Впрочем, он уже догадался о том, что произошло вчера, но всё же изобразил удивление:
— Вот оно как… Большое спасибо за спасение, но не подскажете, где сейчас ваш батюшка?
— Он ушел, еще не вернулся, — Баочжэнь прикусила губу и улыбнулась. Помимо Высочества, ей еще не доводилось встречать столь красивых людей. К тому же она сочла, что черты лица Шэнь Мо преисполнены удивительного благородства, и вмиг прониклась к нему большой симпатией. — Как тебя зовут?
— Су Юйтан.
— Какое красивое имя, — восхищенно произнесла Баочжэнь. — Говорят, ты учился грамоте, завидую… Тебе всё еще плохо? Уже полегчало?
Шэнь Мо что-то заметил, но тут же отбросил это, не стал расспрашивать о лишнем, а лишь ответил:
— Гораздо лучше, благодарю за заботу.
Баочжэнь успокоилась и снова налила ему пиалу горячей воды. Они перебросились еще несколькими ни к чему не обязывающими фразами. Девушка редко видела чужаков, поэтому была невероятно любопытна, и вскоре выложила Шэнь Мо всё, что знала сама.
Оказывается, это место по-прежнему находилось в пределах Резиденции вана.
Баочжэнь собиралась продолжить разговор, как вдруг у входа кто-то появился.
Это была женщина лет сорока с мягкими чертами лица, разрумянившимися щеками, но при этом с неуловимым выражением решительности и проворства в глазах.
Увидев вошедшую женщину, Баочжэнь тут же подбежала к ней, уцепилась за руку и ласково зальстила — судя по всему, это была ее мать.
Шэнь Мо слегка кашлянул:
— Благодарю госпожу за спасение.
Женщина улыбнулась:
— Не стоит благодарности, тебя спас наш старик Чэнь… Я тоже ношу фамилию Чэнь, можешь звать меня тётушкой. Как ты себя чувствуешь? Нигде больше не болит?
Шэнь Мо улыбнулся:
— Ничего не болит, прекрасно себя чувствую. Только что выпил горячей воды, стало намного легче.
Госпожа Чэнь с улыбкой кивнула. Она заглянула сюда лишь проверить обстановку, перебросилась пара фраз, чтобы оценить состояние гостя, и направилась к выходу, уводя за собой Баочжэнь, которая прихватила пустой чайник.
Раздался скрип — дверь закрылась.
Шэнь Мо испустил вздох облегчения, подумав, что здесь нельзя задерживаться надолго. Нащупав рядом свою верхнюю одежду, он оделся и толкнул дверь, выходя наружу.
Это был небольшой дворик всего с двумя-тремя комнатами. Посредине имелся клочок заброшенной земли, судя по всему, некогда служивший под огород, а теперь заваленный соломой и сугробами снега.
Ни Баочжэнь, ни госпожи Чэнь, ни Управляющего Чэня видно не было.
Шэнь Мо на цыпочках выскользнул за ворота двора и как раз вовремя заметил Баочжэнь, которая о чем-то шепталась с госпожой Чэнь, то и дело озираясь по сторонам и покачивая мать за руку.
Госпожа Чэнь строго постучала ее по лбу.
В этот момент Баочжэнь заметила вышедшего Шэнь Мо.
— Ты чего встал? — возмутилась она. — На улице же холодно, ступай обратно в постель!
Шэнь Мо суховато кашлянул, постеснявшись признаться, что хотел тайком сбежать, и непринужденно произнес:
— Мне уже намного лучше, а сидеть без дела — не для меня, вот и вышел прогуляться… Что тут у вас происходит?
Баочжэнь только собралась открыть рот, как госпожа Чэнь опередила ее, с улыбкой отвечая:
— Ничего особенного. Девчонка балуется, вечно норовит купить всякую чепуху, вот я ее и воспитываю.
Услышав, как ей перекрыли путь к отступлению, Баочжэнь раздосадованно топнула ногой, отвернулась и убежала.
Шэнь Мо проницательно уловил подтекст в этой сцене, но не стал ничего разоблачать. Хотя у госпожи Чэнь была простодушная и наивная дочь, сама она производила впечатление человека крайне рассудительного. У нее не было дурных намерений по отношению к нему, да и самому ему не стоило доставлять людям лишних хлопот.
Госпожа Чэнь тоже разгадала его изначальный замысел:
— Не спеши уходить, отдохни еще немного. Лекарь сегодня утром сказал, что твой организм слишком ослаб, а жизненной энергии и крови не хватает. Я уже слышала от старика Чэня о твоем положении. Не бойся, хоть это место и находится внутри Резиденции вана, сюда никто просто так не заглядывает.
Шэнь Мо был приведен сюда Управляющим Чэнем, и всё закрутилось из-за него. Раз хозяин еще не вернулся, она не позволила бы Шэнь Мо слоняться где попало — в конце концов, случись что, спрашивать будут именно с них. А если уходить, то только после возвращения Управляющего Чэня.
Шэнь Мо понял ее смысл, спрятал руки в рукава, улыбнулся и кивнул:
— Хорошо.
Они вернулись во двор. Едва переступив порог, Шэнь Мо увидел Баочжэнь: присев на корточки у сугроба, она зажала в руке тонкую ветку и что-то чертила на снегу.
Он бросил туда беглый взгляд — девочка выводила иероглифы.
Маленькая барышня казалась страстно увлеченной учебой и чтением. Едва он пришел в себя, как она сразу же упомянула, что завидует тем, кто умеет читать. Правда, госпожа Чэнь, похоже, разделяла ее увлечение не во всем.
Госпожа Чэнь шла впереди:
— Через час-другой наш старик Чэнь должен вернуться домой. Посиди пока, я принесу тебе перекусить…
Шэнь Мо подошел к Баочжэнь:
— Спасибо.
Услышав голос, девочка подняла голову и удивленно посмотрела на него.
Шэнь Мо улыбнулся и приложил палец к губам, призывая к тишине.
— Чего ты церемонишься? — донеслось из комнаты от госпожи Чэнь. — Гости у нас бывают редко, принимать тебя — наш долг.
Она скрылась в доме.
Баочжэнь заметно расслабилась.
Шэнь Мо слегка наклонился и указал пальцем:
— Ты написала с ошибкой.
Девочка растерянно моргнула:
— Что?
— Иероглиф написан неверно, — произнес Шэнь Мо. — Там должно быть «юй», а не «юй».
Девочка засомневалась:
— Откуда тебе знать?
Шэнь Мо огляделся — вокруг ни души.
Он тихо проговорил:
— Поэму «Праздник двойной девятки», написанную старым Вэнь-гогуном, я в юности читал сотни раз, она у меня от зубов отскочила. Смотри, если вставить эти два иероглифа, смысл полностью меняется…
Баочжэнь еще раз перечитала написанное и изумленно ахнула:
— И правда! — Она небрежно смахнула рукой снег и вывела иероглиф заново.
Шэнь Мо легко улыбнулся.
Вскоре показалась госпожа Чэнь, созывая к столу:
— Иди сюда, я сварила тебе лапшу, заходи отведать.
Шэнь Мо вошел внутрь. По комнате плыл уютный теплый аромат, а на столе стояла самая простая миска лапши с зеленью.
Хоть еда и была простейшей, он не собирался перебирать харчами, да и права такого не имел. Шэнь Мо вновь поблагодарил хозяйку, шумно уплел лапшу за обе щеки и принялся нахваливать кулинарное мастерство госпожи Чэнь. А после трапезы помог по хозяйству с нехитрой работой.
Госпожа Чэнь всё это время наблюдала за ним. Хотя парень явно был ученым человеком, в нем не чувствовалось ни капли высокомерия, напротив — он оказался необыкновенно простым и приятным в общении. Женщина невольно вспомнила слова мужа о том, что этот человек мастак заливать соловьем и натворил больших бед в другом доме… По правде говоря, Шэнь Мо совсем не казался ей таким типом; со стороны он выглядел надежным, воспитанным и знающим толк в приличиях молодым человеком.
В результате она прониклась к юноше еще большим расположением.
Прошел еще час, и Управляющий Чэнь действительно вернулся.
Лицо у него было пасмурным. Первым делом он разыскал жену и принялся горько вздыхать, чем сразу испортил ей настроение. Бросив начатое рукоделие, госпожа Чэнь подняла глаза:
— Что стряслось? Мало того что являешься только сейчас, так еще и напускаешь на себя такую похоронную физиономию.
Управляющий Чэнь с удрученным видом выдавил:
— Ваню снова слег.
Госпожа Чэнь изумилась:
— С чего вдруг?!
— Видимо, вчера его довели до белого каления, — с чувством вины отозвался Управляющий Чэнь. — Говорят, вскоре после возвращения он потерял сознание, отпоили лекарством, очнулся только сегодня утром. Кое-как заставил себя выйти на улицу, а по дороге обратно старая болячка снова дала о себе знать. Сейчас вот лежит пластом, лекарь только-только ушел.
Госпожа Чэнь укоризненно покачала головой:
— Я же говорила, что тебе нельзя своевольничать! Что за дурацкую идею ты выдумал — притащить мужчину прямо к вану? Даже если ван в обычные дни не в духе, с чего бы ему радоваться, увидев мужика? Только людей губишь и сам в петлю лезешь.
Управляющий Чэнь подавился воздухом. Он хотел было что-то возразить, но замолчал:
— …Я тогда подумал об одном деле, а не просто с катушек съел и творил глупости. Откуда ж я знал, что он и впрямь…
Он и так из-за этого дела не ночевал дома, бегал хлопотал до самого утра, вымотавшись вусмерть и тысячу раз пожалев о содеянном.
Но теперь говорить те холодные слова было уже поздно.
Госпожа Чэнь вздохнула:
— Ван хворает от переутомления не первый день, так что тебе не стоит слишком винить себя. Служи вану верой и правдой, разделяй его заботы, заглаживай вину по крупицам — вот это будет дело. Только вот тот парень, которого ты приволок…
В этот момент до нее донесся скрип половиц под чьими-то шагами. Она осеклась на полуслове и перевела взгляд на дверной проем.
К ее изумлению, молодой человек по имени Су Юйтан неизвестно когда вышел наружу. Стоя в проходе, он с любопытством оглядывал их:
— Кто заболел?
5 глава
Госпожа Чэнь бросила взгляд на Управляющего Чэня, и они обменялись многозначительными взглядами.
Она тут же расплылась в лучезарной улыбке:
— Ничего страшного. У меня тут кое-какие дела, беседуйте дальше.
С этими словами она удалилась.
Шэнь Мо оставалось лишь перевести взгляд на Управляющего Чэня и переспросить:
— Ван заболел?
При одном взгляде на этого парня Управляющего Чэня захлестывали воспоминания о пережитом кошмаре, отчего лицо его стало еще мрачнее:
— Тебя не касается!
Шэнь Мо спрятал руки в рукава и даже не подумал сердиться.
Слышал он немногое, но догадаться не составляло труда. Сюэ Лин пришел в ярость, едва завидев его, а потом слег… Какая неожиданность, неужели его лицо обладало настолько сокрушительной силой?
Впрочем, в Резиденции вана имелись лекари, а учитывая нынешнее положение Сюэ Лина, там дежурили не просто лекари, а светила первой величины, так что переживать за него точно не стоило.
Куда больше его волновал другой вопрос.
Шэнь Мо осведомился:
— Я и так злоупотребил вашим гостеприимством, дядя Чэнь, когда мне будет удобно уйти?
Из-под серой ткани одежды показались его бледные руки, поправляющие рукава. Взгляд чистых, контрастно-черных и белых глаз сиял холодной ясностью, а тон был прост и небрежен, словно он вел обычную светскую беседу.
Уход — дело серьезное, и Управляющий Чэнь, судя по всему, разделял это мнение: чем раньше уйдешь, тем меньше хлопот доставишь хозяевам.
Вчера еще был братец, а сегодня уже превратился в дядю.
Управляющий Чэнь хмыкнул с досадой:
— Ой, оставь, парень, даже и не думай об уходе — отсюда больше не уйти.
Шэнь Мо не сразу сообразил и переспросил:
— Что это значит?
Управляющий Чэнь пояснил:
— А то и значит, что уйти нельзя! Сейчас Резиденция вана никого не впускает и не выпускает!
Стоило отвлечься ненадолго, как обстановка в резиденции изменилась до неузнаваемости. Шэнь Мо не принадлежал к числу обитателей особняка, и Управляющему Чэню было неуместно посвещать его во многие детали — например, едва Шэнь Мо показался на пороге, их с женой разговор тут же прервался.
И все же Шэнь Мо удалось вытянуть из него пару причин: по-видимому, таков был приказ вана. Теперь ворота резиденции были наглухо заперты как для выходящих наружу, так и для тех, кто хотел войти внутрь.
Управляющий Чэнь развел руками:
— С этим я ничего поделать не могу. Придется тебе посидеть здесь, а когда буря уляжется, тогда и поговорим о всяких уходах.
Шэнь Мо погрузился в задумчивость и с сожалением протянул:
— …Хорошо.
Управляющий Чэнь удалился — с самого вчерашнего вечера у него во рту не было ни крошки, пора было поесть.
Сегодня снег шел меньше, чем вчера, и погода стояла гораздо яснее. Шэнь Мо стоял под карнизом дома, а тонкие холодные лучи зимнего солнца заливали двор легким, рассеянным светом. Его пальцы озябли до ледяного онемения, и лишь после яростного растирания кожа наконец ожила, покрывшись синевато-красными пятнами.
http://bllate.org/book/40282/5111944
Готово: