Шэнь Чэн с остекленевшим взглядом смотрел на зажигалку с отломанным хвостом.
Неужели завтрашней заголовкой утренних газет станет новость о том, что генеральный директор филиала Группы Шэнь был найден мертвым на улице на третий день после вступления в должность?
Если он сейчас встанет на колени и, горько рыдая, начнет извиняться, оставит ли Гу Яньчжи от него хотя бы целый труп?
Шэнь Чэн на мгновение замер, а затем тут же вытащил телефон и позвонил своему водителю.
— Быстро сюда.
Ему нужно было сначала сбежать с места преступления, а уже потом строить планы.
Шэнь Чэн лихорадочно перебирал в голове возможные варианты.
Интересно, что удастся быстрее: задействовать все свои связи и отыскать Юй Синжаня или же заказать у мастера точную копию такой же зажигалки?
*
В этот вечер Юй Синжань выпил лишнего. За границей он еще никогда не напивался до беспамятства на людях.
В первую же неделю за рубежом в его дом трижды вламывались воры, а на улице его грабили дважды. В трезвом-то состоянии жизнь нельзя было назвать полностью безопасной, что уж говорить о состоянии алкогольного опьянения.
Впрочем, человек ко всему привыкает. Юй Синжань уже научился с олимпийским спокойствием вызывать полицию и следил за тем, чтобы в доме не появлялось никаких ценных вещей.
— Синжань, ты как? — поддерживая Юй Синжаня, спросил Сун Е. — Может, заночуешь у меня?
— Не нужно.
Сун Е тревожно покачал головой:
— Твой особняк на полугоре черт знает где находится. Мало того что ехать далеко, так еще и петлять придется — укачает так, что вывернет наизнанку.
Юй Синжань не стал говорить ему, что съехал из того дома еще до отъезда за границу. Скажи он правду, Сун Е ни за что не оставил бы его в покое, зная, что пьяный друг живет один где попало.
— Кто сказал, что я возвращаюсь туда? Конечно же, я еду к своему любовнику.
— Да щас, поверил я тебе, — пренебрежительно фыркнул Сун Е.
В те времена, когда Юй Синжань и Гу Яньчжи только встречались, они не афишировали свои отношения, но при этом вовсю демонстрировали их перед ним и Цяо Сяннанем, так что те буквально тоннами поглощали чужую романтику.
Если бы не их крепкая дружба, Сун Е давно бы уже занес Юй Синжаня в черный список и удалил из всех контактов.
Юй Синжань провел за границей три года, и все это время из-за разницы во времени их общение напоминало бесконечную череду пересылок сообщений — порой за день они не обменивались и трех фраз.
Но даже несмотря на это, Сун Е твердо знал: если бы Юй Синжань действительно с кем-то сошелся, он бы просто не удержался и начал хвастаться. А уж молчать в тряпочку и прятать сокровище в тихом уголке — в это верилось еще меньше.
— Только и знаешь, что хорохориться. Ладно, насильно задерживать не буду, как доберешься до дома — черкни мне.
Перед уходом Юй Синжань не упустил случая отпустить сальную шуточку:
— Если тебе совсем уж одиноко и невтерпеж, я не против шведской семьи на троих.
— Вали отсюда!
Сун Е сделал вид, будто собирается пнуть его под зад, а Юй Синжань лишь легко рассмеялся и увернулся. Он поймал такси.
Открыть дверцу, запрыгнуть внутрь, закинуть ноги, захлопнуть дверь — все движения были отточены до автоматизма.
Прежде чем машина тронулась с места, он, не забыв проявить наглость, через опущенное стекло послал Сун Е провокационный знак:
— Жду твой звонок, бай-бай.
— Скотина чертова, — с улыбкой выругался Сун Е, закидывая руку на плечо Цяо Сяннаню. — Сегодня и правда охеренно здорово! Блудный сын вернулся, и наша троица снова в сборе.
Цяо Сяннань оставил попытки навести порядок в том запутанном клубке родственных связей, о котором рассуждал пьяный приятель.
……
Проехав какое-то расстояние, водитель поинтересовался:
— Куда едем?
Юй Синжань назвал название отеля.
Он только что вернулся на родину и еще не успел обзавестись постоянным жильем, поэтому временно жил в гостинице. Как только прояснится ситуация с работой, он подыщет квартиру поближе к офису, чтобы каждое утро выигрывать по полчаса лишнего сна.
Прислонившись лбом к стеклу автомобиля, Юй Синжань смотрел на проплывающие мимо ночные пейзажи. Он снова вернулся в город А, где прожил больше двух десятков лет.
Но предаваться меланхолии ему дали ровно три минуты — назойливый телефонный звонок вновь разорвал тишину. Бросив беглый взгляд на экран, Юй Синжань сбросил вызов.
Однако собеседник с ослиным упрямством набрал номер во второй, а затем и в третий раз. Водитель, покосившись на него через зеркало заднего вида, недовольно спросил:
— Чего не берешь?
— Телефонные мошенники.
— Не заливай мне тут. Какие еще мошенники будут среди ночи названивать с таким упорством? Сто пудов родные беспокоятся.
Водитель критически окинул взглядом его брендовую одежду и пришел к выводу, что парень явно вырос в богатстве и избалован до крайности. Судя по этому заносчивому выражению лица, родители просто недовольно редко всыпали ему ремня в детстве.
— Родители небось звонят? — с уверенностью заявил водитель, принимая поучительный тон старшего. — Молодеж нынче пошла больно гордая. Если бы не родители, с чего бы тебе сейчас жить в свое удовольствие и ни в чем не нуждаться? Вы, молодежь, рождаетесь уже должниками перед матерью и отцом, а они любят вас, поэтому и прощают все капризы. Родители — единственные люди на свете, кто готов терпеть твои ошибки. Послушай совета дяди, ответь на звонок. Мало ли, вдруг что-то срочное — потом локти кусать будешь, да поздно станет.
Уголки губ Юй Синжаня разгладились, и он с улыбкой произвел:
— Вы абсолютно правы. Наверное, спешат позвать меня в крематорий ставить подпись на бумагах.
Телефон в этот момент внезапно умолк. Юй Синжань изобразил на лице крайнее разочарование:
— Какая досада, почему это они вдруг сбросили?
Водитель, судя по всему, был настолько ошеломлен язвительными и злыми словами пассажира, что заготовленная нравоучительная речь застряла у него в горле. Он несколько раз бесцельно открыл и закрыл рот.
Лира его лица сменила с десяток выражений — он явно не ожидал встретить столь отъявленного бунтаря.
Юй Синжаню было абсолютно плевать, что там себе думает водитель. Наконец-то добившись тишины, он откинулся на спинку сиденья и прикрыл глаза, погружаясь в дремоту.
И надо же было Юй Гохэну обладать столь оперативными источниками информации. Стоило ему только ступить на родную землю, как тот тут же принялся названивать.
Неужели испугался, что тот вернется и отберет часть наследства у его драгоценного сводного брата?
*
Ранним утром следующего дня.
Шэнь Чэн тайком проскользнул в здание компании. Как раз шел час пик, у турникетов толпились спешащие на работу сотрудники.
В корпорации MX опоздания не вычитали из зарплаты, однако каждую опозданную минуту приходилось отрабатывать в конце рабочего дня. А сегодня на дворе пятница…
Последний день рабочей недели, когда каждый мечтал пораньше сбежать из офиса навстречу долгожданным выходным. Неудивительно, что очередь выстраивалась только к утренним сканерам пропусков.
Самым расслабленным днем была понедельник: если на горизонте не маячило срочных задач, сотрудники обычно появлялись на рабочих местах позже всего.
— Директор Шэнь, поезжайте на лифте для высшего руководства, в этот все равно не втиснуться. Пожалейте нас, лошадей ломовых.
Шэнь Чэн на секунду замялся, после чего молча отступил от толпы. В обычное время он бы ни за что не стал тесниться вместе с рядовыми клерками, но сегодня панически боялся столкнуться в VIP-лифте с Гу Яньчжи.
Вчерашняя прогулка коту под хвост грозила обернуться для него сегодня самыми суровыми последствиями.
Шэнь Чэн решил переждать следующую кабину — пусть даже придется идти с повинной, но чем позже наступит этот момент, тем лучше.
Простояв в холле добрых десять минут, когда основной утренний поток схлынул, Шэнь Чэн неторопливо поднялся наверх.
Лифт остановился на семнадцатом этаже, и в него зашла женщина с папкой документов в руках.
— Доброе утро, сестрица Ин, — с улыбкой поприветствовал ее Шэнь Чэн.
— Доброе. Директор Шэнь, вы снова пришли в нашу компанию отмечаться на проходной?
Шэнь Чэн только собрался отпустить какую-то шутку, как стопка бумаг в руках Чжан Ин соскользнула, и листы из папки веером рассыпались по полу лифта.
В руках у нее были и другие вещи, поэтому Шэнь Чэн тут же вызвался помочь:
— Я соберу.
Он присел на корточки, а Чжан Ин вежливо поблагодарила его:
— Спасибо.
— Да бросьте вы, я же…
Движения Шэнь Чэна внезапно замерли, и он ошеломленно уставился на один из валявшихся на полу листов.
Как выяснилось, в папке Чжан Ин хранились вовсе не рабочие материалы, а пачка резюме. Шэнь Чэн с первого же взгляда узнал фотографию, наклеенную в верхнем углу одного из листов.
Подумав, что у него двоится в глазах, он торопливо перевел взгляд на графу с именем.
Там отчетливо красовались три иероглифа.
Юй. Син. Жань.
Шэнь Чэн:!!!
Твою мать.
Какого чёрта.
Мать твою, да ладно!
Похоже, ему больше не придется искупать вину собственной смертью.
В тот самый памятный год лютой ненависти Гу Яньчжи на протяжении нескольких месяцев по дюжину раз на дню чиркал зажигалкой, наблюдая, как взметается искра, а затем отпускал колесико — и так по кругу.
Пусть та памятная зажигалка, служившая источником горьких воспоминаний Гу Яньчжи, была безвозвратно испорчена, зато теперь он нашел самого хозяина этой вещицы!
Глава 3
— Директор Гу уже видел эти резюме? — возбужденно спросил Шэнь Чэн.
Взгляд Чжан Ин упал на анкету, к которой была прикреплена донельзя примечательная фотография. У молодого человека были тонкие, изящные черты лица — внешность, которая врезалась в память с первой же секунды.
Неправильно истолковав его мотивы и решив, что Шэнь Чэн снова пришел переманивать сотрудников в их фирму, она помрачнела:
— Директор Шэнь, если бы все вопросы приходилось решать лично директору Гу, зачем тогда вообще нужны мы? Если вы еще хоть раз вздумаете заниматься тайным переманиванием кадров, я распоряжусь, чтобы служба безопасности навсегда закрыла вам вход в здание.
— Да вы что, я и в мыслях не имел ничего подобного! — испугался Шэнь Чэн. — Я к тому, что иногда полезно и директору Гу ознакомиться с кандидатами.
— У вас в компьютере наверняка осталась копия, можете распечатать заново, а эти я забираю. Поверьте мне на слово, директор Гу определенно захочет на них взглянуть.
Чжан Ин никак не ожидала, что такой солидный генеральный директор, как Шэнь Чэн, опустится до откровенного грабежа.
С выражением полного недоумения на лице она проводила его взглядом.
……
Прижимая к груди отвоеванные резюме, Шэнь Чэн испытывал облегчение человека, чудом избегнувшего гибели.
Как это называется?
И тучи рассеялись, открыв новую деревню среди живописных пейзажей.
Все далось само собой, без малейших усилий.
Небо хотело его смерти, но он не собирался умирать.
Сбросив с себя утреннее чувство вины и тревоги, Шэнь Чэн теперь широким, уверенным шагом направлялся прямо в кабинет Гу Яньчжи.
Заметив выходящего из кабинета секретаря, он бесцеремонно распорядился:
— Секретарь Сюй, сделай-ка мне кофе. Обязательно зерновой, ручной пролив, молока побольше, сахар не добавлять.
— Твоя компания что, на грани банкротства? Делать тебе нечего, каждый день околачиваешься у меня, — Гу Яньчжи, все еще сердитый из-за вчерашней отмены встречи, встретил его хмурым взглядом и бросил секретарю: — Занимайся своими делами, не обращай на него внимания.
Секретарь Сюй с папкой в руках молча удалился, закрыв за собой дверь.
Шэнь Чэн плюхнулся на диван и заявил:
— Послушай, фамилия Гу, я терпел тебя достаточно долго. Тебе лучше извиниться, а не то потом будешь умолять меня, но я уже…
Не успел он договорить, как Гу Яньчжи неизвестно когда оказался прямо перед ним и с мрачным видом потребовал:
— Верни.
— Ой, да я вчера вовсе не со зла тебя кинул! У меня в компании ЧП произошло, так что я же с самого утра примчался вернуть должок.
Шэнь Чэн, экстренно сбежавший накануне из-за сломанной зажигалки, нес полную чушь с совершенно невозмутимым лицом и ровным пульсом.
Гу Яньчжи ничего не ответил, но исходившее от него давление было ощутимо физически.
— На, забирай, подавись ты своей зажигалкой, живи с ней всю оставшуюся жизнь!
Шэнь Чэн ведь всю прошлую ночь обзванивал людей в поисках мастера и наконец-то восстал сломанный хвост, правда, он не был до конца уверен, получится ли теперь ею пользоваться.
Гу Яньчжи взял зажигалку в руки и сразу почувствовал подвох: вес был не тот. Прищурившись, он сначала осмотрел дно корпуса.
Там красовалась его выгравированная монограмма — это действительно была его старая вещица.
Стоило ему сдвинуть хвостик механизма, чтобы высечь огонь, как раздался сухой щелчок, и этот самый хвостик отвалился прямо у него в пальцах.
Не дожидаясь, пока Гу Яньчжи вспыхнет гневом, Шэнь Чэн подскочил на диване как ошпаренный:
— Сначала выслушай меня!
— Угадай, кого я только что встретил!
Гу Яньчжи вернулся к своему рабочему столу, взял трубку и уже собирался набрать внутренний номер охраны, чтобы те вышвырнули Шэнь Чэна вон.
http://bllate.org/book/40025/5076089
Готово:
