поэтому тщательно удалила обе обёртки, оставив только белоснежную конфету, сверкающую на солнце.

Под взглядом Фу Боюаня она положила конфету в рот и почувствовала сладость.

Внезапно Нуаньнуань тихо рассмеялась и повернулась к нему:

— Фу-лаосы.

— Да?

— Откуда у тебя взялась конфета?

Фу Боюань немного помолчал и ответил:

— Зашёл в супермаркет и увидел.

Тогда он подумал, что, возможно, пригодится. Не ожидал, что так скоро.

Нуаньнуань улыбнулась, приподняв уголки губ. Её плохое настроение будто испарилось.

— Оказывается, правда, когда грустно — конфета действительно помогает, — сказала она.

Сладость заглушила горечь и кислинку.

Фу Боюань кивнул:

— Если нравится, буду приносить чаще.

Нуаньнуань рассмеялась:

— Не надо. Не думаю, что буду грустить каждый день.

Они улыбнулись друг другу.

Солнечные лучи пробивались в конференц-зал.

Постепенно в зал стали заходить сотрудники. Начинался новый рабочий день и новое совещание. После него будет окончательно утверждён формат программы, и через несколько дней команда отправится на съёмки.

Подготовка должна быть тщательной, чтобы во время съёмок можно было оперативно реагировать на любые непредвиденные ситуации.

Успешное создание шоу требует слаженной работы всей команды, участников и поддержки местных жителей.

Поскольку подготовительный этап требует много усилий, всем сотрудникам «Списка желаний счастья» предстояло работать сверхурочно.

С тех пор как вошёл Чэнь Жунь, Нуаньнуань не поднимала глаз от блокнота. Она время от времени что-то записывала, полностью игнорируя отца и ни разу на него не взглянув.

Чэнь Жунь, напротив, всё время следил за дочерью, но та упорно не замечала его.

Ему было больно и виновато.

Но никакое чувство вины не могло восполнить ту любовь, которой ей не хватало в детстве, и не могло исцелить разрушенные отношения.

Долгое и скучное совещание продолжалось. Нуаньнуань писала, а Фу Боюань иногда бросал на неё взгляд, но не говорил ни слова.

Он не собирался ни расспрашивать, ни мешать её переживаниям.

* * *

Всё утро прошло незаметно.

Как только объявили обеденный перерыв, Нуаньнуань потянула Линь Линь и быстро побежала в столовую. Найдя укромное место, она наконец выдохнула.

— Нуаньнуань-цзе…

— Да? — подняла она глаза. — Хочешь что-то спросить? Спрашивай.

Она продолжала возиться с рисом, зная, что Линь Линь, наверное, давно рвётся с вопросом.

http://bllate.org/book/4042/423659