Именем луны ночь казалась необычайно яркой.
Когда Дия затащили в подземную нору, глядя на искаженное болью лицо Дижэня перед собой, он почему-то умудрился подумать именно об этом.
Следом за этим они оба, словно два камешка, сорвавшихся с кручи, рухнули на землю, подняв целое облако пыли.
Дия, разумеется, от удара соображал с трудом и едва мог подняться; Дижэню, которому метательный нож вонзился прямо в грудь, пришлось куда хуже: при падении нож провернулся, сделав рану еще шире, и от невыносимой боли тот закрутился и забился на земле, испуская пронзительный, леденящий душу вопль, похожий на крик ночной совы.
Когда Дия поднялся на ноги, Дижэнь уже пришел в себя. Превозмогая боль, он единым прыжком бросился вперед, стремительно скрывшись в темном проходе, и через мгновение его след простыл.
Леденящий лунный свет падал сквозь провал в своде, освещая лужу крови, в которой валялся крошечный уродец — человеческая ручонка, очевидно оторвавшаяся во время недавней борьбы Дижэня.
Дия привычно смотрел на подобные вещи без удивления: на телах Дижэней вечно находилось что-нибудь лишнее или несоразмерное. Судя по его опыту, маленькая ручонка на груди — еще полбеды; по одному ее виду было ясно, что толку от нее чуть, а вот те части, которые действительно годились для дела, доставляли куда больше хлопот.
Бегство Дижэня позволило Дия с облегчением выдохнуть. Он с неудовольствием шевельнул нывшей правой рукой: в недавней схватке эту рабочую руку вывихнуло, и завяжись драка снова, еще неизвестно, кому пришлось бы туго.
Рана была не из тех, что не удается исправить. Прислонившись спиной к каменной стене, Дия глубоко вздохнул — раздался сухой щелчок, и вывих встал на место.
От этого движения из складок плаща посыпалась земля, глухо зашуршав под ногами — судя по всему, набилась туда во время стычки.
Дия принялся подпрыгивать, пытаясь вытряхнуть из одежды всю пыль, и одновременно задрал голову вверх, чувствуя, как сердце уходит в пятки.
Провал оказался слишком высоко: не то что ему, даже Дижэню вряд ли хватило бы сноровки выкарабкаться наружу, так что придется поискать другой выход.
— Похоже, остается только идти вперед и смотреть, что там, — вздохнув, пробормотал себе под нос Дия. — Хорошо еще, что я только что сменял эту вещь в селении.
Факел и еда остались наверху. Пошарив по карманам, Дия извлек миниатюрный угловой фонарик и щелкнул кнопкой — к счастью, при недавнем падении он не сломался.
Сначала Дия посветил туда, куда сбежал Дижэнь: на земле тянулся уходящий вперед кровавый след.
Вообще-то метательный нож метил прямо в горло, но нападение произошло слишком внезапно, а ситуация была критической, так что Дия действовал на рефлексах и даже не был уверен, попал ли в уязвимое место.
Судя по всему, сейчас Дижэню пришлось несладко.
Дия перевел дух, бросил еще один взгляд на убегавшую вдаль цепочку следов, закрепил фонарик на плаще и решительно повернулся в противоположную сторону.
Пройдя с десяток шагов, Дия понял, что дело нечисто: этот коридор был не только необычайно высоким и до странности длинным, но в пыли под ногами смутно угадывались ступени, совсем не похожие на те логовища, что могли соорудить Дижэни.
Хотя в этих краях ходило удивительно много слухов о Дижэнях — одни утверждали, будто они порождения блуда с демонами, другие звали их богохульниками, навлечь на себя кару небесную, а третьи уверяли, будто они — монстры, рожденные в пепле Дня Разрушения ради истребления человечества; как бы то ни было, каждого, кто с ними сталкивался, неизменно ждала беда...
Однако для Дия, из года в год имевшего дело с Дижэнями, всё это были лишь россказни.
Хотя внешне Дижэни походили на людей, по сути они ничем не отличались от прочих диких зверей — состояли из плоти и крови, поедали всё подряд, а кровь у них текла точно такая же, красная. К тому же они вечно пребывали в ярости, с трудом шли на контакт и уж точно не обладали способностью прорубать столь исполинские туннели.
Белый свет фонарика уходил в бесконечную тьму, казалось, ей не будет конца.
От этого в душе Дия внезапно поднялась тревога.
Неужели...
Пробираться в логово Дижэня и без того опасно, но свалиться без всякой подготовки в подземный лабиринт — и вовсе не шутка.
Кто знает, сколько ходов нарыли в подземных глубях в старые времена; эти переплетенные ходы образовывали гигантский подземный лабиринт, угодив в который, можно было уже никогда не выбраться обратно.
Тревога стала осязаемой в тот самый момент, когда Дия спрыгнул с площадки, а фонарик выхватил из темноты ряды запыленных металлических полос на полу.
Дия резко присел на корточки и постучал по одной из них; ржавчина заскребла по коже, оставив холодноватый зуд.
Наконец он смог с уверенностью сказать: его затащили в пещеру не Дижэни — он рухнул в подземную руину!
Дия не стоило винить в том, что он не догадался об этом заранее: он находился посреди дикого поля, а всякому известно, что подземные лабиринтные сети обычно таятся под давно обрушившимися небоскребами, полуразрушенными зданиями и поросшими зеленью руинами, в любой момент готовые разинуть пасть и проглотить человека целиком.
Не говоря уже о том, что в нынешние времена подземные руины сделались излюбленной байкой для искателей сокровищ — о них обычно много болтали, но видели редко.
Дия понятия не имел, как выглядят подземные руины, но металл он узнавал безошибочно: только люди сотенлетней давности могли вести себя столь расточительно, устилая им всю землю вокруг.
Сдвинуть с места эту тяжесть он, конечно, не смог бы, но вот сведения о ней стоили дорого, к тому же Дия как раз знал пару мест, где принимали подобные вести.
Разумеется, при условии, что ему удастся выбраться отсюда.
Как раз в тот момент, когда чувства Дия метались между диким восторгом и паникой, сзади до него донесся нарастающий резкий скрежет и разъяренный рев, донельзя жуткий в этой мертвой тишине коридора.
Звучало это зловеще.
Вот черт! Подземные руины и логово Дижэней вполне могли сосуществовать!
Лицо Дия мгновенно переменилось. Не тратя времени на осмотр окрестностей, он бросился во весь опор туда, куда уходили металлические полосы. Позади звуки то приближались, то отдалялись, и он, не выдержав, оглянулся.
Луч пляшущего фонарика не выхватил ничего отчетливого, лишь три длинные тени наперегонки метались по стенам, напоминая преследующего его трехглавого монстра.
У Дия волосы встали дыбом, он едва не споткнулся о те самые металлические полосы и был вынужден поспешно вернуть взгляд вперед, продолжая спасать свою жизнь. Трудно было сказать, сколько он уже бежал, как вдруг впереди показались следы былого обвала: проход сузился, и большую его часть завалило грудой камней, из-за чего Дия пришлось боком протискиваться в узкую щель и двигаться черепашьим шагом.
Вопли Дижэней приближались, их хриплое дыхание словно звучало прямо над ухом.
Пот градом катился по лицу Дия, но паниковать он не собирался. Больше не оглядываясь назад, он направил фонарик вперед и смутно разглядел, что впереди по-прежнему зияет бездонная тьма, зато сбоку возвышается помост вровень с поясом.
Высокая платформа! Снова высокая платформа!
Дия решительно не понимал, зачем жителям древности понадобилось возводить столько странных высоких площадок!
Правая рука по-прежнему плохо слушалась, и при попытке подтянуться вверх в ней пронзительно кольнуло. Стиснув зубы и перетерпев боль, Дия поднатужился всем телом и в конце концов вскарабкался наверх.
Эта подземная руина явно пострадала от древних землетрясений: повсюду виднелись следы зыбучих песков и обвалов. Дия пришлось сбавить шаг — опасности здесь подстерегали куда серьезнее, чем в коридоре. Лишенные опоры стальные прутья торчали из пола, грозя в любой момент превратить человека в шашлык, а земля была усеяна обломками и осколками неузнаваемой формы.
К счастью, стоило им пробраться в руины, как преследовавшие Дия Дижэни тоже потеряли ориентацию, и теперь их голоса доносились с разных сторон. Воспользовавшись этим, Дия уже миновал несколько помещений.
Большинство комнат казались до нелепости огромными, к тому же двери в них были заперты, впрочем, дверями Дия пользоваться не собирался — пробиться сквозь обрушенные стены куда проще.
Голоса Дижэней затихли окончательно. Похоже, это место оказалось куда больше, чем предполагал Дия, и новость эта была не из приятных, поскольку означала, что отыскать выход станет еще труднее.
Когда Дия вступил в помещение еще большей площади, до его слуха внезапно донесся какой-то звук. Не успел он сообразить, в чем дело, как всё здание в тот же миг залилось невообразимо мягким и ярким светом.
Свет этот загорался секция за секцией, растекаясь вдоль длинного коридора, и в самом его конце тяжелая серебристая металлическая дверь бесшумно раздвинулась, подобно струящейся воде.
По ту сторону двери стоял странно одетый мужчина — высокий и бледный, он напомнил Дия гипсовую статую, которую тот однажды продал. Теперь он наконец-то начал понимать, почему кто-то вообще захотел купить эту бесполезную вещь.
Из-под густых ресниц на него смотрели глаза, напоминавшие холодный лунный свет. Мужчина купался в мягком сиянии, но выражение его лица было далеко от мягкости: лунные глаза с необычайной холодностью и суровостью взирали на Дия.
Он поднял ствол.
Дия услышал выстрел.
Тьма.
Когда Ло Хэн открыл глаза, всё, что он ощутил — это мрак и холод.
Прошло немало времени, прежде чем он осознал, что лежит в каком-то подобии ящика, к тому же длинного и ледяного.
Неизвестно почему, но Ло Хэн был твердо уверен: это не гроб.
Кремация.
Слово внезапно всплыло в сознании Ло Хэна, словно подгоняя разгадку. Разум еще не успел до конца осознать происходящее, но мысль уже всё поняла, а потому он просто отбросил случившееся на задворки памяти.
http://bllate.org/book/40077/5084487
Готово:
