Адирофория Сюй Юньсуя, напротив, заставила Цзи Чуаня слегка растеряться.
Цзи Чуань бросил взгляд на часы:
— Пятьдесят минут шестого.
Сюй Юньсуй прикинул в уме, что можно еще немного поспать, и снова лег.
Видя, что Сюй Юньсуй уже так спокойно закрыл глаза, Цзи Чуань не выдержал:
— Тебе совсем нечего сказать?
Сюй Юньсуй приоткрыл сонные глаза и, ленивым, но очень серьезным голосом произнес:
— Мне и так невероятно повезло, что я смог переночевать здесь. Ночь в постоялом дворе стоит немалых денег. Ты, одноклассник Цзи Чуань, с меня ничего не взял, но я же не могу вечно пользоваться твоей добротой.
Дыхание Цзи Чуаня на миг оборвалось.
Глядя в этот чистый взгляд Сюй Юньсуя, он подумал: не слишком ли он мелочен?
Подумаешь, назвали мужем.
Это же сон.
Он во сне и он в реальности — это же два разных человека!
Совсем разные.
Цзи Чуань: «……»
Цзи Чуань и Сюй Юньсуй не обмолвились ни словом по пути в класс. Окончательно проснувшись, Сюй Юньсуй только теперь осознал, что, кажется, обидел одноклассника Цзи Чуаня. Одноклассник Цзи Чуань терпеть не может, когда к нему проявляют подобные чувства. А он мало того что все еще был во сне, так еще и после пробуждения назвал Цзи Чуаня мужем.
Но ведь он назвал так своего истинного мужа.
Цзи Чуань в прошлом говорил: «Мы можем быть друзьями, но обо всех остальных отношениях не может быть и речи».
Как же ему теперь оправдаться?
Сюй Юньсуй злился и в то же время чувствовал свое бессилие. Во всем — в характере, повадках, внешности, включая утреннюю зарядку — этот парень был точь-в-точь как его муж. Но он абсолютно всё забыл и превратился в самого обычного местного жителя, одноклассника Цзи Чуаня.
Сюй Юньсуй мучился до крайности.
Однако вскоре его тревоги сменились новыми.
Классный руководитель, старик Гао, во время утреннего чтения наконец вызвал Сюй Юньсуя в учительскую.
Старик Гао был мужчиной средних лет за сорок, который никогда не выпускал из рук термос.
Заведя Сюй Юньсуя в кабинет, он не стал сразу переходить к разговору, а лишь уставился на список успеваемости класса.
На лист бумаги.
Посмотрев на него некоторое время, старик Гао тяжело вздохнул.
Он указал на первую строчку в списке:
— Это Цзи Чуань.
Сюй Юньсуй прищурился и скользнул взглядом по двум иероглифам имени Цзи Чуань.
Внезапно старик Гао перевел палец на самый конец списка и покачал головой:
— А это ты.
Сюй Юньсуй перестал жмуриться и опустил голову.
Теперь он понял: это был тот самый список, который вчера вечером разглядывал Цзи Чуань. Он — на последнем месте.
Старик Гао поднял голову и произнес с глубоким смыслом:
— Сюй Юньсуй, у тебя есть какие-нибудь мысли по этому поводу?
Сюй Юньсуй растерялся: а какие у него должны быть мысли?
Старик Гао сделал глоток воды, поставил чашку на стол и неодобрительно покачал головой:
— Ты что, даже не задумывался об этом? Цзи Чуань даже согласен подтягивать тебя по учебе. Если не поступишь в университет, можно хотя бы в колледж устроиться. Сюй Юньсуй, ты можешь набрать по математике хотя бы пятьдесят баллов?
Пятьдесят баллов.
Сюй Юньсуй с тоской посмотрел на носки своих туфель и с чувством вины поднял взгляд:
— Учитель, это… трудновато.
Старик Гао: «……»
Старик Гао взмахнул рукой:
— Ступай, приведи сюда Цзи Чуаня.
Сюй Юньсуй поправил себя:
— Но можно попытаться.
— Иди позови Цзи Чуаня.
Сюй Юньсуй: «……»
Вернувшись в класс, Сюй Юньсуй застал Цзи Чуаня за вращением ручки — тот сидел погруженный в свои мысли. Подойдя к его парте, Сюй Юньсуй тихо произнес:
— Одноклассник Цзи Чуань, тебя вызывает классный руководитель.
Пальцы Цзи Чуаня, крутившие ручку, замерли. Он уже собирался встать, как Сюй Юньсуй добавил:
— Боюсь, это из-за меня. Одноклассник Цзи Чуань, тысяча извинений.
Цзи Чуань бросил на Сюй Юньсуя мимолетный взгляд: тот покраснел и выглядел крайне смущенным.
Цзи Чуань уже хотел было расспросить его, но, вспомнив донельзя развязное поведение одноклассника Сюй Юньсуя в последнее время, решил промолчать.
Когда Цзи Чуань вернулся из учительской, урок китайского языка шел уже минут десять.
Сюй Юньсуй внимательно слушал объяснения учителя. Вернувшись на свое место, Цзи Чуань отыскал учебник по китайскому, достал черновик, набросал на нем фразу и передал записку Сюй Юньсую.
Тот бросил на нее взгляд:
【Считаешь ли ты трудным поднять балл по математике на сорок пунктов?】
Сюй Юньсуй поник духом: классный руководитель действительно не оставил ему ни капли самоуважения. Хорошо хоть, что это Цзи Чуань.
Сюй Юньсуй усердно вывел внизу:
【Некоторая трудность есть. Но завтра я всё равно планирую отпроситься с уроков, чтобы пойти поработать и заработать на жизнь. Одноклассник Цзи Чуань, не мог бы ты просто отделаться от учителя парой слов и сказать, что я слишком глуп и меня невозможно ничему научить?】
У Сюй Юньсуя по-прежнему был какой-то странный, необычный почерк. Глядя на эти каракули и вспоминая последние странности в поведении Сюй Юньсуя, Цзи Чуань задумался, затем оторвал еще один лист бумаги и написал: Ты не глупый. И еще: принеси мне те упражнения, которые ты уже решал, я хочу посмотреть на твою базу. Подойдет абсолютно всё.
Увидев это, Сюй Юньсуй на секунду обрадовался, а затем принялся искать решенные им задания.
Однако по большей части его тетради зияли пустотой, да и контрольные работы состояли из одних чистых листов. И все же Сюй Юньсуй отыскал один-единственный листок по обществознанию, исписанный от корки до корки.
Сюй Юньсуй написал в ответ: Одноклассник Цзи Чуань, я в последнее время слишком много предавался безделью, и у меня есть лишь эта единственная бумажка, где хоть что-то заполнено.
Цзи Чуань взял в руки тест Сюй Юньсуя по обществознанию.
Почерк на листе оказался ему знаком: буквы трудно было назвать красивыми, но они отличались аккуратностью. Между ними и тем почерком, которым были написаны записки от Сюй Юньсуя, лежала огромная разница.
Цзи Чуань бросил взгляд на Сюй Юньсуя.
Тот снова внимательно слушал урок. На этот раз действительно слушал, не отвлекаясь ни на что.
К тому же, такой почерк крайне сложно подделать.
Почерк в записке и почерк на тесте — можно было смело сказать, что они принадлежали двум совершенно разным людям.
Линь Сюнь говорил, что после возвращения с национальных праздников Сюй Юньсуй стал совсем другим человеком.
Цзи Чуань погрузился в задумчивость.
После звонка с урока Сюй Юньсуй сперва покосился на одноклассника Цзи Чуаня, который все еще внимательно изучал его тест по обществознанию — брови Цзи Чуаня были сдвинуты к переносице.
Сюй Юньсуй робко поинтересовался:
— Одноклассник Цзи Чуань, я написал всё настолько плохо?
Цзи Чуань пришел в себя и вернул листок хозяину:
— Емко, но поправимо. Если уделить этому время, поступить в университет вполне реально.
Глаза Сюй Юньсуя засияли:
— Я смогу поступить в университет?
Вспомнив жалкие пару десятков баллов Сюй Юньсуя по математике, Цзи Чуань ответил:
— Не факт. Ты хоть и не глуп, но и особого усердия не проявляешь.
Глаза Сюй Юньсуя заблестели еще ярче, и он, сдерживая волнение, пообещал:
— Я буду усердным!
http://bllate.org/book/40015/5074990
Готово: