Готовый перевод Woke Up to My Crush Confessing / Проснулась — а соседка призналась в любви: Глава 5

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Она думала, что прекрасно притворяется, и даже не догадывалась, что нахмуренные брови выдали её с головой.

Цзян Чи ничего не сказала, подняла чайник и снова наполнила его водой.

— Спасибо, Цзян-Цзян, ты просто чудо.

— Ступай в кровать, если что-нибудь понадобится — зови.

Ся Юньли прижала к себе грелку и снова забилась под одеяло. Менструальный цикл у неё был как по часам, длился недолго, а живот болил только в первый день.

Тем не менее, в эти дни она ходила вялая, словно увядший цветок, лишний раз пошевелиться не хотелось, а по вечерам перебивалась простой лапшой.

Наконец дождавшись окончания критических дней, Ся Юньли вновь обрела свой прежний цветущий вид и воодушевленно отправилась на рынок, откуда притащила целый кулек всевозможных продуктов.

— Сегодня вечером устроим пир горой!

Это должно было послужить компенсацией её желудку, столь жестоко пострадавшему в последние пару дней, а заодно стать благодарностью для Цзян Чи, проявившей о ней заботу.

Много съесть вдвоем они не смогут, значит, нужно уменьшить порции, но увеличить разнообразие. Прилепив на холодильник стикер с названиями блюд, Ся Юньли задумчиво протянула:

— Так-так… Хм, сначала потушу свиные ребрышки, а потом сделаю лимонные куриные лапки без костей.

Цзян Чи переступила порог дома ровно в половине восьмого, и встретила ее Ся Юньли в коричневом фартуке в клетку, сиявшая ярче любых фейерверков.

— Добро пожаловать в ресторан Сяо Юй, многоуважаемый гость.

Она слегка поклонилась, отведя правую руку в сторону в приглашающем жесте, а ее улыбка была настолько безупречной, будто ее только что скопировали с рекламного буклета авиакомпании.

Цзян Чи, переобувшись в тапочки, обвела взглядом граммофон, из которого доносилась классическая фортепианная музыка, а затем перевела глаза на соседку по квартире, устроившую этакий ролевой косплей. Пробыв в легком ступоре пару секунд, она все же ответила:

— Добрый вечер.

— Хе-хе, как прошел сегодняшний день на работе? — Ся Юньли развернулась и побежала на кухню за блюдами, избавив эту замершую на миг преподавательницу от дальнейших расспросов.

— Как обычно, — Цзян Чи поставила сумку. — Ничего особенного.

— У меня тоже, правда, я сегодня покормила котенка! Того самого черно-белого, про которого тебе рассказывала. Угощала уже раз в третий, а он все такой же дикий, ни за что не подпускает ближе.

Цзян Чи то и дело издавала одобрительное «угу», слушая, как девушка из кухни легким, звонким голосом рассказывает о своем проекте по отлову и пристройству бездомных котов, о распустившемся в клумбе шалфее и о двух милых малышках, катавшихся на горке.

Её жизнь всегда была яркой и насыщенной, под стать ей самой.

Вымыв руки, Цзян Чи помогла разложить по пиалам рис, расставила палочки и ложки, но была сразу же выдворена Ся Юньли к обеденному столу.

— Я только быстренько разолью суп.

Стоило девушке вернуться на кухню, как не прошло и полминуты, раздался грохот и испуганный вскрик.

— Что случилось?!

Цзян Чи мгновенно сорвалась с места и бросилась на звук. Перед её глазами предстала упавшая на пол кастрюля, залитый бульоном кафель, разбросанные куски ребрышек и корней лотоса, а также Ся Юньли, которая стояла у столешницы, поджав одну ногу и подпрыгивая на другой.

— Ой-ой-ой-ой-ой! Ай! Мой суп! И кастрюля!

— Ты в этот момент еще о кастрюле думаешь?

Цзян Чи тут же схватила ее за руку и вытащила из лужи.

— Дома есть мазь от ожогов?

— Есть.

Крепко держа ее за руку, она без лишних слов увлекла пострадавшую в ванную и выдвинула низкий табурет из-под умывальника:

— Садись.

С этими словами Цзян Чи сняла душевую лейку, повернула кран с холодной водой и направила струю на покрасневшую голень.

— С-с-х… Как холодно…

— Потерпи.

Ся Юньли скривилась, вытянув правую ногу вперед:

— Мой суп… Я варила его три часа…

Прежде белая кожа покрылась ярко-красными пятнами, словно на нее брызнули краской — зрелище было пугающее, того и гляди пришлось бы ехать в больницу, а пострадавшая сокрушалась лишь о пролитом супе.

Цзян Чи едва не рассердилась от такого абсурда, но, подняв взгляд, встретилась с полными слёз глазами — и весь ее гнев сдулся, как проколотый иголкой шарик.

— …На дне кастрюли еще немного осталось, не все пролилось.

— Кастрюля! Моя безвременно почившая кастрюля! — Ся Юньли вцепилась в плечи Цзян Чи, роняя слезу за слезой. — Это была моя первая кастрюля, она прожила со мной три года! Ты знаешь, какая она была удобная? Еще вчера с ней все было в порядке, почему она вдруг сломалась? Моя кастрюлька-а-а…

Пострадавшая совершенно не заботилась о собственной травме, оплакивая лишь свою эмоциональную связь с кухонной утварью. В итоге о ее физическом состоянии заботилась вовсе не она сама, а Цзян Чи.

Аккуратно обхватив ее за щиколотку, Цзян Чи внимательно осмотрела распухшую кожу на предмет волдырей. К счастью, суп томился на медленном огне, а не бурлил кипятком, так что, судя по всему, в больницу ехать не придется.

Мысленно вздохнув с облегчением, Цзян Чи, отсчитывавшая про себя секунды, решила, что прошло как раз около двадцати минут. Она оторвала два бумажных полотенца, осторожно приложила их к голени, чтобы впитать остатки влаги, и тихо спросила:

— Все еще болит?

— Болит, но уже не так сильно.

Ся Юньли тоже опустила взгляд на рану:

— Ого, какое огромное пятно. Шрама не останется, у меня опыт есть.

— Опыт, — повторила Цзян Чи, и по ее голоду невозможно было понять, какие эмоции она испытывает.

— Какой повар обходится без ожогов?

Ся Юньли всхлипнула, а затем пробормотала себе под нос:

— Столько времени потеряно, еда наверняка уже остыла.

Тонкие губы чуть сжались. Опустив глаза, Цзян Чи помогла девушке подняться и дойти до дивана, усадила ее, а сама устроилась рядом. Осторожно притянув поврежденную ногу к себе и положив ее себе на колени, она открутила крышку тюбика с мазью.

Эти руки, привыкшие проводить эксперименты, писать формулы на классной доске и листать книги — белые, изящные, с тонкими пальцами и четко очерченными суставами — зажали ватную палочку и принялись смазывать рану с такой нежностью, будто касались упавшего с неба перышка.

Ся Юньли с запоздалым смущением почувствовала себя неуютно.

Икры ее ног почти касались бедер Цзян Чи, а тонкая летняя ткань брюк совершенно не спасала от исходящего от чужого тела тепла.

А теплая ладонь Цзян Чи тем временем лежала у нее на колене.

Этот участок кожи на мгновение превратился в сплошную зону повышенной чувствительности, вызывая у Ся Юньли странный зуд, словно по ней ползали муравьи.

— Э… Может, я лучше сама?

— Я почти закончила, — ответила Цзян Чи, беря новую ватную палочку.

Превосходный ответ. У Ся Юньли не осталось ни единого предлога для отказа, поэтому ей пришлось лишь закусить губу, изо всех сил стараясь не поджимать пальцы ног, чтобы происходящее казалось ей хоть капельку естественным.

Мелодия фортепиано всё еще звучала. Задуманная как способ подшутить над Цзян Чи, теперь она ударила по самой Ся Юньли разрушительным бумерангом.

Прошло целое вечность — по крайней мере, так ей показалось, — прежде чем Ся Юньли наконец услышала долгожданное: «Готово». Она торопливо забрала ногу назад и сухо кашлянула:

— Так, это… Я пойду приберусь на кухне и разогрею еду.

— Я сама, — Цзян Чи мягко прижала ее за плечо. — Тебе сейчас нельзя много ходить.

Она закрыла мазь и принялась наводить порядок на засыпанном обломками полу. Ребрышки, кукуруза, кусочки лотоса, красные финики… Три часа стараний, вложенных в приготовление ужина, пошли прахом. При мысли об этом Цзян Чи и сама почувствовала легкое сожаление.

Подняв кастрюлю, она заметила, что у нее просто отломилась ручка, но сами винтики и крепления были на месте, так что можно было просто купить новую детальку на замену.

Обдумывая пути решения проблемы, Цзян Чи тщательно вымыла пол, а затем вернулась к столу за остывшими блюдами.

— Правда, давай я сама? — не оставляла попыток Ся Юньли.

— Пусть я не умею готовить, но разогреть еду мне вполне по силам.

Цзян Чи ненадолго замолчала, а затем добавила:

— Правда, с сервировкой красиво разложить уже не получится.

— Ладно. Ой, стой! Эти куриные лапки греть не нужно, они подаются холодными!

Благодаря кулинарному мастерству Ся Юньли, даже после повторного разогрева еда не утратила своего первоначального вкуса. Вот только из-за стараний Цзян Чи изысканная и утонченная сервировка превратилась в самую обыкновенную, по-домашнему простую трапезу.

Воспользовавшись тем, что Цзян Чи ушла на кухню, Ся Юньли на одной ноге доковыляла до обеденного стола, мысленно отвешивая себе затрещины за недавний порыв чувств.

О чем она только думала? Цзян Чи при первом же взгляде казалась стопроцентной натуралкой!

Та искренне помогала ей с мазью, переживала из-за травмы, а в ее голове рождались всякие глупости. Какое неуважение к их зарождающейся искренней дружбе.

Сделав пару глубоких вдохов, Ся Юньли дождалась, пока Цзян Чи расставит тарелки, и, успешно справившись со смущением, виновато произнесла:

— Я ведь приготовила столько еды, чтобы отблагодарить тебя, а в итоге заставила тебя возиться со всем этим.

— Ты важнее еды.

Голос прозвучал все так же спокойно и ровно, без капли напыщенности. Тон был ровным, словно она зачитывала длинную поэму или главу из книги, просто констатируя факт.

Сердце Ся Юньли пропустило удар.

Все ее попытки успокоить себя за последние полчаса пошли прахом, подумалось ей.

Мытье посуды после ужина, по традиции, взяла на себя Цзян Чи. Ся Юньли отклонила ее предложение о помощи и, опираясь рукой о стену, допрыгала до своей комнаты. Там она уткнулась лицом в мягкое пузатое тело подушки-басику и тихонько замычала от переполнявших ее эмоций.

Кричать громче она не смела — а вдруг Цзян Чи услышит и прибежит спрашивать, что случилось?

Раньше, когда Ся Юньли натыкалась на разные посты в микроблогах, где авторы сокрушались о том, как тяжело влюбиться в девушку-натуралку, она лишь пожимала плечами и недоумевала.

Раз уж заведомо знаешь, что человек традиционной ориентации, зачем вообще позволять себе влюбляться?

Теперь же, перевернувшись на спину и раскидав растрепанные пряди по подушке, она лежала с потухшим взором, напоминая выброшенную на берег рыбу, и с горечью думала: пожалуй, тех людей действительно можно понять.

Обаяние девушек-натуралок — это вам не шутки.

Она яростно потёрла лицо руками, а затем вытянула длинные ноги, придавив ими длинную подушку-кота:

— Да хватит уже думать о всякой чепухе, займись делом!

Цзян Чи уже упомянула, что у кастрюли отломилась ручка. С этой утварью у нее было связано много воспоминаний, да и для любого повара кастрюля — верный товарищ. К ней привыкаешь, и менять ее на новую — только создавать себе лишние проблемы.

Разумеется, в такой ситуации лучше всего было зайти в тот же магазин и купить точно такую же ручку.

Успешно оформив заказ, Ся Юньли задержалась в приложении, зацепившись взглядом за товары из раздела рекомендаций, и корзина тут же начала стремительно наполняться новыми вещами.

На кухне Цзян Чи тем временем аккуратно протирала насухо полотенцем каждую тарелку: сначала плоские, затем глубокие, и в самом конце — палочки для еды и ложки.

Убрав всю посуду на место, вытерев досуха разделочную доску и повесив полотенце сушиться на рейлинг, она наконец закончила с этой работой.

Выйдя в гостиную, она заметила оставленную на журнальном столике аптечку, подошла, взяла ее за ручку и водворила на прежнее место. В памяти против ее воли вспыхнула картина: пострадавшая нога соседки.

Эти ноги нельзя было назвать худыми — они выглядели крепкими и округлыми, но при этом мягкими. Икры не казались рыхлыми, сквозь кожу угадывались рельефные очертания мышц, а яркие пятна ожогов выделялись на белизне кожи, напоминая распустившиеся лепестки красной сливы посреди снежного сугроба.

http://bllate.org/book/40127/5091363

(Ctrl + влево) Предыдущая глава   |    Оглавление    |   Следующая глава (Ctrl + вправо)

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь

Инструменты
Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.0

Скачать как .txt файл
Скачать как .fb2 файл
Скачать как .docx файл
Скачать как .pdf файл
Ссылка на эту страницу
Оглавление перевода
Интерфейс перевода