Восьми лет вполне достаточно, чтобы многое изменилось, но он всё такой же, как прежде...
Его голос становился всё тише, и Нань Линь расслышал лишь последние два слова. Придвинувшись ближе, он переспросил:
— Какой такой? Что такой?
Такой же.
Вызывающий лишь отвращение, но при этом оставляющий совершенно беспомощным.
Нань Линь похлопал Ши Юя по щеке, веля не всегда бредить и отвечать невпопад:
— Неужели всё так, как говорила тётушка Чэнь? Ты и правда запал на этого Альфу? Вы были знакомы раньше?
— Шэнь Цимянь? — голос Ши Юя вновь утонул в гамме окружающих звуков.
Он произнес:
— Знакомы? Далеко не только.
В его тени таится кусок моего постыдного прошлого.
Ши Юй и впрямь не пьянел: от выпитой рюмки за рюмкой он делался лишь трезвее. Когда они покидали бар, Нань Линь уехал с Чи Вэнем, а Ши Юй отклонил их предложение подвезти его до дома и наотрез отказался, пожелав пройтись пешком.
Едва он включил телефон, как на него посыпалось с два-подводных-десяток пропущенных звонков, причём несколько из них были от Ци Мяня.
Ши Юй швырнул аппарат на диван и направился прямо в ванную.
Тёплая вода скрыла тело с головой, тугие узлы в нервах Ши Юя постепенно начали развязываться, а сквозь клубящийся пар в глазах стало заметно двоиться.
Веки тяжелели с каждой секундой, и он сам не заметил, как забылся тревожным сном.
Пока вдруг не почувствовал, как кто-то бережно прикусывает железу на его шее — то с нежностью, то яростно, словно мечтая пронзить её зубами. Ши Юй вздрогнул от пробежавшей по телу дрожи и попытался отпрянуть, но глаза открыть не получалось никак, сколько он ни старался.
Он не мог вымолвить ни слова, размыкая губы лишь для судорожных вздохов, и прямо посреди этого невыносимого мучения всё сменилось ласковым, трепетным поглаживанием языком, а в самом устье слуха прозвучало чьё-то: «Прости».
До боли знакомо...
Тело Ши Юя пробила судорога, кончики пальцев впились в воздух; разум твердил, что нужно сопротивляться, но руки с каждой секундой наливались всё большим бессилием.
Он не ощущал чужого тепла — лишь оголённые губы, припавшие к железе на шее, казались раскалёнными добела.
Ши Юй уже задыхался, точно тонущий на глубине океана.
Пока вода не поднялась выше уровня ресниц, и он наконец не очнулся в резком испуге, приподнявшись в ванне; зрачки его расширились от ужаса.
Оказалось, что уровень воды вовсе не прибывал — это он сам соскальзывал вниз.
Уперевшись руками в бортики ванны и приходя в себя, он с ужасом осознал: ванная комната наполнена густым, удушливым запахом феромонов. Он напоминал морозное утро после снегопада — такой же ледяной, способный насквозь пронизать нервную систему, с пронзительной, до костей пробирающей зимней стужей.
Но до его периода уязвимости оставалось еще немало времени.
Это была ложная течка.
Ложная течка, вызванная каким-то кошмарным сном.
Ши Юй никогда прежде не испытывал столь яростной злости — для него это было равносильно тягчайшему унижению. И всё из-за того, что вторым действующим лицом в этом сне оказался Шэнь Цимянь.
С громким всплеском Ши Юй поднялся из воды, с лихорадочной спешкой вытерся полотенцем, высушил волосы феном и лишь после этого вернулся в спальню, шаря рукой по ящикам в поисках блокатора.
Он ни капли не жалел себя, с жестоким ожесточением вонзая иглу прямо в железу, словно пытаясь выместить на собственном теле всю накопившуюся злобу.
Холодная жидкость хлынула в организм; безвольно опираясь о край кровати, Ши Юй поднялся на ноги, швырнул одноразовый шприц в урну и помимо своей воли снова вспомнил Шэнь Цимяня.
Вспомнил тепло его губ, ту опасную, щемящую близость, с которой тот говорил.
Неужели Шэнь Цимянь в период своей уязвимости тоже думает о подобном?
Нет. Ни один нормальный человек в такие минуты не станет вспоминать какого-то Альфу.
Кроме него самого.
—
Ложная течка — испытание не из лёгких; в конце концов, это не настоящая уязвимость, и организм вряд ли сможет легко справиться с введённым препаратом, хотя дело было даже не в этом.
Ши Юй хотел лишь одного — рухнуть на кровать и проспать всё на свете, ведь стоило кому-то из знакомых объявиться, как ничего хорошего это не сулило.
Следующий день прошёл в полудрёме, поднимался он лишь ради того, чтобы поесть; к счастью, падать до заказа готовой еды на дом он ещё не собирался. Но стоило ему закончить с ужином, как внезапно зазвонил телефон.
Шёл уже десятый час вечера, Чэнь Цюцю давно спала, так что это точно была не она.
И верно, взглянув на экран, Ши Юй увидел имя Ши Иньняня.
Стоило принять вызов, как в трубке раздался незнакомый голос:
— Алло, Ши Юй? Твой брат тут напился в хлам, ты не мог бы забрать его, если есть время?.. Впрочем, можешь особо не спешить, до конца корпоратива ещё часа полтора.
Ши Юй остался бесстрастен:
— Спасибо, я понял. Будьте добры, сбросьте мне адрес.
Ши Иньнянь никогда не отличался крепкой головой, да и поводов выпить у него особо не было. На дворе не праздник и не памятная дата — с чего это вдруг программисту тащиться на какой-то корпоратив?
Сбросив вызов, он даже не успел перекусить — на ходу подхватив ключи от машины, выбежал из дома.
Добираться по адресу, присланному коллегой Ши Иньняня, пришлось добрых полчаса.
Масштаб мероприятия оказался совсем не таким, каким представлял его себе Ши Юй.
Он-то думал, что с десяток сотрудников снимут караоке-бар или рюмочную, посидят, попоют, выпьют, побуянят пару часов и разъедутся по домам.
Но размах больше напоминал новогодний банкет какой-нибудь крупной корпорации: всё чинно, официально, вплоть до собственного конферансье, а местом действия служил небольшой выставочный центр. Едва переступив порог, можно было услышать изысканную музыку — тонкое переплетение звучания самых разных инструментов.
Он подумал, что вновь просчитался.
Скорее уж это походило на деловую светскую тусовку или официальное торжество, чем на простую вечеринку.
Ши Юй узнавал по лицам кое-кого из ребят, работавших в студии брата, и сразу мог отметить: те бэкенд-программисты даже не соизволили явиться, зато присутствовал весь руководящий состав, принимающий ключевые решения.
В самом центре зала кто-то кружился в танце, музыка время от времени меняла ритм.
Лишь спустя какое-то время он отыскал Ши Иньняня: тот действительно клевал носом, почти теряя сознание. Подхватив брата под локоть и поднимая на ноги, Ши Юй сразу бросил:
— Уходим? Я отвезу тебя домой.
Ши Иньнянь промычал что-то вроде э-э-э, но тут же безвольно осел обратно на стул:
— Ты как здесь очутился? Мне ещё рано уходить, люди из партнёрской команды пока не разъехались, как это я свалю раньше всех? К тому же тут вертятся представители нескольких рекламных брендов... Сядь лучше, подожди ещё полчаса.
Программист, которому вечно приходится писать код, с досадой подумал Ши Юй, а туда же — светские рауты посещать. Сам-то еле держится на ногах, а я и подавно спать хочу.
— Видишь вон тех, что танцуют? Это наши главные совладельцы по совместному проекту, а те двое рядом — руководящие чины из новой команды, с которой мы недавно заключили контракт. Весь сегодняшний банкет они организовали.
Ши Юй не питал ни малейшего интереса к подобным вещам, рассеянно кивая в ответ. Он уже собирался вытащить телефон, чтобы скоротать время, как вдруг боковым зрение уловил знакомый силуэт.
Тот стоял посреди толпы с осанкой полководца, одетый в простую рубашку с парой расстёгнутых пуговиц у ворота. Он не держал в руках бокал, неспешно беседуя с кем-то из окружающих. Его манжеты украшали изящные запонки, похожие на две чистейшие алые драгоценности.
Но ещё сильнее притягивало взгляд это одурманивающее, способное свести с ума лицо.
В ушах Ши Юя резко зазвенело. Первое, что всплыло в памяти — вчерашняя колющая боль от иглы блокатора, вошедшей прямо в железу.
Двенадцатая глава~
Чтобы успеть к дедлайну, я выложил главу сразу после написания, даже не успев вычитать текст, так что пойду ещё раз пройдусь по всем опечаткам! Ура-ура, мы наконец преодолели отметку в тридцать тысяч знаков~~
Глава 10: Пожалуй, он мертв
Множество людей кружилось в центре зала под звуки вальса; их грациозные па то и дело заслоняли Ши Юю обзор. Плывущие в воздухе ароматы алкоголя дурманили голову, а возможно, всё дело было в том, что он слишком долго проспал днём, но сейчас у него откровенно кружилось в глазах.
Однако он отчётливо видел: Шэнь Цимянь смотрит в его сторону.
Встретившись с ним взглядом, Ши Юй едва не отпрянул в панике.
Услышав собственный гулкий сердечный удар, он испуганно перевёл глаза на Ши Иньняня.
Собравшись с силами, Ши Юй постарался выровнять сбившееся дыхание:
— Это Шэнь Цимянь.
Ши Иньнянь удивился:
— Откуда ты его знаешь? Я слышал, он только что вернулся из-за границы?
Натянутая до предела струна внутри наконец лопнула.
Он что, серьезно не узнал Шэнь Цимяня?!
Ши Юй наконец вздохнул полной грудью, чувствуя, как рухнувший было мир собирается заново.
Если подумать, всё сходится: в те годы Ш5энь Цимянь обитал исключительно в Тяньцзинюане, почти не показываясь за его пределами. Когда Линь Хайань был арестован, пресса не предала огласке имя Шэнь Цимяня — его оберегали слишком тщательно, иначе личные данные давно бы слили в сеть.
К тому же Шэнь Цимянь не носил фамилию отца, и догадаться о чём-то подобном было просто невозможно.
Рассуждая так, Ши Юй ощущал всё больший прилив горькой несправедливости.
Шэнь Цимянь прожил эти годы в своё удовольствие, да и сейчас у него хватает духу беззаботно шутить и болтать с окружающими, в то время как он сам всё это время дрожал от страха, словно помешанный.
— Я не знаю его, — с вызовом бросил Ши Юй.
Поблизости никого не было, и Ши Иньнянь, выхватив у брата телефон, тут же принялся отчитывать его:
— Всё, что ты творишь, мама мне уже выложила. Она все уши мне прожужжала: мол, этот Альфа такой смазливый, разве может быть хорошим человеком? Того и гляди, аферист какой-нибудь. У меня уже мозоли на ушах! Не мог бы ты ради меня поскорее определиться с Ци Мянем...
— Доктор Ши, мы снова встретились.
Шэнь Цимянь появился не вовремя, бесцеремонно оборвав тираду Ши Иньняня.
Тот немедленно вскочил на ноги, втягиваясь в вынужденное общение, хотя взгляд его был прикован к Ши Юю:
— Господин Шэнь, вы и вправду знакомы? Какая удивительная встреча! Не хотите присесть и перекинуться парой слов?
В глазах Шэнь Цимяня не было и намёка на улыбку, он покачал головой в знак отказа.
— Нет, пожалуй.
По идее, на этом обмен любезностями должен был закончиться, и он мог бы удалиться.
Однако он лишь слегка отступил на шаг назад.
И в этот самый момент музыка внезапно смолкла.
Он чуть приподнял правую руку, очертил в воздухе плавный круг, прижал ладонь к груди и с достоинством поклонился, застыв на несколько секунд. Это был безупречно выверенный поклон; выпрямив спину, он слегка приподнял веки, вглядываясь в собеседника, и протянул руку, лежавшую до этого на груди, прямо к Ши Юю.
Уже начиналась следующая танцевальная мелодия — «Золото и серебро» Франца Легара, состоявшая из увертюры, трёх маленьких вальсов и финала, с её изящным и плавным рисунком.
Правда, в живом исполнении звучала более ритмичная и бодрая аранжировка Андре.
Время вокруг словно застыло.
Намерение Шэнь Цимяня не нуждалось в лишних словах — он молчал, будто выжидая чего-то.
Пока со всех сторон не донеслись первые подзадоривающие возгласы:
— Господин Шэнь, разве можно приглашать даму — то есть партнёра — в полном молчании? Хоть что-нибудь приятное сказали бы, мы тут все за вас переживаем! — подшутил кто-то из зевак.
Зал вмиг оживился, число подхватывающих шутку росло с каждой секундой.
— Давайте же! В конце концов, это просто танец. Ши-гэ, может, уговоришь его?
http://bllate.org/book/39972/5067815
Готово: